Читаем Живая мишень онлайн бесплатно

15 октября, Арапахо-Джанкшн, Колорадо

— Я знаю, что все сроки уже прошли! — Алекс Грэм крепко сжала в руке мобильник. — Отправлю снимки, как только смогу.

— Если бы вместо того, чтобы махать лопатой, ты занялась своим прямым делом, фотографии давно были бы у меня. Мне нужны снимки спасателей, Алекс. И срочно, — резко сказал Джим Карак. — Вчерашние новости — это не новости; плотину прорвало уже почти неделю назад. Через два дня макет номера пойдет в типографию, а репортажа о спасательных работах до сих пор нет. Что прикажешь мне делать? Отдать лучший разворот под очередную свадьбу очередной бразильской телезвезды? Так мы очень скоро останемся без подписчиков и меня выгонят к чертовой матери. И тебя тоже.

— Но ведь спасательные работы еще не закончены, — попыталась оправдаться Алекс. — Спасатели еще достают из-под завалов живых, и…

— И ты должна делать душещипательные снимки, повествующие о невероятной удаче тех, кого удалось спасти, а не работать киркой и заступом, — отрезал редактор. — Ты нарушаешь основной принцип, Алекс: профессиональный журналист не имеет права становиться частью своего репортажа. От тебя я этого не ожидал.

— Но пойми, Джим, под этой грязью и камнями могут быть живые люди! — попыталась убедить его Алекс, но все было бесполезно: Карака интересовал только репортаж. — Ладно, ты получишь свои картинки, — раздраженно бросила она и, выругавшись, выключила телефон.

Прислонившись к стене, Алекс потерла пальцами виски. Господи, как же она устала! Карак был прав: еще немного — и ей придется подыскивать для своих материалов другого издателя. Она сработала непрофессионально, сорвала сроки репортажа, и, если бы не ее прежние заслуги, Карак уже давно разорвал бы с ней контракт.

— Ну, как дела? — В дверях трейлера появилась Сара Логан со своим псом Монти.

— Не блеск, — коротко ответила Алекс, продолжая массировать виски. — Я не справляюсь с работой — никак не сосредоточусь на главном.

— А по-моему, ты отлично справляешься; твой редактор просто не представляет себе, что здесь происходит. — Сара наполнила миску Монти свежей водой и, пока он пил, присела на корточки рядом. — Кстати, о главном… Утром в квадрате 13 — 13 откопали живого ребенка. Как видишь, сочетание несчастливых чисел оказалось для него счастливым.

— Да, это намного важнее, чем любой, даже гениальный репортаж. — Алекс улыбнулась. — Наплевать на Карака!

Лицо Сары осталось серьезным.

— Но я не хочу, чтобы ты потеряла работу, Алекс. Я знаю, как много она для тебя значит. Может, тебе все-таки стоит прислушаться к тому, что говорит твой редактор? Поверь, у нас нет недостатка в добровольцах, способных работать ломом и лопатой…

Алекс приподняла брови.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что моя помощь больше не нужна?

— Ну что ты, конечно, нет, дорогая. Ты прекрасно знаешь, что, когда катастрофа принимает такие масштабы, нам нужна каждая лишняя пара рабочих рук и… рабочих носов. — Сара посмотрела на Монти. — Просто я не хотела, чтобы у тебя были неприятности. Клянусь богом — в мире и так хватает трагедий!

И Сара Логан видела многие из них своими глазами. Она и ее золотистый ретривер по кличке Монти — одна из лучших поисковых собак Спасательной службы США — объездили чуть не весь мир, и это были вовсе не туристские вояжи. За прошедшие пять лет Алекс сталкивалась с Сарой не меньше десяти раз. Они и подружились-то во время землетрясения в Турции — в Измире, где Сара и Монти работали в интернациональной бригаде спасателей, помогая извлекать из-под развалин глинобитных лачуг тела взрослых и детей. В основном это были именно тела — раздавленные, расплющенные изуродованные, но все же и тогда им удалось спасти несколько человек.

