Читаем Восходитель. Том 7 онлайн бесплатно

Рога… Рога поют в замкнутом пространстве, они способны вызвать большую тревогу у любого, кто услышит хриплый и низкий звук. Он прокатывается по темным коридорам Бесконечного Лабиринта, отражается от стен и вызывает дрожь в потоках энергий, что сумасшедшими, но не ощутимыми кожей ветрами проносятся мимо. Пение боевых рогов — признак того, что цель близка. А также указатель огромной опасности, но Глубины одиннадцатого этажа Башни Испытаний просто не имеют абсолютно безопасных мест.

Я попал сюда по решению Святого Двора и их подхалимов. Они испугались, что восходитель-аномалия, подобный мне, может стать тем самым разрушителем из Кларидского пророчества. Меня выгнали сюда подобно гладиатору на арену с десятком львов. К счастью, союзники есть и у меня, поэтому я смог призвать на помощь другого восходителя, что в свое время поднялся гораздо выше меня. Альмадомар из Номской Унии подобен темному пятну рядом, ведь светом мы пока что не пользуемся.

Также ощущаю ауру Гефера позади себя. Фонарщик сопровождает нас в путешествии, преследуя свои интересы, и ради выживания мне пришлось вступить в их ряды. Но я не слишком переживаю по этому поводу, так как мы договорились, что я смогу прекратить сотрудничество в любой момент без штрафов. К тому же он помог трансформировать Инуат в фонарь, не теряя сути моего «инструмента». Так еще по пути долгое время потратил, обучая меня премудростям Фонарщиков, так что теперь я намного увереннее чувствую себя в месте, где нет ничего постоянного.

Да, Лабиринт не стал для меня родным, это по-прежнему безумное переплетение чего угодно. Всякое видел по пути сюда: муравейники с высотой проходов больше человека, кладбища с останками драконов и пепельными духами их убийц, улицы заброшенного города, невесть как очутившегося тут. Но после объяснений Гефера я намного лучше понимаю одиннадцатый этаж.

Бесконечный Лабиринт не является местом, куда из других миров перенесли интересные вещи. Гефер утверждал, что Лабиринт сам все это создает из различных базовых образов, вычисляя ответ на главный вопрос. Именно поэтому тут можно встретить что угодно, а это значит, что нельзя быть готовым ко всему, а опасность чаще всего превышает возможности восходителей и даже Фонарщиков. Чаще всего самым правильным подходом является обход слишком опасного места, но прямо сейчас цель совсем другая.

Мне нужно пройти своеобразный экзамен, показать Геферу, что я освоился с основными принципами работы с фонарем. Кажется, что времени прошло немного с момента знакомства, но с другой стороны возникает чувство пролетевших месяцев. В этом месте, где нет солнечного света и сторон света, где пространство постоянно перестраивается перед тобой, позади и со всех сторон, ощущение времени начинает плыть по очень неровному руслу реки с запрудами и водопадами.

Я осознаю, что всё дальше отхожу от понятия «человек». Башня Испытаний подменяет это понятие на «восходителя», того, кто умеет управлять арканой и подниматься всё выше, чтобы… Ну, цель все же у каждого своя, и сейчас я иду не на двенадцатый этаж, где топовые восходители пытаются справиться с новыми угрозами, а к ядру Лабиринта, где может находиться ответ на вопрос о том, как все же победить Тление, что медленно, но верно захватывает территории Конгрегации.

Но до туда топать еще долго, особенно при условии, что верный путь неизвестен, а существование маршрутов в этом месте невозможно в обычной форме. Администраторы создали карты, которыми пользуются другие восходители, чтобы фиксировать кусок Лабиринта вокруг, но Фонарщики отказались от карт, а свои я уничтожил. Если перестройка Лабиринта — есть итерации вычисления недоступного моему сознанию алгоритма, то карты действительно делают только хуже. Хорошо, что есть альтернатива.

Я опускаю взгляд, хоть и не вижу в абсолютной темноте предмет. Но зато очень хорошо чувствую ручку Инуата, ставшего готического вида фонарем из темного металла с крепким и всегда чистым стеклом, за которым горит голубое пламя вокруг осколка из психического льда. Вес предмета не изменился по сравнению с ганблейдом, а для моих текущих физических кондиций это словно пластиковая ручка.

Фонарь все еще не зажжен, пока мы слушаем хриплый звук рогов, который приходит спереди. Там находится опасность, которую я намерен одолеть своими силами. Здесь я словно еще раз очутился на «Кладбище бессильных», где не было квестов, только необходимость выживать любыми методами. Осознаю, что мне тогда чертовски везло с местом появления и встречей с другими пленниками. Ничего не понимая и не умея, я вполне мог умереть еще тогда, когда спасался бегством от адских псов. Можно сказать, что секунда меня отделяла от гибели в самом начале, что обычно происходит у тех, кто попадает туда сразу с нулевого этажа и не является великой душой или богом.

— Дальше я попробую сам, — говорю спутникам, но они и так в курсе плана.

