Читаем Z-300 онлайн бесплатно

Бабах! Земля вздрогнула. Выгнулась в трепетном испуге. В ослепительную синеву полуденного майского неба взметнулись столбы серпентинитовой пыли всех оттенков серого. А следом один за другим фонтаны песка и камней рвались ввысь. Очень быстро, словно соревнуясь в беге. Щелк-щелк-щелк. Но, если прислушаться, в какофонии грохота можно было различить интонацию выстрелов каждой отдельной скважины и звучание групповых залпов.

Бег массового взрыва вспахал неподатливую скалу. Слился в единую клубящуюся тучу. И, рухнув с высоты каскадом, накрыл серобурой волной чашу карьера. Она ворочалась, медленно осаживаясь на дно, оголяя кромку отрыва. Гул стихал, разбившись о лесной массив.

– Потрясающее зрелище, не правда ли, Арина Павловна? – главный инженер кинул быстрый взгляд на гостью, умело управляясь с квадрокоптером. – А видео я вам пришлю чуть позже вместе с результатами маркшейдерской съемки.

Глубоко вздохнув, темноволосая девушка с точеной фигуркой отошла от окна наблюдательного пункта с толстым бронированным стеклом.

– Рафик Ильдарович, – продолжил мужчина, – зови гостей к столу. Присоединюсь к вам буквально через пять минут, только квадрик припаркую.

– Арин Пална, Денис Васильич, пожалуйте сюда, – широко улыбнулся чернявый горный мастер в татарской тюбетейке с вышивкой. Подвинул ближе к дивану журнальный столик с чайным сервизом и водрузил в центре блюдо с чак-чаком. – Угощайтесь, жена сама готовила, на меду.

– Да она у вас рукодельница, – распробовав лакомство, похвалила девушка.

– А то ж! – воскликнул мастер, утирая платком капли пота со лба и массивного бритого затылка. – Ух и жарко сегодня, как летом. Мыхалыч, где ты там? Чай стынет.

– Иду-иду, – откликнулся инженер. Положил пульт управления на широкий подоконник, пригладил густые, русые волосы, развернулся и шагнул к гостям из Северной столицы.

Арина, дизайнер компании «Заслон», невольно залюбовалась высоким, статным мужчиной. Он ответил ей лукавой улыбкой и прищуром ярких голубых глаз. Девушка смутилась, опустила взгляд на чашку с ароматным чаем. Но горный мастер развеял неловкую паузу вопросом:

– Расскажите, Арин Пална о вашей корпорации. Никогда не был в Питере, а так хотелось бы.

– У нас очень интересная история, – улыбнулась его собеседница. – Началась она в 1862 году с чугунно-литейного завода. В советские времена, вплоть до девяностых годов прошлого века на предприятии делали бортовое оборудование для самолетов военно-вооруженных сил СССР. В наши дни компания располагает мощным научно-техническим потенциалом, инновационной производственной базой и развивается весьма динамично, занимая лидирующие позиции на российском рынке.

– Да-да. При этом «…мы работаем честно, и нам доверяют. Всё, что мы создаем, – надежно. Мы повышаем конкурентоспособность отечественной промышленности», – поддакнул ее коллега, сухощавый молодой человек, цитируя выдержку из миссии1 компании.

– Ну-у-у, – протянул Рафик, – если больше ста пятидесяти лет существует предприятие, да с такими-то серьезными людьми, значит, ещё триста лет точно отработает.

– Сергей Михайлович, – обратился к главному инженеру питерский гость, – а какой именно макет вы хотели бы заказать?

– Со взглядом в будущее, Денис Васильевич. Кстати, мы договорились обращаться друг к другу по именам, – улыбнулся в ответ тот. – Как вам нынешнее действо? Победа человеческого разума и технологий над древними скалами?

– Незабываемые впечатления! А финальный аккорд был просто восхитителен. Какова сила и мощь ударной волны! – от возбуждения он снял очки в тонкой серебристой оправе, поморгал белесыми ресницами и вновь водрузил на переносицу, аккуратно заправив дужки за слегка оттопыренные уши.

