Читаем Истребление онлайн бесплатно

Задумал я фанфик по этой вселенной, любимой мной, между прочим, ничуть не меньше, чем Далекую-Далекую, может даже и больше.

Тут все просто. Другая вселенная ЗВА, другие проблемы. Очень большие проблемы. Решить которые предстоит ОМП. Враги везде, и не каждый из них известен, и надеяться можно только на себя. Настало время насаждать добро и причинять справедливость в отдельно взятой вселенной Звездных Врат. Однако, благими помыслами устлана дорога в Ад.

«Не торопись — а то успеешь».

Не раз слышал это выражение. Но не думал, что оно отразится на мне таким образом.

Зима, гололед… Наверное, было бы не так обидно, если б я поскользнулся и угодил под машину. А вот тот факт, что я умудрился на бросить машину в занос на пустой дороге… Да ещё на «липучке».

Н-да, много чести мне это не делает. Наверное, можно попробовать себя оправдать тем, что я спешил по уважительной причине. Хотя, кому уже какое дело? Это точно не поможет ни Марине, ни мне…

Ни тем более тем расплывчатым фигурам на обочине дороге, которые спешат ко мне через полуметровые заносы снега. Холодно… Как же холодно.

Потому, что я умираю, или потому что дерево пробило ветровое стекло? Впрочем, какая уже разница, не правда ли?

В груди заболело и я закашлялся. Стало ещё больнее. И не от кроваво-красный пятен, выхаркиваемых мной на светлый пластик исковерканной панели. А от здоровенного куска дерева, пробившего мне грудь справа.

— Парень, держись! — кричала мне одна из размытых теней голосом пожилого мужчины. — Что ж ты так… Ну куда, куда торопитесь, идиоты молодые?

Очень хотелось ему ответить куда именно я спешил.

И про Марину рассказать, и про все-все… Выговориться напоследок хотел, похоже, да?

Начинает темнеть. Это ж сколько я тут лежу, когда ушел с трассы, было едва ли начало десятого… О, да я, похоже, умираю.

Жаль. Бесцельно, бесславно… Ладно, надо беречь силы, мужик сказал держаться. Надо ему верить — это же я с дороги «убрался», а не он. Нужно доверять опытным людям…

Почему-то стало чуточку теплее. И светлее. И боль куда-то ушла. Потемневший мир наполнился красками. В основном — синими и красными. То и дело моргающими прямо подо мной.

Так, погодите-ка, это же проблесковые маячки! А вот и ангелы в синих одеждах с красными крестами. И «дпс»-ники в жилетах, снующие рядом с машиной. О, даже спасатели! Это что ещё за штука у них в руках? О, так это же гидравлические ножницы! Я такие только в новостях по телевизору видел.

Эге-ге-гей, ребята! Я тут, я совсем рядом… Буквально, метрах в десяти над вами.

Что⁈

— Насмотрелся?

Именно так ко мне обратился Голос в первый раз.

Честно признаться, я даже заскучал от безысходности, наблюдая, как мое истекающее кровью тело выкорчевывают из того, что ещё полгода назад было новейшим европейским седаном. Да уж, хваленое качество, чтоб его. Рулевую рейку закусило только в путь. И колеса заблокировало… Похоже, что я где-то начудил во время гонки с судьбой.

Впрочем, уже не важно. Уже наплевать: я вижу, как врач «скорой» качает головой. Отрицательно качает.

— Угу, — я неглядя махнул рукой Голосу, дескать, подходи, не робей. Двум призракам будет веселей. — Подходи, гостем будешь.

Голос выглядел как сгусток света, белого тумана. Такого… согревающего, теплого, что ли… Не знаю как описать.

— Я в самом деле всего лишь гость, — признался Голос. — Но и тебе, как видишь, теперь здесь нет места.

— Вижу, — ответил я. — Жаль…

— Жаль себя, что умер? — уточнил Голос.

— Жаль, что поторопился, — признался я. — Сейчас я наверняка был бы уже у Марины.

