Читаем Atem. Том 1 онлайн бесплатно

========== Пролог ==========

Любовь — это без минуты трагедия. Тот, кто никогда не задыхался под пластом обрушившихся эмоций, — наивный романтик, сторонний наблюдатель, бродящий по туманному полю, сотканному из иллюзорной красоты.

Волны с плеском бились о металлический каркас маяка, мелкими брызгами орошая нам лица. Застегнув ветровки по самое горло, мы стояли на мосту. А прямо под ногами мутное море ходило ходуном, оттого казалось одним громадным организмом, покрытым множеством белых пенящихся язв, потому и неспокойно дышащим или задыхающимся.

— У тебя бывают необъяснимые сны? — вдруг спросила она. Я только улыбнулся, уже не поражаясь ни странным совпадениям, ни знакам «свыше» и не ища в них судьбоносных связей. — М? — подняла она на меня глаза.

— Может, и бывают. Что ты имеешь в виду?

— Такие сны, которые невозможно описать словами?

Я пожал плечами. Да и разве существуют слова, способные с детальной точностью передать тот рецепторный накал, с коим врывается в мозг эйфория? или страх?

— Ну вот представь, — воодушевлённо произнесла она и, встав за спиной, зачем-то накрыла мне глаза ладонями. — Представь самый громкий звук в самом тихом его проявлении.

— Не нужно было тебе прогуливать уроки физики, — засмеялся я и поцеловал её холодные пальцы.

Комментарий к Пролог

… все старые отзывы перенесены в группу

========== Глава 1. ==========

7 мая 2008

1

— Эй, Штэф, просыпайся там! — В дверь настойчиво барабанил Ксавьер. — Штэф!

Дверь соседней квартиры с пронизывающим металлическим скрипом неспешно отворилась и, вслед за вырвавшимся запахом чего-то кислого, из проёма показалась низенькая старушка в клетчатом пуховом платке, небрежно накинутом на сутулые плечи. Она неодобрительно посмотрела на молодого человека, что который день подряд нарушал её гармоничный ход вещей.

— Доброе утро, фрау Рубинштейн! — Ксавьер скривился в виноватой улыбке. — Я, — начал было объясняться он, — мы… Штэфан! — вскрикнул он, заметив меня, тенью стоявшего рядом.

— Простите за шум, — кивнул я старушке, затаскивая друга внутрь и поспешно закрывая за собой дверь. — Это превращается в абсурд.

— Не поверишь, но я собирался сказать тебе то же! Пошёл бы хоть петли ей смазал, — пытаясь подавить смех, серьёзно произнёс он и, взяв футболку с заваленного одеждой кресла, швырнул её мне.

— Я устал начинать каждый завтрак с порции дерьма. Но и по щелчку пальцев не могу ничего изменить. — Ксавьер промолчал. А на меня накатила очередная волна самопрезрения.

— Пошли! — кивнул он на выход, как только я зашнуровал кроссовки для бега.

Утро стояло солнечным и по-весеннему свежим. В городском парке было безмолвно, и лишь вороны протяжно каркали где-то над нашими головами.

— Сав, Сави, стой! — остановившись, окликнул я его. — Я больше так не могу. — Жгучая боль лишила дыхания.

7 сентября 2007

1

— Dan, Daneé, écoute-moi! — отчаянно кричал мужчина на другом конце линии. — Tu dois me comprendre toi même! — всё настаивал он на чём-то крайне важном.

— Dois comprendre?! — Девушка с силой бросила трубку на мощёный тротуар и принялась яростно бить острым каблуком по аппарату.

Каждый удар становился всё агрессивнее и попадал точно в цель, с хрустом проламывая пластмассу. Удар. Ещё удар. За спиной что-то скрипнуло. Девушка вздрогнула. Каблук ударился о брусчатку, громко цокнул и надломился у самого основания. Неподалёку, под мурлыкающей неоновой вывеской «Kaleidoskop Café&Bar», тягуче и медленно закрывалась обшарпанная массивная дверь. Глубоко вдохнув осенний воздух, девушка посмотрела на свою обувь и, поразмыслив пару секунд, проделала похожую процедуру и с левым каблуком, превратив изящные туфли в жалкое подобие балеток.