– Вот-вот, таким образом, мы нарежем камень как пирожок и по кусочкам вычерпаем.

– А не жаль? – Арина сверкнула янтарным взглядом на хозяина карьера.

– Чего не жаль? – Сергей удивленно приподнял брови.

– Прекрасной уральской природы не жаль?

– А давайте, милая моя, рассуждать здраво, – серьезным тоном произнес ее собеседник. – Мы живем в обществе потребления. Все хотят иметь хорошие машины. И чтобы эти самые чудо-автомобили ездили по хорошим дорогам. Все хотят шикарные квартиры и благоустроенные офисы в домах из стекла и бетона. А что в основе дорог и зданий? – задал вопрос и сам же ответил на него. – А в основе отличный щебень, который добывается на карьерах типа нашего, – и продолжил, обращаясь к Денису. – Сможете сделать интерактивную модель карьера в пору его расцвета? С эдак десятилетней перспективой? С уступами, подсветкой, движущейся техникой: экскаваторами, бульдозерами, самосвалами.

– Даже не сомневайтесь! – азартно воскликнул макетчик-технолог. – В нашем отделе работают люди, влюбленные в свое дело. Создадим макет с высочайшей точностью и с эффектом максимальной детализации.

– А что будет через пятьдесят лет? – не унималась девушка.

– Да хоть трава не расти, – отмахнулся Сергей, – я до того времени и не доживу.

Улыбка исчезла с нежного лица гостьи, уголки ее прелестных губ печально опустились.

– Не грустите, Арина, – спохватился инженер. – Все будет хорошо. Когда выработка карьера завершится, его рекультивируют2. Произведут выполаживание3 откосов отвалов и бортов карьера, посадят деревья, кустарники. Лучше подумайте о том, какой сегодня уникальный день.

– Какой? – со вздохом промолвила собеседница.

– Мы станем свидетелями сразу трех астрономических явлений: полутеневое затмение Луны, Цветочное полнолуние, звездопад Майские Аквариды.

– Да вы романтик, Сергей Михайлович, – усмехнулась девушка.

– Сергей, просто Сергей, мы ведь договорились, – услышала в ответ.

– А еще у Мыхалыча день варенья, – встрял в разговор горный мастер и подвинул ближе к гостям розетки с малиновым джемом, – возраст Христа, – провозгласил торжественно, подняв указательный палец.

– Сдал с потрохами, – хмыкнул его начальник.

Три коротких гудка прервали беседу, оповестив, что опасная зона снимается. Рафик извинился, натянул каску поверх тюбетейки, умчался на промплощадку. Главный инженер стряхнул несуществующую пылинку с лацкана легкого льняного пиджака. Подробно рассказал питерским гостям о том, как взрывники осматривают блок, как снимают оцепление, собирают мусор, оставшийся от взрыва – детонаторы, волноводы и прочую ерунду. А горные мастера возвращают в карьер машины для возобновления работ.

Краткий курс по технике безопасности приглашенные специалисты слушали с особым вниманием. Получили каски, защитные очки, следом за сопровождающим двинулись осматривать место взрыва.

На молодых клейких листочках осела пыль, припудрив деревья. И казалась защитная лесополоса собранием придворных, уставших после бала, в кудрявых, взбитых париках. Сладковатый запах черемухи слегка кружил голову. Птицы вновь заливались весенними трелями будто и не было громоподобных раскатов массового взрыва. Бульдозеры расчищали дорогу от камней. Экскаватор, переваливаясь, как большая желтая утка, тащился в забой. Верный соратник Рафик уже ждал делегацию на отмостке.

– Грандиозно! – Денис не сдерживал восторга.

– Арин Пална, – мастер рванул к очаровательной гостье, но был остановлен суровым взглядом шефа.

– Слышь, Колобок, катись отсюда. Дай с дамой поговорить, – процедил сквозь зубы главный инженер. – И белобрысого с собой прихвати.

