Читаем Горячий Май онлайн бесплатно

— Какие планы на выходные у моей кисоньки?

Антон сразу прижимает меня к себе, обнимая за талию. Мужские руки перемещаются немного ниже, и я протестующе стучу кулаком в грудь.

— Не здесь же, Тоха.

— Чем тебе не нравится здесь? — глаза Антона скрыты за ярко-жёлтыми солнцезащитными очками. Из-за этих очков светло-карие глаза парня напоминают глаза кота: игривого и невероятно довольного собой.

— Стоянка университета — не самое лучшее место, чтобы лапать меня за попку!

Я выскальзываю из объятий Антона и становлюсь рядом с ним, плечом к плечу, опираясь о его автомобиль.

— Твоя попа так и просится, чтобы её хорошенько примяли, — невозмутимо отзывается Антон. — Разобралась с университетом? Решила всё, что надо, или помочь?

Антон учился раньше в том же университете, что и я, только он был на несколько лет старше меня. Мне скоро исполнится двадцать один, а Антону — полных двадцать четыре года.

— Не, не надо… Всё отлично.

— Ты хорошая студентка? — смеётся Тоха. — Или просто удаётся самой договориться с преподавателями?

— Когда как…

— Надеюсь, ты предлагаешь им купюры, а не себя, — подмигивает мой парень, — я не потерплю конкуренции.

— Только тебе могло прийти в голову такое, — закатываю я глаза.

— Глядя на тебя, мне вновь захотелось вернуться в университетские стены. Возможно, даже стать твоим преподавателем.

— Оу!..

— Очень строгим преподавателем, — продолжает смаковать свою фантазию Антон. — У меня ты бы постоянно ходила на пересдачу…

— Ха-ха-ха!.. Ты просто помешан на сексе.

— На сексе? — картинно удивляется парень. — Детка, я имел в виду нечто другое.

— Фантазия у тебя просто отменная. Не удивлюсь, если ты придумал что-то жутко неприличное.

— Очень неприличное, Вер…

— Ве-ро-ни-ка, — растягиваю я по слогам и начинаю подыгрывать. — Ты плохой преподаватель. Не запоминаешь даже имён своих студенток?

— Боженова. Твоя фамилия мне много что говорит. Прежде всего, о твоей неуспеваемости по предмету…

Антон обводит меня горящим взглядом.

— И по какому же предмету я не успеваю? — дразню я парня.

— По моему предмету. Кажется, что домашнее задание по изучению потребностям рынка потребителей не выполнено. Придётся объяснять вам, Боженова, всё на пальцах. Останьтесь после уроков.

— Что? — смеюсь я. — Что за ахинею ты сейчас сказал? И в университете не уроки, а занятия, «пары»!.. Сразу понятно, что ты прогуливал.

— Да-а-а… У меня были занятия поважнее, — соглашается Антон. — Зачем мне учиться, когда я уже умею?..

Вообще-то с его утверждением можно и поспорить, но я этого не делаю. Антон, может быть, и «разводил» всё, что только можно. Но его папаша — владелец сети ломбардов и микрокредитных организаций. У Антона уже на первом курсе учёбы было готово тёплое местечко. Михаил Фадеев, отец Антона, натаскивал своего сына в бизнесе. Так что Антону учёба была почти не нужна, лишь бы «корочка» была, как и у его отца.

Но мне учёба нужна. На этом настаивал и отец, и его новая жена. У отца только недавно всё пошло в гору. Он приподнялся над средней прослойкой и, как никогда раньше, бдит за репутацией всех домочадцев. Маруську, мою младшую сестрёнку, так вообще муштруют, гоняя по элитным школам и дорогущим репетиторам. Готовят двенадцатилетнюю девчонку к поступлению в МГИМО…

— Кисонька, о чём задумалась? — возвращает меня в реальность голос Антона. — Рванём отдохнуть?

— Далеко? Ты же знаешь, что далеко меня не отпустят родители: добрая мамочка и строгий папочка.

— Знаю-знаю, — отмахивается Антон. — Нет, недалеко! Здесь, за городом. У меня друг приезжает из-за границы. Его долго не было.

— Друг? Который?

У Антона куча просто знакомых, но каждого второго он называет своим другом. Так что никогда не угадаешь, кого Антон имеет в виду.

— Ты его точно знаешь, кисонька, — беспечно улыбается Антон. — Май.