— Ты же знаешь, что не мог бы помочь ей, — сказал осведомлённый Голос. — Это не в силах человека. Не в твоих силах. Лекарства — лишь малая часть успеха. Операция…

— Зато я был бы рядом. И операция бы прошла успешно, точно. Но без лекарств… Их нет в больнице. Я подвел и её, и сам… Да плевать уже на себя. Марину жалко. Я не смог…

— Забота о ближнем — это похвально, — согласился Голос. — О тех кто моложе. Слабее…

— Она — моя первая любовь, — признался я. — Считай, десять лет вместе… «Как за каменной стеной», угу…

Голос молчал. Почему-то любознательному мне сейчас было абсолютно наплевать на происходящее. Я обещал Марине успеть. И не смог.

— Задержка рейса, долгий досмотр, снег с дождем на улице, резкое похолодание, — перечислил все, что я ругал с самого рассвета Голос. — Уверен, что дело только в тебе?

— Всегда дело только в себе, — сказал я. — По крайней мере, в этом случае. Был бы второй шанс…

— И что бы ты сделал? — заинтересовался Голос. Мне показалось, или он говорит как-то уж очень… быстро. Торопится куда-то?

— Я бы сделал все правильно. Если б знал все, что знаю сейчас. Не пришёл бы с работы и не лег спать месяц назад, из-за чего не смог заказать лекарства вовремя, а сел бы за этот чертов компьютер и все сделал! — разозлился я. — Если бы только знал…

— А что, если я скажу, что случившееся можно исправить? — неожиданно спросил Голос.

— А давай, божественная сучность, — рассмеялся я от бессилия. — Вертай все в зад. Где кровью расписаться, чтобы вернуться на месяц назад?

— Тут… я уже не могу помочь, — сказал голос. — Но кое-что в моих силах.

— Да ну? — удивился я.

Моргнув, понял, что все вокруг меня пропало. И лег, и снег, и машина, и люди… Даже свет проблесковых маячков.

Лишь я, белый сгусток, похожий на размоченную в воде вату, да темнота вокруг нас.

— Я могу спасти её, — сказал Голос. А где у него рот-то вообще? Что он за неведомая…

— Спасти Марину? — насторожился я.

— Именно так, — заверил Голос. — Ты — поможешь мне, я помогу тебе. Взаимовыгодная сделка.

— И как же ты мне поможешь, если не вернешь к жизни? — кажется, сильно головой ударился не только я.

— Твое тело умерло, — сказал Голос. — Тебе лично я в этом мире уже ничем помочь не могу. Но, пока ещё есть время, могу вылечить твою возлюбленную. Не только от болезни, её убивающей. Но и сделаю так, чтобы она смогла стать матерью. Исполню её самую заветную мечту…

— Нашу мечту, — поправил я на автомате.

— Вашу, — согласился Голос. — Но, взамен, ты отправишься туда, где нужно спасти кое-кого… кое-что… сложный язык, зачем вы его таким создали?

— Ближе к делу, вата, — хотел было взять его за грудки, но… Это же облако. Схватишь за пушистую часть, а ему, вдруг, понравится? — Я умру, но она выживет и будет счастлива, так? Моя Марина?

— Так. Взамен ты отправишься… в знакомое место. Где тебя ждут трудности и миссия.

— Плевать, делай.

— У тебя будут враги…

— Плевать, делай давай.

— Возможно — друзья.

— Где ухо, в которое нужно проорать⁈

— Ты никогда больше не вернешься сюда, — предупредил Голос.

— Но, она будет счастлива? — уточнил я.

— Да, — как-то рассеянно произнёс Голос. — Как-то ты… быстро соглашаешься. Остальные… им как-то наплевать, хотят другого… А тут. Приходилось часто жертвовать собой?

— Не твое дело, вата, — не нужно мне тут философствующих психологов во мраке. — Давай, делай своё черное дело, Автобус-сама. Погнали. Где там надо дракона спасти и принцессу…

А потом наступила темнота. Полная, беспросветная. Без полетов по светящимся тоннелям и фантасмагоричных видений.

Голос просто исчез.

А я…

Я открыл глаза с гортанным криком нестерпимой боли, которая пронизывала каждую клетку моего тела. Вокруг была все та же темнота, но сейчас я чувствовал, что нахожусь на чем-то абсолютно ледяном.

