Читаем Детка онлайн бесплатно

— Почему я не могу пойти с вами, Марк?! — отчаянно топнув ножкой от бессилия, я сделала жалобные глазки и умоляюще выпятила вперед губку.

— Да, любимый, почему?? — Светка, девушка Марка, нежно поцеловала упертого парня и, что-то тихо прошептав ему на ушко, добавила более громко: — Сегодня Новый Год. И, если ваши родители повесили на тебя ее целостность и сохранность, это совершенно не значит, что ты должен запереть Алису в спальне на всю ночь. Это не справедливо и жестоко!

Марк насупился и, очевидно, растаял. Подняв свою зататуированную руку, он задумчиво потер подбородок и оценивающе уставился на меня. Вероятно, внутри он решал дилемму: можно ли четырнадцатилетней девочке пойти на пижамную вечеринку двадцатипятилетних спиногрызов.

Словно в подтверждение моих мыслей, он стрельнул в притихшую подружку злобным взглядом и примирительно отчеканил:

— Ты ведь понимаешь, что ее родители голову мне оторвут, если с ней что-то случится? Я не буду отходить от нее ни на шаг.

Радостно взвизгнув, я кинулась в объятья Марка. Он сдался, да! Не придется спать в свой день рождения под речь президента!

— А еще я знаю, что ты оторвешь голову любому, кто попытается навредить мне! — подлизывалась я к парню и, дабы добить его окончательно, тихо промурлыкала: — У меня лучший брат на свете! Самый, самый, самый…

Марк Грант не был мои братом по крови, но я не могла представить себя не родственницей этого человека. Наши семьи — Гранты и Воронцовы — дружили еще со времен учебы в Кембридже. Затем основали бизнес империю "Alis Markoni", чем только укрепили родственную связь уже на территории России. Все праздники, официальные приемы и просто выходные мы проводили вместе.

Когда я появилась на свет, Марк стал моим вторым отцом. Услышь это человек из ближнего окружения этого безответственного прожигателя жизни, покрутил бы пальцем у виска и прошел мимо в полном недоумении. Но только мне было известно, кем был истинный Грант изнутри. Он защищал меня от всего мира, оберегал и поддерживал. Он был моим вторым "Я". Только более взрослым и ответственным.

И пусть ему было двадцать пять лет, но он был моим другом, соратником и примером во всем.

— Конечно, Детка! А ты рассчитывала на другое, а? — в своей обычной шуточной манере он крепко прижал меня к себе и покружил. Услышав свое детские прозвище из рекламы про леопардовые пампасы, сильно потянула его за короткий хвостик, от чего сама напросилась на подзатыльник. — Эй, Алиса! Если все еще хочешь увидеть чудеса этим вечером, переодевайся и пошли на верх.

Невинно поморгав голубыми глазками и заправив за ухо светло-русые пряди, покрутилась перед парнем и осторожно подметила:

— Эм… А я уже как бы одета. Заранее подготовилась…

— Серьезно? — вот теперь злость брата казалась не поддельной. Он с ужасом и презрением посмотрел на мои светлые пижамные шорты и сиреневый свитер с коалами. — Пойдешь в трусах? Совсем чокнулась, Алиса?

— Эй, это пижама, дорогой! — вставила свои пять копеек Светка. Марк лишь холодно отмахнулся от нее, прожигая во мне дырку своими карими глазами. Все знали как он относится к девушкам и подружка совсем не обиделась, а лишь более настойчиво продолжила уговаривать: — Ей четырнадцать и она может себе позволить ходить в таких шортах. Тем более, все девочки сегодня будут подобно одеты…

— Могу! — не унималась я, но поймав сомнение и насмешку во взгляде брата, сморщилась и робко переспросила: — Не могу, да?

— Не можешь, Детка. Не можешь! — подтвердил мои опасения Марк и развернул лицом в сторону спальни. Я не двигалась, посему ему пришлось буквально пихать меня вперед, попутно уговаривая: — Хочешь, чтобы я исполнил пожелание твоих родителей и запер в спальне до утра? Они разрешили мне устроить вечеринку только с этим расчетом. Так что надевай реальную, осязаемую одежду и приходи к нам.

