Читаем Девушка из прошлого онлайн бесплатно

— Андрей Евгеньевич, посетитель ожидает в приемной, — передаёт секретарь по громкой связи рабочего телефона.

— Пусть заходит через пять минут, — отвечаю, не отрываясь от бумаг.

Сейчас я веду сложный бракоразводный процесс. Олигарх бросает жену ради любовницы, а законная супруга намерена оттяпать у мужа побольше состояния. Тот, естественно, ничего отдавать не хочет, несмотря на прожитые вместе 15 лет и двоих детей.

Делаю глоток уже остывшего кофе и продолжаю изучать состояние олигарха. В его пользу играет брачный контракт с моей клиенткой. Но в ее пользу играют двое несовершеннолетних детей.

Короткий стук в дверь, на который я не реагирую, ручка опускается, и слышится цокот женских шпилек. Я даже не посмотрел, кто на сегодня записан. Продолжаю изучать бумаги, поэтому не поднимаю голову на вошедшую.

Стук шпилек прекращается в паре метров от моего стола.

— Привет, — слышу неуверенный женский голос.

Одного этого слова достаточно, чтобы каждая мышца на моем теле резко напряглась. Я с силой сжимаю в пальцах ручку Parker, рискуя сломать ее. Этого просто не может быть…

Медленно поднимаю на посетительницу лицо и перестаю дышать.

Я не видел ее десять лет…

— Привет, Андрей, — повторяет чуть увереннее и пытается улыбнуться. — Можно? — указывает глазами на стул для посетителей возле моего стола.

Коротко киваю, все еще не имея от шока сил заговорить. Алиса делает два последних шага и опускается на стул, предварительно поправив подол платья. Снова слегка приподнимает уголки губ.

Я смотрю в лицо этой девушки и не верю своим глазам. Она не изменилась. Такая же, как и в тот день десять лет назад, когда пришла ко мне в больницу и объявила, что мы расстаемся. Ушла от меня к другому. К богатому мажору, который мог подарить ей красивую жизнь с картинки, о которой она мечтала.

С тех пор я нигде ее не видел, даже фотографии в социальных сетях не смотрел. Не хотел ничего о ней знать. Правда, через пару лет после расставания все-таки услышал от общих знакомых, что она вышла замуж за того мажора и родила ребенка. Больше мне ничего о ней неизвестно.

И вот, спустя десять лет, она сама пришла ко мне.

Алиса тоже изучает меня. Скользит по волосам, лицу, костюму. Опускает взор на мою правую руку, в которой я продолжаю сжимать ручку Parker. Не увидев на безымянном пальце обручального кольца, возвращается к лицу.

— Какими судьбами? — хмыкаю и опускаюсь на спинку кресла, продолжая рассматривать посетительницу.

Светлые волосы идеально выпрямлены и лежат ниже плеч. Большие голубые глаза смотрят на меня прямо, и я бы даже подумал, что без страха, если бы не слегка подрагивающая верхняя губа. Какого-то черта я до сих пор помню, что у Алисы дрожит верхняя губа, когда она нервничает.

Спускаюсь ниже. Лебединая шея, ровная осанка, вырез чёрного платья открывает пышную грудь. В руках с красным маникюром Алиса сжимает маленькую сумочку. Еще один признак того, что нервничает.

— Я хочу обратиться к тебе как к адвокату.

Моя правая бровь стремительно ползёт вверх.

— Я специализируюсь на бракоразводных процессах, — поясняю, если вдруг ей неизвестно.

— Знаю. Ты лучший адвокат в Москве по семейным делам. Ты не проиграл ни одного суда.

— И что же тебя ко мне привело? — ухмыляюсь.

— Я развожусь с мужем.

Снова впадаю в ступор на несколько бесконечно долгих секунд.

— Это с тем мажором, ради которого ты меня бросила, или с каким-то другим? — обретаю голос.

