Читаем Гранд-адмирал. Том восьмой онлайн бесплатно

Звездный суперразрушитель «Страж» исполинских размеров клинком резал пустоту галактики. Световой год за световым годом, парсек за парсеком флагман Доминиона покидал одно поле битвы, чтобы добраться до другого.

В то время, как свободные от вахты разумные прилагали все усилия для того, чтобы исправить пострадавшие МЛА и механизмы, остальная часть экипажа отдыхала. Не потому, что им было наплевать на то, что их товарищи, в большинстве своем — соседи по койкам или кубрику — не жалея себя устраняли повреждения. Нет, таков был приказ. Не только на борту «Стража», но и по всем кораблям флота.

Никаких работ на внешнем корпуса или в разгерметизированных отсеках, сейчас наполненных гиперпространственной радиацией, не производилось. Даже дроиды, составляющие основу наиболее поврежденных и по совместительству трофейных, кораблей, и те занимались исключительно внутренними отладками.

И, опять же, что немаловажно, вне зависимости от того, кому до сражений на Келаде и Часине принадлежали звездолеты, все те, кто покинули сейчас орбиту оставленных нами систем, готовились к предстоящим сражениям. Несомненно, они не будут столь же кровопролитными, как и минувшие.

Но не станут и основанием для того, чтобы расслабиться и спустя рукава относиться к исполнению своих обязанностей.

Поэтому, неискушенному зрителю могло было бы показаться крайне удивительным, обескураживающим, расстраивающим и откровенно вызывающим гнев тот факт, чем занимался я.

Не зная того, для чего конкретно я смотрю один из множества новостных роликов, можно было подумать, что мои победы привели к тому, что мне и самому стало казаться, будто бы я стал непобедимым. А все прошлые потери это, якобы то самое, что относится к пресловутому: «Нельзя сделать омлет, не разбив несколько яиц».

На деле же, я анализировал тактику своего врага.

И находил ее довольно занимательной.

В чем разница между купленными журналистами и теми, кто продвигают именно тот нарратив, который в самом деле считают важным?

Фальшь, которая довольно легко читается в словах и, особенно, мимике журналиста. Журналистика в этой галактике не слишком гонится за тем, чтобы соответствовать фактам и проверенным источникам.

Журналистика как явление, но в то же время, не лишенное индивидуумов, которые в самом деле являются профессионалами своего дела. Без лишней скромности и очковтирательства, следует отметить тот факт, что Доминиону с идейными и блистательно подкованными в своем деле журналистами, которые бы верили в наше дело, не повезло.

Именно по этой причине, все медиа-акции, которые так или иначе наносили моральный или репутационный вред нашим врагам после нанесения исключительно военного поражения, реализовывались мной самостоятельно. А после моей «смерти» — и членами Триумвирата.

Да, в распоряжении Доминиона имелось не меньше десятка крупных новостных организаций, которые продолжают работу на нашей территории. Среди их сотрудников есть действительно хорошие журналисты… Но дело в том, что все эти новостные акулы пера редко чувствуют себя хорошо в «большой воде».

А именно — на галактической арене.

У наших противников, например, есть такой «персонаж», как Ворен На’ал.

Ворен На’ал, журналист.

— Последнее время все чаще и чаще приходится читать рассуждения аналитиков, о которых еще пару лет назад никто в галактическом обществе и не слышали, — вещал с довольно лукавой улыбкой на лице «независимый журналист». — Это в самом деле довольно презабавно — наблюдать за тем, как они из всех своих крохотных сил стараются выставить черное белым. Впрочем, будь их зарплата побольше, чем то, что своим ботам платит Доминион, то, быть может, им бы удалось добиться чего-то большего, чем простые сотрясания вакуума. А все знают, что волны не распространяются в космосе — потому и все те «сенсации», «ужасающие правды», «открывание глаз на происходящее в галактике» — не более, чем сиюминутное медийное продвижение действий войск Доминиона в недавнем прошлом. Да, никто не будет отрицать того факта, что им удалось добиться некоторых успехов в галактическом конфликте, но все остальное…

Ворен с ухмылкой посмотрел в объектив камеры, пожимая плечами.

— Сколько раз мы слышали о том, что Доминион силен по той причине, что он владеет несокрушимым реальным сектором экономики, — продолжил журналист. — Звучит серьезно, не так ли? Я бы даже сказал, что похоже на заявку на победу в определенного вида состязаниях. С той лишь крайне большой натяжкой, что рассказ про несокрушимый экономический потенциал Доминиона — это всего лишь рассказ. Причем, сугубо фантастический.

Зафиксируем мысль.

