Читаем Юрист с Рублевки. Том 3 онлайн бесплатно

Глава 1

Офис Кравцова располагался на четырнадцатом этаже бизнес‑центра «Вавилон», окна которого выходили на оживлённое Третье транспортное кольцо. Вечерний город за стеклом казался скоплением светящихся жуков, и какая-нибудь любительница фотографий точно бы оценила этот вид. Но Кравцову было совершенно не до этого. Не до всех этих красивых видов.

Он молча смотрел на огоньки и думал о документах, которые лежали за его спиной, на столе.

Виктору Павловичу Кравцову было пятьдесят лет, и он был таким человеком и стратегом, который умел ждать и знал, когда стоило нанести удар.

— Я не знаю, — послышался голос за спиной. — Всё это выглядит… как-то не так…

За тем же столом, где лежали документы, сидел Александр Гурьев, новый генеральный директор сети клиник, который был полной противоположностью Кравцова. Худощавый, с острыми скулами и нервными, постоянно двигающимися пальцами, он напоминал человека, которого вытащили из холодной воды и заставили читать вслух правила пользования спасательным кругом. Гурьев то и дело поправлял галстук, хотя тот и так сидел хорошо, теребил манжеты рубашки и постоянно пялился на часы на стене. Его левая нога под столом отбивала чечётку по полу.

— Виктор Павлович, — Гурьев откашлялся, — я ещё раз всё просмотрел… ну нет!

— Что, нет? — не оборачиваясь, спросил Кравцов.

— В определении суда всё перечислено! Пункт второй обеспечительных мер…

— Я помню, — Кравцов обернулся и посмотрел на своего собеседника. — Запрет регистрационных изменений по спорному решению. И приостановление исполнения соглашения о передаче договора с «ФармКор».

— Вот-вот! Через тот протокол мы теперь ничего не проведём!

«А всё потому, что иск Воронина и его юриста Смирнова уже в суде, — подумал Виктор Павлович. — Хороший юрист, хоть он из конторы этого… глупого Сени. Надо было вовремя надавить на Когана, тогда бы он эту выскочку держал на цепи. Но кто знал, что так получится?»

— Собрание вы отменили, новую дату не назначили! — напомнил Гурьев. — Если мы будем сидеть и ждать судебного заседания… вы сами понимаете!

Кравцов коротко кивнул и вернулся за стол. Сел, покрутил в руках тяжёлый «Паркер», подумал, поднял голову и уставился на собеседника.

— Саша, — голос Кравцова был грубоватым, как бы решили многие, — вы слишком зациклились на тексте старого запрета. Вы читаете то, что написано, но не думаете о том, чего там нет.

Гурьев замер с протянутой рукой над папкой.

— Чего там нет?

— Там нет запрета на исполнение уже действующих обязательств, — Кравцов постучал пальцем по листу, на котором был отпечатан текст судебного определения. — Он закрыл дверь, а окно пока открыто.

— Окно?

— Обычная хозяйственная деятельность, — Кравцов вывел ручкой на полях три кружка. — Платёж по существующему контракту, акт приёма‑передачи выполненных работ, технический доступ к базе данных.

Гурьев моргнул, мотнул головой и вновь начал теребить рукав. На его лице… было что-то невнятное, то ли он думал, то ли он боялся последствий, то ли… Кравцов смотрел на него и понимал, на что он подписался, когда вообще связался с ним.

— Виктор Павлович, — наконец заговорил Гурьев. — Но… судебные меры Воронина уже ограничили другие пути! Если мы пойдём в обход, и Смирнов это увидит…

— Именно потому, что они ограничили другие пути, мы действуем сейчас, — перебил его Кравцов. — Ждать заседания суда нам не нужно. Плюс ко всему, чем дольше мы ждём и сидим ничего не делая, тем больше у этого юриста времени, чтобы найти новые аргументы по нашему… делу.

— Тогда что…

— Я уже говорил, — более строго ответил Кравцов. — Наша задача — до нового запрета получить то, что пока можно получить по действующим договорам. Завтра проведём следующий платёж и оформим доступ. Для начала нам хватит выгрузки данных.

