Читаем Водяной 9 онлайн бесплатно

Глава 1 Мастер спорта

Июль. Плавящий всё вокруг зной.

Смахнув со лба капли пота и издав глубокий, полный обречённости вздох, я задал вполне закономерный вопрос:

— Котья Матерь! Руслан, что это за хрень⁈ — в моём голосе звенел такой искренний трагизм, которому позавидовал бы ведущий актёр любого краевого драмтеатра.

— Как что⁈ Танк! — азартно выпалил Руслан. Глаза его горели лихорадочным восторгом мальчишки, который тайком добрался до отцовских конфет с коньяком и уже приговорил половину.

— Вижу, что не вертолёт, — я медленно обернулся к стоя́щей позади Василисе. Она пребывала в точно такой же прострации, что и я.

Едва уловимым жестом я попросил её щёлкнуть пальцами. И хотя обычно в подобных ситуациях она отказывается или делает одолжение с крайне неохотным видом, сейчас звонкий щелчок раздался без малейшего промедления.

Пространство дрогнуло, и время замерло. Присутствующие: гитарист «Амбар-Драйва» Виктор, их ударник Борис по прозвищу «Фазан», а также какой-то незнакомый мне длинноволосый паренёк, мгновенно застыли, превратившись в неподвижные живые статуи.

Не замороженными остались лишь мы: я, Василиса, Руслан и Домовой Кузя.

Я с тоской посмотрел вдаль, на грунтовую дорогу, ведущую от посёлка. В дрожащем от жары мареве виднелся шлейф пыли, к нам явно кто-то ехал. И у меня не было ни малейших сомнений в личности гостя. Это наверняка был Павел Семёнович, глава администрации, который от каждой нашей выходки мучительно ныл, словно от сильнейшей зубной боли.

— Итак, Руслан. Давай я вкратце обрисую ситуацию, как я её вижу, — спокойно начал я. — Ты, вооружившись артефактным металлоискателем, который я на свою голову тебе же и создал…

— И я безмерно тебе за это благодарен! — радостно перебил меня Руслан и изобразил неловкий поклон, стоя в грязи на дне огромной ямы.

— Погоди, не перебивай. Я уже крепко об этом жалею. Я-то думал, ты побродишь по окрестностям, найдёшь пару позеленевших монет времён империи, горсть ржавых гвоздей да старую подкову, и на этом успокоишься. Но нет… Ты устроил здесь полномасштабные раскопки! И откопал на нашу голову следы боёв времён Войны, парочку миномётных мин, которые, к слову, трогать категорически нельзя, это смертельно опасно! Какую-то мелочовку и… внезапно, целый танк!

— Мы же молодцы! — преданно вступился за товарища Домовой Кузя.

— Нет, Кузьма, вы не молодцы. Вы хоть понимаете, к чему это приведёт? — вздохнув, произнёс я. — Сюда понаедут пронырливые журналисты, нарисуются настоящие археологи, подтянутся всякие представители власти. Как вы думаете, нужно ли нашему уютному Колдухину такое пристальное внимание?

Кузя виновато потупился и почесал затылок.

— Ну-у-у… Об этом я как-то не подумал, — понуро признался он.

— С Кузи какой спрос, — я перевёл взгляд на Руслана. — Но ты-то зачем всё это устроил? Ещё и посторонних людей подтянул?

— Надеялся найти что-нибудь по-настоящему ценное. Клад, монеты редкие… — пробормотал он, неловко отводя глаза.

— И как, сильно это похоже на монеты? — процедил я сквозь зубы. — Руслан Артурович, обычно я тебя не распекаю, но, едрить твою налево! Ты просто абсолютный чемпион, мастер спорта международного класса по созданию приключений из абсолютного ничего!

— Постойте. Обычно роль главной стервы здесь играю я, и больше всех ругаюсь, — Василиса решительно шагнула вперёд, оттесняя меня. — Но сейчас нужно срочно как-то решить ситуацию. Руслан, вы оружие нашли?

— Ну… Тут такое дело… Сама же понимаешь… — неуверенно протянул наш горе-археолог.