Дело в том, что любое серьезное утверждение журналист должен подкреплять фактами. Личные наблюдения, журналистское расследование, хотя бы беседы с очевидцами событий — все это звучало бы как доказательства.

Увижу ли я и остальная галактика их в подкреплении озвученного? Очень бы хотелось. Но, даже если нет, то я смогу сделать вывод о том, какого качество информационного оружия, что неприятель решил выставил против Доминиона на сей раз.

А это именно оружие.

Противники Доминиона уже не раз и не два испытывали на себе всю силу нашей гибридной войны. На поле боя и в информационном пространстве, они имели возможность как наблюдать, так и испытать на собственной шкуре насколько тяжело бывает, когда не просто уничтожают твой флот и армию, но еще и наносят поражение моральное. Ведь главная цель в гибридной войне заключается как раз не в том, чтобы победить армию врага, а в том, чтобы лишить оную поддержки его собственного населения. Пусть полностью это невозможно сделать, но это не избирательный удар, который преследовал не один вектор назначения.

И своих целей он достиг.

Во многом, благодаря тому, что в период ведения Доминионом гибридной войны, мы имели вещание на всю галактику посредством одного открытого и доступного во всех концах галактики ГолоНета.

Неприятель тоже решил испробовать себя в вопросе гибридной войны — лучше поздно, чем никогда, конечно же. Проблема же как раз заключалась в том, что… Нет ничего хуже, чем слепое копирование чужой тактики там и тогда, когда она неприемлема или же и вовсе бесполезна.

Честно говоря, я рассчитывал на то, что Ворен На’ал прекрасно понимает то, что он делает. Этот разумный не просто журналист, у него весьма бурное военное прошлое. Пусть нет специализированного образования, зато есть определенный жизненный опыт и профессиональная «чуйка».

Похоже, что их оказалось недостаточно, чтобы понять разницу в ведении гибридной войны.

— Аналитика показывает, что Доминион не просто так устраивает закрытые границы своих территорий, — продолжал известный журналист. — С одной стороны они твердят о том, что у них в государстве все настолько утопично-прекрасно, что следует только пересечь границу, и у тебя уже все будет…

Жаль, конечно, но передергивание фактов и их искажение не красят ни журналиста, ни военачальника. Вот только на войне такой подход можно оправдать тем, что применяется он против врага. А вот журналист, который вещает на внутреннюю аудиторию государства, явно беспринципен в приемах, которыми он старается «переформатировать» жителей своей страны.

Учитывая его прошлое, довольно необычно видеть его работу против своих же.

Ворен На’ал родился в семье, сильно пострадавшей во время Войн клонов: многие его ближние и дальние родственники погибли во время конфликта. С ранних лет Ворен интересовался происходившими вокруг событиями и новостями. С возрастом главными его хобби стали история и журналистика; эти увлечения поощрял в нём его университетский преподаватель.

Согласно имеющимся данным, после завершения университета, Ворен На’ал стал внештатным корреспондентом Галактической службы новостей.

И именно в период этой работы, его отчасти инфантильное представление о галактике было сломано.

На планете Корсин он пребывал в качестве одного из спортивных репортеров, освещающих событие. В разгар гонки на свупах, в пресс-центр вошли имперские штурмовики и арестовали всех находившихся там журналистов. На’ала продержали в заключении три недели, не допрашивая и ничего не объясняя, а затем выпустили. Как он узнал впоследствии, Империя сместила действовавшее правительство Корсина, назначив новое, лояльное к Новому порядку, а арест журналистов был предпринят для того, чтобы избежать лишней огласки.

В этот момент, Ворен пережил профессиональный слом мировоззрения. Тот факт, с какой легкостью парни с бластерами могут разрушить мифическую неприкосновенность журналиста, бывает порой отрезвляющим фактором для последних. Особенно для тех из них, кто выбрал журналистику по причине того, что это якобы более простой и дешевый способ «срывать покровы».

Из тех данных, какие имелись у Убиктората на Ворена, существовала весьма подробная докладная записка о том, что после происшествия на Корсине, юноша раздумывал над тем, чтобы бросить журналистику или же широко обнародовать информацию о произволе Империи на Корсине. Он склонялся ко второму варианту, но от опрометчивого шага его уберегла встреча с его бывшим преподавателем, вступившим к тому времени в Альянс за восстановление Республики. Последний убедил молодого человека, что куда больше пользы он сможет принести, если присоединится к повстанцам.

Довольно типовой способ вербовки на самом деле. Но от этого он не становится неправильным. Вербовка идеологически «заряженного» разумного — это довольно распространенный и оправданный метод.

И он отлично сработал и на разочарованном журналисте.

