Читаем Второй шанс онлайн бесплатно

Два шумных подростка справа от меня ржали и обсуждали что-то, тыча пальцами в планшет. У одного их них зрачки были вертикальными, а изо рта то и дело показывался раздвоенный язык. Одаренный. Судя по возрасту, из второй или третьей волны.

Да и хрен бы с ним. Наверняка в вагоне имеется еще парочка таких же не считая меня. Ничего удивительного.

Слева сидела бабка с потертой желтой книжкой в руках. Она отвлеклась от чтения, недовольно покосилась на пацанов, с укоризной покачала головой и взглянула на меня в поисках молчаливой поддержки.

Я же сделал то, что у меня получалось лучше всего — проигнорировал происходящее. Молодежь всегда шумит, старики всегда этим недовольны. Так было, так есть и так будет. Я не относился ни к тем, ни к другим, так что их извечное противостояние меня нисколько не волновало.

Темные стены тоннеля столичного метрополитена проносились мимо. Новенький вагон старательно подавлял гул электропоезда, чтобы все могли послушать игравшую в динамиках классическую музыку позапрошлого века. Мелодия плавно стихла, чтобы нарочито вежливый и жизнерадостный голос сообщил:

— Станция метро «Чертановская». Следующая станция — «Южная».

Одна толпа хлынула из вагона, затем вторая — уже в вагон. Среди новых пассажиров я приметил хорошенькую блондиночку. Ее легкое пальто заметно округлялось в области живота. Значит, хорошенькой она показалась не только мне. Кто-то успел раньше, о чем свидетельствовало и тонкое золотое кольцо на безымянном пальце девушки.

— Присаживайтесь, — я встал и отпихнул ногой тощий рюкзак, в котором вез немногочисленные пожитки: пожар и конфискация оставили меня почти с голым задом. Но это еще полбеды.

— Спасибо, — она неуверенно улыбнулась и с сомнением посмотрела на меня, после чего села и тут же отвела взгляд.

Выпрямившись, я посмотрел в окно. В нем отражался высокий, черноволосый, чуть помятый мужчина с короткой бородой и хмурым взглядом. Вроде не урод, да и судьба на лбу не написана. Разве что пара шрамов свидетельствовала о пережитом: один старый, через левый глаз, другой новее, справа от скулы к подбородку. Говорят, они украшают мужчину. Наверное, не по мнению красавицы-блондинки.

Что ж, переживу.

Вагон чуть дернулся и плавно заскользил вперед. Подхватив рюкзак, я направился к дверям, аккуратно оттесняя других пассажиров. Следующая станция моя. Теперь, видимо, надолго.

Не успел я сделать и пары шагов, как услышал за спиной:

— Чего шарахаешься-то? Я на киску хочу посмотреть.

Весна. К сожалению, в это время года, расцветают не только цветы, но и озабоченные.

Подкат у молодого одаренного вышел на десять из десяти. Вероятно, цифра схожа со значением его IQ. Хотя, судя по виду этих оболтусов, десятка — это показатель на двоих, ведь второй не только не одернул приятеля, а принялся мерзко лыбиться, многозначительно поглядывая на блондинку.

Вот уроды…

— Молодые люди, что вы себе позволяете?

Оглянувшись через плечо, я увидел, как один из сопляков убрал планшет в сумку и теперь полностью переключил все внимание на блондиночку. Девушка буквально остолбенела от страха. Другие пассажиры ничего не заметили — кто-то смотрел в сторону, кто-то слишком увлекся гаджетами. И только пожилая женщина пыталась помешать домогательству.

— Бабуля, ты книжку читала? — нахально усмехнулся пацан. — Так и читай дальше. — Пока сопляк говорил, его рука потянулась к пуговицам пальто беспомощной жертвы. — У нас тут свои дела.

Девушка побледнела и затаила дыхание.

Опять двадцать пять. И вроде как не мое дело. Может, все само разрешится, а может кто другой вмешается. Но просто уйти — означало переложить ответственность, а меня не так воспитывали. Вздохнув, я развернулся. У меня, конечно, могут появиться проблемы. Но одной больше, одной меньше…

Поезд начал сбавлять скорость.

— Свои дела и дальше делай в ладошку, — посоветовал я пацану.