— Я не…

«Боже правый, Сашенька, — думал Виктор Павлович. — Почему нельзя достать свой мозг и поделиться им с другим человеком?»

— Юридически, — Виктор был спокоен, несмотря на то что Гурьев его уже откровенно раздражал, — клиника останется той же компанией. Но у нас появятся сведения, с которыми можно работать: кто обращается, какие услуги покупает… — он сощурился. — Клиенты сами к нам не перебегут, с поставщиками тоже придётся договариваться. Но начинать с пустого места нам уже не понадобится. Понимаешь?

— Но этот юрист… Смирнов… он же не дурак, он заметит движение средств!

Кравцов впервые за весь разговор улыбнулся.

— И что? Пускай замечает, пускай отслеживает, что это изменит?

— Но это незаконно!

— Плевать, — прохрипел Кравцов. — К тому времени, как суд рассмотрит его новые бумажки, деньги уже могут уйти на счёт «МедСервис-Фарм», а доступ будет передан. Даже если потом его закроют, сделанную выгрузку обратно не втянут. А разбираться с последствиями — это куча времени, которого нет ни у Миши, ни у этого юриста. Понимаешь⁈

— Если всё так просто, зачем мы вообще здесь сидим? — Гурьев наконец перестал дёргать галстуком и чуть подался вперёд. — Если всё так просто…

— Потому что этот путь не идеален, — Кравцов откинулся на спинку кресла. — Такое исполнение создаёт следы. За всё это можно зацепиться. Смирнов уже запросил акты и распоряжения, сегодня прислал уведомление о споре. Он не празднует победу — он ищет, чем нас остановить. Поэтому я и не собираюсь ждать.

— Не понимаю… а в чём проблема?

— Бухгалтерия и технический исполнитель. Договоры Смирнов в субботу уже переснял, прятать их поздно. Зинаида должна подготовить акт, а вы — определить, кто вправе его подписать и кто выдаст доступ. Она сама логины не создаёт.

Кравцов взял чистый лист бумаги и начертил на нём схему: прямоугольник с надписью «Клиника» и стрелки, ведущие к двум овалам — «Платёж» и «Доступ». Затем он обвёл стрелку, ведущую к бухгалтеру, жирной линией.

— Значит, так, — Кравцов собрал листы в ровную стопку и постучал краями по столу. — Платёж, акт и передача доступа. Всё это должно быть готово к завтрашнему утру. На девять назначена встреча, приглашение в «ФармКор» тоже отправили. Их ответ ещё ждём, но техническую часть из-за этого не откладываем. Вы понимаете, что это ваше первое крупное поручение после провала с передачей контракта, Александр? Провал здесь оставит вас крайним перед новым работодателем.

Гурьев побледнел ещё сильнее.

— Я всё сделаю. Но…

— Без «но», — Кравцов встал, давая понять, что разговор окончен. — Время — это единственный ресурс, который Воронин уже потерял, а мы — нет.

Времени я зря не терял. Когда окончательно понял — что у меня просто не было времени до утра… я сорвался. На часах было уже без четверти девять. Полину я отправил домой, ходатайство ушло в суд, но ответа от системного администратора всё ещё не было. Отзвонился Воронину, предупредил его, что до завтра ждать не буду, и вызвал такси. Потом набрал Гурьева. Тот возвращался в клинику за ноутбуком и после недолгого спора согласился уделить мне десять минут. Охрану обещал предупредить сам.

Так что, когда я вошёл в приёмную клиники на Профсоюзной, было уже начало десятого. Охранник за стойкой остановил меня, сверил фамилию и позвонил Гурьеву. Только после его подтверждения я прошёл по коридору в сторону кабинета.

А вот цель… ради которой я сюда приехал, была простой: заявка на подключение! Договоры мы пересняли ещё в субботу, проект акта и поручение бухгалтеру получили сегодня. Но кто должен получить доступ и когда запустили эту процедуру — я всё ещё не знал.