— Не волнуйся, никто меня не тронет. И в первую очередь Джим. Я ему нужна. Где он возьмет другого такого фоторепортера?

— И все равно, Алекс, копать землю и ворочать камни — не твоя работа. — Сара покачала головой. — Посмотри на себя! Ты с ног до головы покрыта засохшей глиной, у тебя все руки в мозолях, волосы растрепаны, глаза красные… Насколько мне известно, ты не ложилась уже больше суток, и…

— А ты?

Сара пропустила вопрос мимо ушей.

— … Но это все пустяки. Самое главное, Алекс, — у тебя сердце кровью обливается, я же вижу. Так нельзя! Нельзя принимать каждую трагедию как свое личное горе, иначе ты просто-напросто сломаешься. Уж я-то знаю…

— Можно подумать, будто я выехала на место катастрофы в первый раз.

— Нет, не в первый, но… в те разы было по-другому. Тогда ты только снимала и помогала медикам на пункте первой помощи. Ты не работала лопатой, не выкапывала из земли трупы людей…

Алекс поморщилась. Ей не хотелось думать о трупах — за последние несколько дней она видела их слишком много.

— Но ведь ты делаешь это постоянно, — возразила она. — Ты могла бы сидеть дома и тренировать собак-спасателей, но каждый раз, когда раздается звонок, вы с Монти прыгаете в вертолет и несетесь на другой конец страны, на край света. Ладно, я-то давно знаю, что ты сумасшедшая, но твой муж… Как он выдерживает все это? На его месте я бы давно закатила тебе хорошенький скандал, — попробовала отшутиться Алекс.

— Конечно, ему это не нравится, — согласилась Сара. — Но он понимает, что мне это нужно, что без этого я не смогла бы оставаться собой. — Сара нахмурилась. — Но мы говорим не обо мне. Я наблюдала за тобой все эти дни и могу сказать, что ты на себя не похожа. Ты работаешь как одержимая. А я ведь знаю, что тебе нравится фотографировать, это твоя работа, твое предназначение в жизни. Прости за высокий стиль, но ты сама как-то это сказала. Но сейчас что-то изменилось, и я боюсь… Прошу тебя, Алекс, не позволяй этой катастрофе сбить тебя с пути истинного! Ты не должна отвлекаться от главного — от своего репортажа. Ведь, повторяю, для тебя это не просто еще одна работа, еще одно редакционное задание. Это…

— Я и не отвлекаюсь, — перебила Алекс. — Вот увидишь, я сделаю этот чертов репортаж вовремя. — Она наклонилась и рассеянно почесала Монти за ухом. — Но я просто не могу оставаться в стороне. Каждый раз, когда я начинаю делать снимки, мне кажется, что я занимаюсь ерундой. Если бы вместо этого я поработала лопатой, мне, быть может, удалось бы спасти чью-то жизнь.

Сара пристально посмотрела на подругу и неодобрительно покачала головой.

— Не надо тебе браться за подобные задания, Алекс. Ты изменилась. Я знала, что это произойдет, знала с тех самых пор, когда увидела тебя в Нью-Йорке в Центре мировой торговли…

Алекс вздохнула и прикрыла глаза. Катастрофа одиннадцатого сентября потрясла всю Америку. До сих пор ей иногда чудился запах раскаленной стали и оплавившегося бетона. И чад, едкий чад, который затянул улицы, словно траурное покрывало. Она вспомнила ощущение беспомощности и бессилия, которое испытала, увидев, как Сара и Монти пробираются среди покореженной, скрученной арматуры, вспомнила слезы на своих щеках, вспомнила жирную копоть и запах горелой пластмассы. Там они не нашли ни одного живого человека.

— Одиннадцатое сентября изменило всех нас. Сара кивнула:

— Да, но у меня, по крайней мере, был человек, к которому я могла вернуться. Он помог мне залечить самые глубокие раны. — Она вздохнула. — Надо было мне тогда настоять, чтобы ты тоже поехала со мной.

