Читаем Жена напрокат онлайн бесплатно

— Мирон! МИИИИРООООН!

На мой десятый по счёту крик сынишка соизволил обернуться.

— Мирон, не уходи далеко, хорошо? — попросила я, неуклюже подволакивая ногу.

Угораздило же меня растянуться на лестнице перед самым выходом и сильно ушибить ногу! Теперь я не успеваю за своим сверхактивным сынишкой.

Конечно, я беспокоюсь за сына, как и все другие мамочки переживают за своих детишек.

Кажется, Мирон передумал убегать с игровой площадки и начал лазить по горкам, скатываясь со всех по очереди.

Я посмотрела на часы: нам уже пора было возвращаться домой к ужину. Но едва я подняла взгляд, как поняла, что сынишки и след простыл.

Всегда так, стоит отвлечься хоть на секунду, Мирон успевает исчезнуть из поля зрения!

Я начала обходить горки, ища сына, и спрашивая у местных мамаш, не видели ли они моего мальчика.

— В зелёном костюме? — спросила одна из мамаш.

— Да, это мой Мирон! Вы его видели?

— Вон там, рядом с машиной! — показала рукой женщина на внедорожник агрессивного вида, припаркованный возле детской площадки.

Мне этот внедорожник сразу не понравился, потому что он был припаркован едва ли не на специальном зелёном покрытии детской площадки. Этот внедорожник уже давно стоял здесь.

— Мирон! — крикнула я, заметив, что сынишка разговаривает с водителем внедорожника.

Меня от сына отгораживала открытая дверь с водительской стороны. Я не знала, кто сидел за рулём, но зато знала, что моему сынишке не стоит общаться с незнакомцами.

Я ускорилась, едва не подвывая от боли, и остановилась только у самой машины.

— Мирон! Почему ты меня не послушался? — выдохнула я и едва не застонала от боли.

Натруженная нога сильно заныла. Я вынуждена была схватиться пальцами за дверь машины, чтобы не упасть.

— Мама, всё нормально! — весело ответил сынишка. — Этот мужик сказал, что он знает моего папу!

Мирон не называл мужчин «дядями». По своему личному разумению, он называл их «мужиками». Да, мой сын — серьёзный малый.

Я перевела взгляд на водителя. Мужчина белозубо улыбался. На щеках заиграли симпатичные ямочки.

Я отметила мощную шею, широкие плечи, рельефную мускулистую грудь, облепленную белой футболкой.

Я перевела взгляд выше, разглядывая лицо наглеца. Чёрт, кажется, я пялюсь на его чувственный рот!

Крупные, ярко-очерченные губы. Широкая, мужественная линия подбородка.

Очнись, Настя! Надо не рассматривать мускулистых похитителей детей, а предотвращать преступление.

— Мирон, пойдём, нам пора домой. С чужими людьми нельзя разговаривать, — укорила сынишку.

— Я ему тоже так сказал. А он сказал, что знает моего папу! — глаза Мирона загорелись воодушевлением.

Вопрос наличия папы был в нашей семье самым острым. Вот как объяснить малышу, что папа у него вроде бы как есть, но в то же время его нет?

Шесть лет назад я обратилась в банк спермы. Оплодотворение прошло успешно. Сейчас Мирону пять лет. Моего сына очень волнует, почему у других есть папа, а у него нет.

— Милый, этот мужчина не может знать твоего папу, потому он не знает даже меня, — ласково сказала я сыну, а сама возмущённо посмотрела на водителя внедорожника.

Потом я отправила Мирона прочь:

— Попрощайся с Даней и Митей, мы уходим домой.

Сынишка, наконец-то, послушался меня и отправился к своим приятелям.

Я, выпрямляясь гордо, насколько позволяет ноющая нога, обратилась к водителю внедорожника:

— Мужчина, а вас не учили, что нельзя лезть к посторонним детям с бредовыми рассказами? Ваше поведение кажется мне подозрительным. Я запомню номер вашего автомобиля и позвоню в полицию.

— Мой номер легко запомнить. Три единицы! — беззаботно улыбнулся мужчина. — И с чужим вы погорячились, Настенька!

Я едва не задохнулась от возмущения.

