Читаем Золотая рыбка онлайн бесплатно

Пролог

Боль… Боль накатывает на меня волнами. Одуряющая, всепоглощающая боль… Даже боги испытывают её. И всё же я рад этой боли, точно старой знакомой, встреченной на чужбине. Сотни, тысячи, десятки тысяч лет я не испытывал её – обычную боль исстрадавшейся плоти. Стократ легче терзаться болью телесной, нежели болью, идущей из глубины души. Великие, сильные, благородные боги отреклись от меня и обрекли на унизительное полумёртвое существование. Низкие, слабые, коварные люди предали меня, отдав забвению моё имя и деяния. Но все вы ошиблись, думая так просто уничтожить великого дракона страны Ямато. Дракона восьмиглавого, восьмихвостого.

Тысячи лет боль души, обида от несправедливости и предательства грызла меня. До той самой поры, пока воды благословенного океана не вынесли мою голову к полуразложившемуся телу. Тогда я вновь обрёл плоть, а вместе с ней пришла эта боль, которую я готов благословлять каждый миг своего существования – ведь она позволяет забыть о терзаниях и боли души. Но я ничего не забыл. Нет, не забыл…

О, неразумные, наивные боги! О, беспамятные, коварные люди! Трепещите, ибо грядёт МОЁ время. Я пришёл, дабы вернуть себе СВОЙ мир!

Пролог 2

Доклад о Зоне отчуждения, возникшей в результате аварии на АЭС «Фукусима- 1», Япония.

В ходе прошедших после аварии десяти лет на территории, прилегающей к электростанции, произошел ряд изменений в экологии. Пожар, выброс радиоактивных отходов, вода, использованная при тушении, изменили животный, растительный мир, а также состав почвы. Причиной являлись новейшие открытия учёных, т.н. программа «Купол», позволившая оказывать воздействие на воздушные массы над ограниченной территорией. В частности, над территорией, прилегающей к «АЭС Фукусима». Таким образом, местность оказалась изолированной от внешних погодных условий, а любые погодные условия не выходили за её пределы. Вследствие этого радиоактивные элементы, испаряясь с водой, выпадали с осадками на той же сравнительно небольшой территории. Данный процесс увеличил общее заражение. Всё вышеизложенное породило новую Аномальную Зону, подобную Чернобыльской, но со своими природными особенностями, аномалиями и артефактами. Встречаются аномалии и артефакты, подобные Чернобыльским, но действие их всё же розниться.

Помимо природных процессов, авария привела в действие некие неизвестные силы, что также явилось причиной возникновения новой Зоны, со своими климатическими условиями, флорой и фауной.

Имеются сведения о существовании на территории Факусимской Зоны действующего буддийского монастыря. Но подтвердить (или опровергнуть) эти данные не представляется возможным.

НИИ «Фукусима-1»

13.04.2021г.

Часть 1. АЗИАТ

Глава 1.

Человек шёл, с трудом переставляя ноги, пошатываясь от усталости и боли. Научно Исследовательский Институт «Агропром», куда он стремился, располагался недалеко, но в Зоне даже три метра ещё нужно суметь пройти. О подземельях НИИ «Агропром» знали все в Зоне. Ну, или почти все. Но далеко не всё. Сейчас сталкер по прозвищу Азиат брёл к своему схрону, который являлся частью этих подземных коммуникаций. Ранение в левое плечо не добавляло оптимизма, рука висела плетью, с пальцев на землю капала кровь.

«Вперёд, вперёд, в аду отдохнёшь, – подбадривал сталкер сам себя. – Или хочешь покормить мутантов собственным мясом? Эти зверюшки издалека пролитую кровушку чуют». Мысль о кровожадных мутантах, рыщущих по его следу, приходила ему в голову уже не в первый раз. И даже не во второй.

Азиат шёл из Тёмной Долины, когда напоролся на группу бандитов. Чёрт его знает, как этим сволочам удалось так близко подобраться к нему, однако факт остаётся фактом – удалось… и мир их праху. Бандюков было всего трое, вооружены чем попало, но первым же выстрелом один из них попал сталкеру в плечо. А поскольку АК-47 одной рукой не удержишь (отдача сильная), отстреливаться пришлось «макаром», что, конечно, заняло чуть больше времени.

Массивная металлическая дверь стоически прикрывает собой вход в небольшой бункер. Изрядно подёрнутая ржавчиной, но всё ещё крепкая, она иронично и преданно хранит свою тайну. Ни один сталкер даже не подойдёт к этому здоровому металлическому прямоугольнику – издалека видно, что штурвал гермозамка безнадёжно испорчен. Но именно сюда стремится Азиат. Это и был схрон. Не совсем его схрон, скорее взятый взаймы, ибо своим сталкер с полным правом может назвать лишь то, что сам сделал либо отбил в честном бою. По крайне мере, сам Азиат так считает. А схрон был, скорее, подарком судьбы, за который, не исключено, ему ещё выставят счёт.