— Май? — переспрашиваю я.

Я знаю всего одного человека с нелепым именем Май. Май Озёрский. Антон смеётся.

— Ты как будто лимон откусила.

— Скорее, лайм. Недозрелый… — говорю я, чувствуя, как внутри начинает кипеть недовольство.

При одном только воспоминании о льдисто-голубых глазах Мая и светлой небрежной шевелюре у меня учащается пульс, а в крови начинает бурлить адреналин. Мне вдруг захотелось что-нибудь сломать, желательно об голову Мая.

— Ты же знаешь, что я не переношу Мая Озёрского, — говорю я капризным голосом.

— Да ладно, кисонька. Прекрати дуться на него из-за такой ерунды. Это был просто розыгрыш!..

— Это было унизительно! — возмущаюсь я, отходя от Антона.

Скрещиваю руки под грудью, оглядывая коренастую широкоплечую фигуру парня. Взгляд задерживается на коротком ежике темных волос, скользит ниже к широкому волевому подбородку и упрямым губам, расплывающимся в улыбке.

— Прекрати дуться, милашка. Май не хотел тебя обидеть. Это был его типичный розыгрыш для всех новых гостей. Без исключения.

Не могу долго злиться на Антона. Почему-то при виде на него хочется заниматься чем угодно, но только не дуться. Широкое лицо с простодушной улыбкой располагает к себе. Но Май меня бесит. Конкретно бесит. До трясущихся коленок и дрожащих рук бесит.

— Садись! — Антон распахивает передо мной дверцу внедорожника. — Я ещё не обедал. Заглянем в одно местечко.

Я вздыхаю и сажусь в его автомобиль. Антон успевает шлёпнуть меня по попе, затянутой в джинсы.

— Эй!..

— Непослушная девчонка, — цыкает Антон, захлопывая дверь.

Едва он садится в автомобиль, он сразу же тянется к моим губам. В последний момент чертыхается, снимая очки. Теперь его глаза — светло-карие, как будто согретые солнцем.

— Иди ко мне, кисонька, — обескураживающе улыбается он и жадно накрывает мои губы своими.

Антон потрясающе целуется: мягко, нежно, но вместе с этим возбуждение просачивается в кровь по капле. И дышать становится труднее. Антон выбивает из моих лёгких воздух, проталкивается вглубь рта языком и одной рукой сжимает грудь через тонкую ткань кофточки.

— Антон… Мы всё ещё на парковке.

— Да-а-а… А я не видел тебя два дня. Соскучился до ужаса, — шепчет он, облизывая мои губы.

Пальцы второй руки расстёгивают пуговку на моих джинсах.

— Это не по правилам, — стону я, потому что сама ужасно соскучилась, и больше всего хочу почувствовать его пальцы на своём изнывающем клиторе.

— Какие ужасно узкие джинсы, — чертыхается Антон, едва протискивая крупную руку в мои трусики. — О-о-о-о…

Антон добирается до пульсирующей точки и начинает поглаживать меня, не забывая целовать. Его губы перебираются на щёки и скользят по шее, язык влажно щекочет ярёмную впадину.

— Кисонька?

— М-м-м? — спрашиваю я, развожу бёдра пошире, потому что хочу почувствовать умелые пальцы Антона немного дальше.

Антон нажимает на пульсирующую точку всё сильнее и сильнее, заставляя меня постанывать и дрожать. Я приподнимаю бёдра, показывая, что хочется большего. Антон тихо смеётся и движется дальше. Подушечками пальцев он поглаживает нежные складки, обводя их, и дразнит средним пальцем влажный вход, надавливая.

— Так как, поедешь со мной?

— Что? — выдыхаю я, распахивая глаза.

Очарование момента пропадает. Замечаю капельки пота на висках Антона, вдыхаю пряный, древесный аромат его парфюма и запах кожаного салона. Хочу вновь погрузиться в жаркое марево. Но слова Антона зависли над головой вопросительным знаком. Который вот-вот обрушится на меня сверху.

— Поехали, — просит Антон, вводя в меня палец совсем немного и выводит его, вновь начиная растирать складки. Антон пальцами разносит влагу и поднимается к клитору, дразня.

— Не хочу-у-у… С тобой хочу побыть. Давно не виделись!.. Давай лучше вдвоём проведём время. Ужасно соскучилась, — прошу я, цепляясь пальцами за широкие плечи Антона.

