Читаем Ветер онлайн бесплатно

Глава 1. Где тьма, там и свет Над морем стоял туман. Казалось, там, в тумане, можно разглядеть берег, но Эйр понимала, что это плод её воображения. Она вся продрогла. Озноб сменил жар, перед глазами всё поплыло. Вдали, в дымке тумана, появился город. Прекрасный город на горе… Это не Атал – многоэтажные пластичные дома постоянно меняли очертания в туманной дымке. Это видение. Значит, скоро конец... Город растворился, на его месте появилась движущаяся точка. «Силы кончаются, пора», – ледяными пальцами она попыталась открыть коробочку. Но… точка двигалась, – что-то приближалось к лодке. Эйр в оцепенении смотрела, пытаясь разобрать, что это. Это птица! Неужели где-то рядом действительно есть берег? Огромная птица быстро приближалась. Вот она уже над лодкой, снижаясь, медленно описывала круги. Эйр в панике начала искать, куда спрятаться, но вспомнила, что Чёрная река – аномальная зона, над ней ничего не может летать. А крылатое чудовище словно не замечало границ Чёрной реки и готовилось броситься на добычу. Огромная, в два человеческих роста, птица теперь кружила так низко, что они с Эйр смотрели друг другу в глаза. Наконец птица решилась: толкнула девушку клювом на дно лодки, схватила когтями и стала быстро подниматься. Острый коготь проколол бок, потекла кровь. Сапог из одеяла слетел с ноги и упал в море. Задыхаясь от страха, Эйр крепко вцепилась в лапы птицы и посмотрела вниз, – лодка и Чёрная река стремительно скрылись из вида. Дух захватило, голова закружилась, отчаянно захотелось обратно в лодку, – за долгое время путешествия Эйр успела с ней сродниться. Но это было невозможно: птица летела очень быстро – теперь Эйр видела, как внизу большие волны бились о голые прибрежные скалы, оставляя на чёрных камнях водоросли и пену. Птица была пёстрая – коричневая с белыми пятнами, с острым жёлтым клювом, загнутым вниз. Очень тёплая, даже горячая. Эйр невольно прижалась к её животу, чтобы согреться, несмотря на ужасный запах перьев. Теперь они летели над сушей: туман рассеялся, прибрежные скалы остались позади, начался лес – густой, хвойный, там лежал снег. Эйр напряжённо вглядывалась, пытаясь обнаружить следы людей, но внизу мелькали только скалы и лес – дикие, холодные. На Атале было начало лета, а здесь, в южном полушарии, начиналась зима [5] . Вдали показались горы. Эйр догадалась, что птица несёт её туда, – такие огромные птицы не могут жить в других местах. Она бросит её в грязное холодное гнездо и… Мысли беспорядочно мелькали в голове. Надо что-то придумать. Нож! Он всё ещё висел на шее. «Лучше уж разбиться о камни. Быстро закончить всё. Бороться больше не за что». Из последних сил Эйр вытащила нож из чехла и резко воткнула в живот птицы. Та закричала, хлынули кровь и какая-то слизь. Птица стала снижаться, ещё сильнее сжимая когти, нанося всё новые раны. «Сейчас она сядет и разорвёт меня», – подумала Эйр, нанося удары снова и снова. Она уже не видела, куда бьёт, вся залитая птичьей кровью, но продолжала. Верхушки деревьев были уже совсем рядом. Птица обессилила и с криком разжала когти. Её добыча полетела вниз, на ёлки, а сама она, пролетев ещё некоторое расстояние, тоже упала. Ветки ломались, раздирали кожу, всё мелькало перед глазами – небо, горы, ветки, еловые иголки. Эйр упала на снег. «Она меня сейчас найдёт…» – мелькнула мысль. Эйр потеряла сознание. Сознание ненадолго вернулось. Послышались какие-то звуки. Было очень больно. Эйр приоткрыла глаза и увидела, что в сумерках вокруг неё стояли какие-то животные, похожие на волков Атала, – снизу они казались огромными, в половину роста человека. Их жёлтые глаза зловеще светились в темноте. Целая стая мохнатых монстров с длинной густой серой шерстью и спутанными гривами скалила зубы, пар шёл из открытых пастей, Эйр чувствовала их тепло и запах. Один зверь подошёл