Читаем Все в саду онлайн бесплатно

ПЬЕСА В ДВУХ ДЕЙСТВИЯХ

Перевод с английского Н. ТРЕНЕВОЙ и С. ШАПКЕВИЧ 

РИЧАРД — мужчина с приятной внешностью, сорока трех лет.

ДЖЕННИ — его женя, хорошенькая женщина, лет под сорок.

РОДЖЕР — их сын, миловидный мальчуган, четырнадцати или пятнадцати лет.

ДЖЕК — их сосед, мужчина с приятной внешностью, лет около сорока.

МИССИС ТУЗ — красивая элегантная дама лет пятидесяти.

- - - - - - - - - - -

ЧАК И БЕРИЛ

ГИЛБЕРТ И ЛУИЗА

ЦИНТИЯ И ПЕРРИ

соседи и Друзья Ричарда и Дженни, очень похожие на них.

Дженни (про себя). Ну, надо же! (Громко, хотя Ричард не может ее услышать.) Сколько раз тебе повторять!

Ричард с косилкой опять проходит мимо окон.

(Дженни распахивает стеклянную дверь, кричит ему.) Сколько раз тебе нужно повторять!

Ричард под тарахтенье косилки проходит мимо.

(Вслед ему, раздраженно.) Ричард!

Он останавливается.

Ричард (его голос нам еле слышен). М-м?

Дженни. Мог бы, кажется, запомнить. (Возвращается в комнату, оставив дверь открытой.)

Ричард (входит следом за ней, промакивая шею носовым платком). Что я мог бы?

Дженни. Запомнить. (Считает излишним входить в объяснения.)

Ричард (подумав). Ладно. (Пауза) Что запомнить?

Дженни (в поисках сигарет). Ну, когда выкидываешь пачку,

Ричард (обдумывает эти слова). Ага. (Пауза.) Можно идти? Надо же, в конце концов, стричь этот подлый газон, да я что-то не вижу, чтобы толпа садовников ждала моих приказа…

Дженни (ей попадаются только пустые пачки). Я тебе две тысячи раз говорила… две тысячи раз я тебе говорила — пожалуйста, следи, чтобы в доме были сигареты.

Ричард (весело, хотя ему давно надоело все это слушать). Дом ведешь ты.

Дженни (наставительно, как строгая учительница). Когда докуриваешь пачку, помни, что я тебе говорила…

Ричард. …две тысячи раз.

Дженни (прикрыв на мгновение глаза, продолжает)…во-первых, проверь, не последняя ли она… эта пачка.

Ричард (томясь, нетерпеливо). Слушаюсь, мэм.

Дженни (непреклонно). И если последняя, запиши себе, что надо купить сигарет, или скажи мне.

Ричард (так же). Ладно. Ладно.

Дженни. И когда докуриваешь пачку, не забудь вынуть купон. Сделай одолжение. Купон, слышишь? Мы их копим — да или нет?

Ричард. А разве я забыл?

Дженни. Ты всегда забываешь. Мы курим эту гадость только ради купонов…

Ричард (небрежно). Да ладно!

Дженни (после небольшой паузы). У тебя еще есть?

Ричард. Купоны?

Дженни (без улыбки). Сигареты!

Ричард (шарит в карманах). Угу. (Догадывается, наконец.) Хочешь закурить? (Протягивает ей сигареты.)

Дженни (увидев пачку). Ах ты, свинья! Ведь это же… Да ты что, как ты смеешь курить эти сигареты, когда они без купонов? Я тут сижу, порчу себе легкие, а ты за моей спиной…

Ричард (хихикает: ему уже не выкрутиться). Попался-таки!

Дженни. Ты… ты жалкий плут!

Ричард (давая ей прикурить). Я великий плутище! А неплохие, верно?

Дженни (с сожалением). Да. (Пауза.) Как там газон?

Ричард. Растет.

Дженни. Помни, что я сказала: осторожнее возле тюльпанов.

Ричард (преувеличенно кающимся тоном). Видишь, какая штука: я иду, косилка тарахтит — др-др-др. у меня все в голове как-то спуталось, ну я и заехал в твои тюльпаны, гляжу — уже десятка два, искрошил. (Как бы спохватившись.) Прости, ради бога!

