Читаем Борьба за свободу (ЛП) онлайн бесплатно
Борьба за свободу (ЛП)
Что произойдет, когда для того, чтобы выиграть ты должен проиграть? Рэйвен Морретти — единственная дочь печально известного сутенера Лас-Вегаса, выросла в чужой для неё среде. Освободившись от нерадивого дома своей матери-проститутки, она находит утешение в механике. В кругу немногочисленных друзей, она довольствуется простой жизнью. Не привлекать лишнего внимания — это то, что она умеет, и на что рассчитывает. До тех пор, пока она не попадает в поле зрения местной знаменитости — плейбоя боев без правил Джоны Слейда. Остаются недели до его титульного боя, и Джона полон решимости, остаться сосредоточенным на всем том, чего он добивался тяжелыми тренировками. Несокрушимый на ринге, он находится на пике своей карьеры. Однако, отрицать непринужденное обаяние Рэйвен и легкий характер — это борьба, которую он не может выиграть. Джона избавляется от своей репутации плохого парня, и ставит своё сердце на карту. Но он должен выбрать, когда отец Рэйвен связывается с ней, открывая ужасную правду о ее судьбе. В игре с высокими ставками ведется война, где любовь и свобода находятся на чаше весов, а ценой проигрыша является судьба хуже, чем смерть. Сможет ли импульсивный Джона сдержать своего внутреннего бойца, чтобы спасти женщину, которую любит? Или Рэйвен будет вынуждена жить жизнью, от которой она так отчаянно пыталась сбежать?
Романы / Современные любовные романыУ меня есть мгновенье, чтобы отдышаться, прежде чем снова тужиться. Моя голова наклонена в сторону, а взгляд сосредоточен на фигуре человека. Трудно сказать из-за слез и пота, которые застилают мое зрение. Яркий свет, освещающий мое тело, ничем не помогает. Все, что находится вне его свечения — темнота.
Но, даже в темноте, я знаю, кто это.
Из-за того, что мне стимулировали роды, я не видела, как он вошел. Моя кожа покрылась мурашками, и каждый крохотный волосок встал дыбом. Я заерзала от плохого предчувствия, из-за его появления.
Мою грудь сжали невидимые тиски. Я закрываю глаза, не смотря на врача между моих ног.
— Еще одно усилие, Милена. Сделайте глубокий вдох.
Он вытирает лоб грязным рукавом своей рубашки. Запах сигарного дыма и ликера веет от его тела тошнотворными волнами. Меня тошнит, и тело сжимается спазмами.
— Хорошо. Теперь тужься.
Я едва слышу, как врач считает до десяти сквозь мой стон.
Мое туловище складывается пополам, как только сильная схватка охватывает мое тело. Я кусаю губу и чувствую кровь, отказываясь кричать от моих мучений. Бисеринки пота покрывают мою кожу. Я хватаюсь за простыни от невыносимой боли. Я хочу сдаться, просто лечь на спину и заснуть, но моя матка намерена избавиться от этого ребенка. Гортанный звук вырывается из меня. Жгучая боль. Сильное давление. Меня буквально разрывает на части.
— Ребенок родился, — объявляет врач на всю комнату.
Я падаю обратно на кровать.
В комнате не слышно ни звука, кроме моего тяжелого дыхания и шума инструментов врача. Я изучаю потолок, не готовая признать то, что я знаю, грядет.
Истощение берет верх, и мои веки закрываются, только чтобы открыться от пронзительного крика новой жизни.
Крик младенца зовет меня на первобытном уровне, прося утешение, которое может дать только мать. У меня болят руки, чтобы прижать младенца у груди.
Слова крутятся в моей голове, но застывают на губах. Я не могу привязываться, поскольку его план — отнять ребенка, чтобы использовать в собственных целях, на подобии того, как рабочие разводят мулов.
Какая работа ждет этого ребенка, когда он станет взрослым, все зависит только от одной вещи. Этот вопрос крутится в моей голове.