Сделав последний толчок, он звонко шлепнул меня по заднице и захлопнул двери. Обреченно выдохнув через сцепленные зубы, я стянула мини-шорты и одела сиреневые свободные штаны с коалами. Недовольно покрутившись перед зеркалом, я состроила себе гримасу.

— Чертов Марк! — прошипела я сквозь зубы. — Готовься! Моя месть не заставит себя долго ждать.

Общая дача Грантов и Воронцовых была похожа на громадный замок, в котором можно потеряться и искать друг друга неделями. Перед отъездом родители разделили дом на две половины, где в одном должна была "веселиться" я, а в другой — устраивать свои вечеринки Марк. И где тут справедливость?

— Тебе четырнадцать, Детка! — ласково парировала любые мои возмущения мама Вера. — Ты же знаешь, что полет в Доминикану мы запланировали с Грантами два года назад. Тендер и Новый год — отличный способ найти новых инвесторов, компании нужны друзья. Твой день рождения пройдет первого января. И мне очень жаль, что по-другому не выйдет.

— Алиса, прости непутевых родителей и потерпи один вечер, хорошо? — нежно обнял меня папа перед выходом и, чмокнув в нос, побежал подавать матери руку. На двадцатисантиметровых шпильках в снегу она грозила переломать свои стройные ножки.

На самом деле папа — единственный человек, который не называл меня этой дурацкой кличкой и использовал настоящее имя. За это я любила его еще больше.

Новый Год — пустой дом… И вот, если бы не было в моей жизни Марка, я осталась бы совсем одна. Наши родители всегда были в разъездах, а брат развлекал меня, как родную сестру. Я прекрасно понимала, что ему это тоже помогает справляться с одиночеством и отдыхать от нескончаемого количества девушек, появляющихся в его постели. Но это не важно. Мы были семьей. И он меня любил — это было естественно, как снег зимой.

На подходе к территории Марка я уже во всю пританцовывала от разрывающей барабанные перепонки музыки. Как бы там не было, я добилась своего! Попала на тусовку к взрослой молодежи, где от всех несло сигаретами и алкоголем, а девочки не стеснялись обнимать и целовать своих парней при других. Это был другой мир. К которому я стремилась. В котором жил брат.

— Детка? Иди к нам! — окрикнул меня друг Марка, Сэм. Они вместе учились в Лондоне и теперь он во всю строил мне глазки. Я знала, что это шутка. Он никогда бы не позволил себе ничего особенного в отношении меня. — Я налью тебе детского шампанского и дам понюхать сигарету!

— А что, сигареты-жвачки уже закончились? — наигранно грустно я закусила губу и, покрутившись перед знойным блондином, уже неподдельно обреченно выдала на одном дыхании: — В таком виде мне только молоко из бутылочки пить!

Сэм расхохотался так сильно, что едва не столкнул со своих колен подружку. Я ее не знала, но тот взгляд, которым она меня одаривала… явно ничего хорошего не предвещал.

— Надо будет — будешь пить молоко из бутылочки! — пробурчал мимо проходящий Марк.

Не успела я возмутиться, как наглец подхватил меня под бок и утащил дальше от Сэма. Он посадил меня в самое дальнее кресло в комнате и строго сказал, поставив обе руки на перила:

— Не вставать. Не пить. Не курить. Не заигрывать с этими долбо… не подходящими тебе по возрасту парнями. Особо не высовываться. Хм… Я уже говорил — не пить?

Нахмурившись, я потупила взгляд и холодно выдала:

— Уже два раза!

Как и обычно это бывает, Марк не хотел оставлять меня не в духе. Его пальцы нежно подцепили мой подбородок, заставляя заглянуть в его обеспокоенные глаза:

— Эй, Детка… Я просто не хочу, чтобы ты вляпалась в неприятности, слышишь? — его указательный палец обвел широкий зал размашистым жестом и он, наклонившись прямо к моему уху, продолжил менее громко: — От этих уродов никогда не знаешь, чего ждать. Ты слишком маленькая и невинная, чтобы справиться одной. Но тебе и не нужно. Есть ведь я!