совсем близко, мощные лапы оказались прямо перед глазами, так, что можно было рассмотреть когти – длинные, острые, почти как у птицы. Ледяной ужас сковал всё внутри. От страха Эйр едва могла дышать. Совсем скоро корни деревьев, как длинные костлявые руки, равнодушно обхватят её кости... Подул ветер, с дерева упал большой красный лист и опустился рядом с огромной лапой. «Вот и всё», – Эйр снова потеряла сознание. «Чем так пахнет?» – Эйр приоткрыла глаза. Полумрак, деревянные стены, низкий потолок. Пахло дымом, потрескивали дрова. Что-то загорелось?! Не похоже… Да это же печка! Эйр никогда не видела печей, только читала о них в книгах и видела на картинках. Что-то готовилось на огне. «Чей это дом? Где я? Может быть, я умерла?» – Эйр захотела сесть, но не тут-то было – резкая боль пронзила тело. «Нет, жива». Одна рука в гипсе, другая забинтована. Тело от груди до ног тоже забинтовано, ноги в гипсе. Передних зубов нет. Что произошло? Она вспомнила, как била птицу ножом, а та сжимала её когтями. Потом треск веток, еловые иглы, запах смолы. Холодный снег, она вся в крови. Очень больно. Потом волки. Или какие-то чудовища, похожие на волков. Они точно были там. Что они с ней сделали? Надо вспомнить... Видимо, пришли люди и спугнули их. Людей было много, в лесном полумраке они суетились вокруг. «Держи её, дайте бинты, неси доски!» Стало тепло, она уснула. Эти люди говорили на аталском! В полусознании Эйр слышала и понимала, что они говорят. Получается, она как-то вернулась на Атал? Что это за странное место? Девушка огляделась. Деревянный дом, одна большая комната. Тепло, душно. Стол у окна, лавки вдоль стены, разная утварь. Это жилой дом. Кровать, где лежала Эйр, стояла в углу почти напротив входа. Это место можно было закрыть занавеской, но сейчас она была отодвинута в сторону. Дверь скрипнула, отворилась, и в дом зашёл… волк! Такой же, как те, что были тогда, в лесу. От страха Эйр зачем-то закрыла глаза, но тут же снова их открыла. Теперь возле двери стоял мужчина лет пятидесяти с чёрными с проседью густыми волосами. Крепкий, низкого роста, с бородой и мохнатыми бровями. Они с Эйр некоторое время удивлённо смотрели друг на друга. Повесив верхнюю одежду на крючок у двери, мужчина снял обувь, подошёл, едва заметно улыбнулся и спросил: – Проснулась? Хорошо. Тебя как зовут? Звуки его речи были непривычными, гортанными, но он говорил по-аталски! – Эйрлин, Эйр. Что со мной случилось? Где мы? – Говорить было трудно, в горле пересохло. Мужчина дал ей воды. – В стране Могар, в деревне Хэн Элам. Охотники нашли тебя в лесу, всю в крови. – Это Атал? – Нет, это земля Могар, Атал далеко. «Разве есть такая страна? Я не слышала раньше это название. Атал далеко… Значит, они знают об Атале», – Эйр задумалась. Где она оказалась? Но сейчас это не самый важный вопрос – нужно выяснить, что случилось, кто эти люди, и что с ней будет дальше. – Ты с Атала? – Да. Спасибо, что спасли. Там были волки. – Их не надо бояться. Бояться надо было птицу. А её больше нет! – Он засмеялся. – Не надо сейчас много говорить, отдыхай. – Как вас зовут? – Ашкар. «Опять эти шипящие звуки!» – огорчённо подумала Эйр. В это время в дом вошла молодая девушка с ведром, такая же низкая и крепкая, как Ашкар. – Это Зоя, моя дочка. Эйр приветливо улыбнулась, но Зоя исподлобья взглянула на неё и отвернулась. Стало неловко и неприятно. Необычные имена, на Атале таких нет. Какая у Зои шикарная длинная коса! Руки, ноги и пальцы у них короче и толще, чем у аталанов, волосы очень густые. Глаза – жёлтые. Эйр даже представить не могла, что у людей могут быть жёлтые глаза. Интересно, они светятся в темноте? Она пыталась осмыслить происходящее, сопоставляя факты: эти люди говорят по-аталски, её лодка больше месяца двигалась на юг. Как и экспедиция Элоана, более пятисот лет назад покинувшая Атал… – Вы