Дженни (качает головой; это старая история). В тот раз, когда тебя и вправду угораздило скосить цветы, тоже было не смешно. (Скорее про себя, чем ему.) Ведь надо же, взрослый человек прошелся косилкой по клумбе с тюльпанами!

Ричард (весело и горделиво). А что, лихо это я! И вообще, что это за разговоры— "как там газон"? На газон тебе наплевать. Пусть хоть сплошь зарастит одуванчиками, лишь бы цвели твои штокрозы, твои тюльпаны и эти, как их… "Вильямсы" розовые!

Дженни (чуть заносчиво, но мирно). Кому что дано, Ричард. Одни только и умеют, что стричь газоны, а другие… ты же знаешь, какая у меня легкая рука на цветы.

Ричард (оглядывается на сад). Да, есть на что посмотреть. Яичницу твою в рот взять нельзя, но сад у тебя — картинка.

Дженни (кисло-сладким тоном). Просто я не комнатного типа женщина.

Ричард (чмокает ее в лоб). Да. Это точно. (Валится в кресло, стонет от усталости.) О-о-о-ох-х, ч-черт!..

Дженни. Ну?

Ричард (искренне и грустно). Надоело дрожать над каждым центом.

Дженни (вполголоса, насмешливо). Кури больше! Собирай купоны! Получишь премию.

Ричард. Роджер звонил из школы? Доехал без происшествий?

Дженни. Да. В этом году у них комната на четверых, и, знаешь, ему позволят держать свой велосипед.

Ричард (оживляясь). Хоть бы мне кто позволил держать косилку с мотором!

Дженни. Ты же ее купить не можешь, ну и нечего… (Умолкает.)

Ричард. Наверно, из всех коренных жителей штата только у меня одного нет косилки с мотором.

Дженни. Раз не можешь себе позволить, нечего и говорить.

Ричард (обводя рукой вокруг). И у Алана есть, и у Клинтона. Даже у Марка. Марк свою еще и напрокат дает…

Дженни (неожиданно резко). Хватит!

Пауза.

Ричард (себе под нос). Сорок три года, и даже косилки с мотором нет. Пауза.

Дженни. Хочешь чаю? Или бутерброд?

Ричард (запальчиво). А мы это можем себе позволить?

Дженни (сквозь зубы). С трудом.

Ричард (встает, начинает шагать по комнате: как бы между прочим). Ты, гм… может, хочешь развестись? И выйти за богатого? С механической косилкой? Давай разводись.

Дженни (устало, деловито). В другой раз, сейчас мне некогда.

Ричард (рассеянно). Ну, тогда скажешь. (Вдруг останавливается.) Сколько?

Дженни. Чего?

Ричард. Сколько ты тратишь? На семена, навоз, на всякие там секаторы и…

Дженни (встает). Ох, ради бога…

Ричард. …и на луковицы, на подпорки для кустов, будь они трижды прокляты…

Дженни (со злостью, хотя все это скорее бравада). Возьми да перепаши все! Перепаши к черту весь цветник! Засыпь гравием. И заодно траву свою тоже!

Ричард (пожимает плечами). Трава у всех есть.

Дженни (яростно). У всех есть цветы! (Еще злясь, но уже более мирным тоном.) Я готова на все: я готова урезать себя во всем, есть что придется, ходить чучелом и одеваться, как в картинах сороковых годов…

Ричард (жалея, что затеял этот разговор). Ну, ладно, ладно,

Дженни. …жить без прислуги, заглядывать к парикмахеру только два раза в месяц и не говорить: "Съездим куда-нибудь на уик-энд"…

Ричард. Ну ладно, будет тебе!..

Дженни. …и платить, платить за этот треклятый дом…

Ричард (мягко, рассудительно, но внутренне вскипая)…все платят за дом… Дженни …и за эту несчастную машину…

Ричард. …машина нам нужна…

Дженни … и в школу за Роджера…

Ричард (почти гневно). А что делать, если школы в этой стране…

Дженни …и выплачивать страховку…

Ричард. Мы с тобой, между прочим, не бессмертны!

