Читаем Актер. Часть 2 онлайн бесплатно

    @ Москва, Теплый Стан. Тем же днем и ранним утром следующего дня.

  Поездка до Теплого Стана закончилась тем, что Исаев, кое о чем вспомнив, достал телефон, расположился на сидении так, чтобы защитить дисплей от глаз бывшего шефа, и настрочил сообщение: «Привет. Не волнуйся, я разберусь. Завтра попробую вытащить А. Позвонить тебе пока не могу. Но завтра обязательно постараюсь». Затем он отправил смс-ку Алисе, мысленно пожелал девчонке терпения и развернулся к Домбровскому:

  — Максим Валентинович... — Тот вопросительно поднял бровь, провожая взглядом мобильник Исаева, который Андрей, чуть изогнувшись, как раз убирал в карман джинсов. — А вы можете на пару минут избавиться от машин сопровождения и остановиться во-он у того строения?

  Домбровский посмотрел туда, куда указывал ему Андрей. Оказалось, Исаев имел в виду многоэтажное, престижного вида здание, над входом в которое красным неоном сияла надпись: «ТЦ «Лейпциг».

    — Ты хочешь, чтобы мы остановились у торгового центра? — на всякий случай уточнил Домбровский.

    — На парковке у торгового центра, — поправил Андрей.

    Генерал-полковник помолчал, затем нажал на кнопку на ручке машины, чем чуть сдвинул звуконепроницаемый экран вниз:

    — Кость, остановись на стоянке у Лейпцига. Олег, сопровождающим позвони и скажи, чтобы они ненадолго отпустили нас.

    — Сделаю, — кивнул водитель. Одинцов вместо ответа вцепился в передатчик, закрепленный на ухе.

  Пока Олег выполнял его распоряжение, Домбровский все тем же нажатием кнопки вернул экран в исходное положение и окинул взглядом окрестности.

Посмотрел на жилые дома, расположенные метрах в пятидесяти от входа в «Лейпциг»; на кафе с полосатыми зонтиками, под которыми сидели и смеялись беззаботные люди. Оценил хорошо просматриваемый периметр парковки и несколько входов и выходов из магазина, расположение которых позволяло легко затеряться в толпе. На ум пришло, что в конце семидесятых неподалеку отсюда, кажется, на улице Варги находился сверхсекретный институт при КГБ СССР. И Домбровский, повернувшись к Андрею, язвительно поднял бровь:

    — Играем в шпионов?

    «Нет, всего лишь простая предосторожность», — про себя отрезал Исаев.

    — Да нет, хочу продукты домой купить, — не без иронии вслух отозвался Андрей.

    Водитель, который слава Богу, не слышал его, завел «Мерседес» на парковку.

    — Замечательно, — между тем хмыкнул Домбровский. — Идея с продуктовым мне очень понравилась. Особенно если ты пойдешь с ЭТИМ туда.

    Андрей обернулся.

Оказалось, бывший начальник указывает подбородком на офисный «дипломат», который с момента их встречи у «Марриотта» лежал справа от него на сидение.

    Здесь надо бы кое-что пояснить.

    Чемоданчик, который имел в виду Максим Валентинович, был обычным, компактным, размером примерно 40х20. Вот только его внутренности далеко выходили за рамки «традиционного офисного». В «дипломате», оснащенном устройством для открытия «под принуждением», активация которого приводила к мгновенному уничтожению содержимого, лежал паспорт на имя сотрудника дипломатической службы Дмитрия Никитина (но с вклеенной туда фотографией Андрея), банковская карта на то же имя, пара пачек еврокупюр, токен, то есть специальный USB-носитель с ключом для входа в систему Интерпола — ну и до кучи подписанный Домбровским контракт с охранным предприятием «Альфа», где Максим Валентинович фигурировал как заказчик услуг по розыску Елизаветы Домбровской. Что Домбровский практически дословно перечислил Исаеву, продолжая едко смотреть на него.

    — Максим Валентинович, вы бы сюда еще красный «Самсонит» на колесиках привезли. Прямо вижу, как я бегу с ним по улицам, — вздохнул Андрей.

