Читаем Звезда над облаками онлайн бесплатно

22 февраля 2002 года14:00.

Сеул, район Ёыйдо, главный служебный въезд телерадиовещательного центра KBS.

Февральский Сеул дышал сухим, колючим морозом, но внутри тёмно-перламутрового Hyundai Starex царило уютное тепло. За окном проплывали строгие серо-белые фасады телецентра в Ёыйдо — сердца корейского вещания 2002 года. Плотный поток служебных машин, съёмочных микроавтобусов и бегающих с папками стажёров создавал ощущение муравейника, работающего на пределе возможностей.

За рулём Кан До Джин привычным, доведённым до автоматизма движением поправил центральное зеркало. Взгляд телохранителя скользнул по привычной панораме улиц. Помятый серый автофургон, замеченный им ещё у въезда на мост Mapo, снова мелькнул у дальнего поворота, но к служебным воротам KBS подбираться не рисковал — охрана на въезде жёстко проверяла пропуска. До Джин не стал вслух отвлекать команду: его задача — держать периметр в тишине.

За задним сиденьем Starex висели чехлы с костюмами. Соина сидела, слегка прислонившись головой к мягкому подголовнику. После оглушительного прямого эфира на SBS Power FM 20 февраля и тяжелейшего съёмочного дня 21-го числа, когда она на одном дыхании сыграла ключевую драму своего персонажа в «Великолепных днях», усталость копилась в мышцах. Но взгляд 15-летней актрисы оставался собранным и ясным. В Сеульской школе искусств она изо всех сил старалась оставаться простой ученицей, а близкие подруги из гитарного клуба — Хэ Джин, Су Джин и Джи Су — остались на далеком Чеджу. Здесь, в шумном столичном мегаполисе, у неё была лишь её музыка и кино, память о родных и команда.

— Со Ын-а, мы у входа, — мягко произнесла Пак Мин А, с заботой касаясь её рукава и подавая термокружку с тёплым чаем. — Выпей немного, горло должно быть в тонусе.

— Спасибо, Мин А-онни, — Соина улыбнулась, сделав небольшой глоток.

Рядом развернулся старший менеджер RMA Чон Тэ Вон. Перейдя из SM Entertainment с повышением, он принёс в агентство безупречную хватку и чёткое понимание телевизионной кухни:

— Вчерашние 34% рейтинга дорамы и заголовки в Chosun Ilbo полностью переломили общественное мнение в нашу пользу. Но сегодня у нас другая задача. Эфир «Happy Together» назначен на 28 февраля. Телезритель видел твою боль и твою стойкость. Теперь Корея должна увидеть, что ты не сломлена, что ты — живая, остроумная, обаятельная 15-летняя девушка. Син Дон Ёп будет вести игру жёстко и быстро.

— Тэ Вон прав, — подхватила PR-менеджер Ли Со Джин, чьи тёплые, почти сестринские отношения с Соиной установились ещё со времён ее работы преподавателем в RMA. — Тебе не нужно ничего из себя изображать. Позволь себе смеяться, если падают поднос или путаются слова. Твоя искренность — твой главный козырь.

— Я готова, — Соина поправила воротник стильного твидового пиджака, подобранного стилистами под молодёжный, но породистый кэжуал этого года.

Микроавтобус остановился. До Джин первым вышел на бетон, мгновенно оценив обстановку вокруг двери, и открыл сдвижную панель.

14:20. Главный холл съёмочного корпуса KBS.

Появление Кан Со Ын в центральном вестибюле KBS вызвало эффект брошенного в воду камня. В 2002 году новости распространялись мгновенно: о вчерашних овациях на съёмочной площадке SBS знали уже все редакторы. Сотрудники с тяжёлыми пачками сценариев, операторы с кассетами Betacam, стажёры и молодые начинающие айдолы останавливались, чтобы посмотреть на неё.

Соина ответила безупречным, глубоким и уважительным поклоном всем без исключения — от убирающей холл женщины до старших продюсеров, сразу снимая любой потенциальный шёпот о «звёздной болезни».

У центральной группы диванов её уже ждал основной костяк сегодняшнего выпуска.

