Читаем Ашер 8 онлайн бесплатно

Солёный морской бриз, который был моим верным спутником всё плавание, сдох. Просто взял и исчез, будто кто-то дёрнул невидимый рубильник. Вместо него в ноздри ударила такая вонь, что я невольно попятился. Едкая, тошнотворная смесь жжёного угля, раскалённого металла и чего-то кислого, отчего мгновенно запершило в горле, а глаза начало щипать.

— Чёрт, ну и вонища, — вырвалось у меня само собой. Нос сморщился, как от запаха тухлятины. — Напомнило мне промзону какого-нибудь Челябинска из старых фоток: серость, уныние и тотальное безразличие ко всему живому.

Шелли подошла ближе, инстинктивно прижав ладонь ко рту. Даже сквозь пальцы было видно, как она морщится.

— Это… это нормально для города? У них тут что, экологическая катастрофа?

— Для Дальнегорска — да. — Голос Кларка, донёсшийся с носа корабля, прозвучал глухо и мрачно, как будто он проглотил горсть гравия. Всю дорогу он становился всё угрюмее, а сейчас и вовсе окаменел. Спина идеально прямая, плечи развёрнуты — та самая выправка, которую я приметил при нашей первой встрече. Он смотрел на родной город не как на дом, куда возвращаются с радостью, а как на вражескую территорию, где каждый камень может оказаться миной. Солдат, вернувшийся на старое поле боя. И, судя по его лицу, раны до сих пор не зажили.

На горизонте медленно, но неотвратимо вырастал силуэт Дальнегорска — серая, безжизненная громада под брюхом свинцовых туч. Десятки дымящих труб, похожих на костлявые пальцы мертвеца, тянулись к небу, но дотянуться до солнца, казалось, не могли в принципе. Бетонные коробки, переплетённые ржавыми фермами и трубами, выглядели как декорации к фильму про апокалипсис. И всё это под густым фильтром вечного смога.

— Весёленькое местечко, — пробурчал Сет, оперевшись на борт и скрестив руки на груди. — Прямо курорт. Только шезлонгов и коктейлей не хватает.

Его сарказм был сейчас как нельзя кстати. Хоть какая-то разрядка.

— Голова… раскалывается… — тихий, болезненный стон Иди заставил меня резко обернуться.

Она прижимала ладони к вискам, её лицо стало бледным, почти восковым. Один шаг — и я уже рядом, мягко кладу руку ей на плечо, стараясь излучать спокойствие.

— Что такое? Что чувствуешь? — Её эмпатия — это и дар, и проклятье. Если она что-то ощущает, значит, дело дрянь.

— Что-то… гудит, — она поморщилась, словно от острой зубной боли. — Внутри. И чем ближе к порту, тем сильнее. Будто кто-то бьёт ложкой по кастрюле, прямо в черепной коробке.

Рита подошла с другой стороны, её золотистые глаза внимательно, почти по-медицински изучали Иди. Взгляд цепкий, оценивающий.

— Магия?

Иди качнулась, и я придержал её крепче.

— Возможно. Или что-то ещё. Что-то… неправильное. Больное.

— Как будто в этом городе может быть что-то правильное, — фыркнул Сет, но я уловил в его голосе нотки беспокойства. Он бросил быстрый взгляд на Иди, потом на унылый пейзаж за бортом. — Вы посмотрите на это место — даже воздух мёртвый.

И он был прав. Чем ближе мы подплывали, тем отчётливее становилось это гнетущее ощущение: город не живёт, а медленно разлагается. Кто-то или что-то высасывает из него саму жизнь, оставляя только пустую, уродливую, но всё ещё функционирующую оболочку. Капитан Джонс, обычно бодрый и шумный, как ярмарка, тоже сник, молча вертя в руках свою треуголку и что-то бормоча про дурные знаки и проклятые воды.

Я перевёл взгляд на Кларка.

— Ты уверен, что твой брат получит здесь помощь?

Он долго молчал, не отрывая взгляда от уродливых контуров города.

— В Дальнегорске лучшие целители Террианцев. Но…

Пауза затянулась, становясь почти осязаемой.

— Но?

— Но я не знаю, захотят ли они помочь, — наконец выдавил он, и в его голосе прозвучала такая безнадёга, что мне стало не по себе. — За время моего отсутствия в городе многое изменилось. И, боюсь, не в лучшую сторону.