    — Да иди ты! — Домбровский обиженно отвернулся к окну. Помолчал, покусал губы и начал: —Вот смотрю я на тебя, Исаев, и никак понять не могу. Вроде бы взрослый ты мужик...

    «Ага. Но только «мужики» лес в тайге валят».

    — ... и оперативник хороший, и выглядишь ты правильно, и работу свою делаешь хорошо...

    «Так, а к чему вы клоните?»

    — ... но вот что язык у тебя, что твоё окружение, — и Домбровский пожал плечами. — Интересно, как вас с этим чехом твоим девушки-то терпят?

    — А они нас не терпят, Максим Валентинович. Они нас любят.

    Домбровский дернулся, как от удара, и обернулся к нему. Он смерил Исаева долгим взглядом, но тот продолжал безмятежно смотреть на него.

    — Пошел к черту! — разозлился Домбровский. — Все, забирай свою сумку и топай отсюда, — он даже махнул рукой, но указывал ей почему-то в сторону близлежащих домов, очевидно, решив, что Андрею туда. — Да! — спохватился Максим Валентинович, когда Исаев, оставив «дипломат» пока лежать на сидении, взялся за ручку двери, — мы теперь когда с тобой на связь выйдем?

       — Давайте я вам завтра в первой половине дня наберу?

    Домбровский кивнул. И тут стали происходить весьма любопытные вещи. Открыв дверь, Исаев буквально вытек из «Мерседеса», и Домбровский с удивлением увидел, как его бывший оперативник развинченной или, лучше сказать, развязанной походкой праздношатающегося отправился к багажнику автомобиля. Как, развернувшись на пятке кроссовки, Андрей покосился на нарядную витрину «Лейпцига», проверяя, не крутятся ли рядом излишне любопытные люди. Как, убедившись, что «на границе все тихо», Исаев подошел к багажнику и быстрым, почти неуловимым движением стукнул костяшками пальцев по его крышке. Как его собственный водитель, который все это время наблюдал за Андреем в боковое зеркало, нажал на кнопку на приборной доске, и крышка багажника поехала вверх. Выдернув из багажника свою сумку, Исаев захлопнул его и той же прогулочной походкой вернулся к задней двери машины.

    А дальше все стало еще интересней. Открыв дверь, его стройный бывший служащий наклонился над сидением, ухитрившись своим не самым крупным телом полностью заблокировать от чьих-либо глаз проем двери, открыл «дипломат», вытащил из него банковскую карту, переложил ее в задний карман джинсов, после чего сунул в сумку файл с открыткой Алекса, застегнул сумку и поднял глаза на Домбровского:

    — Ну все, пока. Да, и большое спасибо, что вы меня подвезли.

    — Не за что. Ты, главное, деньги все сразу в продуктовом не просади. Мы все-таки не «Газпром», а МВД, — неожиданно для себя хмыкнул Домбровский.

    — Хорошо, возьму до Праги плацкарт. Или горячий тур. Для дипломата как раз самое то, — мгновенно отпарировал Исаев.

    — Андрюха, а Андрюха... Не доводи до греха. — И бывший шеф, который начал входить во вкус пикировки с Андреем, покачал головой.

    Между тем самого Андрея так и подмывало ответить Домбровскому, что тот, чем состязаться с ним в остроумии, лучше бы выпустил Алекса из СИЗО. Но поскольку это все равно ни к чему бы не привело, Исаев сказал:

    —

Хорошо. До свидания, — закрыл дверь, махнул водителю, типа, увози шефа, нырнул в проем, образованный раздвижными дверями «Лейпцига» и растворился в недрах ТЦ.

    «Молодец. И все сделал правильно... Но главное, чтобы отвлекшись на карточку, он пропустил основной «багаж», — Домбровский вздохнул, откинулся на спинку сидения и снова погрузился в невеселые мысли о дочери.