— У меня был только один муж. Андрей, пожалуйста, помоги мне, — начинает нервно тараторить. — Мой муж хочет отобрать у меня ребенка, он не даёт мне видеться с дочерью, собирается увезти ее из России. Пожалуйста, Андрей, помоги мне отсудить ребенка у бывшего мужа, я не могу потерять свою дочь. Я прекрасно осознаю, как тогда с тобой поступила, и ты имеешь полное право ненавидеть меня, но я прошу тебя, пожалуйста, Андрей, помоги мне забрать дочь у бывшего мужа. Ты же адвокат. Ты лучший адвокат Москвы по семейным делам и бракоразводным процессам! Я бы никогда тебя не побеспокоила, но мне больше не к кому пойти! — срывается на истеричный крик.

Мне, должно быть, все это снится. Я просто не могу поверить своим глазам и своим ушам. Девушка, которую я любил больше жизни и которая бросила меня ради мешка денег, сидит прямо передо мной и просит о помощи.

Замечаю в ее глазах слезы.

— Пожалуйста, Андрей, я прошу тебя. Помоги мне отсудить ребенка у бывшего мужа. Ты же лучший адвокат. Я заплачу любую сумму.…

— Я похож на человека, которому не хватает денег? — перебиваю ее.

Прошло десять лет, я уже давно не бедный девятнадцатилетний студент юридического факультета. Я работаю в лучшей адвокатской фирме Москвы, владею шикарной квартирой внутри Садового кольца и езжу на «Ягуаре».

— Нет, что ты. Я вижу, как ты успешен. Но я сделаю все, что ты скажешь, — в ее глазах выступают слёзы. — Назови любую цену.

Как была меркантильной сукой, так ею и осталась.

— До сих пор думаешь, что все можно купить за деньги?

— Я никогда так не думала, — опускает взгляд в пол. — Андрей, я пришла к тебе как к адвокату и готова заплатить за твои услуги любую цену. Только помоги мне получить обратно мою дочь.

— Видишь ли, Алиса, меня не очень интересуют деньги. Особенно от тебя.

— А что тебя интересует? — вскидывает на меня глаза, полные слез. — Назови любую цену. Я сделаю все, что ты скажешь.

Медлю несколько секунд, еще раз пристально ее рассматривая. Задерживаю взгляд на шее и ключицах, затем на пышной груди. Смотрю на пухлые губы и какого-то хрена вспоминаю, как она этими губами сосала мой член. Он тут же начинает предательски пульсировать и требовать срочной разрядки.

— Все, что я скажу? — задумчиво уточняю, пробегаясь взглядом по ее шее и пышной груди.

— Да.

— Ну тогда раздевайся.

— Что? — непонимающе уточняет.

— Раздевайся, говорю, — повторяю чуть громче и четче.

— Зачем?

— Ты обещала сделать все, что я захочу, — поудобнее устраиваюсь в кресле. — Вот я хочу, чтобы ты разделась.

Алиса, будто не веря, хлопает ресницами. Наверное, ждет, когда я скажу, что это шутка. Вот только я не шучу. Не знаю, зачем, но хочу посмотреть, какой она стала. Да и член предательски пульсирует.

Когда тишина затягивается, Алиса, наконец, понимает, что я серьезен, как никогда. Медленно отодвигает стул, встает и, глядя мне в глаза, принимается расстегивать сзади молнию на платье. Ткань тут же бесшумно скользит к ее ногам. Алиса остается в одном чёрном кружевном белье и чёрных чулках и, сука, член начинает ломить еще сильнее. Я пытаюсь приказать ему не реагировать на эту меркантильную стерву, но не получается. Я все так же хочу обладать ее телом.

Оно превосходно. Сейчас даже в разы лучше, чем десять лет назад, когда Алиса была тощей девятнадцатилетней второкурсницей.

— Покрутись, — приказываю.

Задрожав, Алиса медленно крутится вокруг своей оси, слегка стуча шпильками. Оцениваю ее, как товар на рынке. У Алисы упругая задница и плоский, несмотря на рождение ребёнка, живот. Наверняка соблюдает правильное питание и не вылезает из спортзала, догадываюсь.

Замечаю, как дергается ее кадык. Боится меня. Правильно, бойся. Встаю с кресла и делаю шаг к Алисе, становясь вплотную. Она стоит с гордо поднятой головой и не отводит взгляд в сторону, хотя верхняя губа дрожит еще сильнее, выдавая, как ей на самом деле страшно.