— Я вижу, как ты соскучилась. Течёшь, моя голодная самочка. Хочешь кончить, да?

— Сумасшедший… Конечно, хочу. Еле дотерпела до нашей встречи.

— Не шалила без меня?

— Самую малость, — признаюсь я.

— М-м-м, умница. Думала обо мне? — взгляд Антона вспыхивает тёмным огоньком.

— Конечно. Или ты хочешь, чтобы я в такие моменты думала о ком-то другом?

— Нет… Умница, я не против, чтобы ты немного разогревала себя. Совсем не против.

Движения пальцев Антона замедляются. Пытка становится невыносимой. Потому что хочется быстро и жадно, откровенно, до хлюпающего лона и сладких судорог. Но вместо этого Антон доводит до изнеможения и не даёт возбуждению перейти в нечто большее. Я плавлюсь над его руками и покачиваю бёдрами, призывая действовать активнее.

— Поехали, кисонька. Тебе понравится. Я давно не видел Мая. Его не было почти полгода.

— Давай не сейчас о нём?

— Давай сейчас! — упрямо говорит Антон, убыстряясь, вновь вводит палец в меня, двигая быстрее.

Мне так хочется испытать оргазм, что я плюю на всё. Пусть говорит о чём угодно, хоть об африканском племени зулусов, только даст мне кончить.

— Хорошо-о-о… Ещё…

— Умница. Так нравится?

Антон покусывает шею, убыстряя движения. В какой-то момент к пальцу присоединяется ещё один. Такая ласка гораздо более жаркая и сильная. Я прикусываю губы, чувствуя, что оргазм уже зарождается внутри меня. Миниатюрный смерч, сметающий всё на своём пути.

— Поедешь? — выдыхает Антон мне в губы, не даёт ответить, проталкиваясь языком глубоко мне в рот, словно трахает меня им на пределе.

Согласно киваю. Плевать! Потерплю приятеля Антона, буду держаться от него подальше и не стану вестись на его дебильные провокации.

— Умница моя, сладкая!

Антон вновь переключается на мою шею губами. Движения пальцев становятся невозможно быстрыми. В воздухе салона автомобиля пахнет уже не только кожей и сандалом, но ещё и мной. Моим запахом. Влажным ароматом секса, обволакивающим пальцы Антона.

— Я попрошу Мая, чтобы он тебя не обижал, — шепчет Антон, покусывая шею. — Чтобы он хорошо себя вёл с моей кисонькой…

Я начинаю дрожать от нахлынувшего жара. Почему-то в словах Антона мне чудится скрытый подтекст. Но мысль мелькает и быстро исчезает, растворившись без следа в чистом экстазе, пронзившем всё тело насквозь. Мышцы лона сокращаются без остановки, сжимая пальцы Антона.

— Какая ты сладкая, — шепчет Антон, медленно поглаживая складочки.

Его движения продлевают мучительно-сладкие спазмы удовольствия. Я блаженствую, закрыв глаза.

— А ты? — спрашиваю я, посмотрев на красноречиво топорщившуюся ткань в районе паха парня.

— Дождусь вечера, оторвёмся… Теперь поехали, пообедаем. А потом я отвезу тебя домой.

Я соглашаюсь, поправляя одежду.

— Надолго мы к Маю, Тоха?

— Думаю, рванём на все выходные.

— Ого!..

— Не хмурься, красавица. Я тебя просто украду, — улыбается Антон, заводя автомобиль. Lexus срывается с места, взвизгнув тормозами.

— Ха-ха… Очень смешно.

Я поджимаю губы, думая, как бы отпроситься у родителей на все выходные?

Антон выбирает небольшой ресторан с итальянской кухней. Парень заказывает салат «дары моря». Салат состоит из кусочков разных морепродуктов с добавлением ломаных макарон. Он заправлен томатным соусом с мелко порезанным луком, каперсами, цедрой лимона, перцем и сбрызнут лимонным соком.

— Приступай, кисонька. Я голоден, как стая волков. Пока тебя дождался, желудок к стене прилип, — жалуется Антон.

Я ковыряю вилкой салат, переворачиваю креветки и гребешки. Я не особо жалую морепродукты, поэтому откладываю вилку в сторону, дожидаясь, пока официант поставит на стол тарелку с минестроне. С удовольствием приступаю к супу из всевозможных овощей, на время отбрасывая мысль о предстоящем разговоре с родителями.