Приподнявшись, я тру глаза, чтобы сфокусировать зрение. Он стоит у подножья кровати, больше не окутанный темнотой. Держа малыша в одной руке, он протягивает врачу огромную пачку денег, затем щелкает пальцами мужчине, чтобы тот ушел. Врач выбегает за дверь как мышка, которая только что украла с обеденного стола, и захлопывает ее за собой.
Коварный блеск его глаз ловит мой взгляд.
— Молодец, дорогуша. Она идеальна.
Его голос как спокойное мурлыканье, которое преследует меня в моих снах.
— Доминик, пожалуйста, умоляю тебя, — я пытаюсь придать своему голосу уверенность, но получается лишь шепот. — Просто отдай ее на удочерение. Она так невинна.
— Молчи! — гремит его команда эхом в крошечной комнате, заставляя меня вздрогнуть, а потом сжаться. — Она моя. И я сделаю с ней все, что захочу, — жестокие слова прорываются сквозь крик новорожденного, прямо к моему сердцу.
Он проводит ладонью по голове ребенка с нежностью.
— У нее темные волосы, как у тебя, дорогая. Я назову ее Рэйвен. — Он делает шаг к моей кровати. — Хочешь подержать ее?
Всхлип, вместо ответа, заставляет его улыбнуться. Он понимает, что я сделала. Как будто, открыв свои карты в игре в покер на высокие ставки, я просто показываю ему свою слабость.
— Понимаю, — держа ее на руках, он идет к единственному окну. — Ты можешь воспитать ее, — его взгляд скользит обратно на меня. — Но не обольщайся, Милена, если ты сделаешь что-то, что помешает моему плану, я убью ее. Затем, мы начнем с нуля, и это не будет приятным для тебя. Ты понимаешь? — как будто, заглянув в мою душу, и почувствовав мой страх, он ухмыляется.
Отвращение течет по моим венам как яд, делая меня безмолвной. Я закрываю глаза и киваю, пытаясь заставить слезы, которые струятся по моему лицу, перестать течь.
Если бы только я могла вернуть все назад. Тот день, когда все вышло из-под контроля. Тот момент, когда Доминик Моретти разрушил мою жизнь. Прислонившись к машине, с его белокурыми волосами и этими прекрасными сине-зелеными глазами, он выглядел как ангел. Он говорил красиво, с искренним почтением и предложил мне жизнь, о которой я могла только мечтать. Мое сердце так хотело верить, что он мой спаситель. Небесный посланник, отправленный, чтобы обернуть меня в свои объятия, и привести к моему «долго и счастливо». Но он не был никаким спасителем. Он был моим гробовщиком.
Осознание поражения, как сильное наводнение, затопляет меня в сожалении. Мучительное чувство вины разъедает мое сердце, медленно уничтожая то, что осталось от моей человечности.
Доминик, прежде всего, человек слова. Он сделает так как ему нужно, и я никак не могу противостоять ему.
Ненависть вскипает во мне. Я хочу наброситься, напасть на человека, который забрал мое будущее. Но я знаю, лучше не провоцировать его. Я видела, что он делает с девушками, которые не слушаются. Они проводят остаток своих дней дрожа, ходя по тонкой грани зависимости, завися исключительно от него и настолько отчаянно хотят получить следующую дозу, что молят о таком подарке как мгновенная смерть. Прям так как он и хочет.
— Милена, — его твердый тон привлекает мое внимание.
Сидя у моей постели, он держит сверток из пеленок, а затем протягивает ребенка мне. Рэйвен. Мою дочь.
Страдание в тишине — это пытка. Но он не может прикоснуться к тому, что я не даю ему.
Я крепче прижимаю руки к телу, удерживая их на месте. Из последних сил я запихиваю материнский инстинкт в дальний уголок души и запираю его там.
— Возьми ее, дорогая, — его слова передают предупреждение.
Я качаю головой. Он выпрямляется и внимательно рассматривает меня.
— Хорошо, — он поворачивается и идет к двери. — Я дам тебе несколько часов, чтобы смириться с этим. А в это время, — он смотрит на смятую постель и пол, на которых следы крови от родов, — убери этот бардак. — затем он уходит, взяв Рэйвен с собой.