Он отстранился и, весело подмигнув, просто ушел. Не знаю почему, но все это время я не дышала, а теперь остро ощущала кожей место, где только недавно было его дыхание. А его руки, украшенные мелкими венками по мускулистым бицепсам, так и грозили стать моим наваждением на грядущую неделю. И что это значит?

Нужно было отвлечься. Тяжко выдохнув, я начала осматривать комнату. В ней было около двадцати пьяных и не замечающих меня человек. Девочки в мини-шортах и майках, парни — с голым торсом, только в шортах или длинных штанах. Они с радостью демонстрировали свой пресс девочкам и буквально прижимались им во время танца все плотнее и плотнее. Возможно, конечно, это было для того, чтобы поближе разглядеть — у кого богаче декольте.

Один мой брат был в майке. Его права рука была забита всевозможными разноцветными татуировками по типу рукава. Небольшая ее часть пряталась за одеждой. Я знала, как сильно он жалел о своем глупом поступке — изуродовать тело, но мне все казалось уместным. Она не только дополняла его образ полного засранца, но и делала уникальным, неповторимым, особенным…

Пока Марк весело танцевал со Светкой, я с нескрываемым восторгом подметила, что бицепсы у брата мощнее, чем у его друзей раза в два. Ему не нужно было оголять живот, чтобы каждый кубик прорисовывался под тонкой тканью. Все равно он был лучшим, среди… всего мира!

— Детка! — внезапно в голову прилетел скомканный лист бумаги и я злобно уставилась на Сэма, посылающего мне извиняющийся воздушный поцелуй. — Не тупи, Алиса… Прочти!

На тридцать секунд мои мозги зависли, а щеки все еще пылали. Сэм явно заметил, как я разглядывала собственного брата. Мало ли что этому красавчику могло прийти в голову? Не хотелось, чтобы кто-то подумал про мои инцестуальные наклонности… Фу! Даже думать о таком противно!

Развернув листик, прочла короткое послание: "Идем играть в бутылочку! Ради тебя фанты будут мягкими и без интима!)))"

Тяжело вздохнув, я написала ответ: "Нет, прости. Марк меня убьет и отошлет спать". Только вот перед тем, как кинуть его обратно, снова бросила взгляд на брата.

Пока я отвлеклась, ситуация поменялась в корне. Теперь рука Марка грубо тискала Светку за задницу и пышную грудь, пока тот медленно подталкивал ее к ближайшему коридору. Не знаю, что он там шептал ей на ухо, но та была красная, как помидор, и не переставала хихикать.

Что-то внутри рухнуло… Я знала, что Марк — бабник. Знала, что каждый день из его спальни выходила новая девушка. Но… он никогда не позволял себе делать нечто подобное у меня на глазах.

Судорожно посчитав дни, я вдруг осознала: Светка продержалась целых семь! Семь дней они не расставались не на минуту. Возможно… это любовь? Та самая… единственная и на всю жизнь…

Мое сердце было разбито. Дышать стало тяжело, а слезы медленно подкатывали к глазам. Я знала, что глупо было ревновать брата, рано или поздно он все же женился бы и завел своих детей. Зачем ему сестра? Да еще и не родная? Кто я вообще такая? Дочь друзей семьи…

Подскочив с места, я была намерена покинуть комнату раз и навсегда. Не хотелось больше видеть Марка. Хотя бы до утра. Ему не нужны мои тревоги, не стоит портить парню вечер. А мне и самой не нравилось, как я реагирую на то, что приносит ему такое удовольствие — девушек.

В один момент кто-то сильно схватил меня за руку и потянул на себя. В секунду я оказалась сидящей около Сэма на мягком красном диване, а тот довольно скалясь, пояснил:

— В бутылочку тут будем играть. Куда ты уже намылилась, а? Ты же играешь?