Дженни … и платить за все остальное, что пожирает наши деньги!

Ричард. Не забудь и правительство: у него волчий аппетит.

Дженни. На все я согласна, я… я буду курить эти мерзкие сигареты, я буду все… Но только— нет. Сад свой я не брошу.

Ричард (ласково, успокаивающе). Ведь я тебя и не прошу.

Дженни. Мы живем не по средствам, мы не имеем права держать этот дом; мы так завязли в долгах, что тебе придется либо ограбить банк, либо не знаю что, мы…

Ричард. Я люблю твой сад.

Дженни (немного успокаиваясь). Есть вещи, на которые я не соглашусь ни за что на свете, и прежде всего я не заброшу свой сад.

Ричард. Ну, разумеется.

Дженни. Я люблю свой сад.

Ричард. Да.

Дженни. Знаешь, сколько дерут за срезанные цветы в магазинах? Счастье, что нам не нужно покупать.

Ричард. Да, знаю, знаю.

Дженни. Вот если бы нам завести теплицу…

Ричард. Теплицу!

Дженни. Ну да, хоть маленькую, только чтоб выращивать орхидеи…

Ричард вскакивает и, мотая головой, идет к двери.

Ты куда?

Ричард. Иду кончать самоубийством.

Дженни. Почему вдруг?

Ричард (теряя самообладание). Ты знаешь, сколько стоит теплица?!

Дженни (вне себя). Я же хочу сэкономить деньги!

Ричард (безнадежно). Ты сошла с ума!

Дженни, Знаешь, сколько с тебя слупят за срезанные орхидеи?

Ричард (передразнивая ее). Знаешь, сколько с тебя слупят за оранжерею?

Дженни. Я же хочу сэкономить деньги!

Ричард (после короткой паузы). Заодно уж поезжай в Париж и купи себе всего Кристиана Диора. Тогда тебе не надо будет платить за платья.

Молчание.

Дженни (озабоченно). Хочешь чаю? Или бутерброд?

Ричард отрицательно качает головой. Молчание

(Чуть грустно, с тоскливой ноткой в голосе, но твердо). Когда-нибудь будет у нас и теплица. Я из нее игрушечку сделаю; я тебе всю гостиную уставлю цветами, ты будешь доволен, вот увидишь.

Ричард (кротко, с грустной иронией). Нельзя ли мне сперва получить косилку с мотором?

Дженни (ласково). Можно. У тебя будет все, что ты захочешь.

Ричард (со вздохом). Хорошо бы.

Дженни (тоскливо). И у меня тоже, и все будет чудесно.

Ричард (помолчав). Вот чем плохо быть бедным..:

Дженни (машинально поправляя). Иметь мало денег…

Ричард. Вот чем плохо быть бед… иметь мало денег…

Дженни (в смятении, словно испугавшись, что кто-то подслушает). Мы не голодаем!

Ричард. Да, конечно, мы что-то едим, но не будь мы членами этого (указывает за окно), вот этого клуба, мы ели бы куда лучше.

Дженни (с терпеливой покорностью). Да.

Ричард. Если б мы не старались жить, как наши знакомые, мы даже могли бы кое-что откладывать.

Дженни (так же). Угу.

Ричард. Как те знакомые, каких у нас, между прочим, не было, пока мы не переехали в этот дом…

Дженни. Нельзя же без друзей.

Ричард. Друзья они, как же (Чуть напыщенно, но искренне.) Мы живем неправильно.

Дженни (хохочет, закинув голову). О господи!

Ричард. Очень неправильно!

Дженни. Бедняжечка!

Ричард. Живешь в доме за сорок тысяч долларов, куришь черт те какую дрянь и собираешь купоны, чтоб наскрести на приличный пылесос и этот дом держать в чистоте; вступаешь в клуб ради права обмениваться приглашениями на обед с людьми, с которыми тебе и в голову не взбрело бы водиться, не будь ты членом одного с ними клуба, а в клуб ты вступил и мячи на корте научился гонять потому, видишь ли, что облюбовал себе дом в такой местности, где в этом клубе состоят все.