— Руслан! — в голосе Василисы послышался металл.

— Да, вон там лежит! — он ткнул грязным пальцем в сторону импровизированного стенда. На расстеленной прямо на земле широкой белой тряпице лежали четыре изъеденные ржавчиной винтовки Мосина, без прикладов, дерево от времени давно истлело в труху, и чудом уцелевший пистолет ТТ.

— Я забираю всё, — безапелляционно сказала Василиса. — По бумагам проведу так… Вы просто гуляли, случайно наткнулись на схрон, проявили сознательность и тут же сдали всё мне. Никаких раскопок не было. Я отправлю всё на экспертизу, а оттуда их передадут в музей.

— А танк⁈ — возмутился я, недовольно смотря в сторону новоявленного Индиану Джонса. — Это же не иголочка в стоге сена! Это целый танк! Как мы объясним, что в Колдухине внезапно из-под земли вырос бронированный монстр?

Вместо ответа Василиса лишь оглянулась и щёлкнула пальцами, снимая заклятие и размораживая застывшую троицу. Времени на споры не оставалось, пылящая по грунтовке машина главы администрации надвигалась на нас неумолимо, как сам злой рок.

В момент активации «щелчка» василисиного заклятия, Павел Семёнович находился далеко за пределами радиуса его действия, а потому всё это время продолжал свой неотвратимый путь к эпицентру нашего бедствия.

Мы находились в низине под дамбой, надёжно укрытые густыми зарослями кустарника и непролазным бурьяном. В этом месте обычно не бывает ни души, разве что лисы прошмыгнут, зайцы, полевые мыши да ежи. Никого и никогда. Но один неугомонный двуногий барсук всё-таки умудрился сюда забраться, раскопал залежи военной техники, да ещё и приятелей с собой притащил. И именно этот последний факт, наличие лишних глаз и ушей, заботил меня сейчас острее всего.

— Привет, меня Рома зовут! — внезапно отмерев, радостно и приветливо помахал нам с Василисой длинноволосый паренёк, словно мы встретились на весёлом пикнике. — Я тут недавно, приехал бабушкин дом в наследство принимать!

— Привет, Рома, — безрадостно ответил я. — А скажи-ка мне, Роман… ты умеешь держать язык за зубами?

История Ромы не была какой-то оригинальной. Ему едва перевалило за двадцать. Родителей он потерял рано, воспитывался в детском доме, а недавно почила и бабушка, о которой он не знал. Вся эта суета началась с Гайка, рыская в поисках хозяев и наследников заброшенных участков, он основательно растормошил многие местные семьи. Большинство, без вопросов и не глядя, продавали дедовские развалюхи, но находились и те, кто внезапно вспоминал о родовом гнезде и решал начать всё с чистого листа, начинал самостоятельно заниматься своей недвижимостью, а кто-то и вовсе перебирался в посёлок. Рома был из таких, одинокий сирота, но парень на удивление светлый, приветливый и с явной музыкальной искрой. Когда-то он даже учился в музыкальной школе или вроде того, поэтому быстро сошёлся с ребятами из «Амбар-Драйва». Собственно, эта дружба и привела его сегодня на дно грязного котлована.

— А зачем? — он непонимающе заморгал, хлопая длинными ресницами.

— Сейчас сам всё поймёшь, — обречённо выдохнул я.

Наверху громко хлопнула дверца машины, и на край обрыва грузно шагнул Павел Семёнович. Он обвёл ошарашенным взглядом хаотичный пейзаж из свежевырытых нескольких ям и мгновенно нашёл крайнего.

— Вадим! Что это за возмутительное самоуправство⁈ Кто вообще дал разрешение⁈

Я стоически промолчал, подавив желание начать со стандартного «это не я» и утаив тот факт, что о существовании этого кружка очумелых археологов сам узнал от Василисы всего полчаса назад.

— Танк! — вдруг сорвавшимся голосом вскрикнул глава администрации.

Одетый в пятнистый рыбацкий камуфляж, судя по всему, звонок Василисы застал его прямо перед выездом на реку, он отважно сиганул в раскоп. Из земли торчала массивная башня и часть бронированного корпуса. Любому дураку было бы очевидно, что копатели наткнулись отнюдь не на безобидную корягу и не на ржавую раму от старой биндюги.