Вот это «но» мне совсем не понравилось. Оно обещало проблемы. Большие проблемы.

Причал встретил нас тяжёлым молчанием и косыми, недобрыми взглядами. Вода в гавани — мутная, маслянистая жижа с плавающим на поверхности мусором. Воняло нефтью, гниющими водорослями и ещё какой-то химией, которую лучше и не пытаться опознать. Серый камень, ржавое железо. Никаких украшений, ни намёка на эстетику. Функциональность, доведённая до абсурда. Не порт, а вход в тюрьму строгого режима.

— Весёлое местечко, — повторил Сет свой вердикт, оглядывая портовых рабочих.

Лица у них были чёрными от угольной пыли, а движения — медленные, отстранённые, как у заводных кукол, у которых кончается заряд. А взгляды… тяжёлые, полные застарелого, глухого презрения. Словно мы не гости, а оккупанты. Или просто очередная головная боль, которую надо перетерпеть.

Волосы на затылке зашевелились. Инстинкт выживальщика, отточенный годами, орал благим матом: опасность.

— Держитесь рядом, — бросил я тихо своим. Рита и Сет уже заняли позиции у трапа, руки лежат на оружии, но не касаются его. Просто готовы. Даже Шелли напряглась, притянув Грэга к себе. Боевая готовность номер один, включилась сама собой.

Грэг жался к Шелли, с ужасом оглядывая окружающее уныние.

— Пап, а мы точно в нужном месте?

— Боюсь, что да, сынок. — Мой взгляд скользнул по угрюмым лицам портовиков. Зомби в рабочей одежде.

— Кларк, — позвал я посла. — Всё в порядке?

Он обернулся, и в его глазах я увидел такую застарелую боль, будто старая рана открылась и снова закровоточила.

— Просто… давно не был дома. Забыл, каково это.

— Хреново, судя по всему, — пробормотал Сет достаточно тихо, чтобы не задеть Кларка. Ада молча коснулась руки посла. Поддержка без слов. Иногда это самое ценное, что можно дать.

Едва мы начали спускать носилки с Красконом — он был в сознании, но смотрел в одну точку, словно впал в ступор — как из-за тюков с углём выросла портовая стража. Чёрная, побитая в боях броня без единого украшения. Рабочий инструмент для усмирения толпы. Появились молча, как призраки, перегородив дорогу.

— Стоять! Документы! — рявкнул старший. Лицо каменное, взгляд как у тюремного надзирателя со стажем.

Кларк шагнул вперёд, выпрямился, и на мгновение в нём снова проснулся посол.

— Я посол Кларк Дальт, представляю интересы лорда-регента Краскона в…

— Мне плевать, кто ты, — перебил его стражник с наглой, презрительной ухмылкой. — Документы. Или валите обратно, откуда приплыли.

Воздух натянулся, как струна. Я уже прикидывал, с кого начать. Этот ухмыляющийся — первый. Двое за ним — следующие. Рядом Рита едва заметно сместила вес тела, готовая к броску. Сет дёрнулся вперёд, его рука легла на эфес сабли.

— Ты что, оглох, тварь? Он же сказал…

— Сет. — Голос Кларка — спокойный, но твёрдый как сталь. — Не надо.

Но я видел, как побелели костяшки на кулаках сокола. Он не привык к такому обращению. Честно говоря, мы все от такого отвыкли.

Стражник перевёл взгляд на носилки с Красконом. Ухмылка стала ещё гаже.

— А этого урода куда тащите? В карантинный барак. Место ему там. С остальными отбросами.

Взгляд у него был такой, будто он смотрел на таракана, которого собирается с наслаждением раздавить. Всё. Мой внутренний предохранитель сорван. Время вокруг будто стало вязким. Я уже просчитывал траекторию удара. Шелли инстинктивно отступила, загораживая Грэга. Иди прижалась к мачте, лицо белее мела.

— Похоже, местные не особо рады гостям, — прошипел Сет. В его голосе звенела та же холодная ярость, что закипала во мне.

Но тут Кларк шагнул вперёд, вставая между нами и стражниками. Его голос стал другим. Тихим, ледяным. Таким, каким отдают приказы, не терпящие возражений.