Дженни (безразлично). Кроме евреев и лавочников.

Ричард. А?.. Сидишь в ушах по самые долги… (Замечает оговорку и поправляется, стараясь сохранить достоинство.)… в самых долгах по… то есть сидишь по уши в долгах, а почему?

Дженни (слегка растерянно, но спокойно). Потому что тебе хочется жить прилично.

Ричард. Мне?

Дженни (с мученическим видом на мгновение закрывает глаза). Потому что нам хочется жить прилично; потому что мы хотим быть не хуже других. Устраиваются же другие.

Ричард. Да — те, у кого есть средства!

Дженни. Ничего подобного! Средств у них нет, но они устраиваются. Думаешь, в банке отдел залогов открыт специально для нас?

Ричард. Возьми хоть Джека…

Дженни. Джек богатый! Возьми всех остальных.

Ричард (после паузы, угрюмо). Не по мне все это.

Дженни (с чуть снисходительным соболезнованием). Бедненький ты мой!

Ричард. Кстати, если хочешь знать — для нас.

Дженни (в упор и даже с оттенком подозрительности). Что — для нас?

Ричард. Отдел залогов в банке; он открыт специально для нас.

Дженни (усмехнувшись). Хочешь бутерброд или еще что-нибудь?

Ричард (думая о своем). Нет.

Дженни (ясно, что на эту тему они разговаривают не впервые). У меня ведь сил хватит…

Ричард (твердо). Нет.

Дженни. Сколько жен так делают…

Ричард. Нет.

Джеини. Можно ведь на полдня…

Ричард. Работать ты не пойдешь!

Дженни. Нам было бы настолько легче…

Ричард (теряя терпение). Нет! Слышишь — нет, и все! (Спокойнее.) Чтобы моя жена надрывалась где-то там на работе, да еще вела бы хозяйство, да смотрела за мальчиком, когда он приезжает из школы…

Дженни. Роджеру четырнадцать, не так уж он нуждается в присмотре.

Ричард. Нет! И, между прочим, ему уже пятнадцать,

Дженни. Если б я поступила на работу, мы смогли бы взять прислугу и…

Ричард. Я сказал — нет.

Дженни (вне себя). Господи, да ведь не в прачки я наймусь!

Ричард (не без ехидства). Да? А куда же?

Дженни (тем же тоном, что и он). Что ж, если я, по-твоему, только на то и гожусь…

Ричард (повышая голос). Разве я это сказал?

Дженни. Нет, но ты про меня считаешь, что я…

Ричард. Про себя считаешь… То есть я про себя считаю… то есть… тьфу, ничего я не считаю!

Дженни. Нет, считаешь!

Ричард. И не думал!

Дженни (язвительным тоном: утрированно передразнивает его). Да неужели? "А куда же еще? На что ты еще годишься?" (Со злостью.) Значит, я больше ни на что не способна?

Ричард (изображая терпеливость). Я же не говорил, что ты годишься только в прачки. Я просто хотел сказать, что…

Дженни (переходя на крик). Очень жаль, что ты так плохо обо мне думаешь!

Ричард (возводит глаза к небу). О господи!

Дженни (горько всхлипывает, и это не притворство). Очень жаль, что ты считаешь, будто я ни на что не гожусь; Я стараюсь тебе помогать, я стараюсь быть хорошей хозяйкой…

Ричард. Ты замечательная хозяйка…

Дженни. …воспитывать твоего сына, чтоб он не вырос каким-нибудь бандитом…

Ричард. …нашего сына…

Дженни. …я стараюсь хорошо выглядеть, я стараюсь следить за собой ради тебя и твоих друзей…

Ричард. Да что это вдруг все стало моим! Это все больше твое, чем мое!

Дженни (сквозь слезы). Я стараюсь! Стараюсь!

Ричард. О господи! (Подходит к ней, хочет успокоить.) Ты замечательная хозяйка, ты ведешь дом просто… замечательно, ты… выглядишь так, что тебя хочется съесть. (Рычит, пытается укусить ее за шею.)

Дженни (страдальчески). Оставь, не надо.

Ричард опять рычит, пытается куснуть ее.