2

— Чай, пожалуйста. Горячий, — подойдя к барной стойке, заказала она.

— Добрый вечер, к сожалению, кухня уже не работает, могу предложить вам глинтвейн, — протараторил парень в белой рубашке, чёрных подтяжках и шляпе, усыпанной серебряными звёздочками.

— Спасибо, только не алкоголь. Вечер живой музыки? — оглядев помещение, спросила она.

— Угу, — кивнул парень и, натянув широкую улыбку, обратился к подошедшему гостю: — Желаете что-либо выпить?

Кажется, сегодня в кафе был аншлаг. Люди разных возрастов и мастей сидели за столиками, распивали спиртные напитки и тихо переговаривались. А их взгляды были устремлены в сторону противоположную бару, где на двухъярусной полукруглой сцене группа старомодно разодетых музыкантов исполняла «Strangers in the Night» в спокойной лаунджевой обработке. Слева от бара тянулась широкая ступень танцплощадки, на которой несколько пар покачивались в ритм убаюкивающей музыке. Кто-то беззвучно подпевал пленительному голосу вокалистки, кто-то что-то нашёптывал на ухо своему партнёру по танцу, кто-то, закрыв глаза, наслаждался витающей вместе с сигаретным дымом мелодией. Всё это место было заполнено умиротворяющей гармонией, окутанной вечерней пеленой городского счастья.

— Какао! — вырвав девушку из размышлений, парень поставил перед ней кружку с дымящимся напитком. — Комплимент от бармена.

— Merci, — улыбнулась она, отчего-то поблагодарив на родном языке.

3

Стоило двери открыться, как ночной воздух цепко схватил девушку за горло, холодом проникнув в лёгкие и заставив поперхнуться.

Узкая улочка была безлюдна и темна. И только чуть слышное гудение электричества, исходящее от вывесок закрывшихся магазинов, да уныло склонивших головы уличных ламп, невидимыми струнами пронизывало царившую тут тишину.

Разбитый телефон и два каблука по-прежнему валялись на мокрой брусчатке, которая в оранжевом свете фонарей походила сейчас на созревший початок кукурузы. Издав непонятный звук, полный разочарования и досады, девушка склонилась над осколками тёмно-синей трубки.

— Ого! Вот это бойня! — прогремел голос за её спиной.

— Боже! — перепугано вскрикнула она. Рядом стоял мужчина в чёрном пальто и чёрной шляпе, за тенью которой не было видно глаз. — Вы меня напугали.

— Вам нужна помощь? — тактично поинтересовался тот.

— Нет, спасибо. Я уже со всем разобралась, — ответила она и, не обращая внимания на незнакомца, принялась собирать кусочки пластмассы и деталей, пряча их в сумочку.

— Это точно! — засмеялся мужчина, затем продолжив: — А говорят, такие телефоны невозможно сломать.

— Всё можно сломать, — ненамеренно грубо произнесла она.

— Похоже, эта старая вещичка была вам дорога, раз вы сохранили её по сей день. Надо же, даже антенка есть! — искренне удивился он, достав деталь из стыков мостовой. — Да-а, давненько я не видел подобных телефонов.

— Это был подарок. Спасибо за помощь, хоть я и сказала, что всё в порядке.

— Штэфан. Очень приятно, — мужчина добродушно улыбнулся и протянул руку в чёрной кожаной перчатке.

— Дэниэль.

Комментарий к Глава 1.

Écoute-moi! - Послушай меня!

Tu dois me comprendre toi même! - Ты тоже должна меня понять!

Dois comprendre?! - Должна понять?!

========== Глава 2. Разбитое ==========

Комментарий к Глава 2. Разбитое

1

Мужчина ещё раз поинтересовался, точно ли у девушки всё хорошо, ведь сломанные каблуки и разбитый телефон свидетельствовали об обратном. «Да-да, не беспокойтесь», — заверила она. Но её ответ показался ему банальным этикетом.

— Твой акцент, ты… — избавился он от формальной формы общения.

— Француженка, — оборвала она его на полуслове.