— Капитан Драск. Тридцать седьмой патрульный отряд, третий участок. — Каждое слово — как удар молота по наковальне.

Стражник вздрогнул, будто его ударили током. Ухмылка сползла с лица, сменившись сначала недоумением, а потом — животным страхом. Ну и ну, Кларк. А ты, оказывается, не так прост.

— Лорд-регент Краскон Дальт находится под моей личной защитой, — продолжал чеканить посол. — По прямому приказу Лорда-Патриарха. Любое промедление будет расценено как прямое неповиновение. Я понятно объясняю?

Я видел, как в глазах Драска страх борется с ненавистью. И ненависть, хоть и проиграла, не исчезла — она просто ушла глубже, затаилась. Теперь он боится нас. И ненавидит ещё сильнее.

— П-понятно, господин посол, — процедил он сквозь зубы. Резко развернулся к своим. — Расступиться! Пропустить! Живо!

Стража неохотно отступила, на их лицах — та же смесь страха и злобы. В этом городе власть, похоже, держится только на грубой силе и всеобщем страхе.

— Вот так-то лучше, — хмыкнул Сет.

Кларк бросил на него быстрый, предупреждающий взгляд. Не время расслабляться.

— Капитан, — голос посла снова стал официальным, но сталь в нём никуда не делась. — Лорд-регент болен. Нам нужны носилки и осторожная транспортировка до резиденции. Немедленно.

— Будет сделано, — сухо бросил Драск, не глядя на нас.

Ясно. Этот тип нас запомнил. Заношу в мысленный блокнот: «Капитан Драск. Рожа кирпичом. Потенциальная заноза в заднице. При встрече бить первым, без предупреждения».

Путь до резиденции превратился в молчаливую процессию по улицам-каньонам. Широкие, пустые проспекты Верхнего города были зажаты между монументальными каменными громадами. Ни деревца, ни травинки. Камень и металл. Архитектура давила, угнетала. Огромные блоки, высокие стены почти без окон, узкие щели-бойницы. Ощущение, будто идёшь по дну гигантского карьера. Или по коридору тюрьмы для великанов.

— Как в тюрьме, — прошептал Грэг, прижимаясь к Шелли.

— Может, так и задумано, — буркнул я, осматривая редких прохожих.

Они двигались быстро, не поднимая глаз, одетые во всё тёмное и немаркое. Бросали на нас короткие, враждебные, как выстрелы, взгляды и тут же отворачивались. Боятся. Но чего? Нас или тех, кто может заметить их интерес?

Иди еле шла. Рита поддерживала её под руку. Головная боль, похоже, превратилась в настоящую пытку.

— Здесь что-то не так, — шептала она, прижимая ладони к вискам. — Это место… больное.

— В каком смысле? — тихо спросила Рита.

— Не знаю… Будто сам воздух отравлен. Не физически. Духовно. — Ада, идущая рядом, слушала её с нарастающей тревогой. — Это… это антимагия. Пустота. Будто здесь планомерно и методично уничтожают всё живое.

Я замедлил шаг, чтобы поравняться с Кларком. Наши шаги гулко отдавались от каменных стен, создавая зловещее эхо.

— Кларк. Эта… атмосфера. Для твоего города это нормально?

Он не обернулся, глядя прямо перед собой. Плечи напряжены, словно он ждёт удара в спину.

— Дальнегорск не живёт, Макс. Он функционирует. Как механизм. Только сломанный.

— А кто его сломал? — подал голос Сет.

Кларк молчал так долго, что я решил — не ответит. Потом тихий, вымученный ответ:

— Мы сами. Сами и сломали.

Эти слова повисли в мёртвом, спёртом воздухе. Мы шли не просто по улицам. Мы шли по кладбищу надежд.

На одной из площадей мы увидели то, что когда-то было фонтаном. Бетонная чаша с застоявшейся, мутной водой. В центре — изуродованная статуя. Кто-то пытался её разбить, но бросил на полпути. Осколки камня, рваные куски металла. Памятник вандализму и бессильной злобе. Даже камень здесь не выдерживал.

— Весёлая перспектива, — Сет с отвращением смотрел на это убожество.