Наглый и беспринципный! Откуда он знает моё имя?! Впрочем, мне плевать!

— Держитесь подальше от меня и моего сына! — процедила я сквозь зубы и резко двинулась в сторону, зашипев от боли.

Мужчина среагировал молниеносно. Горячие мужские ладони легли мне на талию. Мужчина притянул меня к себе, едва не впечатывая меня в свою крепкую грудь.

Я обомлела и тут же запаниковала: вдруг, целью похитителя была я, а мой сын — всего лишь приманкой?!

Понятия не имею, с каких пор мускулистым красавцам нужны серые мышки вроде меня: в спортивном костюме, с дулькой на голове, и в одном розовом резиновом тапочке, потому многострадальная нога с намотанным эластичным бинтом больше ни во что не помещалась. Но если я не нужна эту красавцу, зачем он меня хватает своими ручищами?!

Я пихнула мужчина кулаком в грудь и начала колотить его ладонями по корпусу и плечам.

— Ой-ой-ой! Как же больно! — рассмеялся красавчик и резко перехватил мои руки, зафиксировав мои запястья пальцами одной руки. — Прекрати!..

Мужчина стиснул пальцы сильнее.

— Настя, мне нужно с тобой серьёзно поговорить, — незнакомец стянул модные очки с лица и посмотрел на меня. — Мирон — мой сын.

— Очень смешно! — фыркнула я и осеклась.

Во-первых, потому что узнала в красавце звезду хоккея, Даниила Смолякова.

Во-вторых, потому что у Мирона глаза были один-в-один, как у Даниила Смолякова. Один глаз зелёный, другой голубой.

Я, конечно, знала Смолякова! Его имя было на слуху! Ещё бы не знать гордость национальной хоккейной сборнойю

Но я и предположить не могла, что мне досталась именно его сперма!

А потом я очнулась. Настя, этот красавец тебя просто загипнотизировал! Подумаешь, у Мироши, как и у Смолякова, гетерохромия! И что с того?

Я освободила запястья из захвата мужских пальцев и растёрла покрасневшую кожу.

— Мужчина, не хватайте посторонних за руки. Фантазируйте на тему отцовства в другом месте и с другими людьми! — сердито сказала я, отходя и стараясь не хромать.

Шутник! Звезда зажравшаяся!

Я поспешила к Мирону. Пока я разбиралась со звездой хоккея, мой сынишка опять ввязался в догонялки с приятелями.

— Я знаю, что ты обращалась в банк спермы! Тебе досталась моя сперма! — громким голосом сказал мне в спину Смоляков.

Я споткнулась, полетела вниз, пропахав ладонями землю, и взвыла. Я ударилась ногой. Многострадальную ступню пронзило острой болью.

Смоляков действовал быстрее самого опытного спасателя. Он поднял меня и усадил на скамейку. Звёздный хоккеист присел на корточки передо мной.

— Ну, ты и катастрофа, Панченко Анастасия Михайловна, 1990 года рождения! — присвистнул Смоляков, разглядывая содранную кожу на моих запястьях.

— Мужчина… — начала я.

— Даниил Смоляков, но лучше давай по имени, идёт?

— Ничего не идёт, оставьте меня в покое! — простонала я.

Смоляков отошёл.

Но не успела я обрадоваться, что так легко избавилась от взбалмошной звезды, как он тут же появился рядом с аптечкой в руках.

— Давай помогу? — предложил Смоляков, перекладывая мою ладонь на своё колено. — Нужно обработать.

— Справлюсь без тебя!

— Цыц! — приказал мне Смоляков и сжал руку, чтобы я не удрала.

Я хотела вырваться, но нога очень сильно начала ныть. Я не была уверена, что смогу сейчас передвигаться легко и быстро, как грациозная лань.

Поэтому я наблюдала за спокойными движениями длинных пальцев Смолякова с неровными сбитыми костяшками.

— Так гораздо лучше! — довольно заявил Смоляков, обработав мою кожу. — А что с ногой?

— Не твоя забота! — огрызнулась я и взвизгнула, заметив, что Смоляков потянулся к моей ноге.

— Так, мужчина, отстань, ясно? Найди себе другую забаву! — я отвернулась и попыталась пошевелить пальцами ног.