Алекс покачала головой:

— Я не могу каждый раз прятаться за твою спину. Жизнь не остановилась, жизнь идет дальше и готовит нам еще много страшного. Я должна научиться… приспосабливаться. — Она повела плечами. — А если с собой в будущее я беру какой-то багаж, значит, так и должно быть. От воспоминаний трудно избавиться, особенно от таких. И каждая новая катастрофа оживляет в памяти все, что было когда-то.

— Здесь не Нью-Йорк, — мягко напомнила Сара. — Здесь мы нашли живых. На сегодняшний день их уже семьдесят два человека.

— Но мы спасли не всех, — прошептала Алекс так тихо, словно обращалась к себе самой. — Ты сама это отлично знаешь. И пока там, под землей, остается еще кто-то живой, я не могу стоять в стороне и щелкать камерой. — Горло у нее стиснуло внезапной судорогой, и она не смогла продолжать. Немного помолчав, Алекс заговорила о другом: — У тебя что, смена кончилась?

— Нет, просто решила дать Монти немного воды. Он сегодня пьет, как промокашка, наверное, тоже устал. Ничего, отдохнем, когда стемнеет. Монти не любит работать ночью — ему хочется видеть, что делается вокруг. Конечно, он может работать и после наступления темноты, но тогда он быстрее выдыхается. — Она внимательно посмотрела на собаку, устроившуюся возле ее ног. — Кстати, у меня есть хорошая новость. Даже две. На следующей неделе сюда приедет президент.

— Давно пора. Вице-президент Шепард побывал в Арапахо на следующий день после того, как прорвало плотину.

— Да, и должна признаться честно, этот его шаг произвел на меня очень приятное впечатление. А уж после приезда самого президента Федеральное агентство по чрезвычайным обстоятельствам начнет творить настоящие чудеса.

— Хорошо бы. — Алекс состроила гримасу. — Может, мне удастся убедить Карака, что я так затянула с фотографиями, поскольку ждала приезда президента Андреаса? Скажу ему, что мой репортаж еще более общественно значим… — Она грустно усмехнулась. — Впрочем, вряд ли из этого что-нибудь выйдет. Я никогда не умела врать. К тому же к президенту все равно наверняка нельзя будет подобраться и на пушечный выстрел.

— Удивительно, как он вообще решился приехать. Вчера вечером в Мехико неизвестные снова бросили взрывчатку в наше посольство.

— Неизвестные?

— Ответственность за теракт взяла на себя группировка «Матанса». Кроме того, на лужайке перед посольством сожгли чучело Андреаса. Это их почерк.

— Мерзавцы!

За последние полгода гватемальская террористическая группировка «Матанса» под руководством Хуана Кордобы организовала уже три нападения на американские посольства на Ближнем Востоке, в Венесуэле и Гватемале. Первоначально «Матанса» была лишь одной из многочисленных ультрарадикальных революционных организаций, и ее никто не знал за пределами Гватемалы. Но теперь, щедро финансируемая «Аль-Каидой», она вышла на международную арену. В последнее время «Матанса» вела целенаправленную охоту за президентом Андреасом, пытаясь дестабилизировать ситуацию внутри Соединенных Штатов.

Алекс вздохнула. Ей уже почти не верилось, что когда-то Америка была уважаемым членом мирового сообщества, оплотом стабильности. Но с тех пор ситуация в мире кардинально изменилась. Алекс почти физически ощущала, что Соединенные Штаты со всех сторон окружает океан ненависти, презрения, угроз. Если в юности она твердо знала, что никто и ничто не может причинить вред ее стране, ее народу и президенту, то теперь опасность стала более чем реальной.

— Ну а твоя вторая хорошая новость? — спросила Алекс. — Надеюсь, она лучше, чем первая?