— Опять задумалась?

— Тебе проще, Тоха. Ты мужчина, взрослее, самостоятельнее. А из меня родители стремятся вырастить «чудо-девушку», невесту года или кого-то там ещё. Родителей очень сильно заботит мой моральный облик. Особенно мамочку.

— Хм… Отмазка «Я у Гоши» уже не сработает?

— На все выходные? С ночёвкой? — ужасаюсь я. — О чём ты говоришь? Наверняка родители думают, что я ещё девственница. Честно говоря, надоело врать и изворачиваться каждый раз, когда хочется немного отдохнуть.

— Может быть, поговоришь с Гошей, и он прикроет тебя? Ты же тоже выручала этого послушного мальчика, когда ему хотелось почудить…

— Да, — согласно киваю я. — Раньше это работало.

Георгий, «Гоша» — мой якобы парень. Наши родители очень тесно общались, не только на почве совместных бизнес-интересов. Меня сосватали за Гошу, едва нам исполнилось восемнадцать. Пожениться мы должны были после окончания университета.

Но тема женитьбы начала всплывать всё реже. Потому что Боженовы чего-то не поделили с семьёй Смирных или наоборот. За последние полгода на пышные торжества семейства Смирных нас не приглашали ни разу. И мои родители поступали точно так же. Поэтому можно было не изображать лже-парочку.

С Антоном я встречюсь почти шесть месяцев. Поэтому первое время Гоша, тоже не горевший ко мне любовью, охотно выручал меня, прикрывая. Я не оставалась перед ним в долгу. Хорошее сотрудничество. Было…

— Нет, не получится. Наши родители разошлись, как в море корабли. Может быть, познакомить тебя с родителями? И необходимость врать отпадёт? — спрашиваю я, придавая своему голосу небрежный тон.

Но сама замираю в ожидании ответа Антона. У нас горячие отношения и регулярный секс. Мы видимся довольно часто и на вечеринках появляемся всегда вместе. Но Антон ни разу не сказал мне «люблю», и почему-то не торопится внести ясности в наши отношения.

Мне кажется, это было бы по-мужски, открыто заявиться перед моими родителями и сказать: «Я — Антон. Я встречаюсь с вашей дочерью и люблю её».

Но пока Антон не торопился. То находил отговорки, то открыто говорил, что ещё рано. Наверное, так, как сейчас, ему было удобнее. А я пока не находила в себе сил отказаться от того, что было между нами.

— Возможно, — туманно отвечает Антон, переключаясь на минестроне.

Я только открываю рот, чтобы предложить ему заехать к моим родителям и поговорить с ними открыто, как слышу трель сотового телефона. Антон смотрит на дисплей телефона.

— Твои предки.

Звонит Мария Львовна, вторая жена папы. Я всё ещё не могу называть её мамой, несмотря на то, что знаю её с восьми лет. Просто потому что помню настоящую маму. У мамы было очень слабое сердце. Она умерла от инфаркта, когда ей исполнилось всего тридцать шесть лет.

— Ответишь? — спрашивает Антон, подавая мне телефон.

— Да, конечно.

Я отираю рот салфеткой и отвечаю на звонок. У Марии Львовны приятный голос, хорошо поставленный. Раньше она работала ведущей на телевидении. Поэтому иногда, когда она читает мне нотации, мне начинает казаться, что она рассказывает прогноз погоды.

— Здравствуй, Вероника. Как дела?

— Добрый день. Я только из университета, заехала пообедать с однокурсниками в ресторан.

Антон улыбается и посылает мне воздушный поцелуй, заставляя мои губы растягиваться в улыбке.

— Я слышу, что у тебя хорошее настроение? Это отлично!.. — бодро заявляет Мария Львовна.

Кажется, что сейчас она обрадует меня чем-то…

— Мы с твоим папой уезжаем на выходные, — говорит она и, словно оправдываясь, добавляет. — Поездка незапланированная, поэтому сообщаем в самый последний момент.

— Надолго? — уточняю я.

— В субботу и в воскресенье нас не будет. Вернёмся в понедельник, скорее всего к обеду. Прошу тебя приглядеть за Марусей.

— Конечно, — говорю я.

— В доме будет находиться Нина Владимировна. Я попросила её остаться на все выходные, чтобы она готовила и убирала вовремя.