— А мы сюда надолго? — Голос Шелли был тихим, полным желания, которое я разделял на все сто процентов: свалить отсюда. Как можно скорее.

— Посмотрим, — бросил я, хотя внутри уже всё понял.

Нет. Отсюда мы так просто не выберемся. Этот город — ловушка. Снаружи — мрачная, монументальная. Внутри — гниющая и смертельно опасная.

И мы только что в неё вляпались. По самые уши.

Резиденция Кларков торчала передо мной, как гнилой зуб в пасти серого, унылого города. Огромная цитадель из черного базальта, которая, казалось, не отражала, а всасывала сам свет. Даже на расстоянии от этой громадины несло могильным холодом, и дело было не в архитектуре, а в самой ее ауре. Что-то давило, вызывая инстинктивное желание развернуться и уйти.

— Добро пожаловать в мой дом, — сухо бросил Кларк, когда мы замерли перед массивными воротами. В его голосе не прозвучало ни капли гордости или хозяйской радости. Просто свинцовая, застарелая усталость.

— Веселенькое у тебя гнездышко, — пробормотал Сет, с неподдельным интересом разглядывая голые черные стены. — Прямо как в сказке. Про очень злую и нелюдимую ведьму.

— Сет, — одернула его Ада, но я заметил, как она сама поежилась, вскинув взгляд на эту махину.

Ворота разошлись без единого скрипа. Бесшумно, как пасть хищника. Идеально смазанные петли. Встретившие нас слуги-террианцы двигались как тени — быстро, беззвучно, с абсолютно пустыми, ничего не выражающими лицами. Ни улыбок, ни лишних слов. Только механические поклоны и направляющие жесты. Жутковатое, блин, гостеприимство. Словно попал на экскурсию в мавзолей.

— Кларк, — тихо окликнул я, когда мы шагнули в исполинский главный зал. — Тут всегда такая… жизнерадостная атмосфера? Или это вы специально для нас постарались?

Посол обернулся. В его глазах на мгновение промелькнула горькая усмешка.

— Террианцы не особо склонны к проявлению эмоций, Макс. Особенно в присутствии чужаков. Мы ценим сдержанность.

Внутри оказалось еще хуже, чем я думал. Потолки терялись где-то вверху, во мраке, который не могли разогнать редкие и тусклые факелы. Воздух — холодный, спертый, с запахом вековой пыли, камня и чего-то еще, неуловимо неприятного. Будто залы не проветривали лет сто. Все поверхности — холодный черный камень, тусклое железо, позеленевшая от времени медь. Ни одного яркого пятна, ни одного ковра, ни намека на уют. Настоящий склеп для живых.

— Господин Кларк. — К нам, будто материализовавшись из тени, скользнул управляющий. Худой террианец с бритой головой и холодными желтыми глазами рептилии, которые, казалось, смотрели сквозь тебя. — Комнаты для гостей подготовлены в северном крыле. Лорд-регент размещен в укрепленных покоях под охраной.

— Хорошо, Зет. Позаботься, чтобы охрану усилили вдвое. И никого к нему не пускать без моего прямого разрешения. Никого.

— Слушаюсь. — Управляющий поклонился и растворился в тенях так же бесшумно, как и появился. Даже сквозняка не оставил.

Шелли незаметно прижалась ко мне. Я почувствовал всем телом ее мелкую дрожь.

— Макс, здесь так холодно. И дело не в температуре воздуха.

Она была абсолютно права. Это место давило на психику, высасывало силы.

— Знаю, милая. — Я обнял ее за плечи, притянув к себе. Тепло ее тела было единственным живым пятном в этом каменном мешке. — Потерпи немного. Надеюсь, мы тут надолго не задержимся.

Грэг шагал рядом, во все глаза глядя на мрачные своды. Даже Гель, его маленькая ящерка, притихла на плече, вжавшись в шею пацана. Обычно игривая и любопытная, сейчас она словно пыталась стать невидимкой.

— Пап, — шепнул он, дернув меня за рукав. — А мы тут точно в безопасности?

Рука сама легла на рукоять меча, пальцы привычно сжались. Мышцы напряглись, готовые к любой пакости.

— Пока да, — ответил я, хотя сам в этом был уверен все меньше. Что-то в этом месте заставляло все внутренние инстинкты орать об опасности.