Читаем Феечка с сердцем дракона (СИ) онлайн бесплатно

Эренида Янброк

— Эри!.. — Мамин голос дрогнул. — Эри, что это?!

Слишком пространный вопрос, чтобы четко на него ответить. Неужели так сложно не впадать в полуобморочное состояние по пустякам и уточнить, что конкретно ее не устраивает?

Если она про испорченное платье, то я изначально его надевать не хотела. Лиф давит на грудь, подол задирается при каждом движении. И как тут нормально подраться?! Такое чувство, что подарок мама хотела сделать не мне, а Морку, моему сопернику. Хвала огненному владыке, я в любом наряде надеру уши этому придурку.

Если маму так пугает парочка разбитых ваз и распоротая пополам картина… Опять же: я, что ли, виновата? Не надо было закрывать дуэльное поле. А что касается прически… Ха, видела бы она Морка! Ему досталось куда больше!

— Не волнуйся, мам, Бирта уберется в зале к приходу гостей, — успокоила свою нервную родительницу. — Главное — я победила. Вот папа бы оценил…

— Что я бы оценил? — сурово спросил герд железного клана.

Я обернулась: отец застыл в дверях, осматривая поле боя. Ну, или, точнее, наш главный зал, где сегодня планировали отметить мое совершеннолетие. Конечно, прямо сейчас гостей сюда не пустила бы даже я: торжественное убранство мы с Морком слегка поистрепали. Осколки парадной посуды хрустели под ногами, на белоснежной скатерти красовались подпалины, огромное полотно с изображением цветущего сада свисало клочьями… Впрочем, оно мне никогда не нравилось. Да и папа никогда не обращал внимания на подобные пустяки.

— Рон, милый, хоть ты поговори с ней! — Мама кинулась к мужу. — У меня руки опускаются!

Папа угрожающе сдвинул брови и повернулся ко мне.

— Эренида?! Как это понимать?

— Ой, мы немного повздорили с Морком! — Отмахнулась небрежно. — Зато я отработала проходящий отбив!

— Да ладно? — В стальных глазах отца мелькнул интерес. — И как?

— Как по маслу! Значит, Морк опять выбрал зеркальную защиту, и я такая: идеально! Захожу финтом справа, он отбивает, я как бы по инерции увожу клинок влево, ныряю под меч, а потом — хлобысь!..

— С ума сойти!.. — восторженно выдохнул папа и явно хотел добавить что-то еще, но осекся, наткнувшись на сердитый взгляд мамы.

— Рон! Ты что, издеваешься?!

— С ума сойти, как у тебя совести хватило! — мгновенно исправился отец. — Мама так старалась, готовилась к празднику, а ты разворотила здесь все! И платье… На кого ты похожа, Эри?

— На воина. — Пожала плечами. А на кого еще может быть похожа дочь величайшего из драконов?

Жаль только, маму это нисколько не утешило.

— Я же заказывала наряд у самой Вианы Сольвброк… — посетовала она, изучая меня с ног до головы. — Кружево, сатин… Пресвятые музы, это что, кровь?!

Я проследила за ее взглядом и заметила алые брызги на руке.

— А, это не моя! Это Морка! И за него тоже не переживай. Так, пара царапин…

— Нет, Эри, это уже ни в какие ворота, — строго вмешался отец. — Ты только посмотри на меч! Лезвие может заржаветь! Сколько раз предупреждал: после каждого поединка чистить насухо…

И мне впервые за весь день действительно стало стыдно. Чудовищная оплошность! Чуть не испортила любимый меч!

— Прости, пап! — Спешно принялась оттирать клинок подолом.

Пожалуй, это маму и добило.

Вообще-то она, как и полагается феям, довольно терпеливая. Характер у нее мягкий, покладистый, слуги души в ней не чают. А уж как подчиненные отца любят собираться и слушать, как жена герда играет на флейте… Но сейчас очаровательную Эйлин Янброк словно подменили.

Вы видели когда-нибудь фею в гневе? Если нет, то вам ужасно повезло. А нам вот с папой попало по первое число. Мы много нового о себе узнали. И совести у нас нет, и от оружия в замке уже не протолкнуться, и я избалованная донельзя, а папа мне во всем потакает… Если отец притих и, судя по выражению лица, раскаялся, то мое терпение испарялось с каждым упреком.