Дверь в кабинет Гурьева оказалась приоткрытой. Внутри горел свет. Я толкнул створку плечом и вошёл без стука. Гурьев сидел за столом. Перед ним лежал ноутбук и несколько распечатанных листов. Он вздрогнул от моего появления, инстинктивно попытался прикрыть бумаги руками, но быстро осознал, что это выглядит глупо, и отдёрнул ладони.

— Смирнов? — он поднялся, голос его дрогнул. — Стучать вас не учили? Я сказал: десять минут!

«В субботу был не рад. Сегодня, смотрю, тоже».

— Мне хватит, если вы покажете документы, — я положил свою папку на край стола и посмотрел на разбросанные бумаги. — Заявку на подключение и заполненный проект акта. И ответите по следующему платежу. Вы готовите платёжное поручение?

Гурьев скривил лицо. В нём боролись злость и страх, и злость на какое‑то мгновение взяла верх.

— Вы не имеете права врываться сюда! Это частная собственность! Я вызову охрану и напишу заявление о самоуправстве!

— Вызывайте, — я остался стоять на месте. — Вы сами согласились меня принять. Не хотите разговаривать — уйду. Но запросы Воронина от этого не исчезнут. Сегодня мы получили ваше поручение бухгалтеру, а заявки на подключение среди документов нет. Покажите, что именно вы собираетесь исполнить, если считаете, что всё в порядке.

Гурьев замер, так и не дотянувшись до телефона внутренней связи. Потом вытащил из стопки верхний лист и развернул ко мне. Там был проект платёжного поручения на триста тысяч рублей в адрес ООО «МедСервис‑Фарм». Назначение платежа: «Оплата по договору оказания консультационных услуг».

Знакомая бумага. Очень знакомая.

— Ясненько, — я покачал головой. — Первые триста тысяч уже ушли авансом. Это следующий платёж? Где подтверждение работы по предыдущему?

— Ну?

— Вы же отдаёте отчёт своим действиям? Деньги опять уходят в компанию, которой вы тоже руководите. А отчёта по услугам нам так и не предъявили.

— Это обычная операционная деятельность! — парировал он. — Суд не запрещал оплачивать консультационные услуги!

Я посмотрел на него с лёгкой ухмылкой.

— Послушайте меня, — я подался вперёд и упёрся ладонями в стол. — Ходатайство о дополнительных мерах по доступу уже отправлено. А по этому платежу мы пока просим документы об оказанных услугах. Сам проект поручения ещё ничего не доказывает. Но если работа существует только на бумаге, объясняться придётся вам — директору обеих компаний. Кравцов же вас просто подставит.

Гурьев отвёл взгляд к окну, и тут я заметил, что его пальцы теребили край рукава. Он сильно нервничал и явно понимал, что дело — дрянь.

— Я… у меня нет времени на обычную процедуру, — процедил он. — Виктор Павлович требует, чтобы платёж, акт и передача доступа были готовы к завтрашнему утру. Встреча с «ФармКор» назначена на девять.

— Значит, к девяти? — я указал на стопку. — А заявка когда подписана? Покажите её вместе с актом.

Гурьев помедлил, потом достал два листа и придвинул ко мне.

Документ назывался «Акт приёма‑передачи доступа к медицинской информационной системе». Тот самый проект, только вместо пустого поля получателя теперь стояло: «Согласно списку внешних пользователей, приложенному к заявке». Среди прав значилась выгрузка данных.

А вот на заявке фамилия имелась — Гурьев. Его подпись и сегодняшняя дата. Директор просил обслуживающую компанию создать внешнюю учётную запись с правами из приложения.

— А список где? — я поднял голову.

— Передан отдельно, — отрезал Гурьев. — Утром будет представитель новой фирмы. У него и спросите.

Вот теперь у нас была подписанная заявка. Не просто намерение подготовить акт — поручение уже дали, список отправили отдельно. А кому? Гурьев показывать не собирался.

Кравцов… всё-таки пытался подобраться к клинике изнутри. Воронина просто пытаются обуть.