аталаны, потомки Элоана? – предположила она. – Да. Море, лодка, кольцо, птица, нож, кровь, ёлка, волки, – события обрывочно мелькали в памяти, не складываясь в общую картину. Сил не осталось, Эйр закрыла глаза. Очень хотелось спать. Она проснулась от звуков голосов: хозяева о чём-то спорили или ругались. Эйр прислушалась и заглянула в щель между занавеской и стеной. Зоя возилась с печкой – её движения были резкими, нервными, Ашкар молча сидел за столом. – Пап, мы по уши в долгах! У нас ничего не осталось! – раздражённо сказала Зоя, не глядя на отца. Она старалась говорить тише, но это не очень хорошо получалось. Ашкар молчал. – Зачем ты согласился оставить её у нас? Сколько там было народу – никто её к себе не взял! А ты ещё и в долг влез, чтобы купить лекарства. Эйр поняла, что Зоя говорит о ней, и почувствовала себя виноватой. На душе стало холодно, комок подкатил к горлу. – Что ты предлагаешь? – спросил Ашкар. – Не знаю! Куда ни глянь, везде тупик! Ашкар вышел на улицу, Зоя присела на лавку у окна, взяла полотенце и стала теребить его в руках, чтобы успокоиться. Её маленькие, немного раскосые глаза злобно сверкали из-под густых бровей. Везде тупик… А теперь в её дом, в её убежище папа привёл совершенно незнакомого человека, за которым нужно ухаживать, кормить! Из города без конца теперь приезжают то врачи, то охранники, то какие-то начальники… У всех вопросы, претензии. И непонятно, чего можно ожидать от самой Эйр. Из-за занавески раздался кашель. Зоя раздражённо посмотрела в сторону её комнатки. Скорее всего, девушка слышала разговор. Ну и ладно. Резко достав горшок из печи, хозяйка положила кашу на тарелку и отнесла ей. – На, поешь, – холодно сказала Зоя. – Зоя! – Что? – У меня есть серьги. Они не драгоценные, но, может быть, получится хотя бы за сколько-нибудь их продать? – Кто тут, в деревне, купит серьги? – Возьми их тогда себе. – Не надо, спасибо. – Дай мне какую-нибудь работу. Я могу тебе помогать. – Какую я тебе дам работу? – Перебрать крупу для каши, например. Правая рука у меня хорошо работает. – Лежи, не выдумывай. Зоя закрыла занавеску и ушла. Эйр с трудом села, операясь на подушку, и поела. Это оказалось нелегко: из столовых приборов была только деревянная ложка с круглой чашей – как маленький половник. Приходилось выхлёбывать содержимое, Эйр было неловко – казалось, получается громко и неаккуратно. Кое-как она съела половину порции, а остальное решила оставить на следующий раз. Вернулся Ашкар. Зоя к этому времени немного успокоилась. Они принялись обсуждать дела. Эйр с интересом прислушивалась, пытаясь привыкнуть к их диалекту, – слова, по большей части, были ей знакомы. В них не было щёлкающих звуков, зато появилась шипящие и гортанные. Девушка пыталась понять, по каким правилам они заменяют звуки в знакомых ей словах. Постепенно она привыкла к этому варианту произношения, мысленно пробуя говорить, как они. Но некоторые слова совсем были ей были незнакомы: например, хозяева часто произносили слово «поросята». По контексту Эйр догадалась, что это такие домашние животные, которые живут в отдельном месте, в сарае. Один поросёнок заболел – хозяева были этим очень расстроены, обсуждали, как его лечить, несколько раз ходили в сарай. Эйр представляла себе этот сарай в виде открытого загона для скота, внутри которого находятся поросята. Почему-то в её воображении они были длинноногими, коричневыми, с небольшими рожками. – Провозился с этим поросёнком, а хотел за дровами ехать, – сетовал Ашкар. – Завтра съездишь. И погода, может, будет получше. Ходила за картошкой, сильно гниёт. Перебрала, как смогла. Не хватит до весны. – Лето сырое было, у всех её мало. Что это – «картошка»? Похоже, какая-то еда. Хозяева привычно делали свои ежедневные дела. – Снег идёт и идёт, – вздохнув, сказала Зоя, глядя в окно. – Да, навалило. Опять надо двор