— Чё? — неудавшийся обольститель сунул руку за пазуху и начал угрожающе подниматься.

Тренированное тело среагировало моментально: удар лбом в переносицу уронил горе-пикапера обратно на сидение. Он нечленораздельно замычал, пытаясь сфокусировать расплывающийся взгляд. Удар вышел не столько сильным, сколько обидным — нос пацана уцелел, но, надеюсь, мозг все же встал на место.

Вагон дернулся и замер, достигнув станции.

— Станция «Южная». — Раздалось из динамиков. — Следующая…

Второй подросток тоже попытался вскочить. Резкий тычок открытой ладонью в область солнечного сплетения заставил его остаться на месте еще на несколько минут, чтобы подумать над своим поведением и заново научиться дышать.

Урок хороших манер преподан. Но вот бабка его не оценила и испуганно прикрыла лицо книжкой.

— Простите, сильно качнуло, — сообщил я пассажирам и, подмигнув обескураженной блондинке, вышел из вагона.

Неожиданно девушка выскользнула следом за мной.

— На следующем поеду, — тихо сообщила она в ответ на мой вопросительный взгляд.

Я лишь пожал плечами и пошел по своим делам. Мне вслед раздалось робкое:

— Спасибо.

Махнув рукой, я даже не обернулся. Но следующая реплика девушки заставила меня замереть, как вкопанного.

— Все хорошо, Бусинка, никто тебя не обидит.

В ответ раздалось благодарное мяуканье. Едва различимое в шуме метро.

— Твою ж мать, быть не может, — сквозь зубы прошептал я, и все же глянул через плечо.

Блондинка гладила нахальную рыжую морду, высунувшуюся между пуговиц ее пальто. Киска, ну конечно. Спаситель кошек, чтоб меня.

Неудобно с пацанами получилось. Но теперь уже ничего не попишешь. К счастью, небольшое происшествие в вагоне не только разрешилось малой кровью (а точнее вовсе без оной), но и осталось без внимания сотрудников правопорядка. Проходивший мимо патруль удостоил меня изучающих взглядов, но не более. Лишь на выходе со станции сотрудники столичного метрополитена просканировали рюкзак, но, не найдя там ничего интересного, отпустили с миром.

Солнце клонилось к закату. На улице накрапывал легкий дождик и пахло весной. Снег почти сошел, но кое-где еще оставались грязно-белые пятна. Обогнув одно из таких, ко мне бодро вышагивал невысокий, крепко сбитый лысый мужичок с густыми усами и небольшим округлым брюшком спецназовца в отставке. Для того, кому было порядком за шестьдесят, он выглядел весьма энергично.

— Не пойму, это мой племянник или тощий медведь раньше времени вышел из спячки? — хохотнул мужчина, протягивая мне широкую ладонь.

— Очень смешно, дядя Миша, — я ответил на рукопожатие, и оно оказалось таким же крепким, как и три года назад, когда мы виделись в последний раз.

— Паршиво выглядишь, Максим. — Дядя добродушно хлопнул меня по плечу. Человек он был хороший, старой закалки, родился еще до Звездопада и застал мир без одаренных. — Отощал.

Отрицать очевидный факт не имело смысла.

— Есть такое.

— Ну, места не столь отдаленные никого не красят, так?

— Зато выпускают на свободу с чистой совестью, — пробормотал я.

— Уж что-что, а совесть у тебя никогда грязной не бывала, — дядя скривился. — Если бы не этот гаденыш и его влиятельный папаша…

— Хрен с ними, — я решил сменить тему.

Дядя хотел было возразить, но лишь сплюнул.

— Ты прав, хрен с ними, — он приобнял меня за плечо, широко улыбнулся и повел по улице. — Теперь у тебя новая жизнь начнется!

— Ура, — кисло отозвался я, не разделяя энтузиазма родственника.

Дядя или не заметил этого, или пропустил мимо ушей.

— Да, работенка будет не из легких, — продолжил он. — Но и в ОМОНе не сладко приходилось, а?

— В СОБРе, — машинально поправил я и добавил, — всяко приходилось. — На миг сознание погрузилось в воспоминания, которые я решительно отмел и предложил уже открыто. — Дядь Миш, давай не будем о прошлом, хорошо?