Больно-о-о-о…

— Я бы отстал! — добродушно заявил Смоляков. — Если бы 17 сентября 2013 года ты не сделала искусственную инсеминацию от донора RBD-00142. Я и есть тот самый донор!

Смоляков выглядел довольным. Таким довольным, как будто он лично трудился над моим оплодотворением несколько часов подряд!

— Это твои фантазии, Смоляков. Или признаки звёздной болезни! В любом случае отстань от меня.

Я постаралась проигнорировать тревожный звоночек. Номер донора в картотеке я помнила наизусть. Генетические показатели у этого донора были отменные. Рост отца — 186 см…

Я покосилась на Смолякова. Допустим, он тоже высокий. Но всё это просто совпадение!

— А как тебе вот это? — ласково поинтересовался Смоляков, показывая детскую фотографию на экране сотового телефона.

Я не хотела посмотреть, но мои глаза уже посмотрели!

Детскую фотографию донора спермы я тоже хорошо помнила. Мальчишку на фотографии сложно было назвать красивым: лопоухий, большеглазый, скорчил мордочку, как мартышка!

Шесть лет назад мне понравился этот забавный мальчуган, и я решила, что мой сынишка будет весёлым, озорным и с добрым характером.

В принципе, всё сошлось, кроме последнего. Характер у моего Мирона — тяжёлый и справиться с упрямцем нелегко. Неужели характер достался ему от звёздного папаши?

Мысленно я признала, что Мирон — сын Даниила. Сходство детских фотографий было потрясающим. Но вслух я не могла и не хотела признаваться.

— Послушай, Смоляков!

— Даниил.

— Даниил Смоляков, я понятия не имею, почему ты пристал именно ко мне. Просто посмотри вон на ту девушку, в розовом платье. У неё тоже есть сын, без отца. К тому же она явно будет тебе рада. Можешь подойти к ней, и она обеспечит тебе тёплый приём!

Лена, про которую я говорила, на самом деле заприметила Смолякова и посматривала на него очень плотоядно, красуясь своей фигуркой и взметая подол платья вверх, играя с сыном.

— Возможно. Но не она обратилась в банк спермы, а ты. Именно тебе достался мой материал. Я могу назвать тебе имя лечащего врача и даты посещения клиники, — усмехнулся Смоляков, открывая записи в своём телефоне. — Назвать? Мария Петровна Богуцкая…

— Замолчи! Это конфиденциальная информация! Ты никак не мог узнать эти сведения!

— Конфиденциально? Конечно! Но деньги, сама знаешь, творят чудеса, — пожал внушительными плеча Даниил.

— Значит, я подам в суд на клинику за разглашение врачебной тайны! И заодно на тебя за вмешательство в частную жизнь! — вспылила я, запоздало понимая, что своей фразой невольно подтвердила слова Смолякова.

— Подавай. Но знаешь ли ты, во сколько тебе обойдётся адвокат? Не думаю, что ты можешь себе позволить нанять настоящего профессионала. А мои адвокаты тебя сожрут! — Смоляков плотоядно клацнул зубами и облизнул пухлые губы. — Сожрут и не подавятся!

Я дёрнулась в сторону от Смолякова и встала, превозмогая боль. Откуда ему известны подробности моего материального положения?

— Я подготовился, — скучающим тоном заявил Смоляков. — Я знаю, где ты живёшь, знаю, в какой сад ходит Мирон. Не самый лучший, кстати. Я знаю, сколько ты зарабатываешь.

— Не. Твоё. Дело! — процедила я сквозь зубы.

— Я очень много знаю о тебе и Мироне. А ещё знаю, что не позволю тебе и своему сыну жить так, как вы живёте сейчас! — заявил Смоляков и встал, обнимая меня за плечи.

Я попыталась сбросить тяжёлую мужскую руку. Но Смоляков был, как скала, его было трудно подвинуть в сторону.

— Мирон! — зычно крикнул Смоляков.

И мой сын, до которого с первого раза было ни за что не докричаться, бросил игры с друзьями и послушно засеменил в нашу сторону.

— Рассказать ему о том, что я — его отец прямо сейчас? — шёпотом спросил Смоляков, наклонившись к моему уху.