чистить. За дровами завтра поеду. – Сиди, я почищу. Как бы ты не заболел, промёрз весь. «Дрова» – опять незнакомое слово. «Я сейчас как таронцы», – мелькнуло в голове. От этой мысли стало больно и холодно в груди. Настроение испортилось, слушать хозяев расхотелось. В комнатку за занавеской пришёл Ашкар, чтобы обработать раны и дать лекарство. – Аскар, скажите, – тихо попросила Эйр, – что со мной? Как же сложно говорить без передних зубов! – Одна рука сломана, на другой глубокая рана. Ноги переломаны. Рана на боку большая. Промёрзла, простудилась. Но это всё подживёт! Главное – голова цела! Ребята наши охотились в лесу, увидели тебя и сразу прибежали за мной. Я хоть и не доктор, но кое-что понимаю – наложил шины, остановил кровь, обезболил. Тебе повезло – ты упала на ёлку, а потом на снег, ногами вниз. «Вот это везение так везение», – подумала Эйр, грустно вздохнув. Ашкар продолжал: – Принесли тебя к нам домой, а тут староста уже дожидается – что да как, интересуется. Глаза вытаращил! Не может поверить – как это в нашем лесу аталская девчонка с неба упала? И птица-крон раненая лежит. Позвонил в город, доложил, – у нас в деревне есть телефон, в правлении стоит. Приехали военные, начальники какие-то и доктора на машине. Хотели тебя забрать, да доктора не разрешили. Собрали мужиков, привезли птицу из леса, погрузили и уехали. Она уже была мёртвая. А доктора остались, осмотрели тебя, всё, что надо, сделали. Сказали: раны хоть и выглядят страшно, но внутри всё цело. Ноги только сильно поломались, но тоже – операции не нужны. Спросили, где доктор, что в лесу первую помощь оказал? А откуда тут доктор? Так и так, говорю, я всё делал с мужиками. Удивились, похвалили. Стали рассуждать, как тебя в город везти, – дорога плохая, путь не близкий, холодно: как бы хуже не сделать. Я и говорю: пусть тут побудет, подлечим. Уколы делать я умею. Они и согласились. Будешь пока с нами жить, мы люди простые, деревенские. А потом тебя в город заберут. Расскажешь, откуда взялась, как летела, как падала. Поспи пока. – Кто меня заберёт? Зачем? – Самый главный в стране начальник у нас называется вождь. Будет тебя допрашивать. За столько лет ведь никто с Атала до нас не добирался! – Почему? Аталаны прибывают сюда на лодках каждый год. – Нет, никого из них мы не видали. – вождь меня допросит, а что потом? – Дело тебе какое-нибудь найдёт. На Чёрную реку точно не отправит! Ладно, пойду на двор, пока светло. Потом ещё поговорим, время будет. Хозяева ушли во двор делать дела, а Эйр осталась лежать в своей кровати. Ни руками, ни ногами пока шевелить нельзя – очень больно. Оставалось рассматривать предметы на стенах, узор на занавеске – вьюнки с листьями и цветами, почему-то разного вида – колокольчиками и ромашками. Она задремала и проснулась уже ближе к вечеру. «Как жить в этой странной стране? Зачем? Надо найти способ вернуться на Атал. Ведь если можно попасть сюда, наверное, можно и обратно? Надо вернуться обязательно, любой ценой. Мы прогоним таронцев и снова закроем Атал... Даже если не смогу больше ходить, поползу туда». Накатила такая тоска... Слёзы текли, хотелось исчезнуть, раствориться, уснуть и не просыпаться. Потянулись однообразные дни: Эйр лежала за своей занавеской, хозяева занимались делами. Иногда заходил Ашкар, чтобы обработать раны и дать лекарства. Он был дружелюбен и приветлив, а вот Зоя… Она всячески демонстрировала своё недовольство, почти не разговаривала с Эйр, но её взгляд говорил красноречивее всяких слов. Несмотря ни на что, Эйр вела себя приветливо и вежливо, стараясь лишний раз не раздражать хозяйку. Иногда это бывало трудно, но она продолжала, – у них с Зоей словно началась игра: Эйр чувствовала, что рано или поздно тактика сработает и она обязательно выиграет. С каждым разом она замечала, как понемногу, едва заметно, взгляд Зои теплел, слова становятся