    Тем временем Андрей уже шагал по переходам торгового зала к вестибюлю, где располагался банкомат. Слежку за собой он пока не видел, но понимал, что за ним будут следить. И этим в ближайшие дни, если не часы, займутся специалисты Домбровского, или же люди грека, или и те, и другие. Но если у Нико, как говорилось выше, было почти звериное чутье на опасность, то Андрею о ней рассказывали чистая логика и интуиция, которую кто-то бы счел паранойей. Но мнение «кого-то» Исаева не интересовало. Ему нужно было избавиться от навязанного «багажа».

    Так что, дойдя до вестибюля, Исаев занял очередь к банкомату. Дождавшись, когда женщина, которая стояла перед ним, снимет нужную сумму, суетливо пересчитает ее и уйдет, Андрей отправил карту в приемник и снял с карточки все наличные.

Сумма оказалась внушительной, но не заоблачной. Ровно столько получал Исаев за два месяца работы. Наличные вместе с пустой уже картой Андрей переправил в сумку. После этого он направился к расположенной справа лестнице, спустился вниз на один пролет и толкнул неприметную темную дверь с надписью «0 этаж». Дверь вела в полуподвальное помещение торгового центра, где находился неизвестный посетителям «Лейпцига» платный гараж. Поздоровавшись с охранником (двадцатитрехлетний бывший стажер «Альфы», которого Исаев пристроил сюда после того, как Фадеев убрал этого юношу из компании, посчитав, что толка от парня не будет), Андрей поинтересовался, как у него дела.

    — Спасибо, теперь все нормально, — охранник искренне улыбнулся и тихо добавил: — И ТАМ все, как обычно.

    — Ира приходила, «японку» или «немца» брала?

    — Нет, второй день здесь не появлялась.

    «Слава богу», — Андрей мысленно выдохнул. Самойлова гоняла по трассам практически, как Спиди-гонщик. Не прощаясь с охранником («Еще увидимся»), Исаев кивнул ему, прошел еще пару метров вперед, после чего свернул за угол и очутился у отсека парковки, завешенного темной пленкой. Отогнул пленку, Андрей нырнул под нее и оказался в небольшом квадрате, где стояли его «японец» — мощный байк «Кавасаки», обтекаемыми формами похожий на акулу, и «немец» — туристический мотоцикл премиум-класса, произведенный концерном «БМВ». Слева от «немца» скромно приткнулся еще один «Кавасаки», но красного цвета. Он принадлежал Ире.  Но при всей любви к женщине Андрея сейчас интересовал ни ее байк, и ни его «Кавасаки», а именно «БМВ» с его вместительными боковыми багажными отсеками.

Убедившись что камера наблюдения, как намекал охранник, по-прежнему повернута в сторону «японки» Иры, Андрей опустил на пол сумку, присел перед ней на корточки и начал работать.

    Не доставая из сумки «дипломат», он открыл его и переложил в сумку под носильные вещи паспорт, токен и еврокупюры. После этого он бросил в чемоданчик уже ненужную ему банковскую карту. Затем, открыв карман сумки, Исаев извлек из него брелок с ключами от «БМВ», который привык носить с собой, как некоторые постоянно носят с собой корвалол и таблетки от головной боли. Сняв мотоцикл с сигнализации, Андрей открыл правый багажный отсек «БМВ» и отправил в него «дипломат» Домбровского.

    Исаев предполагал, что в чемоданчике или в банковской карте мог быть установлен «маячок», изготовленный умельцами МВД или же Интерпола. Но если Максим Валентинович, который как-то уж очень ловко завернул разговор о девушках, которые «терпят» его и Алекса, мог знать об Ире и о том, где она живет, то «чип» из Интерпола мог привести людей грека прямиком в ее квартиру. Но с охраной своих женщин — Иры, младшей сестры и матери — Исаев еще разберется (на что, кстати сказать, и пойдут деньги Домбровского). А пока он избавился от потенциальной проблемы, просто-напросто прикрепив «дипломат» и банковскую карту к своему мотоциклу, чем и обеспечил неподвижность возможных «маячков».