– Пфафф, сердцеед, – беззлобно фыркнул Рафик, получил легкий тычок в предплечье и, подхватив под руку макетчика, потащил осматривать технику.

Сергей, приблизившись к девушке, галантно предложил руку, пригласил спуститься в карьер для осмотра слоев породы. Поинтересовался, как Арина решила стать дизайнером. И узнал, что на самом деле она потомственный микробиолог, а в дизайн ушла потому, что не нашла работу по специальности.

Родители девушки были задействованы в оборонной промышленности, на проекте ликвидации захоронений военных объектов, зачистке испытательных полигонов. Занимались разработкой уникального биодеструктора4, который мог разлагать практически все, даже акриловое стекло и пластик. Исследования базировались на том, что для получения различных видов пластмасс, акрилатов и пропилена используют природные вещества: продукты переработки каменного угля, соли, природного газа, и главное, сырой нефти. А значит, возможен и обратный процесс: разложение сложных соединений до углерода, водорода, кислорода и азота.

В результате проведенных экспериментов ученые стояли на пороге мирового открытия. Они практически разработали биорекультивант5, который в комплексе с натуральными геокомпозитами позволял бы избавлять мир от свалок и восстанавливать нарушенные участки ландшафта в относительно короткие сроки. Арина помогала им, будучи студенткой университета. Но лабораторию закрыли. Документацию вывезли в неизвестном направлении. Официальная версия – отсутствие финансирования. И ей пришлось переквалифицироваться. Благо, что в «Заслон» молодых специалистов берут даже без опыта, обучают, поддерживают.

– Понимаете, – горячилась Арина, – человечество смогло бы лечить Землю, заживлять ее раны, устранять последствия техногенных катастроф. На восстановление уходили бы не миллионы, а тысячи или, быть может, сотни лет. Пусть не мы, а наши потомки видели бы Землю цветущей. Но сейчас никому до этого нет дела. Только не называйте меня сказочницей, пожалуйста.

– Ну, на старушку-няню вы пока не тянете, – рассмеялся Сергей, – а вот идеи в вашей прелестной головке роятся здравые и довольно интересные. Забота об экологии набирает все больше последователей. Скажите, а если бы вам предложили продолжить изыскания, вы бы согласились?

– Конечно! – девушка резко остановилась и с затаенной надежной вглядывалась в лицо собеседника.

– Надо подумать. Рекультивацию земель нам все равно проводить лет эдак через пятьдесят. Но сначала макет. Обещайте, что поработаете над этим проектом и доведете начатое до конца, – мужчина подошел на опасно близкое расстояние, склонился, – а глаза у вас, Арина, медовые.

Девушка вздрогнула от неожиданно быстрой перемены темы разговора, сделала шаг назад. Наступила на кусок шланга, изрядно присыпанный пылью. Внезапно спираль развернулась и с шипением бросилась вперед. Сергей успел выставить ногу. Змея вцепилась мертвой хваткой в голень. На отчаянный возглас Арины сбежались рабочие. Расталкивая их локтями, к инженеру подлетел Рафик:

– Напугали! Что за крик? Ничего страшного – это же медянка, не опасна она для человека. Оглушило, видать, взрывом, вот и лежала как мертвая. Вы ее больше напугали. Давно тут змей не видели, с самого начала разработок, – мастер раскрыл пасть пресмыкающегося и отбросил далеко в сторону. Змейка быстро юркнула в расщелину между камней. – Дойдешь, Мыхалыч? Обработаем ранку спиртиком и все дела.

Сергей кивнул, но тут же схватился за грудь. Начал задыхаться. Побледнел и потерял сознание. Нога в зоне укуса распухала на глазах. Ранка покраснела и кровоточила.

– Твою ж… – выругался Рафик, – он же аллергик.

– Она живая, – в полубреду произнес инженер, – она дышит.

– Змея-то… Ну да, ну да… Ты держись давай, Мыхалыч. Парни, быстрее шефа в машину!