Беру Алису за локоть и разворачиваю к своему столу, становясь сзади вплотную.

— Андрей… — сипло произносит мое имя и тут же замолкает.

Толкаюсь членом в ее ягодицы. Алиса охает и хватается ладонями за край стола, слегка прогибаясь в спине. Я же касаюсь носом ее волос.

Сука, она даже пахнет так же. И это какое-то гребанное дежавю, когда я, будучи влюбленным сопляком, зарывался лицом в ее волосы и отправлялся в нирвану. Правда, тогда с любовью обнимал и прижимал Алису к себе. Сейчас такого желания и близко нет. Излечился за десять лет. Сейчас я просто хочу нагнуть Алису и оттрахать, потому что мой член по какой-то причине по-прежнему на нее реагирует.

Опускаю руку на живот. Она охает и съёживается, пока я веду ладонью по ее нежной коже вниз к тонким трусикам.

— Андрей, не надо, — сбивчиво шепчет.

— Что не надо? — замираю, коснувшись пальцами кружева.

— Зачем ты так?

— Как?

— Это все… Зачем? Я пришла попросить у тебя помощи.

— И сказала, что я могу назвать любую цену за свою помощь.

— Андрей, пожалуйста, — в ее голосе звучат слезы. — Не надо.

Хрипло смеюсь.

— Почему не надо?

— Я… — запинается. — Я не хочу.

— А это я сейчас проверю.

Ныряю ладонью в ее трусики и провожу пальцами по клитору. Алиса издает то ли ох, то ли стон. Сухая, но буквально за считанные секунды мне на пальцы начинает капать ее смазка.

— Не хочешь, говоришь? — снова провожу членом по ягодицам. — А твое тело говорит об обратном.

Алиса набирает в грудь побольше воздуха, но не произносит ни звука, пока я вожу ладонью у нее между ног. Смазки становится больше. Вхожу пальцами внутрь, затем снова провожу по клитору. Алиса дрожит. Я знаю, что это дрожь от наслаждения. Она часто так подо мной дрожала. Зачем я до сих пор все это помню?

Злость на самого себя нарастает, каменный член уже изнемогает. В какой-то момент не выдерживаю и расстегиваю свой ремень. Пряжка издает звук, и впервые Алиса испуганно на меня оборачивается.

— Боже, Андрей, ты же не серьезно это…

— Серьезнее некуда.

Чем сильнее стоит на нее член, тем больше я на себя злюсь. Брюки падают к ногам, я опускаю боксеры, наматываю ее волосы на кулак и грубо опускаю лицом на стол.

— Андрей, прекрати, не надо…

— Заткнись.

Рывком спускаю с нее тонкие трусы-ниточки и засаживаю глубоко член. Алиса издает сдавленный стон, а я снова проваливаюсь в дежавю. Она там такая же мокрая и узкая, как десять лет назад. Зажмуриваю глаза, пытаясь прогнать воспоминания. Но кое-какая разница все же есть. Тогда я хотел заниматься с Алисой любовью, а сейчас хочу жестко выебать.

Вдалбливаю в нее член по самый яйца, слушая громкое женское дыхание. Меня бесит, что мне нравится трахать Алису, что член получает наслаждение, какого давно не было с многочисленными девушками. Я сильнее сжимаю в кулаке ее волосы и глубже засаживаю член. Но как только чувствую, что мышцы влагалища начинают сокращаться, тут же вынимаю член и мощно кончаю на ягодицы Алисы под ее глухой разочарованный стон.

Сейчас в кабинете слышно только наше громкое дыхание, но уже через пару десятков секунд до меня доносится сдавленный плач. Он отрезвляет. Плечи Алисы трясутся, а сама она опустилась лицом в бумаги на столе. Важные, должно быть, и, наверное, будет не очень здорово, если она зальет их слезами, но сейчас мне так на все наплевать…

Вытираю член сухой салфеткой и небрежно бросаю пачку рядом с лицом Алисы. Быстро натягиваю боксеры с брюками и направляюсь к выходу.