Вступив в ряды повстанцев, Ворен первое время выполнял обязанности шпиона. Примерно в это время он познакомился с одной из наиболее секретных агентов повстанческой разведки, возглавляемой Айреном Кракеном. Девушка являлась племянницей гранд-моффа Уилхуффа Таркина, что давало ей доступ к достаточно ценной информации, и в то же время в значительной степени защищало от подозрений. Когда её всё же разоблачили незадолго до битв при Явине, Ворен был одним из тех, кто настаивал на спасательной операции. В итоге двое давних друзей Айрена Кракена успели вывезти её буквально из-под носа разоблачившего её командующего Имперского бюро безопасности.

Позже Ворен На’ал был включён в Отделение истории, возглавляемое завербовавшим его преподавателем. Вдвоем они присутствовали на базе Альянса повстанцев во время битвы при Явине, а после победы Альянса принимали участие в церемонии награждения героев этой битвы Медалями Храбрости. Кроме того На’алу было поручено собирать информацию о героях Явина для исторического труда «Официальная история восстания», над которым работал его вербовщик.

Журналист проделал большую работу, собирая ценный с определенной точки зрения материал. Зачастую это было сопряжено с опасностью поимки. Например, в ходе своих поисков Ворен побывал в Имперском бюро ведения учёта на Гальвони III, где взломал компьютер, содержавший дополнительную подробную информацию об уже уничтоженной к тому времени Звезде Смерти, и едва избежал поимки, покидая планету.

Этот человек отметился и на Хоте. Во время атаки на базу, он относился к числу не боевого персонала и должен был покинуть базу одним из первых, однако остался, чтобы помогать с эвакуацией. Что едва не стоило ему жизни.

После победы Альянса в битве при Эндоре и произошедшем почти сразу же после этого вторжении сси-руук на Бакуру, которое бакуранцам удалось отбить с помощью сил Альянса, На’ал получил поручение составить отчёт о случившемся на Бакуре. Ворен выступил с отчётом перед Временным Советом Новой Республики и, в частности, внёс предложение засекретить события на Бакуре, чтобы не допустить паники среди населения Галактики и чтобы имперцы не узнали о технологии оттехнивания, которую использовали сси-руук. Несмотря на возражения советника Борска Фей’лиа, остальные члены Временного Совета поддержали предложение Ворена.

После того, как образовалась Новая Республика, а Корусант стал столицей нового государства, то Ворен На’ал был назначен директором Исследовательского совета Новой Республики и вёл хронику военных действий. Фактически, его можно было бы назвать главным военным архивариусом Новой Республики.

Что любопытно, так это тот факт, что Ворен продолжает вещать о событиях, которые происходят на оставленной Новой Республикой планете. По имеющимся у нас сведениям, получает он свои эксклюзивные материалы напрямую все от той же племянницы покойного гранд-моффа. Девушка находится на Корусанте и является очевидцем всего того, что там происходит.

Что ж… Подобного рода разумный не может не вызывать интереса. Как минимум с учетом того, что он никогда в прошлом не отсиживался в тылах, стремился побывать на передовой. Совмещение роли историка-документоведа и шпиона ему удавалось весьма и весьма гармонично.

А потому довольно неловко наблюдать за тем, что он пытается выдать за данные объективного контроля.

— Вдумайтесь только, — продолжал Ворен. — Доминион — единственное во всей галактике государство, которое за тысячи лет истории стремится к тому, чтобы расположить по своей границе тысячи и тысячи средств, не позволяющих проникнуть сквозь нее. Они называют это «безопасностью территории», но на деле же это те самые стены, которые не позволяют разумным легко и непринужденно опровергнуть все те ранее озвученные тезисы. Доминион говорит, что их экономика мощнее того, что есть у Новой Республики? Смешно, и даже очень. На территории Новой Республики имеются тысячи предприятий с многовековой, а то и более, историей. Сколько таковых есть у Доминиона? Ни одного? На чем тогда зиждется их уверенность в том, что государство, которому всего несколько лет с момента образования на руинах других объединений, в состоянии экономически победить хоть кого-нибудь?

Было бы довольно интересно, если б не было так печально… Я ожидал фактов, услышал лишь манипуляцию мнениями.

— Зачем запирать наглухо границы? — продолжал вопрошать Ворен. Хм, я могу примерно сто семнадцать причин назвать, ни разу не повторившись. Странно, что опытный журналист, шпион и диверсант не смог даже ради приличия и уважения к своей аудитории, назвать несколько. — Ради безопасности? Ох, не смешите меня. Тысячи лет государства существовали без блокировки гиперпространственных путей и обнесенных минными заграждениями административных границ. Были войны, были конфликты, много чего было. Но никто не тратил триллион кредитов на то, чтобы создать барьер, подобный тому, какой использует Доминион.