— Вообще-то, у нас тут сроду стоял танк на постаменте, — с важным видом краеведа сообщил Кузьма. — Стоял прямо около здания администрации, по левую руку.

— Там же сплошной бурьян, — осоловело пробормотал я, не отрывая взгляда от Павла Семёновича. Глава тем временем вскарабкался на броню и с ужасом заглядывал в чёрный зев открытого башенного люка, на дне плескалась грязная стоячая вода.

— Сейчас-то там кусты да сорняки, — согласился Домовой. — Но когда-то танк точно был. Только другой. Там стоял тяжёлый КВ, а эта крошка Т-34.

— И куда же он испарился? Или ты не в курсе? — я постарался спросить мягко. Мне совершенно не хотелось давить на Кузю и напоминать ему о тех временах, когда он долгое время пребывал в неадеквате из-за осквернённого Мегалита.

Кузя лишь беспомощно пожал плечами. Видимо, исчезновение многотонной боевой машины прошло мимо его замутнённого сознания.

Я бросил на Василису долгий, многозначительный взгляд и двинулся по широкой дуге в обход раскопа. На противоположной стороне я нагнал Павла Семёновича. Как я и предсказывал, он уже тихо подвывал, словно от невыносимой зубной боли.

— Павел Семёнович… — начал я, но глава ускользал от меня, он брёл вперёд, продираясь сквозь кусты.

— У-у-у, Вадим… У-у-у-у… — стонал он на ходу, хватаясь за голову. — Вот скажи мне честно, ты моей смерти добиваешься? Я же с сегодняшнего дня на официальном больничном! У меня эта… как её… подагра обострилась, кажется! Ты что, моё место занять хочешь⁈ Только скажи, я прямо сейчас рапорт об отставке напишу!

— Павел Семёнович! Ну что вы такое говорите! — возмутился я, догнав наконец тяжело дышащего главу.

— Что «Павел Семёнович»? Ну что⁈ — заворчал он, обречённо опустив плечи и глядя куда-то себе под ноги. — Я всю жизнь пашу на благо, а тут такое…

— Погодите-ка, — я перешёл к сути. — Тут люди говорят, что раньше в Колдухино был свой собственный танк. Вроде как стоял на постаменте.

— Да теперь-то какая разница… — отмахнулся он, но вдруг замер и подозрительно прищурился. — Погоди. Что ты имеешь в виду?

— Вы мне сначала проясните ситуацию, я же тут не так давно живу, местных тайн не знаю.

— Слушай, ну да, стоял. Как у всех нормальных людей, — буркнул глава.

— И куда же он мог подеваться? Согласитесь, многотонная бронемашина — это не иголка в стоге сена.

Павел Семёнович вздохнул, остановился и оглянулся по сторонам. Мы успели отойти от места раскопок шагов на пятьдесят и теперь стояли в зарослях. Мы были здесь совершенно одни.

— Ну, ты же понимаешь… — глава понизил голос до полушёпота. — Это были лихие девяностые. Беспредел, разруха… Мой позапрошлый предшественник, Леонид Данилович… в общем, он его куда-то продал.

— Э-э-э… Продал? Танк⁈ Куда? — я уставился на него в полнейшем отупении, категорически отказываясь верить собственным ушам.

— Да псы его знают! Чего ты ко мне пристал? — огрызнулся Павел Семёнович. — Говорю же, это было задолго до меня! Потом Виктор тут главой сидел, теперь вот я расхлёбываю. Время пролетело… Ох, как же быстро летит время! — он тоскливо посмотрел в небо. — Может, и правда ну её, эту администрацию? Подам в отставку. Буду рыбку ловить, на Волгу поеду, в Астрахань… Ты, кстати, бывал в Астрахани, Вадим?

— Павел Семёнович, соберитесь! — я вернул его с астраханских берегов на грешную землю. — Что по документам? Что по балансу?

— А что по балансу? — фыркнул он. — Как ты его спишешь? Он же памятник! Хвала небесам, за давностью лет никто с проверками по нему не приезжал, никому дела до него не было.