— Так ты поможешь мне? — спрашивает сквозь плач, когда я берусь за дверную ручку.

На секунду останавливаюсь и оборачиваюсь. По лицу Алисы растеклась косметика, по щекам бегут дорожки слез. Она все так же лежит грудью на моем столе, а по ее ягодицам стекает сперма.

— Ты точно готова заплатить любую цену, которую я назову?

Алиса неотрывно глядит ровно мне в глаза. Прожигает ненавистью и презрением. Это взаимно, милая. Я испытываю по отношению к тебе те же самые чувства.

— Да, — отвечает после долгой паузы, и я слышу, как на этих двух буквах надламывается ее голос.

— Хорошо, я подумаю. Моя секретарша свяжется с тобой в случае положительного решения.

И я выхожу из кабинета, оставляя ее одну.

Алиса

— Будь ты проклят! — истошно воплю, когда за Андреем закрывается дверь.

Я не могу себя остановить, слезы льются ручьём. Всхлипываю, трясусь мелкой дрожью. Ненавижу себя. За то, что пришла к нему. За то, что отдалась сразу, как он захотел. За то, что под весом его тела мне было так же хорошо, как десять лет назад. Так хорошо, как никогда хорошо не было с мужем.

При воспоминании о Макаре тошнота к горлу подкатывает. Этот ублюдок мне за все заплатит, за все мои страдания. Лягу под Андрея, если потребуется, но эта мерзкая сволочь не заберёт у меня ребенка.

Надо собраться, взять себя в руки. У меня много важных дел, некогда слезы лить. Поднимаюсь со стола. Ноги плохо держат, слегка пошатываюсь на шпильках. Непроизвольно оглядываю кабинет Андрея. Стильно и дорого обставлен. Мебель из Италии, на полках много дорогих сувениров. Должно быть, от довольных клиентов.

Андрей изменился. Я помню его другим. Добрым, веселым. Он стал жестким, бескомпромиссным, как и полагается успешному адвокату. Я следила за его жизнью. Знаю про Андрея абсолютно все: как и где начинал работать, как строил карьеру, как выигрывал в суде одно дело за другим. Знаю, что не женат и никогда не имел продолжительных серьезных отношений. Детей тоже нет.

Вытираюсь салфетками, небрежно брошенными Андреем на стол рядом с моим лицом, поднимаю с пола платье и надеваю. Макияж потек, как могу, стараюсь его поправить. Время близится к двум часам, надо ехать. Скоро у Киры закончатся уроки в школе.

Как ни в чем не бывало, улыбнувшись секретарше Андрея, покидаю его офис. На метро еду до школы, становлюсь через дорогу от здания и жду. Через несколько минут звучит громкий звонок, и из школы толпами выбегают ученики. Мне нет необходимости присматриваться к каждой девочке в страхе пропустить Киру. Это невозможно.

Дверь школы снова открывается, и на улицу выходят два огромных мужика размером со шкаф. Между ними в розовой курточке, темно-синем платье и белых колготках моя Кира. У нее на голове тонкая шапочка, а из-под нее выглядывают жидкие темные волосы. На плечах за спиной объемный рюкзак.

Горло моментально стягивает, из глаз брызжут новые слёзы. Два этих громилы даже не догадываются взять у Киры портфель. Он же тяжёлый из-за учебников. Каждой клеточкой своего тела я тянусь к дочери, но не могу приблизиться к ней. Все, что мне остается, — это стоять через дорогу от школы, спрятавшись за столбом, и смотреть, как Кира в сопровождении двух охранников утром идет от машины к школе, а днём от школы к машине.

Макар нанял секьюрити, чтобы я не посмела подойти близко и не дай бог не заговорила с Кирой. Хотя в этом нет особой надобности. Он хорошо промыл Кире мозги, так что она и сама ко мне не подойдёт.

Дочь садится на заднее сиденье «Мерседеса», охранники тоже залезают в машину, и автомобиль трогается с места. Я провожаю его взглядом, пока он не скрывается за поворотом. Ну вот и все, можно ехать домой.