Альмадомар и Гефер остаются позади, пока я иду в темноте, но при этом чувствую окружающее пространство. Активировать психические чувства до сих пор трудно, вокруг постоянно буря из энергетических сигналов, которая вызывает перегрузку центра обработки в мозгу, что возник, наверное, вместе с появлением псионики.

Несмотря на то, что психическая энергия тоже держится на фундаменте арканы, это все же немного иная по структуре и характеру энергия. Если аркана — это безбрежный океан, размером со Вселенную, то отдельные течения или, например, геотермальные подводные источники могут становиться чем-то особенным, оставаясь при этом частью чего-то большего. Думаю, что арканой и псионикой дело не ограничивается, я слышал как минимум о вере, как еще одной особой форме проявления сверхчеловеческого могущества.

Однако прямо сейчас это не сильно важно, куда важнее то, что я смог укрепить символ Пути Разума, а именно «Творящий Путь». Теперь я могу гораздо шире открывать психическое око без угрозы мучительно на время ослепнуть, но этим мои последние успехи не заканчиваются. Звук рогов становится ближе, значит, скоро придется вступить в бой. Они уже ждут меня, и я не могу отклонить этот вызов.

Бесконечный Лабиринт имеет бесконечное количество опасностей, но теперь я готов дать им некоторую классификацию. Во-первых, это трудности ориентирования. Это практически непобедимый враг, так как здесь не работают никакие правила, а сам Лабиринт постоянно находится в движении. Можно лишь пытаться чуть управлять хаосом вокруг, как это могут Фонарщики, Анахронисты и восходители с картами.

Во-вторых, в Лабиринте постоянно нарушаются законы реальности. Спускаясь по лестнице, ты можешь вдруг оказаться этажом выше. Здесь есть ямы на потолке, куда можно «упасть наверх», если вдруг пройти под ней. Ступенька под твоей ногой может исчезнуть ровно в тот момент, когда ты перенесешь центр тяжести на эту ногу. Широкий проход через несколько десятков метров может сузиться до размера мышиной норы, хотя визуально ты не заметил изменения прохода, пока это не случилось.

В-третьих, встречаются более смертоносные ловушки, где тебя поджидают капканы, стрелы, убийственный яд или еще чего похуже. Вот уж не знаю, зачем Архитектору Решений нужно было создавать такое для Лабиринта, где и так чертовски сложно, но приходится постоянно об этом помнить.

Из самого важного, наконец, можно выделить опасности, что не привязаны к конкретному месту, могут сами к тебе прийти и отправить на тот свет. Жуткие монстры могут десятилетиями сидеть за углом в ожидании того самого восходителя. Загадочные фигуры тотчас попробуют заставить твою душу покинуть тело, если будешь неосторожен. Совсем неописуемые кошмары в большинстве случаев попробуют тебя убить, и чаще всего ты ничего с такими угрозами поделать не можешь.

Впереди меня ждет как раз нечто похожее, что преследует нас даже через перестройку Лабиринта. В прошлом бы я не вывез драку с ними, но теперь чувствую себя гораздо увереннее. Хотя, кого я обманываю, сердце стучит очень быстро, а ладони потеют. Что угодно может пойти не так, я не имею стопроцентной гарантии победы, разве что сумею убежать, если пойму, что не вывожу. К тому же Гефер будет удаленно меня поддерживать, как только я зажгу фонарь.

Становится ощутимо жарче, хотя обычно на Глубинах прохладно или даже холодно. Теплый воздух накатывается подобно волнам на берег, а нос чует запах гари. Похоже, я приблизился на достаточное для активации фонаря расстояние, теперь можно осветить дорогу вперед. Повинуясь мысленному приказу, осколок психического льда внутри фонаря сначала светится, а потом загорается. Голубое пламя танцует в плену стеклянных стен, а также бросает лучи на окружающее пространство. Одновременно я активирую энтелехию, чтобы обратиться к способностям Фонарщиков.

На седьмом этаже, который я вынужденно пропустил, восходители знакомятся с энтелехией и учатся ее применять, так как выше система Башни перестает помогать в активации навыков. На одиннадцатом этаже я столкнулся с тем, что больше не могу использовать ни одной активной способности. А вот на девятом этаже Башня полностью перестает помогать в этом плане, а также восходители знакомятся с понятием оккурента, как еще более невероятной вещи. Вновь до слуха долетает звук рогов, но теперь я могу услышать пение труб и удары металла о металл.

«Пора», — понимаю я и взмахиваю Инуатом-фонарем.

«Разогнать тьму светочем»

Фонарщики способны не просто физически освещать темные участки Бесконечного Лабиринта. Это имеет и более мистическое применение, ведь видимая часть Лабиринта не всегда содержит то, что там есть на самом деле.

Когда Гефер мне объяснил и у меня получилось это в первый раз использовать, система пополнилась очень скупым объяснением. Хоть Башня больше не помогает в использовании навыков, она продолжает вести список доступных сил и способностей.