— Вам не нужно торопиться, Гурьев, — я сказал это тихо. — Вы успеете подписать акт и провести платёж, но потом вам придётся объяснять, зачем этой новой фирме выгрузка из медицинской системы. Где поручение на такую работу? Какие именно сведения ей нужны? Мы запросили основание передачи, а вы даже список получателей не показываете.

— Я не…

— Вы понимаете, что отвечать за это решение придётся вам? Одной фразой «обычная операция» здесь не отделаться. И Кравцов за вас объясняться не будет.

Гурьев сел обратно на стул и заметно поник. Затем, спустя полминуты тишины, жалобно протянул:

— Я не могу ослушаться приказа.

— Тогда хотя бы не подтверждайте то, чего не проверили. Дайте копии заявки и этого проекта. И ответьте: учётная запись уже создана?

— Мне не докладывали, — Гурьев потёр лицо. — Завтра узнаю.

— Запросите сейчас. Копию ответа — Воронину.

Он посмотрел на часы, затем повернул к себе ноутбук. Я дождался, пока он отправит вопрос обслуживающей компании, поставив Михаила Юрьевича в копию. Потом Гурьев распечатал мне заявку и проект акта.

Я убрал полученные копии в свою папку. Оригинал заявки остался у Гурьева.

— Уведомление о сохранении документов вы получили. Эти копии пойдут дополнением к уже отправленному ходатайству. Утром я вернусь с Михаилом Юрьевичем.

Я развернулся и вышел из кабинета, оставив Гурьева сидеть в тишине. У меня была всего одна ночь, чтобы остановить машину, которую Кравцов уже запустил.

Из клиники я поехал прямо в офис Кравцова. Мне нужно было проверить ещё одну деталь, о которой проговорился Гурьев. Встреча с приглашением «ФармКор» была назначена на завтрашнее утро, но подготовка к ней велась уже сейчас. Мне нужно было узнать, что это за новая фирма и кто явится от её имени.

Сначала я позвонил в приёмную. Секретарь ещё была на месте: готовила документы к утру. Принять моё обращение согласилась, встречу с Кравцовым не обещала. Я продиктовал фамилию для пропуска и предупредил, что буду около десяти.

Приёмная офиса Кравцова на четырнадцатом этаже бизнес‑центра «Вавилон» была пуста. Секретарь, молодая женщина в строгом сером костюме, как раз заканчивала свой рабочий день. Когда я вошёл — всё ещё тяжело дыша после пробежки от такси, — она убирала бумаги со стола. Поднимался я всё-таки на лифте — четырнадцать этажей по лестнице после такого дня меня бы добили.

— Добрый вечер, — я протянул ей свою визитку. — Я Алексей Смирнов, представитель Михаила Воронина. Мне нужно увидеть Виктора Павловича.

Секретарь посмотрела на визитку с вежливым, но абсолютно каменным выражением лица.

— Виктор Павлович на сегодня закончил приём. Если у вас есть документы, вы можете оставить их мне, я передам утром.

— Утро будет поздно, — я положил руку на край её стола. — Мне нужно подтвердить утреннюю встречу, на которую пригласили «ФармКор» и Гурьева. И получить приглашение для моего клиента — с местом, временем и перечнем участников.

Секретарь замерла. Она опустила взгляд на стопку бумаг, которую только что собирала убрать в ящик стола, и я заметил там лист, отпечатанный на принтере. Заголовок гласил: «Уведомление о встрече». Ниже стояла фамилия Воронина.

— Встреча действительно назначена на девять утра, — сказала секретарь. — Уведомление Михаилу Юрьевичу отправим сегодня. Внутренние документы я не уполномочена вам показывать.

— Я прошу документ, адресованный моему клиенту, — я указал на лист. — Вот доверенность. Можете переслать ему прямо сейчас, он подтвердит получение. А моё обращение зарегистрируйте, пожалуйста.

Она помедлила, проверила доверенность и протянула мне лист. Я пробежал глазами по тексту. Завтра, девять утра, клиника на Профсоюзной. Сверка оригиналов и оформление исполнения. Среди приглашённых — Гурьев, Воронин, «ФармКор» и «представитель нового исполнителя». Ни названия фирмы, ни фамилии.