Читаем Заставь меня (СИ) онлайн бесплатно

пролог

— Знаешь, как мне больно смотреть на тебя, понимая, что не могу прикасаться к тебе.

Я смотрю на него и понимаю, что больше не могу держать слезы, мне слишком больно слышать это. Все внутри сжимается от боли, слезы катятся по моим щекам и обжигают кожу. Это слишком больно.

— Ты переспал с ней… — вырывается у меня прежде, чем смогу себя остановить. Я ведь не собиралась открыть ему дверь. Зачем я это сделала? Он просто растоптал меня, а теперь я его слушаю, зачем? Очнись, тряпка. Это так на тебя не похоже. Посмотри кем ты стала? Ты больше не «королева». Ты жалкое ее подобие.

— Ты переспал с ней, — снова повторяю я и не смотрю в его знакомые до боли карие глаза. Знаю, что если посмотрю, то мне будет еще больнее. Это до конца сломает меня, и я больше не смогу быть той, кем я являюсь.

Он быстро подходит ко мне и аккуратно берет меня за подбородок. Его руки настолько холодные, что это на секунду заставляет меня потерять над собой обладание.

— Потому что люблю тебя! Ты знаешь, что я сделал это ради тебя, — я смотрю на него сквозь слезы, в его карие глаза. Которые приносили мне столько радости, теперь же только боль. Я быстро прихожу в себя и резко отстраняюсь.

— Наверное, тебе стоит уехать и больше никогда сюда не приходить. Я делаю это тоже ради тебя! Убирайся!

Я хлопаю дверью у него перед носом со всей силы, на секунду мне показалось, что от удара дверь слетела с петель.

— Прошу, Иззи! — он стоял все еще за дверью.

— Не называй меня так! Никогда! — кричу я с ненавистью в голосе.

Затем просто прижимаюсь к двери спиной и сажусь на пол. Я просто глупая, настолько глупая, что пустила этого человека в жизнь. Он словно тайфун здесь все разнес, оставив после себя лишь осколки и мусор. И еще он оставил боль. Много боли…

Честь 1

— Заткнись, Эйприл, еще раз скажешь мне про этого новенького, то я за себя не ручаюсь! — кричу я на свою подругу, больше не со зла, а просто, потому что она задает уже десятый вопрос за пять минут про нового парня.

— Да ладно, Иззи, к нам не так часто приходят новенькие. Наш город слишком маленький. Тем более такие новенькие… — Эйприл закатывает глаза и тяжело вздыхает, словно представляя его в душе и меня начинает тошнить.

— Еще раз сделаешь это, то сразу же пойдешь пешком! — я сбавляю газ, чтобы дать понять серьезность моих намерений. Подруга начинает махать руками.

— Ладно, ладно! Извини. Просто тебе с твоей шикарной фигурой не стоит задумываться над тем, что думают о тебе парни, — я слышу, как голос Эйприл погрустнел и мне снова становится ее жаль. В горле появляется комок.

— Прекрати, Эйприл, мы с тобой занимались все летом фитнесом. Бегали на пляже, ты же видишь, что сбросила…

Эйприл тут же обрывает меня.

— Пару килограмм. Я сбросила всего пару килограмм, хотя пахала все лето, даже вставала в 5 утра. Легко тебе говорить, Изабель, когда твоя талия 56 сантиметров и весишь ты не больше 50 килограмм.

Эйприл редко называет меня полным именем, что лишь означает, что этот разговор действительно взял ее за живое. Я пытаюсь перевести наш диалог в новое русло, чтобы отвлечь подругу от ее недостатков.

— Ладно, ныть можно везде, но не в моей машине! Ясно, Эйприл? Давай лучше заедем ко мне переодеться и отправимся к Майку на лучшую тусу в сентябре.

Я вижу, как на ее грустном лице появляется тень улыбки. Что же, это был совсем неплохой знак.