И в процессе своего пробуждения дернулся, откуда-то свалился, но, слава Богу, успел выставить перед собой руки. Иначе б расшиб лицо о… о что-то твердое. И такое же ледяное, что стынет все — ладони, стопы, торс, зад…

Вскочив на ноги, обнял себя руками, пытаясь хоть немного согреться и понять, что вообще происходит. Рука привычно мазнула по застарелому шраму на предплечье… Погодите-ка!

— Однако, — пробормотал я, ощупывая след ранения из далёкого прошлого. — Так и должно быть?

Похоже, что Голос отвечать мне не собирается. Как и помогать. Ладно, сам согласился, нечего надеяться на других.

Правда, сейчас очень хотелось понять на что именно я подписался. Надеюсь, что не на прогулки голышом по холодным необъятным просторам. С другой стороны, если Голос выполнил свою часть сделки… не все ли равно?

Вокруг царила кромешная темнота, сквозь которую не было видно абсолютно ничего — хоть глаз выколи.

И тишина. Ни шороха, ни скрипа, ни дуновения ветерка.

Но, был ещё и холод. Лютый, зверский. Он ощущался каждой клеточкой тела — особенно характерно на него реагировали зубы, которым было очень сложно соприкоснуться друг с другом. Ощущение, словно попал в огромный морозильник — и пар, вырывающийся у меня изо рта с каждым выдохом, лишь дополнял картину.

Стоять на одном месте без движения — бессмысленно. Так можно и заболеть. А учитывая неоднозначность ситуации — идея обзавестись простудой неизвестно где — не самая приятная.

— Ау! — Я руками нащупал перед собой что-то продолговатое, металлическое. Кажется стол. Могу поспорить, что именно отсюда я и свалился. — Есть кто?

Глаза понемногу привыкали к новым ощущениям, и в темноте стали проступать контуры окружающих меня предметов. С одной стороны стало легче на душе, когда понял, что не в чистом поле с голой ж… А с другой…. Что-то мне не слишком нравятся холодные темные помещения.

Из того, что я смог увидеть, это однозначно небольшая комната, с довольно высокими потолками. Несколько предметов мебели расставленных на полу. И ни малейшего намека на освещение. Или того, кто мог меня сюда притащить. Впрочем, он и не обещал ничего. Ни помощи, ни совета… Только то, что я попаду в знакомое место.

И кучу проблем сверху.

Жизнь меня всяко била, но что-то я таких мест не припомню в своем прошлом. Как и того, когда я был в такой хорошей физической форме. Наверное, со времен юности и спортивных секций. Потом… стало не до этого.

— Гребанные шутки, — ругань, казалось, придала мне сил.

Какой- там извечный русский вопрос? «Что делать?». Вот и мне хотелось бы знать. Но, добавим вопросы «Где я?» и «Что происходит?». Хоть каких-нибудь вводных бы дали, а не сразу в прорубь, в надежде, что выплыву.

Или это такое извращенное чувство юмора у ватоподобных сучностей?

Ладно, Миха, не будим лихо, пока все тихо. Но и не видно них… Ничего, в общем, не видно.

Итак, как там у нас ходят слепые? Медленно, по шажочку, по шажочку, ух, твою мандалину, как холодно! Чижика бы не простудить, а то сопливый чижик в темном помещении — такое себе удовольствие.

Ладно, будем надеяться на то, что все пошло по плану. И что-то мне не хочется думать о том, по чьему именно.

По памяти начал выполнять комплексы упражнений, чтобы размять мышцы и хоть как-то согреться. Вот только привело это совсем не к тем последствиям, которые я ожидал.

Нет, теплее стало. И светлее.

Кромешная тьма начала понемногу рассеиваться. Причиной тому явились многочисленные светильники, разбросанные по углам комнаты. Похожие, чем-то на вертикальные столбики, с утолщением посредине, они имели множество стеклянных ламп, расположенных в ряд друг над другом.

Хм, что-то знакомое.