— И что, по-твоему, я должна была спустить с рук оскорбление?! — возмутилась, когда мама взяла паузу, чтобы перевести дух. — Морк сам нарвался!

— Щ-щ-щенок не зас-с-служивает пощ-щ-щады! — зашипело из камина.

— Вот! — обрадовалась я. — Шасть, иди сюда!

— Музы, только не это! — простонала мама. — Она же спалит тут все…

Поздно. Моя саламандра уже выскочила из камина и, яростно отплевываясь искорками, шмыгнула ко мне на плечо.

— Шасть, место! — рыкнул на нее отец, но Шасть признавала только мои команды.

— Щ-щ-щенок поплатилс-с-ся с-с-справедливо! — ощерилась саламандра.

— Именно! — кивнула я. — Морк подбросил в мои подарки флейту! Можете себе представить? Мне — флейту! Он давно дразнил меня феечкой, но это уже перебор! Я никогда в жизни…

— Это был мой подарок, Эри, — перебила мама, и в зале повисла звенящая тишина.

У меня слов не было. Когда Шасть обнаружила в куче свертков музыкальный инструмент, я была уверена, что это чья-то злая шутка. Попробовал бы кто-то папе, герду Рондару Янброку, преподнести дудочку! Да я бы до колик хохотала, наблюдая за казнью. Но мне… Собственная мать?! Удар в самое больное место!

Мало того, что Морк и другие молодые драконы клана посмеивались надо мной из-за розовых волос, розового пламени и розовых чешуек на крыльях.

Огненный владыка, как же я ненавижу этот цвет! Да, я не умею перевоплощаться целиком, только вызываю крылья. И да, я не получила пока драконью ипостась и яйцо двуединости, но это еще не повод списывать меня со счетов!

— Я — дракон! — нарушила гнетущее молчание.

— Огнедышащ-щ-щий ящер! — подтвердила Шасть.

— Только наполовину, — возразила мама. — Ты — и фея тоже, и пора уже признать…

— Нет! — не выдержала я. — Хватит! Я не стану разучивать ноты и заплетать косички! Я завтра же лечу в драконью академию и никогда, никогда больше не надену эту дрянь!

И принялась яростно сдирать с себя платье, будто ткань была пропитана ядом.

— Эренида!!! — прогремел отец.

— Эри, пожалуйста! — чуть не плача, вторила ему мама. — Гости…

Но я уже никого не слышала. Избавилась от мерзких рюшей, и мне аж легче стало.

— Шасть, фас! — приказала твердо.

Саламандра шмыгнула вниз, чихнула снопом искр — и кучка ярких лоскутов весело запылала у моих ног. Да! Вот это настоящий день рождения!

— Ну все, Эренида, ты наказана! — Стальные глаза отца потемнели. — Марш в кузницу, ты до вечера будешь там помогать!

— С превеликим удовольствием, — парировала язвительно и собралась уже уйти прямо так, в нижнем белье, как вдруг со стороны дверей донесся странный звук.

То ли покашливание, то ли смешок… Морк! Этот гаденыш не мог упустить шанса поглумиться. Подслушивал, наверное, как меня чихвостят и дико радовался. Ну что ж, развлекаться — так по полной!

Никто не успел и глазом моргнуть, как я схватила со стола нож и ловко метнула его в щель между дверями. Обращаться в дракона я, может, и не могу, но вот в умении обращаться с холодным оружием мне нет равных.

Короткий тихий вскрик. Само собой, я попала в яблочко.

Двери медленно распахиваются и… И почему-то вместо Морка на пороге стоит какой-то высокий холеный тип с белыми волосами. Стоит — и удивленно смотрит на нож, торчащий из-под ключицы.

— Фабиан-тэй… — охает мама. — Я позову лекаря!

Он еще и фей?! И что он забыл в Фервире?

— Я так понимаю, это и есть моя новая студентка? — невозмутимо интересуется мужчина, зажимая рану.

Странно. Очень странно.

Вроде нож прилетел в него, но отчего тогда грохнуться в обморок хочется мне?

Благо, до такой степени я все-таки не опозорилась. Шасть вскарабкалась на меня и обвила запястье, приятно обжигая кожу и приводя в чувство. Огненные крапинки на ее спинке раскалились докрасна, а это означало, что моя саламандра в бешенстве. Хотя… Другого состояния у нее и не было. Даже во сне Шасть раздувала ноздри и бормотала, как было бы хорошо испепелить вообще всех.

