Читаем Во славу отечества онлайн бесплатно

⠀⠀

Офицер, изображённый на старинном портрете, — герой Отечественной войны 1812 года, участник Бородинской битвы и многих других сражений. Его звали Александром Александровым.

Александров начал службу простым солдатом. В одном из боёв он спас раненого офицера и был награждён Георгиевским крестом.

Александров первым кидался в атаку, искусно владел саблей, всегда был готов прийти на выручку товарищу. Сам Михаил Илларионович Кутузов, знаменитый полководец того времени, взял Александрова к себе ординарцем.

И долгое время никто не знал, что под именем Александра Александрова сражалась с врагом замечательная русская женщина Надежда Андреевна Дурова.

⠀⠀

⠀⠀

Андрей Васильевич Дуров командовал эскадроном в гусарском полку. Во многих походах бывал вместе с ним храбрый гусар Астахов.

— Вот родится у меня сын, — говорил Андрей Васильевич Астахову, — будешь его воспитывать. Научишь крепко держаться в седле, рубиться, стрелять — всему, что надобно знать будущему воину.

Но не сын родился у Дурова, а дочь. Её назвали Надеждой. Нянчить всё равно пришлось гусару Астахову.

— Вот забота, — загрустил он, разглядывая смуглое личико в нарядном кружевном чепчике. — Что мне с тобой делать? Чем занять?

Ничего не придумал и пошёл с девочкой на руках в конюшню. А там гусары лошадей чистят, сабли точат. Девочка глядит во все глаза: интересно! Астахов повеселел. По целым дням проводил с девочкой в конюшне. Сажал её на лошадей, давал поиграть своим пистолетом. «Щёлкай курком и не бойся: пистолет не заряжен». Вечером гусар-нянька нёс девочку к военным музыкантам, и она засыпала под походный марш.

Так и росла. Без памяти любила лошадей и знала все кавалерийские команды. Заберётся в седло и кричит во всё горло:

— Эскадрон! Направо заезжай! С места марш-марш!

— Не барышней бы тебе родиться! — вздыхал Астахов.

⠀⠀

⠀⠀

Андрей Васильевич вышел в отставку. Дуровы поселились в небольшом городке. Жизнь потекла тихо, размеренно.

К маме пришли гости. А Надежда скачет по комнатам, кричит: «Направо заезжай!» и плачет, если не дают поиграть пистолетом. Стыд и срам!

Надежда узнала, что девочкам полагается себя вести совсем не так, как мальчикам. Мальчики скачут, шумят, а девочки сидят тихо. Мальчиков учат разным наукам, готовят к военной или государственной службе, а девочкам всего только и надо, что уметь шить, вязать и плести кружева.

— Ты должна стать хорошей хозяйкой, — говорили ей дома. — Ничто другое тебя в жизни не ждёт. Такова судьба всех женщин.

В те времена девочка и мечтать не могла, чтобы самой решать, кем ей быть в будущем, чем заниматься.

А какие трусихи все её сверстницы!

— Хотите, я ночью пойду на кладбище? — спрашивает их Надежда.

Девочки бледнеют. «Ах, ах! И подумать страшно!»

А Надежда уже ходила. И ничего страшного.

«Какая несправедливость, что я родилась девочкой!» — Надежда глядит в окно: там простор и свобода.

«Ну, вот! Опять все нитки перепутались!» Кружево безнадёжно испорчено. Опять её накажут и поставят в угол.

⠀⠀

Надежде исполнилось десять лет. «Хватит сидеть на привязи! — думает девочка. — Надо действовать. Надо готовиться к самостоятельной жизни. И первым делом выучиться ездить верхом и стрелять».

Надежда смастерила лук и стрелы, спрятала в дальнем углу сада. В доме валялось сломанное ружьё, Надежда отнесла ружьё в свой тайник. Потом туда перекочевала старая отцовская сабля.