— Послушай, все не так плохо! — запротестовала Сара. — По крайней мере, Андреас не позволяет запугать себя и продолжает встречаться с людьми, которые в нем нуждаются. Кроме того, здесь ему ничто не грозит. По всем признакам, прорыв плотины имел естественные причины. Диверсия, саботаж здесь ни при чем. — Она улыбнулась. — Правительственная комиссия уже сделала предварительные выводы. Земля на противоположной стороне долины обваливаться не собирается, а ведь вначале эксперты боялись, что оползень, который похоронил Арапахо, мог потревожить и другие пласты.

— Господи Иисусе, этого только не хватало! Еще один оползень?!

— Вряд ли это произойдет, — уверенно сказала Сара, словно сама была экспертом-геологом. — Люди, которых эвакуировали из поселка, могут возвращаться назад — им ничто не грозит. Другое дело, что сейчас они могут только помешать. Вот мы закончим работать, тогда пожалуйста… — Она погладила Монти по голове. — Идем, малыш, труба зовет. — Поднявшись, Сара направилась к выходу. — А ты все-таки сделай несколько снимков, пока светло, — бросила она через плечо. — Я уверена, у тебя получится.

— Ладно, раскомандовалась, — добродушно огрызнулась Алекс.

Выйдя из трейлера вслед за подругой, она остановилась, оглядывая район катастрофы. Каждый раз при виде разрушений, причиненных гигантским оползнем, у Алекс сжималось сердце. Пять дней назад вода прорвала плотину и устремилась в долину, где был расположен поселок Арапахо. Ударная сила потока вызвала многочисленные оползни и обвалы, в результате которых множество домов и построек оказались погребены под тоннами жидкой грязи и камней. Теперь вода спала, уйдя в старое русло реки, но завалы по-прежнему приходилось разбирать по большей части вручную, так как применение тяжелой техники могло вызвать новые оползни. Кроме того, в домах под слоем жидкой грязи все еще могли оставаться живые люди.

Взгляд Алекс скользнул по обломкам плотины и переместился на противоположную сторону долины. Каменистые откосы крутых холмов выглядели достаточно надежными в этом зыбком мире. Господи, как же она была рада, что с той стороны им не грозит никакая новая опасность!

— Хватит глазеть! — Голос Сары вывел ее из задумчивости. — Бери аппарат — и за работу! Обещай, что больше не будешь сегодня ковыряться в земле.

Алекс кивнула:

— Обещаю. В самом деле, надо отщелкать пару пленок и отправить Караку — пусть подавится.

Она тяжело вздохнула, потом ее взгляд упал на прислоненную к стене трейлера лопату. Алекс знала, что работы еще очень и очень много, и сколько бы добровольцев ни приехало в Арапахо в последние три дня, дело найдется всем.

— Но не сейчас, — твердо закончила она. — Сейчас я просто не могу…

Солнце уже клонилось к закату, когда Алекс закончила работу и вернулась к трейлеру, чтобы поставить на место лопату и взять из сумки фотоаппарат. В ее распоряжении оставалось всего часа полтора, прежде чем станет слишком темно. Приходилось поторапливаться. «В крайнем случае, — решила она, — буду работать со вспышкой». Проблема, однако, заключалась в том, что со вспышкой можно было снимать только вблизи, а ей нужны были панорамные снимки, способные подчеркнуть истинные масштабы катастрофы. Крупных планов у нее и так хватало.

Выйдя наружу, она услышала шум вертолетных винтов. Легкая голубая машина села возле палатки медпункта в сотне ярдов от нее, и Алекс помахала рукой пилоту Кену Найдеру, выпрыгнувшему из кабины.

Он тоже махнул ей и крикнул:

— Эй, я привез тебе объектив, который ты просила!

— Спасибо, — откликнулась Алекс, — только сейчас он мне не нужен. Я зайду за ним попозже, хорошо? — И, повернувшись, она стала быстро подниматься вверх по склону.