Милая, милая Шасть! Мое маленькое вселенское зло. Такая сила духа в таком крошечном тельце! Никто не верил, что она может быть опасной, но ожоги и подпалины не врут. Шасть никогда не сдавалась и доказывала, на что способна. Не сдамся и я.

— Студентка?! — переспросила громко, пока родители суетились вокруг таинственного гостя. — И давно в драконьей академии преподают феи?

— Эри, подожди… Он же ранен… — Мама даже не обернулась.

— Бирта! — крикнул отец. — Бирта, позови Ванку! Пусть достанет нож и прижжет рану!

— Я приж-ж-жгу! — с готовностью вызвалась Шасть прежде, чем в зал вкатилась пухлая служанка.

— Не надо. У меня эликсиры при себе. Я знал, к чему готовиться, — усмехнулся фей и смерил меня ледяным взглядом.

И опять он умудрился меня удивить. Такое спокойствие… Когда я отсекла Морку кусочек уха, он верещал, как молочный поросенок перед закланием. И это дракон! Придурочный, невыносимый, но все-таки дракон. А фей и бровью не повел, хотя я-то считала сородичей мамы более слабонервными.

Что-то было в этом Фабиане… Не могла я пока его раскусить, как ни старалась. А белые волосы? Разве у фей шевелюра не должна быть цветочно-яркой? У мамы — розовая, как пионы, у ее подружки Найлы — лазурная, как незабудки. А этот белый, как снег на вершинах Фервира. И еще непрошибаемый. Либо он неправильный фей, либо я чего-то не понимаю. Кидаешься в него ножами, а он усмехается… Обидно!

Фабиан взял у побледневшей мамы полотенце, прижал к ране — и с легкостью вынул клинок. Как занозу, честное слово! Не поморщился, не всплакнул, не пискнул… Может, я недостаточно глубоко его задела?

Впрочем, и в этом предположении я ошиблась. Фабиан снял сюртук и рубаху, и всем стало ясно: попади я чуть ниже, никакого фея здесь бы уже не стояло. А Свар — молодец, хорошо наточил ножи для застолья!

— В правом кармане. — Фабиан кивком указал на сюртук, и мама дрожащими руками выудила несколько флаконов со светящейся жидкостью.

— Вот! — Она выбрала золотистый и дала гостю.

Фабиан залпом выпил эликсир, зябко поежился, а потом расправил плечи.

Рана затягивалась и бледнела на глазах, но меня зацепило вовсе не это. В конце концов, за действием фейской магии я уже наблюдала не раз. Да и полуголых парней тоже перевидала массу на драконьих учениях. Однако от вида Фабиана во рту стало так сухо, словно я пригоршню пепла зажевала.

Такие тугие мышцы… Как он умудрился их накачать? Рисуя цветочки или играя на арфе?

Тело фея было до невозможности гармоничным. Что там мамина подруга рассказывала про золотое сечение? Пожалуй, теперь оно предстало передо мной во плоти. Идеальная симметрия! Будто Фабиана не зачали, как полагается, а выточили из мрамора и вдохнули жизнь. А что? Это бы многое объясняло. И то, что он никак не отреагировал на удар ножом, и эти бесстыже правильные пропорции.

И, кстати, о мраморе. Ни единого волоска на груди! Это вообще как? Вот Морк, к примеру, дико гордился своей растительностью. Темный оазис пушка он носил, как иные воины — почетные ордена. Вечно распахивал рубаху, демонстрируя жидкую поросль. И еще обиделся смертельно, когда я отправила Шасть подпалить эту гадость.

А кожа Фабиана была такой гладкой, чуть тронутой загаром... Шелк, чистый шелк! Интересно, наощупь она такая же гладкая? Холодная или теплая? Потрогать бы совсем чуть-чуть, исключительно из научного интереса…

Нет, Фабиан явно что-то скрывает! Или он нанес магическую иллюзию, под которой прячет брюшко, или одновременно музицирует и отжимается. А можно вообще подтягиваться на брусьях с дудкой в зубах?

— Эри!.. — ворвался в мои раздумья голос отца. — Ты вообще слушаешь меня? Иди оденься немедленно! Нельзя же перед ректором разгуливать в таком виде!