Стоит матери отвернуться, Надежда стремглав летит в сад. Стреляет из лука, играет с ружьём и саблей. Целый день бы здесь провела, но её уже ищут, зовут.

На удивление всем Надежда терпеливо сидит за кружевом. Можно и потерпеть, если уже принято твёрдое решение бежать на волю.

⠀⠀

Алкид появился, когда Надежде исполнилось двенадцать. Красавец конь. И строптив. Никому не подчиняется, кроме Андрея Васильевича. Отец, отличный наездник, сам выездил Алкида.

Надежда встаёт утром пораньше, бежит украдкой в конюшню к Алкиду.

— Алкид! Умница! Хлеба хочешь? И сахару я для тебя припрятала. Сейчас у конюха овса попрошу. — Надежда подолгу говорит Алкиду ласковые слова и, встав на цыпочки, гладит строптивого коня.

Скоро Алкид стал ходить за Надеждой, как кроткая овечка, ласково трогал губами волосы.

По ночам она украдкой выводила коня из конюшни, в саду отыскивала пень или бугор, чтобы забраться Алкиду на спину.

Луна освещала спящий город, широкую спокойную Каму, сосновый бор, которому нет конца и края.

«Лети стрелой, мой верный Алкид!»

⠀⠀

⠀⠀

Под утро Надежда возвращалась домой, ставила Алкида в конюшню и ложилась спать.

Но в конце концов её ночные прогулки открылись. Непослушная дочь была наказана, однако матери всё же пришлось смириться с тем, что Надежда больше всего на свете любит лошадей.

Отец подарил ей Алкида, стал брать с собой в дальние прогулки верхом.

— Ты мне напоминаешь мою молодость, — говорил отец. — Умеешь красиво сидеть в седле, ловко управляешь лошадью. Если бы ты родилась мальчиком, такой сын был бы честью нашей фамилии.

Надежда думала про себя:

«Теперь уже недолго осталось ждать. Я стану, отец, тебе настоящим сыном. Я сделаюсь воином и докажу, что участь женщины может быть совсем иной…»

Отцовская сабля теперь висела на стене в её комнате.

Всё чаще слышала Надежда разговоры, что России войны не миновать. Император Франции Наполеон завоевал много стран и народов. Того и гляди, он двинет своё войско в Россию.

⠀⠀

⠀⠀

В городе остановился на отдых полк казаков. Казаки возвращались к себе домой — на Дон. Надежда вдруг поняла, что настало время действовать.

Офицеры казачьего полка часто бывали у гостеприимного Андрея Васильевича. Он ездил с ними на прогулки и не мог понять, почему Надежда не просит, чтобы оседлали Алкида, почему прячется у себя в комнате.

Наконец казачий полк получил приказ выступать. Надежда глядела из окна на проходившую конницу. Пора! Заплакала. Сняла со стены отцовскую саблю.

— Я буду носить тебя с честью! — Надежда поцеловала клинок и вложила в ножны.

Настала ночь. Щёлкнули ножницы, скользнули на пол девичьи локоны. Надежда надела приготовленный казачий мундир, шапку с красным верхом. Повернулась к зеркалу. На неё глядел смуглый кареглазый юноша. Он торжественно произнёс, стараясь говорить грубым голосом:

— Меня зовут Александром. Я клянусь носить мужское имя и мужскую одежду до конца моих дней.

Своё женское платье Надежда оставила на берегу Камы. Отец всё равно не поверит, что она утонула: ведь вместе с ней исчезнет и Алкид. Но пускай так думают чужие люди.

Ночное небо было низким: тучи. Алкид пустился вскачь, но твёрдая рука всадника перевела коня на шаг. Путь предстоял неблизкий, надо беречь силы Алкида.

На прощание Надежда взглянула с горы на родные места. «Итак, я на воле! Свободна! Независима!»

⠀⠀

Командир казачьего полка с удивлением глядел на высокого стройного юношу:

— Ты кто? Зачем надел казачий мундир?

