Читаем 6049 онлайн бесплатно
Салаты были отменными. Очень свежие помидоры, огурцы и шампиньоны вперемежку с печеными перцами, цукини и баклажанами. Все это посыпано маленькими кубиками овечьего сыра фета, кедровыми орешками, зеленью петрушки и слегка заправлено бальзамическим соусом. Хрустящий хлеб местной выпечки и терпкое вино идеально дополняли блюдо.
Кевин завел разговор об увлечениях. Майкл совершенно неожиданно оказался занятным собеседником. Он неплохо разбирался в политике и спорте, был в курсе книжных и экранных новинок, бродвейских представлений, музейных выставок. Он отслеживал появление технологических новшеств и, в общем-то, владел информацией о мировом экономическом положении. Было непонятно, почему ему так не везло. Ну ничего. С этой минуты Кевин берет его под свое крылышко.
– Правда, Миша, отлично поели? И без всяких стейков.
– Да, согласен. Я вообще, очень поддерживаю вегетарианцев и веганов, но полностью отказаться от мясного и молочного не в силах.
– И таких как ты 99.9% населения.
– А знаешь, отец, я часто думаю, что если бы была настоящая альтернатива, многие бы с радостью отказались от употребления в пищу плодов насилия.
– Что ты имеешь в виду под альтернативой?
– Синтезировать и выращивать мясо из клеток, взятых у животных, например. Я думаю, технологически это вполне реально.
– Реально, но дорого.
– Как и все новое. Но если спрос будет массовым, это может, в конечном счете, принести выгоду.
– Ты знаешь, какое лобби организуют фермеры и вообще все, кто связан с животноводством?
– Ну и мы организуем лобби. Всколыхнем общественное мнение, добьемся государственных субсидий для хозяйств, готовых переоборудовать производство под новые методы. Подумай. Они ведь могут растить не коров, а говядину, не кур, а курятину и так далее. Конечно, пройдет не один год, пока выращенное мясо заменит обычное, но в конечном итоге так и будет. Я уверен, что большинство людей рады были бы отказаться от насилия над животными, сохраняя при этом привычный рацион и не платя слишком много денег. А технология существует уже давно.
– Выращивать мясо…А ты знаешь, Миша, в этом что-то есть. Вот этим и займись. Найди специалистов, просчитай все. Будем делать революцию!
Майкл счастливо рассмеялся, обнаруживая ямочки на обеих щеках. Кевин совершенно отчетливо вспомнил, как маленький сынишка точно также заливался счастливым хохотом во время редких, слишком редких совместных игр. Растаял облик обрюзгшего, лысеющего, не очень опрятного неудачника, охочего до отцовских денег. Перед Кевином сидел умный, энергичный мужчина с азартно блестящими глазами, готовый с головой окунуться в разработку грандиозного проекта. И к ощущению счастья, не покидавшего Кевина, добавилось чувство гордости за сына. Новое, неожиданное, неизведанное чувство.
Дни тянулись за днями, складываясь в недели, пакуясь в месяцы и стремительно уносясь прочь. Непонятно откуда возникшая эйфория 11 января также непонятно куда подевалась, сменившись жуткой меланхолией. Не радовало ни весеннее тепло, ни впечатляющие квартальные показатели. Последняя встреча с женщиной, случившаяся еще в начале года, не привела к беременности, что повлекло за собой поток иногда молящих, а иногда гневных, но неизменно требовательных писем. Кевин чувствовал себя совершенно опустошенным.
Проект, возглавляемый Майклом, завис в исходной точке. Теоретические разработки и лабораторные эксперименты существовали, но не удавалось найти специалиста, обладающего прикладными знаниями, позволяющими наладить массовое производство по выращиванию мяса. А без бизнес-плана нечего было и соваться к животноводам с предложениями. Но Майкл не терял надежды.
Вообще, если что-то и радовало Кевина в последнее время, так это изменения, происходящие с сыном. Тот не огорчался неудачам и упорно продолжал искать нужную информацию и нужных людей. Приходил на работу раньше Кевина, уходил позже. Потерял в весе, подтянулся. Сам стал веганом и наладил связи с сильной веганской общиной, надеясь в нужный момент запастись ее поддержкой. Он обрил голову, сделав лысину менее заметной, стал следить за одеждой, всегда был свежевыбрит и приятно пах. Да, это радовало Кевина, но и огорчало тоже. Глядя на Майкла, миллиардер не переставал сожалеть о потерянных годах, о своем упрямстве и нежелании дать сыну шанс. Кевин с горечью сознавал, что ему удобнее было считать Майкла ничтожеством и конченым человеком, чем быть ему опорой, быть ему отцом.
Неудача с последней женщиной и ее домогательства, а также сближение с первенцем, привели к тому, что Кевин решил свернуть проект «Наследие». 187 детей – впечатляющая цифра. 187 обездоленных детей, лишенных отцовской любви. 186. С половиной. Все-таки, ребенком, Миша знал отца в его лучших проявлениях.