Как-то раз, в самом начале своей сталкерской «карьеры», проходя через дикую территорию, он наткнулся на мёртвого учёного. Как погиб мужик – шут его знает, но был он не покусанный, не порванный, и даже не ограбленный. Следовательно, не мутанты и не бандиты поспособствовали. Тело сталкер честь по чести предал земле, а вот наследство в виде химзащиты, сумки с немудрёным снаряжением и персональный карманный компьютер, что в просторечье зовётся ПДА, аккуратно прибрал к рукам. ПДА учёных часто хранит полезную информацию, но то, что Азиат нашёл здесь, оказалось попросту бесценно. Помимо прочего там хранилась координаты небольшого изолированного подземелья, а также способ проникновения и код доступа туда. Ничего не скажешь, настоящий подарок для начинающего сталкера, каким он был десять лет назад. Просто сказочно повезло.

Вообще майор Азименко Михаил Остапович, в прошлом агент СБУ, а ныне сталкер Азиат всегда считал себя невероятно везучим человеком. Начать с того, что парнишка из глубинки, с детства бредивший восточными единоборствами, не сгинул в лихие девяностые. Напротив, оставшись по контракту в армии, попал именно туда, куда мечтали все ребята с его двора – в разведку (спасибо давнему увлечению странами Дальнего Востока и врождённой способности к языкам). Побывал Михаил и в горячих точках, и в странах своей детской мечты – Китае, Карее и Японии (с заданиями, разумеется). Непосредственным начальством ценился за умение не задавать ненужных или неудобных вопросов. А среди сослуживцев славился в первую очередь умением целым и невредимым возвращаться из самых гиблых заданий.

Когда группа майора Азименко получила очередное секретное задание никто, даже сам майор, не почувствовал ничего необычного. Да, задание было секретным настолько, что документы по этому делу если и существовали, то не подлежали совершенно никакой маркировке. Кто же знал, что по его выполнении и получении подтверждения, Азименко и его группа подлежала ликвидации (если выживут, конечно). Вопреки всему, Михаил выжил и даже избежал зачистки, хотя и потерял всю группу. А вернувшись домой, узнал – здесь никто его не ждёт.

По большому счёту, майор не держал зла ни на свою страну, ни на своих командиров. Служба есть служба, а придя в разведку, он знал, что однажды нечто подобное может случиться. Примеров тому в истории – тьма. Однако, как оказалось, знать и быть готовым к такой судьбе – вещи всё-таки разные. Чёрт возьми, жить-то, в самом деле, хочется. И бывший агент СБУ всерьёз решил бороться.

Выживший командир группы был объявлен террористом. Под этим предлогом за ним объявили настоящую охоту. Стараясь особо не следить, майор продал или уничтожил всё снаряжение, оружие и одежду, выданные на задание, чтобы исключить возможность отследить его по маячку (бережёного, как говорится, Бог бережёт). И вновь невероятное везение – Азименко удалось уйти в Зону отчуждения. Тогда за ним была отправлена группа из 3-х оперативников – таких же агентов, как он сам.

Вскоре Азименко, не от хорошей жизни вознамерившемуся стать сталкером, снова подфартило – на этот раз с жильём, или, как здесь говорили, со схроном. А когда попал в Бар «100 рентген», мужчина сумел наладить контакт с местным барменом (благо, того интересовали главным образом прибыль). Из-за монголоидной внешности Бармен со временем стал звать его Азиатом (отчего майор Михаил Азименко от души посмеялся – сам того не зная, этот человек выбрал прозвище, созвучное с его настоящей фамилией). Разведчику, не понаслышке знакомому с работой оперативников, опять удалось затеряться. Так и появился сталкер Азиат, пришедший не за романтикой, приключениями или прибылью, а пытающийся просто выжить здесь.

А вот оперативники погибли, не сумев столь аккуратно вписаться в здешнюю структуру. Жаль ребят, но, видать, судьба у них такая. В СБУ решили замять эту историю, но всех выходящих из Зоны отныне проверяли ещё более тщательно.

Подойдя к двери, за которой можно, наконец, надёжно спрятаться и получить долгожданную помощь, раненый сталкер слегка простучал её рукояткой пистолета и, найдя нужную панель, вдавил. Тут же открылась маленькая клавиатура из 12 кнопок (цифры от 0 до 9, Enter, Delete). Над клавишами вспыхнул маленький узкий экран – совсем как на калькуляторе. Азиат ввёл нужный набор цифр. Внутри что-то щёлкнуло, зажужжало, дверь открылась. Сталкер ввалился внутрь.