Мы с Эйприл знакомы почти с самого младенчества. Наши родители дружат семьями с тех пор, как окончили колледж, поэтому наша дружба больше, чем просто дружба. Когда речь заходит о лишнем весе, я всегда пытаюсь успокоить Эйприл, но у меня это редко выходит, потому что знаю, что от такого комплекса довольно трудно избавиться. Единственное, что я могу сделать для нее, это просто быть рядом и найти ей достойного парня, который действительно будет ценить ее.

Почти все лето мы провели тренируясь на пляже. Я загружала Эйприл по полной, следила за ее рационом, но толку было мало, она сбросила лишь пару килограммов. Я хоть и говорила, что она делает большие успехи, но это мало что меняло.

Возможно в начале моей истории вы будете меня ненавидеть, и я не буду вызывать у вас симпатии, но я такая какая есть. Да, я эгоистка, но не настолько, чтобы наплевать на близких мне людей. Просто я богата, а богатые всегда считают, что все крутится вокруг них. Возможно, ты не хочешь этого, но это происходит само собой: тебе улыбаются, здороваются, пытаются казаться милыми, и тогда ты начинаешь считать себя центром вселенной. Ты начинаешь принимать все, как должное, тебе достается все даром, тебе даже не стоит напрягаться, чтобы достичь чего-то, ты просто называешь свою фамилию «Харрисон» и все снова становится на свои места. Словно по волшебству, как будто слова творят какую-то странную магию.

— Зря я поехала, еще делать домашку по химии… — бубнит Эйприл.

— Хватит, Эйприл, что с тобой? Я же говорила, что ты моя подруга и на тебе сексуальное платье, — я подмигиваю ей и мы идем в дом. На мне облегающее белое платье и черная кожаная куртка. И нет, я не хвастаюсь, просто пришлось к слову.

Внутри дома гремит громкая музыка, везде валяются пластиковые стаканчики из-под выпивки. Типичная американская вечеринка. Майк сразу же находит меня и отводит меня на кухню, там не так сильно орет музыку и я могу различить то, что он мне говорит.

— Рад, что ты пришла Харрисон, без тебя вечеринка, не вечеринка, — Майкл по-мальчишески улыбается.

Я оглядываюсь и понимаю, что Эйприл осталась там. Возможно, в этот раз она повеселится, а не будет сидеть на диване с кислой миной, а потом орать на меня, что я ее бросила, заем она узнает, что я выпила виски и села за руль, потом я буду около часа ее уговаривать, чтобы она села в мою белую ауди, а она будет кричать на меня и говорить, что я безответственная. Все так предсказуемо.

Майкл уходит, как всегда шутит, что его виски в моем распоряжении. Я улыбаюсь ему и сажусь на стул около окна, спустя пару минут понимаю, что на кухне я не одна. Облокотившись на холодильник стоит тот самый новенький, в которого влюбилась Эйприл.

— Дай виски, — без колебаний произношу я и смотрю на него. Между нами довольно большое расстояние, но я могу понять, что его глаза карие, а над бровью есть небольшой шрам.

— Может встанешь и возьмешь сама? — его голос полон яда, он что серьезно? Почему он разговаривает со мной в таком тоне?

— Я просто попросила, — парирую я, будто не замечая его грубость.

— А мне показалось, что это был приказ, — говорит парень. Его слова будто становятся холодным ведром воды, и он выплескивает его на меня. Мои слова не были приказом, это точно была просьба, ну а если он так ведет себя со мной, то уж точно не знает мою фамилию. Никто и никогда не разговаривал со мной так грубо, это заставляет меня нервничать.

— Не знаю, как там тебя зовут, но…, - начинаю я, пытаясь поставить его на место.

— Меня зовут Блэйк, — говорит он и делает шаг навстречу ко мне. Его белая рубашка хорошо облегает его мускулы, Эйприл была права, но это ничего не меняет, а лишь еще больше злит.

— Неважно! — в моем голосе проглядывают нотки злости, я пытаюсь взять себя в руки.

— Я таких, как ты вижу насквозь.

— Каких?

— Богатеньких папиных дочек! — без колебаний отвечает он и специально задевает меня, так, чтобы я поняла смысл его слов. ОН серьезно? Только что этот Блэйк нажил себе врага, черт его побери!