Юноша признался, что покинул дом самовольно, тайком от родителей.

— Я желаю иметь честь быть причисленным к вашему полку только на время, пока дойдём до места, где я могу вступить в военную службу. Я не могу быть счастлив ни в каком другом звании, кроме военного.

Полковник колебался. Желание мальчика достойно высших похвал. Но его родители наверняка уже пустились в розыски. Не нажить бы с ним хлопот. Однако, если его прогнать, он домой не воротится, поедет в одиночку искать войско и может попасть в беду.

— Так уж и быть, — решил полковник. — Ступай с нами. Сначала на Дон. А там видно будет.

Новичка прозвали в полку «камским найдёнышем». С каждым днём всё дальше и дальше уходил полк от родных мест Надежды Дуровой.

Она привыкала к военным порядкам. Службой «камского найдёныша» не мучили, но Надежда сама старалась не терять времени даром, училась по-настоящему владеть саблей, стреляла без устали из ружья и из пистолета.

Поход продолжался месяц.

На Дону полку был устроен смотр, и казаков распустили по домам, до нового похода.

Таковы были условия казачьей службы.

⠀⠀

Шёл 1807 год. На Дон пришла весть, что начинаются военные действия.

Завтра чуть свет и мы выступаем, — сказал полковник «камскому найденышу».

Надежду растрогало прощание казаков с родной станицей. Склонясь до земли, казак целовал ноги отца и матери а затем благословлял своих детей, упавших к его ногам Вот как ухолят на войну русские люди. Надежда печально опустила голову.

Если бы она, уходя на воину, могла сердечно попрощаться с родителями!

Казачий полк быстро продвигался к западной границе. Казаки острили свои пики и сабли.

В небольшом городке близ границы Надежда распрощалась с приютившим её казачьим полком.

Здесь стоял один из кавалерийских полков — уланский.

— Можете ли вы доказать какими-либо бумагами, что вы именно тот, кем себя называете? — спросил уланский офицер.

Ответ прозвучал чётко, по-военному:

— По окончании военных действий я обязываюсь доставить в полк всё, что нужно для подтверждения моих слов.

— Что ж, — сказал офицер, — я согласен поверить вашему слову. И надеюсь, что вы оправдаете моё доверие вашим поведением. Своего коня можете продать. Вам дадут казённого.

— Продать Алкида? — вскричала Надежда. — Ни за что! Я не расстанусь с моей лошадью!

Офицер улыбнулся: «Юноша — настоящий кавалерист!»

Новичка отдали в науку бывалому солдату. С утра новичок прилежно скрёб и чистил своего Алкида, седлал коня и рассёдлывал. Потом начинались уроки езды. Потом маршировка. Потом опять в седло. «Пикой коли!», «Саблей руби!» Тяжёлая дубовая пика выламывает руку, норовит вырваться и стукнуть по голове.

— Научишься! — ободрял ученика старый улан, лихой рубака. — Ты понятливый. Будешь молодец!

Ученик уставал смертельно, однако не показывал вида.

Вечерами Надежда отправлялась побродить по окрестностям. Глинистая земля усеяна камнями, у крестьян бледные и худые лица. Бедняки от зари до зари трудятся в поле, но едят хлеб колючий и чёрный, как уголь. Надежда попробовала крестьянского хлеба и есть не стала, хотя очень голодна — деньги, взятые из дому, подошли к концу. В огородах картофель уже выкопали, она ищет оставшиеся картофелины — принесёт в дом, где её поселили, отдаст сварить — вот и вся еда.

⠀⠀

⠀⠀

Учение закончено. Надежде выдали уланский мундир, высокий кивер, белую перевязь с подсумком, наполненным патронами. Солдаты говорят, что пришёл приказ выступать.

«Скоро первое сражение. Если меня убьют, что будет со старым отцом моим? Он любил меня…»

Слёзы капают на бумагу. Надежда пишет отцу первое после побега письмо. Просит отца простить её и позволить остаться в армии. Это единственный для неё путь стать счастливой.