Как и равномерного ржавого цвета стены, с геометрическими фигурами поверх краски. Элементы болотно-зеленой покраски тоже навевали ощущение дежавю. В памяти крутилось что-то… Как будто знаешь слово, но не помнишь как оно произносится…

Потолок, стены — они словно лучились светом из десятков осветительных приспособлений самых разнообразных форм. Словно щадя мои глаза, солнечно-желтый свет не спешил заполнить все помещение целиком в один момент. Вместо этого, его интенсивность нарастала с каждой секундой.

На мгновение, пришлось зажмуриться, чтобы позволить зрачкам привыкнуть к изменению освещенности. Прикрыв лицо ладонями, я стоял на холоде, дрожал, словно осенний лист на ветру. И лишь после того, как понял, что свет проникает даже сквозь прикрытые веки и пальцы ладоней, неспеша открыл их, оглядевшись.

— Это уже что-то новенькое, — пробормотал я, оглядевшись. Температура в помещении заметно повысилась — несмотря на то, что тут по-прежнему было холодно, я чувствовал, что свет согревает мое тело. Будто солнечные лучи в ясный день летом. Похоже, местные строители не сильно знакомы с технологией энергосберегающих ламп…

Стало достаточно светло, чтобы можно было оглядеться и рассмотреть каждую деталь. Пусть ещё холодно, но и мне не перед кем оправдываться… Я тут, похоже, в принципе один.

Если не считать пары овальных панелей, чьи пьедесталы суровыми мазками перфекциониста напоминали о законах геометрии. Подсветка индикаторов на панелях, выполненная безжизненным белым светом, заливала незнакомые мне приборы управления. Стекло, пластиковые кнопки, крохотные регуляторы, ещё стеклянные… хм… штуки…

— Ой, как мне это все не нравится, — пробурчал я, уже не сомневаясь в том, что происходит.

Не нужно тереть глаза или щипать себя за руку — эта обстановка мне хорошо известна. Похоже, я неправильно понял Голос. Да, он отправил меня в известное место. Но в прошлой жизни лично я тут никогда не был.

Лишь смотрел на что-то подобное с экрана телевизора и ноутбука, просматривая старенький (уже двадцать лет прошло с момента выхода последнего эпизода⁉) сериала об очередном приключении американцев в необъятной Вселенной во имя всего хорошего против всего плохого.

Подумав пару секунд, наотмашь зарядил себе ладонью по щеке. Больно. Не сплю, значит.

— Хорошо кутили и дивились, — пробормотал я. — Протрезвели — прослезились. Русалки не было, а перед сомом стыдно… Дела-а-а-а

Я стоял посреди лаборатории Древних — характерный геометрический узор интерьера, знакомые панели управления. Даже рисунок на полу — все это указывало только лишь на одно место, где я мог находиться.

Атлантида. Да нет же, бред! Бред!

— Надеюсь, что это очень и очень плохой сон, — пробормотал я, подойдя ближе к одной из панелей. Множество кнопок, сенсорных экранчиков, регуляторов, миниатюрных переключателей… — Ладно, согласен на забористые предсмертные галлюцинации.

Еще оставался вариант, что здесь холодно, потому что это не потерянный город Древних в галактике Пегас, а аванпост все той же расы, но на матушке-Земле, в Антарктиде… Такая версия объяснила бы холод. Да и в сериале подробно не рассказывали про то, что там есть кроме нескольких локаций. Понятное дело, что декорации дело дорогое, но… То был сериал!

Нет, серьезно, это не розыгрыш⁈

Краем глаза я заметил, как некоторые участки окружающих меня стен стали двигаться. Это заняло несколько секунд — и передо мной заработали мониторы, непрерывно покрываясь характерными закорючками древнего языка.

Да что, мать вашу происходит⁈ Комплекс, чем бы он ни был, реагирует на мои движения? Поэтому включается все новое и новое оборудование? Так, а в сериале подобным образом реагировала техника Древних? Кажется да, на всех людей… Вроде бы.

Сделав шаг назад, я уперся нижней частью спины в край лабораторного стола Древних, центр которого — белоснежная поверхность с причудами геометрических фигур, мне, сильно не понравилась. И дело даже не в том, что устройство похоже на лабораторное стекло, на которое наносят экспериментаторы-биологи изучаемую субстанцию.