— О-о-о! Наша главная героиня недели прибыла! — громким, сочным баритоном прогремел Юн Чжон Су. Комик, находившийся на пике популярности благодаря своей суетливой и смешной манере, тут же сделал несколько быстрых шагов навстречу, всплеснув руками. — Со Ын-ши! Я вчера смотрел повтор дорамы и чуть не разрыдался! А сегодня тебе придётся сидеть рядом со мной и получать металлом по голове!

Соина мягко улыбнулась и поклонилась:

— Здравствуйте, Чжон Су-сонбэним! Для меня честь быть сегодня с вами. Надеюсь, вы научите меня правильно уворачиваться от подносов.

Рядом стоял Бэ Ги Сон из популярнейшей группы CAN — массивный, в расстёгнутой кожаной куртке, излучающий абсолютное спокойствие. Он сдержанно и тепло улыбнулся:

— Не слушай его, Со Ын-а. Чжон Су сам всегда принимает главный удар на себя. Если что — прячься за мою спину, я широкая преграда. Рад знакомству. Твой радиоэфир был очень сильным поступком. Уважаю.

— Спасибо огромное, Ги Сон-сонбэним, — откликнулась Соина, почувствовав искреннее добродушие со стороны музыканта.

Однако не все в группе встретили юную звезду с одинаковым восторгом. Чуть в стороне стояла Хон Чжин Гён — высокая, эксцентричная модель и ведущая, а рядом с ней — Ю Чжон Хён, второй участник программы. Если Хон Чжин Гён смотрела на Со Ын с легким эстетическим любопытством, оценивая её причёску и твидовый пиджак, то в позе Ю Чжон Хёна сквозила прохладная настороженность.

Ю Чжон Хён был человеком «старой школы» вещания. Для него 15-летняя актриса, вокруг которой поднялся невероятный газетный шум, казалась рискованным фактором. Эфир «Happy Together» требовал мгновенной реакции, умения держать удар в комедийном жанре, а не драматических пауз.

— Здравствуй, Со Ын-ши, — сдержанно кивнул Ю Чжон Хён, не выражая особых эмоций. — Шоу у нас динамичное. Здесь нет сценария с глубокими монологами. Надеюсь, ты успеешь за нашим темпом и не растеряешься перед камерами.

Напряжение на секунду зависло в воздухе. Чон Тэ Вон и Ли Со Джин мгновенно зафиксировали эту прохладу, но Соина даже не моргнула. Её ответ был безупречно вежливым, но без тени заискивания:

— Я сделаю всё возможное, Чжон Хён-сонбэним. Учиться у лучших мастеров комедийного жанра — лучший способ не отстать от темпа.

Бэ Ги Сон хмыкнул себе в усы, явно оценив тонкий и достойный ответ девочки.

14:45. Гримёрная комнате № 4.

В гримёрке пахло лаком для волос, свежей заваркой и пудрой. Пока визажисты освежали макияж Со Ын, Со Джин аккуратно поправляла складки на её пиджаке.

Дверь без стука распахнулась, и в гримёрку вошёл Син Дон Ёп — главный двигатель и сердце шоу «Happy Together». В своём ярком свитере, с искрящимися, хитрыми глазами и неиссякаемой энергией он мгновенно заполнил собой всё пространство.

— Так-так-так! Наша национальная гордость уже в кресле! — Дон Ёп с ходу подошёл к Соине, опёршись руками о спинку соседнего стула. — Со Ын-а! Вся Корея сейчас гудит о твоём радиоэфире. Но сегодня мы не будем плакать! Сегодня мы будем ронять железо на головы! Скажи честно, ты детские песни помнишь?

— Учила всю ночь, Дон Ёп-сонбэним, — засмеялась Соина. — Но если поднос всё же упадет, главное, чтобы он не сбил мне настройку гитары.

— О-о, гитара с собой?! — Дон Ёп прищурился. — Режиссёр! Ты слышал?! Гитара здесь!

Вслед за ведущим в гримёрку зашёл главный режиссёр-постановщик (PD) передачи И Чжон Хан. В руках он держал планшет с техническими пометками.

