Читаем Кусимир. Дачные истории онлайн бесплатно

Annotation

Лето. Наша семья отправляется на дачу на каникулы. Мама и папа ждали этого момента с нетерпением и готовились к нему заранее. Славка, мой маленький хозяин и друг, не очень рад этой затее. А я не знаю. Мне боязно и любопытно. Позвольте представиться — Кусимир! Домашний котик, которого ждут впереди незабываемые приключения на даче. Интересно? Присаживайтесь, сейчас я поведаю вам свои летние истории.

Римма Антонова

В пути

Дача

Разбитое окно

Соседская девчонка и её собака

Кузнечик

Уютно там, где царит любовь и дружба

Наглый Кеша

Кошка с неизвестного участка

Обман — это неприятно

Мышь и кошка

Секрет дачи

Заболел

Ящерица

Пора прощаться

Римма Антонова

Кусимир. Дачные истории

В пути

В душном автомобильном салоне на заднем сиденье трясусь в переноске, которая давно стала тесна для меня. Ни растянуться, ни поиграть. Остаётся смиренно лежать, свернувшись калачиком, и истошным "Мяу" надоедать домочадцам.

Нет. Ну а на что они надеялись?! Взяли с утра, запихали в коробушку и кинули в машину. Вот куда им приспичило ехать в такую рань? Ещё и вытащили из уютного лежака. Да и игрушку мою, селёдку, забыли в квартире. Как же я без неё? Страшно!

— Мяу! — и никто не обращает внимания. Конечно, зачем на кота обращать внимание?! Как же мы долго едем. Лапки затекли. Мне бы выгнуться дугой, размять спинку, поточить немного коготочки. А меня никто не замечает!

Славка, похоже, вообще уснул, держа в руках маленькую модель синего автобуса из какого-то мультфильма. А мультфильмы он смотрит часто. То машины, то роботы, то коты дружат с собаками. Глупость какая!

Всем известно, что кот и собака дружить не могут. Я, когда подрос, мама пыталась щенка принести. Ух! И пришлось же этому ушастому устроить весёлую жизнь. И еду у него отбирал, и с лежака выгонял. А папа ещё гордо заявлял, что кот и собака обязательно привыкнут друг к другу и подружатся. А я не хотел к этому псу привыкать. И поэтому спать хозяевам не давал. Носился по квартире всю ночь, ронял вещи, играл с одеждой. А щенок выл от моей активности, боялся. Вот у мамы и сдали нервы. В итоге отдала щенка соседке. Ей как раз одиноко было. А мне вновь стало комфортно. Всё моё и никто не отнимает. И я радовался до сегодняшнего дня.

Всё же интересно, куда меня везут? В машине раздаются спокойные мелодии. Всё это так подозрительно. Надеюсь, они не надумали меня снова к ветеринару сводить. Если же надумали, то я им устрою такое шоу, что век не забудут. А то взяли привычку водить туда, где больно делают. Я после последнего раза три дня есть не мог, и бегать тоже.

— Мяу! — более требовательно выдаю я. И, похоже, мама начинает сдаваться.

Она тяжело вздохнула, обернулась назад и глянула в переноску. А там я большущими глазами нагло вопрошаю к ней с немым вопросом: «куда путь-то держим, господа?».

— Не, ну ты только глянь на него! — говорит вполголоса мама. — Кусимир наш, гипнотизировать меня пытается. — обращается к папе. — Как приедем на дачу, обустроимся, нужно будет помыть его.

— Зачем? — спрашивает папа, глядя строго на дорогу. — У него шерсть чернявая и так блестит. Зачем мыть? Сам себя вылижет.

— Вылизать то вылижет. Но иногда и купать его нужно, — не унимается мама.

А я не спорю. Люблю воду. Шерсть потом становится пушистая, свежая. Да и не боюсь водных процедур, в отличие от многих сородичей. А шерсть у меня и правда шикарная. Чёрная, блестящая. Правда, возле пузика и хвоста седоватый налёт. Но от этого я только краше становлюсь. Только вот что такое дача? Никак я не пойму.