— Не смей! Ты сломаешь нам жизнь!

— Тогда ты выслушаешь меня и не станешь от меня увиливать! Договорились?

Шантажист! Как ему ужалось так быстро охомутать меня?!

— Да? — Мирон подбежал и послушно встал рядом, глядя на Смолякова с благоговейным трепетом.

— Как насчёт того, чтобы перекусить? — подмигнул Смоляков. — Пиццей?

— Ура!!! Пицца! — заорал Мирон.

Смоляков произнёс кодовое слово «пицца». Это конец. Я обречена.

Теперь я точно не смогу избавиться от Смолякова в ближайшие часа полтора.

Незадолго до встречи Насти и Даниила

Итак, я на месте.

Моим людям пришлось ехать за Панченко Анастасией Михайловной от самого дома. Думаю, она не заподозрила слежку, потому что была увлечена своим сыном. И моим, кстати, тоже.

Потом я подъехал по указанному адресу, припарковав автомобиль у детской площадки, и начал наблюдать.

Анастасия уже битых полтора часа находилась на детской площадке, а у пятилетнего пацана, как его… Мирона. Да-да, Мирона, внутри как будто моторчик на вечном двигателе. Он не останавливается вообще.

Сразу видно, моя кровь даёт о себе знать. Весь в меня!

Зазвонил телефон. Звонил Семён, мой двоюродный брат. Он был не только моим двоюродным братом, но и первоклассным юристом, что в моей ситуации просто необходимо.

— Ну, как? — с надеждой спросил брат.

— Что как? — переспросил я.

— Ты на месте?

— На месте. Уже полтора часа на месте.

— Полтора часа? Познакомился, пригласил на разговор? — спросил Семён.

— Не-а, я пока просто наблюдаю.

— Наблюдаешь? Данька, у тебя времени всего ничего — один год. Вдруг не успеешь?

— Да ладно тебе, чего не успею-то? Время в запасе ещё есть. Родит в аккурат перед финальной датой! — отмахнулся я, думая совсем о другом.

«Мирон — моя копия!» — вот о чём я думал.

— Здравствуй, мальчик. Ты вообще, в курсе, что Панченко уже не девочка? Ей двадцать девять скоро исполнится! Чем старше женщина, тем сложнее ей забеременеть. Так что давай, не рассиживайся. Подойди, представься галантно и вежливо! Всё, как я тебя учил. Пригласишь на деловой разговор в ресторан, обрисуешь ситуацию. Назови сумму гонорара, в пределах допустимой нормы, — тараторил Семён. — Но начинай с нижней ставки, как в аукционе на повышение. Понял?

— Угу! — сказал я, наблюдаю за Мироном.

Ловкий малый! Чуть ли не на руках ходит.

Анастасия едва поспевала за ним, подволакивая ногу. Инвалидка, что ли? В файле с собранной на неё информацией не было записи о том, что она хромая инвалидка.

Но хоть молодая — и то хорошо!

Потому что я, честно признаться, ожидал увидеть старую, больную, жирную или просто страшную женщину.

Только такие женщины, по моему мнению, могли обратиться в банк спермы за биоматериалом. Только такие и никакие другие!

Панченко была молодой и не жирной — уже хорошо.

— Данька, ты меня слушаешь? — позвал Семён.

— Да, слушаю.

— Всё, иди. Потом позвонишь, скажешь, как всё прошло.

— Сём? — позвал я.

— Чего тебе?

— У меня есть сын! — заявил я. — А ты, между прочим, его дядя!

— Я в курсе. Но к делу это отношения не имеет. На работе я — твой юрист, и только. Всё, с богом! — отрезал Семён и отключился.

Я полистал бумаги, перечитывая сведения о Панченко Анастасии, матери моего сына.

Я намеренно просил не показывать мне фотографии заранее. Семён прислал фотографии незадолго до того, как я сам лично поехал на встречу.

Сухие сведения на листах бумаги не сказали мне почти ничего. Кроме того, что сейчас Анастасии очень не помешали бы лишние деньги.

Три года назад торговый центр, в котором были расположены бутики Панченко, выгорел дотла. Вместе с небольшим складом.