Мужчина угрюмо кивнул, всем своим видом показывая, что разговор не закончен. Видимо у него, как и у моей матери, от сложившейся ситуации наболело. Обостренное чувство справедливости у нас семейное. Именно из-за него я в свое время выбрал службу закону и порядку. Из-за него же эту службу досрочно и завершил…

— Садись, — дядя Миша подвел меня к своей машине — старенькому, еще бензиновому «Москвичу», которые прекратили выпускать где-то в две тысячи сороковому году. Почти пятнадцать лет для такого авто — приличный срок. — Вещи можешь в багажник или… — родственник только сейчас заметил мой тощий рюкзак. — Это что, все?

— Все что есть — ношу с собой, — усмехнулся я и закинул пожитки на заднее сиденье, а сам уселся на переднее.

Дядя завел мотор и похлопал себя по карманам. Не найдя там искомого, он чертыхнулся и полез в бардачок. Там нашлась початая и мятая пачка сигарет. Открыв ее и вытащив одну, он предложил и мне. Я отказываться не стал, решив сегодня потакать одной из своих вредных привычек. Дядя сунул пачку в карман и вновь принялся рассеянно ощупывать одежду.

— Вот черт, — буркнул он с сигаретой во рту. — Зажигалку забыл. У тебя прикурить найдется?

— Издеваешься? — мое и без того плохое настроение испортилось еще сильнее.

— В смысле? — не понял родственник и тут же спохватился. — А! Блин, извини. Я ж не о даре твоем, а о зажигалке. Без задней мысли, честное слово!

— Ну да, ну да, — пробормотал я и щелкнул пальцами, высекая россыпь синих искр.

С третьей попытки на указательном пальце разгорелся небольшой огонек. Мне он казался жалкой тенью того, на что я прежде был способен. Процедура принудительного подавления дара, как еще одна мера пресечения за нарушение закона, не прошла незаметно.

— Спасибо, — дядя прикурил.

Я сделал то же самое и потушил огонек. На коже не осталось и следа. Салон машины наполнился ароматным сигаретным дымом. Дядя издал неопределенный, но довольный звук, после чего включил вентиляцию салона и начал сдавать задом, выезжая с парковки.

— За рулем курить нельзя, — язвительно напомнил я, стремясь поквитаться за то, что родственник, пусть и ненароком, но потревожил мою старую рану.

— Ты меня-то не учи, — заворчал дядя Миша. — Я участковым отработал больше, чем ты на свете живешь, и получше некоторых правила с законами знаю.

— И поэтому их нарушаешь?

— Я на пенсии, — буркнул мужчина, переключаясь на переднюю передачу и выезжая на дорогу. — Что хочу, то и ворочу.

— Ладно, не сердись, — примирительно предложил я. — Теперь квиты.

Покачав головой, дядя все же пошел на мировую и предложил:

— Ты как освоишься на новом месте, загляни к Айболиту.

— Чтобы пришил мне новые ножки?

— Смешно. Но я о враче из моего агентства. Он толковый.

— Айболит, — задумчиво протянул я, вспоминая персонажа из старых книг и мультиков. — А он разве не ветеринаром был?

Дядя тоже задумался.

— Вроде и людям помогал. Но не суть. Ты, главное, сходи. Заодно и спросишь, почему его так зовут.

— Ладно, — и пусть вероятность того, что какой-то недоучка мне поможет, стремилась к нулю, терять мне было уже нечего.

После пары минут тишины, дядя спросил:

— Как мать-то?

— Вы же вчера созванивались.

— Мы каждый день созваниваемся, как-никак брат с сестрой. Но ты, может, подметил то, чего она мне не говорит? Когда тебя посадили, она сильно переживала…

— Она и сейчас переживает, — мой голос прозвучал неожиданно мягко. — Спасибо, что приглядывал за ней, пока я… Ну, ты понял.

Дядя снова кивнул и одной затяжкой скурил едва ли не треть сигареты. Он и бровью не повел, несмотря на то что всегда курил крепкие.

— Мать за тебя очень просила, — после недолгой паузы медленно произнес он и покосился на меня. — Неужели в центре Москвы так плохо с работой?