Блики голубого пламени расходятся в разные стороны, отражаются от черных стен и уходят далеко вперед. Когда я впервые увидел нечто подобное, то обомлел, ведь даже не подозревал, что Лабиринт на самом деле может иметь нечто скрытое от глаз непосвященных. Ты можешь видеть перед собой пустой коридор или комнату, но там на самом деле может скрываться нечто иное: хоть забытый сад, полный зелени, хоть видение мира за секунду до его гибели. Фонарь в этом случае не просто разгоняет мрак, а приоткрывает завесу над скрытыми слоями и позволяет увидеть недоступное даже психическим чувствам и чему-то похожему.

Сейчас происходит именно это, когда мрачный проход из черного камня наполняется огромным количеством летающих искр, прилетающих из пожара впереди. Теперь темно-огненные оттенки доминируют вокруг, а температура становится все выше, будто приближаешься к месту пожара. Впрочем, так оно и оказывается, когда привычные рамки Лабиринта раздвигаются в стороны вплоть до границы освещенного Инуатом круга. Чем круче Фонарщик, тем больше радиус окружности. Думаю, Гефер сильно удивлялся как скорости моего обучения, так и уровню моих новых способностей Фонарщика.

Я даже не могу увидеть границу раскрытой завесы, но тут еще мешают столбы дыма, горящие поля, летающий пепел и искры. Ну и, конечно, внимание трачу на совсем другое, а именно на тех, кто ждал меня здесь. Гефер до этого вел по тайным тропам, пытаясь оторваться от преследователей, но именно от этих уйти не удалось. Нежить предположила, что тут постарались Анахронисты, прознавшие о моем появлении, но ни Гефер, ни тем более я или Альмадомар подтвердить это не можем.

Раздается глухой звук, когда на землю падает чье-то тело, ведь я словно пришел под самый конец сражения. Мы посреди огненного ада, в котором словно горит сама земля, а под ногами валяются трупы людей и монстров. Кровь собирается лужами под телами и почти не впитывается в землю, пока над всем этим ужасом возвышаются высокие фигуры, не сводящие с меня тяжелого взора. На фоне темного неба их было бы очень трудно заметить, но огненное зарево вокруг превращает их в посланцев из самых темных мест мироздания.

Раскрыв это место фонарем, я могу куда шире распахнуть психическое око, ставшее одним целым с символом Пути Разума, а также впитавшего в себя навык «Анализа». Это по факту экстрасенсорная возможность узнать что-то о тех, кто медленно ко мне приближаются.

«Последняя охота Фалкшсура»

Вечные воители, проклятые на странствие по мирам. Им нельзя нигде задерживаться, иначе боль начнет сводить с ума. Только кровопролитие ослабляет разрушающее действие проклятья, но только на время. Пока что не было ни одного противника, который смог бы им подарить покой. А само проклятье было сформулировано очень просто: «Пусть твоя последняя охота, Фалкшсур, никогда не заканчивается».

То, что я смог так много узнать при помощи «Анализа», подтверждает успехи в управлении символом Пути Разума. Я ничего не знаю о Фалкшсуре и почему он оказался проклят. Даже не уверен, что эти воители существовали когда-либо вне Бесконечного Лабиринта. Гефер подтвердил, что Лабиринт не был создан из кусочков других миров, но тут попадаются вещи, имеющие какую-то историю, в которой нет упоминания Лабиринта. Возможно, алгоритм сам создает это истории.

«Либо же это легенда», — я вспоминаю о еще одной форме могущественной силы.

Про нее у меня меньше всего информации, но в свободное время я попробовал расспросить Альмадомара и получил ответ, что если кто-то сумеет сформировать о себе легенду и она распространится, то это может дать вполне зримое могущество и новые способности. Умертвие удивилось, когда узнало о моей легенде «Вернувшийся из ада». На третьем этаже я должен был умереть от меча Клода, но смог вернуться к жизни, так что в некотором роде похож на Альмадомара за тем исключением, что не знаю ограничений силы легенды, а проверить не могу без подхода к краю жизни и смерти.

Псионика, вера, легенды: пока что с такими формами арканы я встречался. Еще она делится на грязную и чистую аркану, и умение очищать свою является очень важным, что уже научился делать без помощи от Башни Испытаний. Сейчас это пригодится, так как в мою сторону начинает идти один из воителей.

Статный воин с невероятно длинным мечом закован в массивные доспех, а также имеет дополнительный меч на поясе. Его тяжелые ботинки попирают трупы зарубленных врагов, пока позади полыхают пожары. Он выше меня на две головы, а шириной плеч так вовсе может показаться утесом, если подойдет ближе.

Жуткие воители не могут остановиться на пути войны, иначе проклятье начнет разъедать их изнутри. Во всяком случае так мне подсказывает «Анализ». Почему они преследуют меня так долго, я спросить не могу. В прошлые встречи уже пробовал договориться, но ничего из этого не вышло. Больше похоже, что Бесконечный Лабиринт родил в собственных аномальных флуктуациях эту силу, но она бездушна, с ней бесполезно беседовать, как с цунами или извержением вулкана. Значит, остается только сражаться.