мягче, она всё дольше задерживалась рядом с Эйр. Как будто сердце Зои хотело открыться, но разум сопротивлялся. Однажды вечером, когда Эйр уснула, Ашкар спросил дочь: – Дочка, что с тобой? Отчего ты опять грустишь? – Из-за Эйр. – Что она тебе сделала? – Что она могла мне сделать? Это я её обидела. Вот характер у человека! Не раздражается, не злится. Она очень хорошая. Но теперь у меня не получится наладить с ней отношения! Когда я с ней заговариваю, сразу начинаю злиться на саму себя из-за того, что была к ней несправедлива! Ты же знаешь, как трудно для меня попросить прощения! А делать вид, что ничего не произошло, совесть не позволяет. Отец с дочерью некоторое время молчали, разглядывая пламя свечи. У Зои, действительно, не получалось просить прощенья. Для неё это представляло огромную проблему – она могла даже заболеть, впасть в уныние, надолго уйти в себя, – только бы не произносить это страшное для себя слово: «прости». За всю свою жизнь она его так ни разу и не произнесла. Для неё это означало сдаться, потерять себя. Зоя вывела для себя формулу: если уж и признавала себя виноватой, то объясняла, почему так сделала, и добавляла, что этого больше не повторится. А тут… Что она сможет объяснить? – Она попала в такую беду, а я сделала ещё хуже… Гадко-то как! – Да… – тихо сказал Ашкар. – Я тогда, в лесу, подумал: а если бы с Зоей моей какая беда приключилась? И ей бы никто не помог? Девушка закрыла лицо руками. Она не плакала, но отец обнял её, и они долго так сидели в темноте. Утром Зоя принесла Эйр завтрак – молочную кашу с хлебом. – Доброе утро! – приветливо сказала Эйр. – Спасибо! – Доброе утро – ответила Зоя и улыбнулась. Улыбнулась? Зоя не уходила. Это довольно странно. – Я никогда в жизни не ела такого вкусного хлеба, – сказала Эйр, чтобы завязать разговор. – Правда? На Атале какой-то другой хлеб? – В голосе Зои не было холода, как раньше. – Да. Мы сами его не печём, покупаем в магазинах. Он другой по вкусу. – Хочешь, ещ ё принесу? – Нет, спасибо. Девушки внимательно рассматривали друг друга. Эйр обрадовалась, что Зоя вдруг стала такой дружелюбной, и соображала, какую бы ещё тему найти для разговора. – Эйр… – Что, Зоя? – Знаешь, я… мне было очень плохо. Столько бед навалилось, а тут ты появилась... – Я тебя понимаю. Я упала на вас, в прямом смысле этого слова, и создала кучу проблем. – Нельзя этого никак понять! Я повела себя ужасно! Как бы тебе плохо ни было, нужно оставаться человеком. Девушки на некоторое время замолчали. Обе чувствовали одно и то же: они близки по духу и обязательно подружатся. – Я не хотела этого. Больше я не буду так… делать. Вот и закончилась странная игра, в которой выиграли оба игрока. В этот момент Эйр показалось, что с души свалилась тяжесть, но легче не стало, – больше не в силах сдерживать себя, она разрыдалась. Зоя обняла её. Эйр плакала и никак не могла успокоиться, – слёзы лились рекой. Одеяло намокло, а слёзы текли и текли. – Всё будет хорошо, всё пройдёт, – приговаривала Зоя, вытирая ей слёзы полотенцем. – Когда у меня что-то совсем плохое случается, я себе говорю: «Зоя, это был сон». Вот ты тоже так попробуй. Это был сон, он был – и прошёл. Голос Зои нежный, тёплый, она говорила, как с маленьким ребёнком. Как же давно Эйр не слышала такого голоса! Как нужно ей сейчас это человеческое тепло! Ну вот, кажется, полегчало. Теперь можно и поговорить. – Зоя, как отсюда можно вернуться на Атал? – Если бы это было можно, мы уже все давно бы были там, – ответила Зоя. – И Элоан хотел вернуться, да не смог. Не плачь. Когда тебе нужно, зови: «Зоя!» Я побуду с тобой. Эйр улыбнулась и кивнула. – Расскажи мне про вашу страну, – попросила она. – Хорошо, – радостно поддержала Зоя и уселась поудобнее. – Давным-давно, примерно пятьсот лет назад, на Атале жил учёный и изобретатель Элоан. Он собрал сорок кораблей