– Земля живая…

Рабочие подхватили руководителя, на руках вынесли к административному зданию. Через несколько минут уазик несся в сторону сельской больницы.

Арина положила голову больного на колени и старалась уберечь, когда машина слишком сильно подпрыгивала на ухабистом проселке. Рафик обрабатывал рану спиртом и что-то ворчал по поводу ремонта дорог, полупустой аптечки да звезд, что сошлись сегодня как-то непутево.

Огромное здание из стекла и бетона впечатляло своей брутальностью и строгими архитектурными формами. На первый взгляд казалось, что эта грандиозная постройка состоит лишь из прямых линий и серых бетонных угловатостей. Исключение составлял полукруглый пристрой. Его стеклянные стены были отлиты из собранных по всему свету и переработанных бутылок.

Утром настоящее стекло переливалось множеством красок, отражая просыпающийся мир и лучи восходящего солнца. Оно создавало ритмическую гармонию, придавало всему зданию изысканность и элегантность.

При этом строение было необычайно функциональным. Корпорация «Заслон» выстроила целый город с автономной инфраструктурой. Внутри здания располагались высокотехнологичные лаборатории, производственные мощности, офисы. Несколько этажей занимал музей. Каждый этаж которого был снабжен усовершенствованным аудиовизуальным оборудованием, чтобы погрузить посетителей в мир промышленных достижений, дать им возможность осознать невероятные прорывы человечества в науке и технике.

Для сотрудников и гостей свои двери открывали спортивный комплекс и огромный торговый центр. Люди могли посетить несколько уютных ресторанов, а по вечерам скайбар с фантастическим видом на мерцающий неоновыми огнями город.

Каждый день резиденция корпорации принимала тысячи желающих поработать здесь, получить множество свежих впечатлений. Это здание стало местом, где можно увидеть современную жизнь на вершине новейших технологий и возможностей, поучаствовать в конференциях, пообщаться с инженерами и учеными со всех уголков земного шара. Оно стало центром притяжения лучших умов, узнаваемым символом города и заняло особое место в сердцах его жителей.

Директор заповедника «Горный» Михаил Морозов припарковал эколет на одной из взлетных площадок громадной постройки. Откинул прозрачную дверцу. Помог сынишке выбраться из глубокого кресла.

– Добро пожаловать, – бот-парковщик подлетел мягко и завис в полуметре от мужчины, считывая информацию с чипа-пропуска. – Техобслуживание системы атмосферного сканирования будет закончено через тридцать шесть минут.

– Благодарю, можете не торопиться, – кивнул Морозов, направляясь к лифту. – Сережа, не отставай, – окликнул мальчика.

Сорванец показал язык, пискнувшему от неожиданности боту, и понесся вприпрыжку за отцом.

– Веди себя прилично, – Михаил взял сына за руку, – большой ведь уже парень.

– Он первый начал, – надул губы мальчишка.

– Как бот может начать первым? Уж больше ста лет, как люди полностью управляют искусственным интеллектом и контролируют его, – усмехнулся отец.

– Он так пялился на меня своим красным диодом! А потом еще и замигал…

– Так, не нужно было рожицы ему корчить, – расхохотался Морозов.

Прозрачная капсула скоростного лифта устремилась вниз, в самое сердце музея – на выставку промышленных интерактивных моделей.

Двери распахнулись. Отец с сыном оказались в центре полусферического зала. Чистый, блестящий, с легкими контурами открытого пространства он был оснащен одними из лучших плазмоидных экранов в мире. Это позволяло посетителям ощутить все изящество и красоту промышленного дизайна и выбрать интересующее направление выставки для досконального осмотра.

– Ух ты! – мальчик даже подпрыгнул от восторга и захлопал в ладоши.

– Впечатляет, правда? – Михаил положил руку ребенку на плечо. – Здесь находятся экспонаты, представляющие технологии разных веков, от паровых машин и первых автомобилей до самых современных космических станций.