⠀⠀

⠀⠀

Гремят пушечные выстрелы. Рокочут летящие ядра. Сверкая саблями, летит конница. Спокойной поступью, сосредоточенно, идут на неприятеля пехотные полки…

Уланский полк ходил в атаку поэскадронно. Сначала один эскадрон, потом другой. Надежда устремлялась в атаку с каждым эскадроном. Уланы думали, что новичок хочет показать, какой он храбрый. А Надежда просто не знала, что надо держаться своего эскадрона.

— Да зачем ты здесь?! — рявкнул на неё незнакомый улан.

Надежда вернулась к своему эскадрону, но не встала на своё место в строю. Опять умчалась поглядеть, что творится на поле боя. И увидела, как неприятельские кавалеристы окружили русского офицера, сбили с лошади. «Сейчас они его зарубят!»

С пикой наперевес Надежда помчалась на выручку офицеру. Её отчаянная смелость ошеломила неприятельских кавалеристов, они пустились наутёк от одного-единственного улана.

⠀⠀

⠀⠀

Русский офицер был тяжело ранен. Подоспевший солдат помог Надежде посадить раненого на Алкида, обещал доставить к своим и прислать лошадь тотчас же обратно.

Надежде пришлось добираться в эскадрон пешком. Вокруг кипел бой.

— Ты ранен? — спросили в эскадроне. — Твой мундир весь в крови.

— Я отдал раненому свою лошадь. И помог ему сесть в седло. Потому и мундир в крови.

— Ну, коли ты без лошади, то пошёл отсюда! — распорядился командир эскадрона.

Надежда поплелась за фронт. «Бедный Алкид! Зачем я так безрассудно отдала своего верного друга? Увижу ли я его?»

К счастью, Алкид не пропал, вернулся к ней. Но где-то с него сняли притороченный к седлу плащ, чемодан, исчез запас сухарей.

⠀⠀

Уланы стоят в лесочке. Им приказано быть на лошадях. Уже который день полк не знает ни сна, ни отдыха. Бывалые солдаты дремлют в сёдлах, а Надежда увела Алкида в сторону, легла на траву и тотчас крепко уснула.

По приказу полк умчался на рысях. Верный Алкид тревожно бил копытом, храпел и, наконец, добудился своего улана.

Ночь, лес, неприятель где-то близко. Надежда в бою не робела, а тут её нога не сразу сыскала стремени. «Куда же ушёл полк? Алкид, выручай!» Она опустила поводья и доверилась коню. Алкид помчал, перескакивая рвы и кусты. Через четверть часа Надежда присоединилась к своему эскадрону.

Наступила глубокая осень, беспрерывно льёт дождь. У Надежды нет шинели, мундир промок до нитки, зубы стучат от холода и ужасно хочется есть. А тут ещё Алкид потерял подкову, надо искать кузнеца.

Надежда попросила, чтобы её отпустили в ближний городок. Там она поставила Алкида в кузницу и зашла в один из домов погреться. Согрелась и уснула.

— Проснитесь! — кто-то тряс её за плечо. — Француз наступает! — она открыла глаза, её будил солдат. — Ядра летят в город! Поспешите!

Надежда опрометью кинулась в кузницу. Алкид стоял там же, где она его поставила. И, увы, не подкованный.

Через городские ворота не пробиться. Пушки, телеги с ранеными. Наконец ей удалось выбраться из города. Стояла глухая ночь. Алкид тревожно храпел, что-то чуя. И вдруг впереди открылась страшная картина. Громадное поле было сплошь усеяно телами погибших. «Война ужасна и бесчеловечна. Сколько людей уже потерял уланский полк, в котором служит Надежда!..» Но любовь к Отечеству заставляет солдата бесстрашно встречать смерть, мужественно переносить страдания.

…В эскадроне обрадовались её благополучному возвращению.