и покинул Атал в поисках новых земель. Как Элоан узнал, что эти земли тут есть, не могу сказать, не знаю. У него был какой-то прибор, который указывал путь. По дороге случилась буря, утонули два корабля. А остальные прибыли сюда, в Могар. Это государство древнее, тут жили и правили волки, называются они могары. Да, да, волки, только не обычные, а очень умные, как люди. Они общались с помощью мыслей и могли колдовать. Они не жили в лесах и пещерах, как дикие, а использовали волшебство, чтобы строить дома. Им не понравилось, что приехали чужаки. Вождём у них тогда была волчица – Энер, умная, сильная колдунья. Элоан пошёл с ней договариваться. – Зоя, – прервала Эйр, – а как они могли договориться? Могары что, знали аталский? – Не знали. Но очень быстро его выучили. Как я уже сказала, они были очень умные и умели колдовать. Поэтому мы, люди, могарский не знаем, – волки разговаривали с людьми только на аталском. Энер разрешила путешественникам остаться в стране, но поселиться в местах, отдалённых от их городов. Обратно на Атал отсюда вернуться нельзя. Есть причина, но я не знаю, какая. В общем, они остались тут. Построили дома, только эти дома были не очень хорошие. Здесь ужасно холодно, снег лежит почти полгода, морозы сильные, а лето тёплое, но короткое. Растёт всё плохо. И сейчас, в общем-то, не лучше, хоть мы и приспособились, – иногда урожай такой плохой, что в стране бывает голод, люди гибнут даже. В деревне попроще – у нас своё хозяйство, можно охотиться. А в городах в голодные годы – беда. Люди с Атала не привыкли к такому, начали болеть и умирать. Мало их осталось. Элоану стало не до исследований – выжить бы в этом холодном и диком краю. Он пошёл к Энер просить помощи и совета. Тогда она предложила людям стать волками, как они. В тёплой шкуре, с быстрыми ногами выжить в этих местах проще. Элоан согласился, и Энер его укусила. Ну и поколдовала, конечно, тоже. Элоан стал волком, как она, но мог превращаться обратно в человека, когда хотел. Остальные люди тоже попросили превратить их в волков. Теперь они могли охотиться в лесах, переносить морозы, благодаря чему и смогли выжить. В этом облике они могли поселиться в тех же городах, где жили могары. Они женились, выходили замуж. Потомство смешанных браков было крепким, и через некоторое время остались только люди, которые могли превращаться в волков. Я тебе сейчас покажу, ты только не пугайся. Зоя присела, наклонилась немного вперёд – и превратилась в волка! Такого же, как те, что окружили Эйр в лесу. Эйр смотрела и не верила глазам. А волчица Зоя как будто улыбалась и виляла хвостом. Потом она поджала лапы и снова превратилась в человека. – Вот так! – Как это… возможно?! – Мы рождаемся такими. Женщина перед родами должна стать волчицей, родить волчонка, выкормить его, а потом, когда его голубые глазки станут жёлтыми, научить превращаться в человека. Волчонок обычно рождается один, иногда – два. Редко – три. – Получается, вы общаетесь с помощью мыслей? – Волк с волком, волк с человеком. А человек с человеком – нет. – То есть когда ты волк, все могут узнать твои мысли? – Нет, ты сам должен передать то, что нужно знать всем. Если этого не сделать, о твоих мыслях никто не узнает. – Ты можешь превратиться в волка в любой момент, когда захочешь? – Да. Хотя нет... Если на мне будет железный ошейник – не смогу. Почему-то с ним превращение невозможно. – А одежда как же? – Она превращается в шкуру. Если одежды не будет, шкура будет всё равно. Это надо, чтобы потом быть в одежде, когда обратно станешь человеком. Нам зимняя одежда почти не нужна – превращаешься в волка в лёгкой одежде, идёшь на мороз, а в шкуре тепло! – А если у тебя будет сумка? – Сумка, как и одежда, превратится в шерсть. И то, что в ней, тоже. Звучит невероятно, но всё, что можно нести в руках в человеческом облике, превратится в