Я просмотрела на окружающее меня пространство. Тут будто была резня. Результат последних двадцати четырех часов родов. Кровавый след антисанитарных родов на дому.
Что-то в глубине души подмечает, что не только я испытала ужас в этой комнате. Я почти слышу крики женщин, которые были здесь до меня.
Моя рука, рассеянно потирает, теперь уже мягкий живот. Когда-то заполненный жизнью и обещаниями, а теперь, абсолютно пустой. И не смотря на все это, я не чувствую… ничего.
Ну, дерьмо. Не думал, что головная боль, которая трахнет все другие, которые были прежде, может стать еще хуже. Между светом стробоскопа и паршивой музыкой мой мозг, как будто напряжен двадцать четыре часа в течение трех суток. Вонь от несвежего пива, пота и духов кружилась в воздухе, возглавляя мой список раздражителей мозга.
И добавьте к этому шайку горилл, которые находятся за столом позади меня. Они ворчат и кричат, будто бьют себя в грудь, чтобы привлечь внимание.
Я поворачиваюсь и смотрю на этих слабаков из братства, которые сразу же заткнулись, увидев мой взгляд.
Моя голова, кажется, взорвется, и это портит мое гребанное настроение. Единственная причина, по которой я согласился приехать в стрип-клуб, была надежда, что несколько бутылок пива снимет напряжение в голове. Но пока это не работает.
Вместе с глотком из бутылки, я осматриваю полуголую девушку, на сцене передо мной. Она типичная стриптизерша из Вегаса: обесцвеченные светлые волосы, темная загорелая кожа и огромные силиконовые сиськи.
— Та цыпочка, глазами трахает тебя всю ночь, — кричит Блейк сквозь музыку. — Ты собираешься к ней подойти?
Я сердито смотрю на моего партнера по тренировкам. В конце концов, эта тупая задница, уговорила меня прийти сюда сегодня вечером.
— Возможно, — избавиться от головной боли было приоритетом. Поскольку выпивка не помогает, возможно, поможет вмешательство цыпочки. — Но только, если у нее скоро перерыв. Я должен выбраться отсюда. Это место уничтожает мою голову. — Я пытаюсь избавиться от боли, массируя пальцами виски.
Блейк приподнял одну бровь, вместе с одним уголком его рта.
— Тогда я тоже пойду. Нужно выспаться, если я вновь собираюсь надрать тебе задницу. — Я показываю ему в спину средний палец.
Он коленом ударил меня по виску, во время сегодняшней тренировки, из-за чего, видимо, и разболелась моя голова. Я делаю мысленную заметку, чтобы отплатить ему солидным ударом, в следующий раз, когда мы будем в октагоне1.
— Верно. Ты надрал мне задницу. — Я наклоняю голову, указывая на его свежий подбитый глаз и окровавленную губу.
Возможно, я должен чувствовать себя плохо из-за того, что выместил на нем злость. Но, из всех людей, Блейк знает меня лучше всех. Он видел, что случается, когда я выпускаю монстра наружу. Если я получаю достаточно сильный удар, мой мозг переходит в режим защиты. Я становлюсь диким, и не могу, ничего поделать с этим.
В основном, я научился контролировать это, во время тренировок. Но Блейк, ударил коленом из ниоткуда и вывел меня из себя. К счастью, я смог обуздать монстра, прежде чем действительно причинил боль ублюдку.
— Привет, красавчик, — соблазнительный голос мурлычет мне на ухо.
Женские руки двинулись от моего бицепса, вниз по груди, на живот. Я оборачиваюсь, и вижу блондинку-стриптизершу со сцены, которая оперлась подбородком на мое плечо, кусая вишнево-красную нижнюю губу. Она скользит своими руками вверх, пока обходит меня. Затем ее длинные, обнаженные ноги седлают мои бедра, и она наклоняется ближе, размещая свои активы на уровне моих глаз.
— Кажется, я знаю тебя. — Ее бедра двигаются в такт музыки.
Я зеваю.
— Да? И откуда же?