— Со Ын-ши, — PD присел на край стола, его голос звучал деловито, но очень тепло. — Мы знаем о твоём невероятном успехе в последние дни. Но концепт «Happy Together» от 28 февраля — это лёгкость. Телезритель должен увидеть, что за большим талантом стоит живая, светлая и эрудированная девушка. Син Дон Ёп будет провоцировать тебя на импровизации. Ю Чжон Хён может вести себя немного строго — это его телевизионная маска, не обращай внимания. Твоя задача — быть собой. Если ошибёшься в словах песни — смейся. У нас в «Караоке с подносами» ошибки ценятся выше безупречности.

— Я всё поняла, PD-ним, — откликнулась Соина, подняв глаза. — Я не подведу.

— Тогда через десять минут ждём на площадке! Приготовьте подносы!

22 февраля 2002 года, 16:00

Съёмочный павильон KBS2. Запись программы «Happy Together».

Павильон встретил Соина ярким, слепящим светом софитов и запахом разогретых телевизионных ламп. В воздухе висело то особое напряжение, которое бывает только на больших каналах во время съёмок флагманских программ. В центре студии стояла знакомая всей стране декорация: длинная деревянная парта, за которой располагались участники, а прямо над их головами на стальных тросах висели круглые, тускло отсвечивающие металлом подносы.

— Пять секунд до записи! По местам! — прокричал ассистент режиссёра через рупор.

Участники заняли свои места за партой. Расположение было продуманным: в центре восседал Син Дон Ёп, по левую руку от него — Ю Чжон Хён и Хон Чжин Гён, по правую — Бэ Ги Сон, Кан Соина и Юн Чжон Су. Соина оказалась зажатой между массивным плечом Бэ Ги Сона и громким, постоянно дергающимся Юн Чжон Су, что создавало отличный визуальный контраст.

— Три, два, один... Поехали! — взмахнул рукой оператор главной камеры.

Зажглись красные табло ON AIR, и студия взрывается знакомой всей Корее жизнерадостной заставкой.

— Здравствуйте! Это «Happy Together»! — задорно выкрикнул Син Дон Ёп, сделав фирменный жест руками. — Сегодня у нас в студии особый день! Рядом со мной люди, с которыми не соскучишься, но главный наш гость... Девушка, чьё имя за последние дни выучила вся страна от Чеджу до Сеула! Встречайте — Кан Со Ын!

Павильон отозвался бурей аплодисментов операторов, осветителей и стажёров. Камера взяла крупный план Соины. Она не растерялась: легко, с невероятным грациозным достоинством поклонилась в объектив, подарив зрителям теплую, искреннюю улыбку.

— Со Ын-ши, скажи честно, — мгновенно включился Ю Чжон Хён, опёршись локтями о парту и прищурив глаза в своей привычной скептической манере. — Ты привыкла к серьезным драматическим съёмкам, у тебя рейтинги дорамы 34%. Ты уверена, что готова сидеть под этим железным потолком? Здесь ведь не дают второй дубль, если поднос прилетит прямо по причёске!

Юн Чжон Су тут же замахал руками:

— Эй, Чжон Хён-а, не пугай ребёнка! Она у нас одна сегодня нормальная среди этого балагана!

Соина мягко перевела взгляд с Ю Чжон Хёна на Син Дон Ёпа. В её глазах не было ни грамма испуга — лишь озорной блеск:

— Чжон Хён-сонбэним, я сегодня специально просила стилистов сделать причёску пониже. Но если поднос все же решит проверить меня на прочность — надеюсь, этот звук попадёт в ритм нашей сегодняшней песни.

Син Дон Ёп расхохотался, хлопнув ладонью по парте:

— Отличный ответ! Похоже, у нас сегодня поднос может получить сдачи!

16:35. Разминочный конкурс: «Остроумие на скорость» и первый удар.

Прежде чем перейти к главной рубрике «Караоке с подносами», ведущие запустили разогревочный блок — словесную викторину на быструю реакцию, где за неправильный или банальный ответ участник получает штрафной удар мягким молотком или внезапный громкий гудок.

Син Дон Ёп начал задавать каверзные вопросы. Бэ Ги Сон срезался на первом же ассоциативном ряду, выдав невнятное мычание, за что студия наградила его оглушительным взрывом сирены.