Снова тишина и музыка на фоне. Песня странная: "лай-ла-лай". Будто собачья. Неприятная. Славка бы, что ли, проснулся. С ним хоть как-то дорога поинтересней будет. Он уже взрослый. Ему целых восемь лет. Закончил первый класс. Мама и папа его хвалили. Ещё ему в школе дали какую-то бумажку красивую. Мама долго любовалась ею и хвасталась перед соседями и родственниками. И я Славу люблю, и бумаг мне никаких для этого не нужно.

Он со мной играет. Бывало, придёт со школы, возьмёт фантик от конфетки, привяжет к ниточке и начинает меня ею дразнить. А охотничьи инстинкты не спрятать. Они всегда срабатывают вовремя. И тогда начинали мы с ним носиться по всей квартире.

Слава, бегая, заливался звонким хохотом. А у меня цель была лишь одна — поймать этот шустрый фантик. А когда мне это удавалось сделать, я его разрывал в клочья. Потому что нечего зверя дразнить. Я, между прочим, хищник. И даже мышей ловить могу. Правда, чаще всего мне лень. И не люблю их.

Но бывали дни, когда Слава приходил в плохом настроении со школы. Скидывал одежду, шёл к себе на кровать и падал на неё, громко всхлипывая в подушку. Тогда я в сторонке не оставался. Запрыгивал рядом и начинал сказку рассказывать, мурлыкая. А он ещё пуще реветь. Вот от этого мне грустно становилось. Тогда начинал бодаться мордочкой, чтобы Славка обратил внимание. Чтобы погладил по мягкой чёрной шерстке и немного отвлёкся от своих печалей. Требовалось немало времени, чтобы мой коварный план сработал.

Но когда мальчик проревётся, то всегда брал меня на руки, зарывался в шерсть лицом и гладил. Гладил бесконечно усердно, от ушей до самого кончика хвоста. А я радовался и наслаждался лаской. А потом ещё и слезы слизывал с щёк Славы. А он начинал смеяться. По-доброму тихо и мягко.

А вообще я очень ласку люблю. Обожаю, когда меня берут на руки или же садят на коленки, а потом гладят. Папа редко ласкал, а вот мама тискала часто. Но я и не против. Правда, когда начинают тискать незнакомые люди, мне это не нравится. Потому что они моего доверия не заслужили. А руки вечно тянут. Особенно мамины подружки или друзья Славы. Не люблю.

Машина остановилась. Мама повернулась и рукой дотянулась до Славки. Слегка потрясла его за плечо.

— Просыпайся, мы уже на месте.

— Мяу, — тут же вклиниваюсь я.

— Вон и Кусимир всю дорогу орёт, а ты дрыхнешь, хоть бы хны.

Славка что-то несвязное промычал, но глаза открыл, недовольно посмотрев на меня.

— Всё я слышал. Только понять не могу, чего Кусимиру не хватает. Взяли же его на отдых с собой, а он.

— Всё, всё. Вылазь! Позже будем рассуждать.

Они вылезли, оставив меня в машине. Значит, мы приехали на отдых. Это хорошо. Они меня и подобрали на улице тогда, когда приехали отдыхать. И дали необыкновенное имя — Кусимир, потому что я сразу же укусил Славку за палец. Он тогда впервые попробовал прикоснуться к моей шерстке, а я решил, что он обидеть меня собирался.

Но потом они меня забрали с собой в квартиру. Купили игрушек и кормить не забывали. Я полюбил их больше всего на свете. А они меня. И на все мои капризы не обижались. Поэтому с ними я останусь навсегда. А то мы, коты такие, если нам что-то не нравится, спокойно встаём и уходим.

Отдых? Интересно, каково это — встретить отдых с домашними? Надеюсь, это не так холодно и голодно, как это было при нашей первой встрече. Ну и я на всякий случай от Славки далеко отходить не буду. А то ещё потеряемся, не дай Бог. Да и проказничать лишний раз не стану. Чтобы папу и маму ненароком не разозлить. Волнительно всё это, и звучит «отдых» и «дача» как-то странно. Но надеюсь, что всё будет хорошо, и я зря переживаю.