    Что касается паспорта на имя сотрудника дипломатической службы РФ Дмитрия Никитина, 22 марта 19ХХ года рождения, то он был нужен исключительно для пересечения границы и обеспечения без досмотрового прохода «зеленого» коридора. А за границей паспорт всегда можно оставить в гостинице.

    Выполнив то, что задумал, Исаев поставил «немца» на сигнализацию, которую ему доработали специалисты «Альфы», и мысленно пожелал здоровья тем, кто полезет ее вскрывать. После небольших изменений, которые были в нее внесены, его «бумер» вопил так истошно, что мог поставить на уши не только посетителей «Лейпцига», но и весь штат охранников этого ТЦ.

    Затем Андрей поднял сумку, вынырнул из-под пленки и вернулся к охраннику. Тот, поглядывая по сторонам, довел его до другой лестницы, позвенев ключами, открыл ему дверь служебного выхода и выпустил на улицу.

"Вот и всё», — подумал Исаев. И хотя в глубине его души по-прежнему был страх за бро, сидевшего в «одиночке» в СИЗО, Андрей знал, что Алекс, по крайней мере, сейчас находился не в компании рецидивистов, которые могли «нагнуть» его за излишне миловидное лицо или вообще его изуродовать. А завтра утром Исаев организует себе перелет в Прагу и попытается сделать то, что пообещал Элисон. Плюс он попробует разобраться с этим странным рисунком креста, который был в дневнике Лизы. Что-то не сходилось, никак. Ну, а пока Исаев набрал службу «Яндекс-такси», и через пару минут уже ехал туда, где всегда было его сердце.

    В Теплом Стане есть много хороших улиц с интересной историей, как есть и уютные скверы с белыми двенадцатиэтажками, к одной из которых сейчас ехал Андрей. Раздумывая о своем («Опять цветы не купил... Завтра снова рано вставать и лететь в Чехию... И кстати, нужно еще забронировать билет...»), он машинально следил глазами в зеркало заднего вида за машинами, которые шли за его такси. Но ни одна из них не держалась постоянно в его кильватере. Они либо перестраивались, чтобы затем свернуть на прилегающие к дороге улицы, либо просто обгоняли такси. Тем не менее, Андрей попросил водителя остановить машину метров за сто до нужного ему дома. Рассчитавшись, он выбрался из нее, постоял, делая вид, что поправляет на плече сумку. Подождал, когда желтый «Яндекс-мобиль» тронется и отъедет. И уже быстрым шагом отправился к дому, утопленному в зелени тополей.

    Своим ключом он открыл калитку, встроенную в забор, окружавший дом; поздоровался с болтающими о какой-то медицинской справке старушками, которые сидели перед подъездом на лавочке, как воробьи на жердочке, заслужил в ответ их общий благосклонный кивок и шепот в спину одной из бабулек:

    — Это к Иринке, это ее, этот, который то ли компутерами занимается, то ли в «Евросети» работает,   — что было еще одной его легендой и что, кстати сказать, очень веселило Самойлову.

    Он открыл дверь подъезда, взбежал по ступенькам до площадки, где был расположен лифт. И снова кнопка, но в этот раз заботливо прижженная чьей-то сигаретой. Но все это было неважно: лифт довез его до нужного этажа и, громыхнув дверьми, выпустил его на площадку. Дверь ее квартиры была первой слева.

Он позвонил в ее дверь. Ее шагов он не слышал, но она открыла ему так быстро, словно дефилировала под ней в ожидании его прихода последние двадцать минут.

    Исаев вдохнул теплый запах обжитой и уютной квартиры: аромат старого дерева и ее парфюма.

Ира стояла перед ним в сером домашнем платье с запа́хом и с любимой заколкой из резинки, пропущенной в гнезда большой круглой красной пуговицы и стягивающей в хвост ее волосы.

    Он улыбнулся:

    — Привет, Красная Шапочка. Ждала?

    — Андрюш, а мне тебе как ответить, чтобы не обидеть? — Самойлова склонила голову набок, и пепельный хвост послушно лег на ее грудь.

    Он чуть наклонился вперед, разглядывая ее фантастические синие глаза. Тепло...