Я резко встаю, но Блэйка уже нет, он скрылся в толпе, я выхожу из кухни и нахожу Эйприл, которая болтает с какой-то девчонкой. Я быстро хватаю ее за руку и веду на выход к машине.

— Ты не пила? От тебя не пахнет виски.

— Нет, не пила, — быстро заявляю я и иду к машине, чтобы сесть на водительское сиденье.

— С тобой все в порядке? — Эйприл, как будто знает, что что-то не так.

— Вполне, — без колебаний говорю я, после того, как она садится в машину, а я завожу мотор.

Сказать, что я не спала всю ночь, означает ничего не сказать. Имя «Блэйк» крутилось в моей голове со скоростью света, его лицо, глаза, шрам над бровью. У меня было такое ощущение, что я его знала до того, как он пришел к нам в школу. Знаю, что это глупо, я бы запомнила такого, как он, но после его разговора со мной внутри поднималась ненависть. Он называл меня богатенькой папиной дочкой, как он смеет? Из его уст это прозвучало с отвращение и с таким презрением, словно я какой-то мусор, а не девушка.

Встав с кровати, я спустилась вниз, родители уже завтракали.

— Иззи, ты еще не оделась? Опоздаешь в школу, — сказала мама очевидную вещь.

Наша семья напоминала какую-то аристократию, где были манеры, всякие дурацкие словечки, меня тошнило от всего этого, но вид я не показывала. Знаю, что отец пристально следит за своей репутацией, так как ему принадлежит около восьмидесяти процентов всей недвижимости в городе. Он бизнесмен. Отец. Муж. И просто молодец. Так часто пишут про него в местных газетах. От них у меня тоже рвотные позывы, потому что наша семейка вся построена на лжи. Папа изменил маме год назад, я была счастлива, что мы уходим, но мама его простила. Как вообще можно простить за измену? Я не понимаю. Человек просто предал тебя, заменил другой, а ты простишь? Нет, я точно не смогла бы. Теперь отношения родителей еще хуже, чем раньше. При мне они не ругаются, но стоит мне выйти за дверь, как я слышу шипение и шепот перерастающий в тихий крик. Бывает ли тихий крик? Не знаю, но думаю, что поняли меня.

Год назад, я приехала пьяная с вечеринки, я была обычным подростком, не думала о последствиях. Отец был дома.

— Ты совсем слетела с катушек? Как это будет выглядеть, что моя дочь ездит пьяная за рулем? Может еще сшибешь кого-нибудь!

Он был зол. Очень зол. Теперь я делаю все ему на зло, потому что меня все это жутко бесит. Я знаю, что он заботится о своем имидже, но это единственное, о чем он заботится.

Пусть играют в свой театр без меня, я не собираюсь больше изображать семью, где все счастливы. Вот теперь все они сидели за столом, папа оглянулся на меня, будто давая мне понять, что он следит за моей посещаемостью в школе.

— Выпускной класс, Иззи… — начала было мама, но я перебила ее до того, как она успела продолжить.

— Мисс Пирсон заболела, мне ко второму уроку, — соврала я. Врать то я умела просто отлично, так что мама даже не заметила.

Я знала, что через пару минут они поедут к папе в фирму и проболтаются там как всегда до вечера. (Мама работала у папы личным секретарем).

В голове у меня уже был коварный план, поэтому, как только родители уехали я сразу же пошла в кабинет папы. Он вообще бесился, когда я туда заходила, но сейчас то его не было, поэтому чисто теоретически он не мог об этом узнать.

Я прошмыгнула в кабинет, но через секунду в заднем кармане джинсов у меня завибрировал телефон. Это была Эйприл.

— Где тебя черти носят? Мисс Пирсон сейчас спалит меня своим огненным взглядом. Ты в курсе, что у нас сейчас контрольная, ты же знаешь, она не любит, когда на нее не приходят. И мисс Пирсон плевать, что твоя фамилия Харрисон, — быстро протараторила Эйприл, а я тем временем набрала в грудь побольше воздуха. Конечно я знала, что сегодня была контрольная, но данное дело было важней.