Дача

Долго пришлось ждать, когда Слава вытащит переноску вместе со мной из машины. Я даже мяукать устал. Голос надорвал. А они всё внимания на меня не обращали. Мама и папа суетились, вытаскивая всё из багажника, а Славка со мною в руках встал как вкопанный и разинул рот, обглядывая новые владения.

А поглядеть есть на что. Даже я через переноску залюбовался. Небольшой домик с деревянными окнами, и даже ставни старинные, резные, только выцветшие. Приличный садовый участок. Уж есть где на славу лапки поразмять. Деревянный забор покосился от времени. И теперь в нём куча лазеек на волю.

А воздух какой! Так шёрстку и пригревает. Скорее бы уже выскочить из этого заточения и лечь на крыльцо, подставив пузико к солнышку. Замурчательно. Я даже успел простить, что меня вытащили насильно из уютной городской квартиры и приволокли сюда.

Мама и папа только этой зимой приобрели дачу. И поэтому с весны уже готовились к переезду на лето. Мама выращивала рассаду в каких-то хрупких стаканчиках и на меня кричала, чтобы к ним не подходил. Даже на ночь двери закрывала, оставляя меня в комнате Славы. Ну, правда, коридор с туалетом были в доступе. А мне, между прочим, было очень интересно принюхаться к тому, что созревало в этих стаканчиках.

Потом по вечерам стали ежедневно ездить куда-то, и мы со Славкой находились в квартире вдвоём. Правда, комнаты с растениями строго-настрого закрывались, и Славе не разрешалось туда заходить. Только на кухню, но и то смотреть, забежал ли я с ним или нет. Одного меня там оставлять нельзя. И чтобы Славка выполнял просьбу, ему разрешалось играть всё это время в приставку. Эх, и тоска зелёная была тогда!

— Ну и чего ты стоишь?! — прикрикнула мама на Славу.

— А что? — откликнулся сразу же он.

— Заноси Кусимира в дом. Сейчас вещи разберём и чай станем пить с бутербродами.

— Ладно, — пробубнил мальчик, посмотрел через переноску на меня и тихо-тихо проговорил, — ну, пошли изучать местность, в которой на три месяца застрянем без цивилизации и интернета.

И Слава зашагал вместе со мной в дом. Всё-таки расстроился парень. Он не хотел на дачу. В квартире было лучше. И игрушки, и приставка, и друзья. А здесь же только природа, дом и огород. Я тоже расстраивался. Но сейчас внутри разгорелось любопытство, и мой страх остаться брошенным на отдыхе исчез куда-то. Всё-таки хозяева меня любят, как и я их, наверное.

Внутри дом оказался скучным. Ни покраски, ни обоев. Серо-старые брусья и мутные окна изнутри. Как только в дом заходишь, попадаешь сразу же на кухню и столовую в одном месте. А рядом вправо арка дверная и ещё одна комната, куда и поставил переноску Слава и открыл её.

Вроде бы я так мечтал вырваться из клетки, но сейчас почему-то чувствовал в ней себя безопаснее, чем снаружи. Пусть внутри в ней, я и сгорал от любопытства, но вылазить страшно. В комнате стояли старый шкаф, такой тяжёлый и массивный, и по двум сторонам кровати. Одна большая кровать для мамы и папы, а возле окон маленькая — для Славы. Только не заправленные. Матрасы и то запечатаны плёнкой.

Робкий шаг и вот высовываюсь с головой на волю. Замираю и принюхиваюсь. Сыростью и древесиной попахивает. Но это не неприятно, а необычно. Раньше редко где такие запахи уловить мог. Мама и папа тем временем вошли тоже в дом и шустро начали бегать по комнате, распаковывая кровати и застилая их.

— Мам, — простонал возле неё Слава. — Мне здесь не нравится. Давайте обратно в город уедем?

— Не придумывай, — строго ответила мама. — Привыкнете, и всё будет нравиться. Не вечно же сидеть за играми в приставку.

— Ну, мама, — шмыгнул слезливо носом мальчик.

— Я всё уже сказала!

И Слава сдаётся, уходя в другую комнату, где стоят стол и плита. Я же посмелее выползаю наружу. Вроде ничего страшного нет. Принюхиваюсь. Необычный запах. Несмело бреду, обнюхивая пол. И вдруг мышиная вонь ударяет в нос. Фу! Не люблю! А тут ещё и ловить их заставят, скорее всего.