Я изучаю ее лицо, пытаясь найти что-то знакомое в своей памяти, но не нахожу. Без вариантов, я не спал с ней раньше. Я бы запомнил. Но если мы переспали, это окажет непосредственное влияние на то, как закончится эта ночь. Я не лезу в один и тот же горшок с медом дважды.
Она опускается ниже, так, что теперь она седлает мои колени. Я чувствую знакомое движение возбуждения, то, как мое тело реагирует на тепло и трение, но больше ничего. Я знаю ее тип. Они все одинаковые: фальшивки, от их натренированных поддельных голосов до имплантов в заднице. Эти женщины хороши только для одних целей, и она кажется более чем готова начать. Идеально.
— Видела тебя на всех рекламных щитах.
Я закатил глаза, а затем зажмурился от все еще пульсирующей боли в голове.
— Хочешь уйти отсюда?
Ее лицо светится, а глаза сверкают.
— Конечно.
— Может пойдем к тебе? — она практически подпрыгивает от возбуждения.
Я почти вижу вспышки долларов в ее глазах, она такая предсказуемая. Эта цыпочка помешана на статусе, деньгах и праве хвастаться, что она трахнула бойца. Она ищет кого-то с наличными, за кого можно уцепиться, и обводит его вокруг его члена. Она выглядит как порно-звезда и искусно владеет сексуальным мастерством, желая ослепить меня этим, чтобы я решил, что влюблен в нее.
— Нет. К тебе.
Я никогда не привожу девушек домой. Считаю, если парень приводит девушку домой, ей сразу кажется, что она может обустроить здесь свой дом. Прежде чем он осознает это, она готовит завтрак и заполняет его ящики в ванной тампонами. Бедный парень, который ищет девушку на одну ночь, обнаруживает, что живет с ней как с женой. Когда она, наконец, уходит, парень уже попал, поскольку она знает, где он живет. Он может так и не перезвонить, но ей плевать. Она будет просто появляться в его доме или, что еще хуже, приезжать и парковаться через улицу, преследовать его.
— Хорошо, — отвечает она на выдохе. Взволнованность пропала, но могу сказать, что эта цыпочка не сдается. — Я встречу тебя у входа. Дай мне пять минут? — она оживляется, ее тонкие брови приподнимаются, предвкушая мой ответ.
Я киваю.
Потершись своим тазом о мою промежность, она исчезает в толпе. А Блейк в это время исследует своим языком горло грудастой рыжей.
— Эй, братан. Я сваливаю отсюда. — Я говорю это достаточно громко, чтобы он слышал.
Он не прерывает свой страстный поцелуй, но машет мне одной рукой, пока другой засовывает пятидесятидолларовую купюру девушке в стринги.
Я допиваю свое пиво, кидаю немного денег на стол и иду к двери. Клуб забит во вторник ночью, хотя в баре три огромных помещения. Народ уходит с моего пути немного быстрее, чем обычно, наверное, благодаря выражению «нехер-смотреть-на-меня» на моем лице из-за головной боли.
Выбравшись из клуба, я чую запах сигарет. Из-за мигающего неонового света, кожа всех вокруг, кажется розовой. Я гляжу на парковку и подумываю о бегстве. Может быть, горячий душ и хороший сон — это все, что мне нужно.
Именно тогда, маленькая рука хватает меня за локоть.
Стриптизерша смотрит на меня из-под ресниц. Она облизывает губы и прижимает свою грудь к моей руке. Скользя своей ладонью в мою, она переплетает наши пальцы.
— Надеюсь, ты готов к кое-каким развлечениям. Одна ночь со мной, и ты будешь умолять…
Я убрал свою руку.
— Где твоя машина? Я поеду за тобой.
В ее взгляде вспыхивает что-то похожее на разочарование.
Цыпочки, с их завышенными представлениями о романтике. Это не свидание. Это встреча для секса, но не на всю ночь. Все просто. Это зуд. И нужно избавиться от него.
Она кивает головой в сторону ее автомобиля. Чувствуя себя неуютно из-за моего ответа, а я провожаю ее к нему. Я не полный мудак.