— Выглядишь потерянной, — закончил он мысль.

— Эти улицы… Мне нужно в центр. Я… не знаю, где я, — шумно выдохнув, развела она руками.

— Могу составить компанию, показав дорогу, — предложил мужчина, тут же добавив: — Мне по пути.

— Если вам…

— «Тебе», — улыбнулся он, воровато взглянув на девушку: чёрные кожаные леггинсы, длинный чёрный кардиган, огромный пушистый бежевый свитер с воротником-шарфом. — Откуда ты?.. — запнулся он, подбирая верное окончание фразы.

— De Paris, — ответила она раньше, чем мужчина договорил.

Однако спросить он собирался совсем о другом «откуда». Его по-прежнему волновало, что же такого произошло «там, откуда она», из-за чего её туфли лишились каблуков, а телефон превратился в пластиковый пазл.

— И как же тебя занесло в нашу деревеньку, Дэ́ниэль? — тогда поинтересовался он.

— Дэниэ́ль. Ударение на последний слог, — поправила она его и, улыбнувшись, удивилась: — Деревеньку? — Этот городок, находящийся в сотне километров от Северного моря и с численностью населения в полмиллиона, по всем немецким меркам «деревенькой» никак нельзя было назвать. — Здесь жила моя бабушка. К слову, — похлопала она по сумочке, — это был её подарок, поэтому… прости за грубость. Я… я просто расстроена, что теперь его нет… — мотнула она головой, словно вытряхивая что-то ненужное.

— Расскажешь, как это произошло? — спросил мужчина, всё же желая услышать причину, по которой телефон разбился на столько осколков, что ни одна служба спасения уже не в состоянии была бы починить его.

— Это долгая и абсолютно неинтересная история. Я вспылила, — отмахнулась она, протараторив себе под нос, точно отчитываясь перед строгим учителем. — А мы вообще туда идём? — быстро сменила она тему, как только они повернули на неприветливую пешеходную улочку, чьё название было написано на поржавевшей от времени табличке, висевшей на кирпичной стене такого же старого здания. — Шон… Шончойзер… Шонхойзерштрассе, — вчитываясь в потёртые готические буквы, попыталась она произнести длиннющее слово.

— Неплохо, но нет! — рассмеялся мужчина. — Смотри, — чуть склонившись перед ней, повёл он рукой направо, указав на высокую полукруглую арку из красного кирпича, открывавшую их взору главную площадь города, окружённую «пряничными домиками».

— Ну ничего себе! — изумлённо вскрикнула девушка. — Спасибо, — растянулись её губы в благодарной улыбке. — Отсюда я уже знаю, как добраться самой. Прости, что отняла, — на секунду замялась она, — твоё время.

— Да брось, я же сказал — нам по пути.

Людей в округе совсем не было, только изредка проезжавшие машины нарушали покой спящего центра. Да и погода стояла наиотвратительнейшая: несмотря на начало осени, температура упала аномально низко. Моросил мелкий дождь, такой, что даже простояв под ним очень долгое время, вряд ли можно было всерьёз промокнуть. Хлестал колкий ветер. Словно загнанный зверь, он завывал и крутился водоворотом по закоулкам. Ещё один свирепый порыв — и где-то над головой хрустнула ветка высокой липы, отчего девушка невольно вздрогнула, выронив связку ключей. Те звонко звякнули, ударившись о камень. Мужчина прицокнул и, покачав головой, потянулся за ними.

— Позволь проводить тебя, — произнёс он, протянув увесистую связку и поправив шляпу. — Уже, верно, около одиннадцати. Я не могу вот так уйти, бросив девушку посреди улицы в столь поздний час.

— Это ты сейчас за меня или за свою совесть переживаешь? — кокетливо улыбнулась она.

— За свою совесть. Я настаиваю, — галантно подставил он локоть, тоже улыбнувшись. — Помешкав несколько секунд, она всё-таки взяла его под руку, отчего стало значительно легче ковылять в неудобной обуви. — И как только не страшно в такое время гулять одной? — спросил он, предприняв ещё одну попытку заговорить о событиях её вечера.