— То есть, де-юре на балансе посёлка прямо сейчас всё ещё находится танк? — резюмировал я эту потрясающую воображение информацию.

— Другой танк, Вадим. Другой! — в отчаянии простонал глава. — Там был тяжёлый КВ, а эта бандура в грязи — Т-34!

— Павел Семёнович, вот давайте сейчас без этого бюрократического формализма! Такой, другой… Мы с вами не в автосалоне комплектацию выбираем! Как говорил великий кот Матроскин, по квитанции корова рыжая одна, брали мы её одну, сдавать будем тоже одну, чтобы не нарушать отчётности! — я говорил с напором, с жаром и эмоционально, целенаправленно продавливая главу на единственно верное решение.

— Ладно, пёс с ним, пусть это неважно, — сдался он, не найдя сил спорить. — Но наш-то должен чинно стоять на постаменте, а не плавать в грязном болоте у дамбы, как пучеглазая лягуха! Ты же понимаешь, что сейчас начнётся? Примчатся журналисты, военкомат, полиция! Начнутся проверки! Меня спросят: «Как допустил⁈ Что разрешил⁈» Меня же под суд отдадут! Или просто взашей погонят! Ы-ы-ы! — он снова жалобно завыл.

— Да, я всё прекрасно понимаю. Поэтому, Павел Семёнович, давайте поступим так, — мой голос звучал уверенно. — Вы прямо сейчас спокойно уезжаете в отпу… в смысле, на свой законный больничный. Лечить подагру. А мы тут сообща ситуацию с танком по-тихому разрулим. Ямы зароем, следы скроем, бронемашину отмоем и тихонечко закатим на постамент. И пусть он там себе дальше стоит до скончания веков.

— У него же на броне был серийный номер… инвентарный… — слабо запротестовал мэр.

— Всё сделаем. Нарисуем любые номера. Вы, главное, берегите нервы и не переживайте. Но у меня есть условие, — я решил наполнить наши договорённости конкретными деталями.

— Замом моим хочешь стать? — обречённо вздохнул Павел Семёнович. — Антонина, конечно, смертельно обидится, но ладно…

— Каким ещё замом? Не надо меня никаким замом! Нет, — опешил я. — Во-первых, вы сейчас возвращаетесь, для проформы жутко ругаете ребят и требуете, чтобы они держали языки за зубами. Во-вторых, мы возвращаем танк на место, но абсолютно без пафоса. Без ваших любимых красных ленточек, без торжественного открытия, речей, журналистов и прочей шумихи.

— Что ты, что ты! Боже упаси! Конечно, дело-то крайне деликатное, требует тишины. Какая шумиха, что ты! — он замахал на меня руками.

— Значит, проворачиваем? — я выжидающе посмотрел ему в глаза.

Павел Семёнович тяжело вздохнул:

— Опять ты меня в какую-то хрень втягиваешь, Вадим…

* * *

Через полчаса раскопки были окончательно свёрнуты, а самих копателей мы выпроводили, слегка припугнув для профилактики всякого рода ответственностью.

Они собирались со смешанными чувствами. Виктор звал Руслана помузицировать, а тот в ответ предложил посидеть и поиграть у него в новом доме, куда Оборотень совсем недавно переехал. Домовой Кузьма активно голосовал за турнир на плейстейшен, и я лишь тихо порадовался тому, как легко и органично его принимают в компанию. Вообще, это было поразительно, все окружающие воспринимали Кузю как нечто само собой разумеющееся. Никто даже не задумывался о том, что он совершенно не стареет и живёт неизвестно где.

Роман же, загадочно улыбаясь, уклончиво сообщил, что планирует пойти на свидание, поиграть на гитаре для одной прекрасной девушки.

Павел Семёнович, щедро вывалив на парней весь свой запас чиновничьих угроз, нервно утёр пот со лба и уехал. Следом за всеми отбыла и Василиса. Она привычно пустила в ход магию, ловко деактивировала старые мины, забрала всё найденное оружие, коротко кивнула мне на прощание и была такова.