— Эйприл, прекрати орать мне в ухо, просто прикрой меня, наплети мисс Пирсон что-нибудь…

— Что? Ты в своем уме? Мисс Пирсон меня ненавидит, я ведь всегда тебя прикрываю.

Голос Эйприл был и вправду полон безысходности, но пойти на химию я сейчас не могла.

— Просто скажи, что я…не знаю, ну, например, сижу с больной бабушкой.

— У тебя нет бабушки!

— Плевать. Придумай что-нибудь, ладно? Все мне пора, все расскажу потом.

Я убрала телефон в задний карман, затем быстро собрала свои длинные темно-русые волосы в высокий хвост и пошла к столу. В кабинете отца воняло спиртным, ясно, что ночью ему тут очень даже весело. На столе стоял выключенный ноутбук, включив его он запросил пароль, но хвала всем богам, я знала этот чертов пароль. У отца была специальная программа, где был вывешен весь список адресов и фамилий владельцев недвижимостей. И да, я надеялась найти там Блэйка Росса. Включив данную программу и набрав его фамилию мне выдало: «данный поиск не дал результатов». Этого просто не могло быть. Я набрала еще раз, но история повторилась. Это означало лишь одно, что Блэйк Росс нигде не жил, да и вообще, фамилия Росс нигде не фигурировала. Что-то тут было не так, и я собиралась это выяснить.

На урок химии я все-таки опоздала и мисс Пирсон наорала на меня по полной, отправив к директору. Ладно, нужно во всем плохом искать плюсы, я давно не видела нашего директора миссис Джонс, наверное, она соскучилась по мне, ведь пару месяцев назад папа продал ей шикарный дом на берегу озера.

— Харрисон, — медленно произнесла миссис Джонс, смотря на меня. Я присела на стул около ее стола и устремила на нее свои зеленые глаза.

— Мисс Пирсон взбесилась, что вы прогуляли ее контрольную. Химия важный урок, — пояснила миссис Джонс. Я поджала губы, прекрасно зная, что миссис Джонс никогда не позвонит моему отцу с жалобой, но все-таки находиться здесь было немного неловко.

— Я знаю, но миссис Джонс, я опоздала по уважительной причине.

— По твоему опоздание на 40 минут считается опозданием? — в ее голосе не было злости или чего-то еще, мне кажется, что вся эта ситуация ее просто веселила.

— Нет, но…

— Ладно Харрисон, прошу не опаздывай, особенно на химию. У меня уходит слишком много времени на то, чтобы успокоить миссис Пирсон. И да, напиши эту дурацкую контрольную.

Я киваю и выхожу из кабинета.

Нет, все-таки хорошо, когда твоя фамилия «Харрисон», проблемы решаются сами собой. Я отвлекаюсь и сталкиваюсь с Блэйком. Серьезно? Из всех тысячи учеников мне попадается Блэйк. Судьба явно шутит надо мной. Я смотрю в его карие глаза, а затем на губы, но быстро отвожу взгляд. Буквально на секунду меня словно ударяет током, такое ощущение, что вот она та самая нить, которая ведет к ответам. Вот я держу ее, но она ускользает. Я пытаюсь ее догнать, но у меня не выходит и чем больше я пытаюсь, тем дальше отдаляюсь от нее. Я будто знаю его и одновременно это совершенно чужой мне человек. Блэйк Росс, Блэйк Росс, Блэйк…

— Извини, — быстро говорю я, после того, как своим толчком рассыпала все его учебники и тетради, которые он держал в руках.

— Все нормально, — он быстро собирает учебники и даже не смотрит на меня. Он просто уходит, а затем, как и вчера просто растворяется в толпе.

«Все нормально», его голос все еще звучит у меня в голове, он такой холодный и безжизненный. Словно я так ему противна, что он даже больше минуты не может находиться здесь со мной. Что с ним вообще такое?

Я все еще смотрю ему вслед, хотя прекрасно знаю, что не смогу найти его там в толпе, наверняка он уже на другом этаже, в другой вселенной. Та ниточка уже потеряна, ее не вернуть, чтобы это не было, это уже не имеет значения.