— Страшно? — эхом прозвучало удивление.

На протяжении всего пути, им и прохожего-то ни одного не встретилось.

— Ну-у, — протянул мужчина, — сейчас по улицам только маньяки да отморозки шатаются.

— Маньяки? — опять звучит уже произнесённое слово. — Я не боюсь маньяков, это им стоит меня опасаться, — сказала она, на что мужчина скептически хмыкнул, добавив: «Самоуверенность может сыграть с тобой злую шутку».

2

Выйдя на широкую улицу, вдоль которой незаметными металлическими венами, врезанными в мостовую, тянулись трамвайные пути, девушка ещё раз облегчённо выдохнула, узнав знакомые места. Обсуждая детали каждого здания, мимо которого они проходили, да и просто поддерживая вежливую беседу, она старательно пыталась не возвращаться к событиям сегодняшнего вечера. От них становилось горестно и обидно. Было обидно и за разбитый телефон, который она так бережно хранила всё это время, как своеобразный талисман. Но назойливые образы сами вспыхивали в сознании, уводя мысли всё дальше от реальности. А ещё он — так не вовремя повстречавшийся незнакомец, от которого пахло алкоголем и счастьем.

— Думаю, ты права, — усмехнулся Штэфан.

— Что? — не сразу сообразив, к чему были произнесены эти слова, девушка перевела на него непонимающий взгляд.

— Ты плачешь? — заметив влажные дорожки на её лице и мерцающий блеск в её глазах, спросил мужчина, хотя был скорее удивлён, нежели обеспокоен.

— Нет, это, — наспех смахнула она слёзы со щёк, — это от ветра глаза слезятся.

Штэфан недоверчиво свёл брови и похлопал по карманам пальто.

— Нет платка, — с сожалением в голосе выдохнул он. — Но есть очки, — оптимистично заключив, вытащил он футляр из внутреннего кармана.

— Замечательно! — отчего-то вырвалось именно это слово, хоть ничего замечательно в ситуации и не было. — Штэ-эф, — растянув гласную, поймала она себя на мысли, что, вероятно, подобное лаконичное обращение могло прозвучать излишне фамильярно, оттого она быстро опустила голову и, укоризненно поджав губы, потёрла переносицу.

Мужчина же не придал этому никакого значения, а только достал из гладкой коричневой коробки очки.

— Вот, — бесцеремонно надел он их на девушку. — Отличная защита от ветра!

— Я думала речь шла о солнечных! — растерялась она.

— Так ночь же! — Взглянув на Дэниэль, Штэфан закатился смехом.

Вид у неё был и вправду глупый: несмотря на аристократичные прямоугольные стёкла и тонкую металлическую оправу, это был явно не её размер, а собранные в пучок волосы только усиливали образ страшненького ботаника. Не хватало лишь брекетов на зубах. И стоило посмотреть сквозь линзы, как огни мгновенно смазались в масляные пятна, пронзив резким лучом света и болезненно ударив куда-то в голову.

— Штэфан! — пошатнулась Дэниэль и протянула руку вперёд в поисках опоры.

— А, — не переставая улыбаться, отозвался тот, поймав её косоглазый взгляд, смотрящий сквозь него.

— Вот, — осторожно сняла очки она и протянула их мужчине. — Не за что.

— Спасибо, — поправил тот.

— Не стоит.

— С твоим немецким явно что-то неладное, — вновь раскатисто рассмеялся он, убирая футляр обратно в карман пальто.

— Не стоит благодарности за то, что я выставила себя клоуном, изрядно повеселив тебя, — серьёзно подытожила Дэниэль. — Прости, — вдруг мотнула головой, — прости, но моё настроение совсем не такое приподнятое, как у тебя. А ты… Ты носишь очки?

— Исключительно для таких вот случаев. — Застегнув пальто, Штэфан, снова подставил ей локоть. Дэниэль лишь хмыкнула и обхватила руку мужчины. — Но ведь сработало же, ветер-то вон как завывает, не стихая ни на минуту, а слёз больше нет, — улыбнулся он, заглянув в глаза девушке в надежде, что она сама расскажет о причине, которая её расстроила.