— Сидельцам там не рады, — я скривился. — Как и везде.

— Но ты-то не виноват.

— И что мне, каждому работодателю все в деталях объяснять? Да и не умею я… — мой взгляд замер на собственных пальцах, на которых совсем недавно горел синий огонек, — почти ничего.

— Дар после подавления так и не возвращается? — с неподдельным сочувствием спросил дядя.

— Сам видел. Это все, что могу, — и вновь огонек загорелся не сразу. — Врач предположил, что доза препарата была рассчитана неверно.

— И я, мать его, знаю почему! — огрызнулся дядя, разом докурив все, что осталось от сигареты и выкинув «бычок» в окно. Он выпустил дым через ноздри и злобно произнес. — Это все тот мелкий пизд…

— Дядя, — прервал я родственника.

— Что «дядя»⁈ — возмутился он, воинственно раздувая ноздри и топорща усы. — Я тебе тридцать лет как дядя, и я, сука, имею полное право злиться на уродов, что моему племяннику жизнь искалечили!

— Я сам виноват.

— В том, что поступил так, как должен?

Мне на ум невольно пришел недавний случай с «киской».

— Должен я был соблюдать закон и выполнять приказ, а не вершить самосуд.

— Ага, конечно, — дядя немного успокоился. — Ну, в смысле, так-то оно так. Но тот засранец получил по заслугам. — Едва вернувшееся спокойствие бывшего участкового вновь улетучилось: он вцепился в руль так, будто собирался его задушить. — Да нахер! Он куда больше заслужил! Сейчас небось на европейских пляжах задницу греет, пока ты… Надо было с ним пожестче.

— Я бы тогда вообще не вышел ни за хорошее поведение, ни за что-то еще.

Дядя, наконец, выдохнул и ослабил хватку, заодно чуть сбавив давление на педаль газа.

— Ладно, ты прав, — признал он. — А насчет сил не переживай. Ты парень молодой, дар вернется. Я уверен.

— Мне бы твою уверенность, — я откинулся на сиденье и поглядел в окно, за которым проплывал пестрящий неоном городской пейзаж.

— Мне бы твое здоровье, — в тон ответил дядя Миша. — А то старость, знаешь ли, не радость.

— Ты еще не старый.

— Да, конечно. А на пенсию меня просто так отправили.

— Мама говорила, что ты сам ушел.

— Ну сам, — насупился дядя Миша. — Не мог я одновременно и работать, и бизнес держать. Пришлось выбирать.

— И ты выбрал деньги.

— Я выбрал помощь людям, — родственник важно поднял вверх короткий указательный палец, после чего добавил. — И деньги. Достойную старость никто не отменял, знаешь ли.

— Так я не осуждаю.

— И правильно делаешь, — важно кивнул дядя Миша. — Будущих коллег, кстати, тоже попробуй этому научить. А то с осуждением у них, знаешь ли, беда. — Он вдруг хохотнул. — Причем и в прямом, и в переносном смысле. Уж я-то знаю. Каждого лично на учет еще в детстве ставил!

И снова я не разделял его веселья.

— А ты уверен, что нанимать сомнительных личностей на работу в охранном агентстве — это хорошая идея?

— Если бы я так не думал, то и ты бы без работы остался, — назидательно подметил дядя. — Каждый заслуживает второй шанс, племяш, тебе ли не понимать этого? Они неплохие ребятки. Еще и каждый с сильным даром. К ним главное подход найти. А он к каждому свой.

— А если не найти?

— Тогда могут случиться… — мужчина помолчал, подбирая подходящие слова, — неприятные вещи. Так что ты уж постарайся.

— Ты же знаешь, — я криво усмехнулся. — У меня общение с людьми не очень складывается.

— Ну да, характер у тебя далеко не сахар, и даже не подсластитель. Но у меня весь коллектив такой. Может, на этой почве и сойдетесь?

— Или поубиваем друг друга.

— Всякое может быть, — серьезно кивнул дядя. — Но это маловероятно.

Говорил родственник как-то неуверенно.

— Пожалуй, мне лучше в грузчики пойти или на завод. — Я снова улыбнулся. — Там хотя бы не придется работать в окружении одаренных бандитов.