Нет, инстинкт охотника у меня срабатывает на ура. Но это не значит, что люблю ловить мышей. Они невкусные и противно пахнут. Жутко даже от одной мысли об этом становится. Бегу на кухню.

Там уже вовсю папа колдует у плиты. Горячие бутерброды с колбасой и сыром. Но мне, как обычно, это счастье не перепадёт. Славка в дурном настроении, а кроме него меня никто со стола не подкармливает. Что ж, придётся снова давиться своим кормом с лососевым запахом.

На кухне вонь мышей усилилась. И мне уже стало хотеться в квартиру. Там таких запахов нет. Бывают, конечно. Но очень редко. Так, по осени. Но чтобы по квартире бегали, такого не было ни разу за время моего проживания там. Да и мама обычно для них отраву по осени покупала и раскидывала по углам. Правда, так один раз чуть я не отравился. К ветеринару возили. Желудок промывали. Так что, может, и здесь мама разбросает отраву по углам, и мне не придётся выполнять свой кошачий долг.

— Ну что вы? — вошла мама в комнату. — Всё готово к чаепитию?

— Всё, — кивнул папа и начал накрывать на стол.

— А про кота забыли?

— Забыли, — эхом отозвался папа.

И, кстати, не первый раз они про меня забывают. В плане кормления только мама ответственная. Всегда накормит и иногда даже порцию побольше насыплет, чтобы наверняка сытым оставался. А вот если на хозяйстве папа и Слава, то всё — у меня начинается диета.

Мама поставила на пол возле печки две миски. Одну наполнила кормом пахучим, другую — водой. И на этом моё желание исследовать местность исчезло. Аппетит со зверской силой разыгрался во мне в тот момент, когда на глазах появилась большая зелёная упаковка, а содержимое приятно и звонко зашуршало. Я с жадностью набросился на миску, когда вся семья уселась за стол.

Досыта насладившись трапезой, я подошёл к маминым ногам и упал возле них, благодарно мурлыкая. Приятно быть сытым в тепле и в любви. Время тихо шло, и даже Славка после перекуса подобрел. Начал разговаривать. А это значит, что всё будет хорошо. И дальше нас ждёт очень много интересных приключений. Главное, чтобы не пришлось ловить мышей. Вот, всё что угодно, но только не это.

— Хорошо здесь, — вполголоса сказал папа. — Тихо.

— Да, — выдохнула мама. — А то я уже с ума начала сходить от городского шума. Но и здесь у нас с тобой работы много.

— Будешь ставни красить? — обратился папа к Славе.

— А это интересно? — тут же встрепенулся мальчик.

— Очень, — засмеялась мама. — Но в следующий раз. А красить ставни будет папа, а ты пойдёшь мне помогать рассаду поливать.

А мне ничего не нужно было делать. И, довольный своим безучастием, я поднялся и поплёлся в соседнюю комнату. Внимание привлекла Славина кровать. На неё светило яркое солнышко, а это значит, мне нужно туда. Запрыгнул, развалился, подставившись ласковым лучикам солнышка, задремал.

Разбитое окно

Когда папа зашуршал чем-то возле окон, мой сон быстро испарился. Любопытство разгорелось внутри с огромной силой. Я уже не мог сдерживаться и пустился со всех лап к выходу из дома. Благо дверь не заперта была. Тюль белая развевалась на ветру вместо неё.

И тут внимание тоже застряло. Игривость напала внезапно, и я начал ловить мелкие волны внизу шторы, которые влияли на меня подобно гипнотическому кругу. Лапами перебрал все волны, и тюль заходила ходуном, словно звала меня: «Давай Кусимир, вскарабкайся на самый верх, к потолку!». Ну разве я мог отказаться от такой затеи? Конечно же, нет! И со всей прыти запрыгнул, ловко цепляясь за мелкие дырочки в шторе, пополз наверх и почти достал до самого потолка. Только вот тюль резко затрещала, и я полетел вниз, шумно приземлившись на пол.