— Со Ын-а! — внезапно повернулся к ней Дон Ёп. — Назови три вещи, которые связывают учебу в Сеульской школе искусств и съемки на SBS, но за три секунды! Время пошло!

Ю Чжон Хён победно усмехнулся, ожидая, что 15-летняя актриса запнется. Но Соина, даже не изменившись в лице, отчеканила с легкой улыбкой:

— Бессонные ночи, тяжёлый портфель и постоянное желание поесть!

Студия потонула в хохоте. Син Дон Ёп буквально согнулся пополам:

— Третий пункт — абсолютная правда! Режиссёры дорам вообще кормить людей забывают!

Однако в этот момент ассистент за пультом случайно задел тумблер сброса.

ГРОХОТ-Т-Т!

Прямо над головами участников со страшным металлическим звоном, подпрыгивая на тросах, рухнули стальные подносы. Юн Чжон Су от неожиданности подпрыгнул и едва не свалился со стула с диким криком. Бэ Ги Сон инстинктивно вжал голову в плечи.

Соина от неожиданного звука задорно «ойкнула», моментально прикрыла голову ладонями и, с искренним, заразительным детским смехом, спряталась под деревянную парту.

Камера ПТС взяла её крупным планом из-под стола: сияющие глаза, выбившаяся прядь волос и абсолютно естественный, звонкий смех. В этом кадре не было ни капли постановочности.

— Со Ын-ши! Вылезай, враг отступил! — позвал её Син Дон Ёп, сам едва сдерживая смех.

Соина выбралась из-под парты, поправляя пиджак и вытирая слезы от смеха:

— Дон Ёп-сонбэним, это был не ми-минор... Это был настоящий гром! Теперь я точно проснулась!

— Режиссёр, зафиксируй! — крикнул Дон Ёп в сторону ПТС. — Этот кадр под партой пойдёт в промо-ролик!

17:10. Главный конкурс: «Караоке с подносами».

Наступило время главного испытания. Правила были суровы: группе давалось 10 попыток, чтобы по очереди, строчка за строчкой, абсолютно без ошибок спеть известную детскую песенку. Сегодня карточка с заданием содержала старую, но коварную детскую песню «Звезда» (별), где слова в куплетах легко путались из-за похожих рифм.

Попытка №1.

Син Дон Ёп уверенно спел первую строчку.

Ю Чжон Хён вытянул вторую.

Хон Чжин Гён подхватила третью.

Очередь дошла до Бэ Ги Сона. Музыкант уверенно набрал воздуха в грудь... и перепутал окончание фразы.

БА-А-АМ!

Подносы полетели вниз. Студия содрогнулась от хохота.

Попытка №4.

Цепочка дошла до Соины. Ей досталась самая сложная строчка с быстрым речитативом.

Юн Чжон Су, сидевший рядом, шепнул ей не то слово, пытаясь «помочь». Соина на секунду задумалась, заметила хитрую ухмылку Юн Чжон Су, но не поддалась на провокацию! С идеальным попаданием в ноты и ритм она чисто и звонко выпела свою часть.

— О-о-о-о! — закричала Хон Чжин Гён. — Она не поддалась! Чжон Су пытался её сбить, а она спела идеально!

— Чжон Су-я, тебе не стыдно?! — наигранно возмутился Син Дон Ёп. — Девочка спела лучше, чем ты!

Попытка №7.

На седьмой попытке вся команда дошла почти до самого конца, но на последнем слове споткнулся сам Ю Чжон Хён.

ГРОХОТ!

Металлический диск с маху задел края парты. Все снова пригнулись, а Соина, уже привыкшая к атмосфере, ловко увернулась, задорно подмигнув оператору.

В паузе перед восьмым заходом Син Дон Ёп неожиданно сделал знак операторам остановить таймер.

— Так, стоп! У нас острая нехватка настоящей музыки в этой студии! — Дон Ёп повернулся к Соина. — Со Ын-а. Вся страна знает, что твой дедушка — великий мастер Кан Чхоль Мин. И мы знаем, что твоя гитара приехала с тобой. Сыграешь нам? Чтобы снять проклятие этих подносов?

Ю Чжон Хён скрестил руки на груди, пристально наблюдая за реакцией девушки. Это был экспромт, испытание на чистую импровизацию.