Парень, как бы невзначай, положил руку на мою коленку. Было приятно внимание такого взрослого и красивого парня, но я не удержалась, чтобы еще раз взглянуть в сторону Марка… Они со Светкой уже находились около входа в ближайшую спальню и рука подружки была у него в шортах. Черт, почему так больно?!

— Да, я играю!

Сэм кивнул и посмотрел на Марту, которая писала фанты и засовывала их в бутылку с широким горлышком.

— Детка играет, желания без пошлостей пиши! Марта, я серьезно! Все должно быть прилично!

— Офигеть! Это что, мне все переделывать?! — Марта глянула на Сэма такими глазами, словно он только что попросил ее перебрать крупу вручную. — Мы так до Нового Года ни разу не сыграем!

— Твои проблемы! — непозволительно грубо огрызнулся Сэм и, убрав руку с моей коленки, потянулся к бутылке. — Алисе — четырнадцать и она не будет…

— Все настолько… плохо? — многозначительно спросила я Марту и та равнодушно пожала плечами. Дескать, "не все"… — Окей, менять под меня ничего не нужно. Мне четырнадцать, а не пять.

Глаза рядом сидящего Сэма опасно вспыхнули, но ради приличия парень еще пару минут уговаривал меня передумать. Я была настроена решительно. В конце концов, не заставят же они меня спать с кем-то?! А поцелуем меня не напугаешь. Слава богу, опыт уже имелся.

Не прошло и пяти минут, как около пяти человек, включая меня, сели на диван. Марка и Светы не было.

— Значит так, крутим бутылку. На кого укажет горлышко, тот вытягивает свое задание. Если не хочет выполнять, получает вопрос от того, кто был "счастливчиком" перед этим. Ответить нужно обязательно! — торопливо пояснила Марта и, уже крутанув бутылку, чисто символически спросила: — Начинаем?

Перовой "счастливицей" стала сама Марта. Не знаю, что там было за желание, но едва та развернула листик, как стала пунцовая и убитым голосом прошептала: "Хочу "правду"".

Она была первая, так что вопрос решил задавать Сэм. Снова устроив ладонь на моей коленке, он саркастично спросил:

— Сколько раз ты занималась с сексом с хозяином сегодняшней вечеринки?

За столом было всего три девушки и два парня. Все дамы потупились и былая злость во мне воскресла… Почему раньше мне не казалось это настолько мерзким?! В мире есть хоть одна девушка, с которой не спал Марк Грант?

— Дайте-ка подумать… Два раза в прошлом году, один раз в этом и… В общем пять. Точно, пять! — гордо завила Марта и самодовольно поправила глубокое декольте. На вид ей было лет двадцать, а вела она себя уже как шлюха. Что ж, зато нашла свое истинное призвание.

Далее бутылочка крутилась невыносимо долго. Все внутри замерло, будто ожидая увидеть горлышко, указывающее на меня. Так оно и было бы, но в последний момент, кто-то дернул стол и носик указал на Сэма.

— Наконец-то веселье! А-то я уже начал засыпать! — радостно воскликнул он и, шлепнув меня по коленке, отпустил и развернул фант, громко зачитав желание: — "Первый поцелуй". Ого, вот это "ничего особенного", Марта… Как так?!

Девушка лишь пожала плечами, пока я судорожно прикидывала, кого выберет Сэм: Марту, которая во всю строила ему глазки и ранее сидела на коленях, или Веру, которая может лишь бросать стеснительные взгляды в сторону моего соседа. Пожалуй, последний вариант был бы более комичным!

— Алиса! — радостно воскликнул Сэм и, театрально развернув мое лицо к себе, продолжил свое шоу: — Подарите ли Вы мне свой первый поцелуй, миледи, ведь с остальными я уже имел честь целоваться!

Я была ошарашена, обескуражена и поражена его нахальством. Тем не менее, вместо того, чтобы растеряться, попустила друга:

— Уверена, с Верой ты еще не целовался, Сэм. Не вешай мне лапшу на уши.