Открывшееся взгляду помещение представляло собой коридор, неожиданно обрывающийся завалом. В стенах друг против друга зияли два провала, ведущие в небольшие комнаты. В одной стоял стол, табурет, в углу высилась бочка, наполненная очищенной фильтрами водой, по системе труб стекающей сверху. Напротив – ящик с консервами, над которым прибита полка, уставленная самыми необходимыми медикаментами. Это помещение Михаил любовно именовал «кухней». В другом, по старой привычке называемой «спальней», прямо на полу лежал матрац, справа у стены располагалась тумба, на ней – две цинковые коробки с патронами. Слева в стену встроен большой свинцовый шкаф с ячейками на полках, словно специально подготовленный для артефактов. Не мудрствую лукаво, именно там сталкер их и хранил.

Чего здесь только не было! Бармен отдал бы свою правую руку за то, чтобы обладать всем этим сокровищем, а другие сталкеры просто передрались бы за них. Всё содержимое «золотого» шкафа было строго систематизировано: вверху – наиболее дешёвые или наименее полезные вещицы, ближе к полу – более ценные. В самом низу располагались три уникальных артефакта, которые ещё ни разу до Азиата никому не попадались и, как следствие, не имели даже названий.

Бывший майор подошёл к шкафу, открыл его тяжёлую дверь и достал светло-коричневый комок – артефакт Ломоть мяса. Никто в Зоне не умел так обращаться с артефактами, как бывший разведчик. Не имея первое время ни медикаментов, ни чего-то другого, могущего принести пользу, Азиат очень быстро научился извлекать пользу из того, что имелось в избытке – найденных артефактов. А существенно пополнил копилку знаний всё тот же ПДА, найденный на трупе учёного. Вот и сейчас, положив на тумбу выбранный артефакт, майор взял нож и точным движеньем разрезал его. Ломоть мяса слегка дёрнулся, на срезе выступила жидкость, напоминающая сукровицу. Сталкер приложил артефакт резанной стороной к обнажённому раненому плечу, ощутил лёгкую, неприятно тянущую боль, лёг на матрац и попытался заставить себя заснуть. Благо ещё во времена службы в СБУ он научился отдыхать при любых обстоятельствах и в любом положении.

Бывший разведчик не знал, сколько проспал, но, когда открыл глаза, виски ломило так, будто голову с обеих сторон сверлит бормашина. Тошнота, голова кружится даже в положении лёжа, перед глазами «мушки» летают. Выброс. Сейчас по всей Зоне сталкеры примерно в таком же положении – кто-то сильнее, а кто-то слабее. Это загадочное явление Зоны на каждого влияет сугубо индивидуально. Азиата в такие моменты полностью приковывало к постели, он не мог ни встать на ноги, ни даже сесть, сразу падал. Если же Выброс был достаточно сильным, то он вообще лишался возможности двигаться. Вот так и лежал до окончания этого странного явления. Но уж лучше так. Говорят, на некоторых Выброс влиял как то по-особенному: на одних накатывала страшенная депрессия, на других, напротив, буйное помешательство. В эти минуты и первые, и вторые хватались за любое оружие. Одни кончали с собой, другие – разносили всё помещение, в котором имели «счастье» коротать это неспокойное время.

Выброс прошёл достаточно быстро, даже как-то до странности быстро. Полежав ещё 10 минут, Азиат приподнялся, покосился на плечо. Светло-коричневый комок потемнел, сделавшись почти чёрным. Вроде бы всё в норме. Сталкер уверенно взялся за присохший к ране артефакт. Раздался влажный, чавкающий звук. На самом краю пореза торчала пуля. Ломоть мяса вытянул её из плеча. Азиат вынул кусочек свинца из артефакта и, не глядя, закинул куда-то в угол. На плече остался подёрнутый молодой кожей шрам. Он ещё побаливал, и будет болеть, быть может, с неделю, а может, и все две, но заражения можно не бояться, да и хирургического вмешательства не потребовалось. А это тоже немало.

Превозмогая лёгкую дурноту, сталкер поднялся с матраца и, слегка пошатываясь, пошёл на «кухню». Сейчас жизненно необходимо подкрепиться. И не только самому. Вскрыв одну из банок, он стал вынимать тушёнку и осторожно вкладывать её в разрез артефакта, набрал воды в ковшик и положил его туда. Дня через два порез полностью зарастёт и Ломоть мяса будет снова способен прийти на помощь в случае надобности. Довольно странный и малоизвестный способ восстановить силы артефакта, зато действенный. Теперь и самому можно поесть. Захватив с собой вторую банку, Азиат направился обратно в «спальню», глянул на тумбу, посчитал в голове количество боеприпасов.

– Надо к Бармену сходить, – дотронувшись до плеча, произнёс он слегка осипшим голосом. Привычка разговаривать с самим собой у Азиата появилась уже здесь, в Зоне.