И лишь в ту секунду я осознала, что платья-то на мне нет. Оглядела себя… Н-да, не лучший облик для наследницы Рондара Янброка. Разбитые коленки, ссадины, следы сажи, подрезанная лямка лифчика…

Погодите, а с каких пор меня такое волнует?! Взбодрившись, я гордо вскинула подбородок, выпрямила спину и послала папе лучезарную улыбку.

— В таком случае, пойду разгуливать в кузницы! Бирта, будь добра, отнеси меч в мою комнату.

Служанка, которую вызвал отец, и которая теперь жалась у стола без дела и подозрительно косилась на Фабиана, спохватилась и подбежала ко мне. Ну, как подбежала… Скорее, прошаркала и взялась за рукоять меча. Дальше возникла заминка: едва я отпустила оружие, как служанка согнулась пополам, и лезвие лязгнуло о каменный пол.

— Что ж такое! — шипя, возмутилась Шасть. — Затупишь его! Чем мы теперь убьем фея?!

— Дайте сюда, — вмешался Фабиан и забрал у Бирты мой меч. — Разве можно даме носить такие тяжести?

Бирта, что б ее, смущенно зарделась. Я тоже вспыхнула, но совсем по другой причине.

Он. Взял. Мой меч.

Без разрешения! Да кем он себя возомнил, этот белобрысый кусок мрамора?!

— А ну, отдай! — вцепилась в эфес. — И не смей больше!..

— Эренида! — хором возмутились родители, но я их уже не слушала.

Крепко сжимала рукоять, силясь выдернуть меч у фея, и воинственно смотрела в ледяные глаза.

— Я сам отнесу его, куда нужно, — ровно и почти по слогам произнес Фабиан. — А вас родители попросили переодеться.

— Отдай! — процедила сквозь зубы.

— С радостью, — последовал спокойный ответ. — Как только вы придете к столу в соответствующем виде.

От злости у меня буквально вскипела кровь. Кто он такой, чтобы разговаривать со мной в таком тоне?!

— Шасть…

Озвучивать команду полностью не потребовалось: саламандра поняла все без лишних слов. Скользнула с моего запястья на руку Фабиана, раскрыла пасть, чтобы хорошенько плюнуть в него огнем, но…

Я сама не поняла, как это случилось. Миг — и моя верная ящерка уже беспомощно извивается в кулаке фея, не в силах выпустить ни искры.

Меня как алебардой по темечку садануло. Шок сковал все тело, пальцы разжались, и Фабиан отступил на шаг с двумя трофеями: мечом и саламандрой.

— Как?.. — только и смогла выдавить я.

— Огненные железы, — пояснил фей, изучая ящерку. — Если немножко надавить, то саламандра становится совершенно безобидной. Шасть, говорите? Любопытное имя… Иди, на сегодня прогулки закончены. — И он закинул ее обратно в камин.

Черный хвостик мелькнул в пламени и исчез: оскорбленная Шасть закопалась поглубже в угли зализывать позор.

Та-а-ак. И получаса не прошло, как этот Фабиан в Фервире, и уже забрал все самое дорогое. Что это, если не объявление войны?!

— Эри, милая, пойдем, я одолжу тебе платье… — Мама коснулась моего плеча, явно почувствовав, что я на грани.

— Я никуда не пойду, пока мне не вернут меч и не объяснят, что здесь происходит.

— Давай чуть позже? — миролюбиво предложила мама. — Мы планировали все обсудить после праздника...

— Эйлин, она имеет право знать, — перебил ее отец.

И от этой фразы повеяло таким холодом, что мне стало не по себе. Похоже, мраморный фей всех тут заразил равнодушием: прежде я отца таким не видела, и сейчас в груди у меня заворочалось дурное предчувствие.

Как выяснилось, неспроста.

— Это — Фабиан Магнолли, кронфей, — продолжил папа, накинув мне на плечи свой дублет. — Брат королевы Аэды и ректор Высшей Академии Фейских Искусств.

— Нет… — вырвалось у меня, и я попятилась, едва осознав, к чему все идет. — Нет, пожалуйста!

— И он любезно согласился принять тебя на обучение, — закончила мама.

Эта фраза прозвучала, как гонг на погребальном костре.

В носу защипало от подступающих слез, но я стиснула челюсти. Расплакаться перед отцом?! Никогда.