шерсть. – Получается, если ты возьмёшь меня на руки и превратишься в волка, я превращусь в шерсть? – Нет, для живых существ это правило не работает! Например, если я буду держать в руках кошку и превращусь в волка, кошка останется кошкой. Все эти превращения сейчас уже не так важны для выживания. Мы привыкли – удобно бегать в волчьей шкуре по улице в холода. Всё время быть волками нельзя, так как лапами много не сделаешь, – нужно строить дома, сажать огород, выращивать животных. Колдовать, как древние волки, мы не умеем. Но мы храним некоторые волчьи традиции: например, у нас есть праздник – «Дикие танцы» называется. Он проходит в первый день весны. С древних пор волчья молодёжь собиралась в этот день, ровно в полночь, все поднимались на какое-нибудь высокое место и начинали выть. А потом танцевали дикий танец до тех пор, пока не падали от усталости. Считалось, что этот вой даёт силу земле Могара. А тем, кто воет, наоборот, планета даёт силу. И сейчас мы так встречаем новый год – он начинается в первый день весны. На празднике зажигают факелы, жгут костры. Нужно прийти в человечьем облике, но обязательно в костюме какого-нибудь животного и обязательно в маске, – так, чтобы тебя не узнали. Потом, в полночь, мы превращаемся в волков и воем, а потом танцуем дикий танец под барабанный бой, как наши дикие предки. Это, пожалуй, самое интересное, если вспомню что-то ещё, расскажу. А в остальном мы – обычные люди. – У вас глаза при свете Зиндара светятся? – У нас тут нет Зиндара, только Орнадар. Когда мы волки, светятся при любом свете. – А я могу стать волком? Может, ты меня тоже укусишь? Зоя засмеялась. – Нет! Раньше людей кусала только одна Энер. И говорила заклинание. Для этого нужен такой же сильный волшебник, как она. А их в Могаре уже нет. С той поры, как всё это случилось, наш народ живёт одной мечтой – вернуться на свою родину, на Атал. Я верю, что однажды так и будет. Каждый год оттуда приплывает лодка, значит, найдётся способ туда попасть. – Да, только на Атале никто не знает, что ждёт человека из этой лодки. Зоя, про ту огромную птицу ты что-нибудь знаешь? – Про неё я тебе завтра расскажу. Сейчас отдохни, обдумай всё и спи. Видишь, волки не опасны, а птицы больше нет. Ты в безопасности, всё хорошо. Зоя ушла, закрыв занавеску, а Эйр лежала и размышляла о том, что видела и слышала. Люди-волки – невероятно! На Чёрной реке казалось – все приключения позади, а нет: они, оказывается, только начались. Зоя так легко превратилась в волка! Она не прикладывала никаких усилий, не говорила заклинаний. Выходит, в дом действительно заходил волк, который на самом деле был Ашкаром. Или Ашкар был волком? Интересно, можно ли этому научиться? Эйр представила себя волчицей – вот она несётся по лесу в сторону тёмных гор. Снег искрится, летит, тает на шкуре и превращается в льдинки. Свободная, здоровая и счастливая… Снег! Как она мечтала оказаться в стране, где зимой лежит снег, а времена года отличаются друг от друга! Вот, оказалась. Верно говорят: бойся своих желаний. Страна только не та. Но и эта, кажется, тоже довольно интересная. Тем более, теперь у Эйр появилась подруга. Стало так хорошо, легко на душе. Всё плохое, что было в прошлом, это сон… интересная идея. Стоит взять на заметку. На следующий день Зоя сама обработала раны Эйр, сделала укол, дала лекарство. Какая же лёгкая у неё рука! Совершенно не больно. Быстро закончив процедуры, Зоя села рядом и продолжила рассказ: – Та огромная птица называется крон. Она живёт в горах и раз в сто лет рождает двух птенцов, самца и самку. Когда они вырастают и вылетают из гнезда, мать бросается в море и умирает. Получается, самка всегда одна, а самцов несколько. Самцы тоже перед смертью улетают и погибают в морских волнах. Из всех птиц только кроны могут летать над Чёрной рекой. Они живут, охотятся на диких зверей, пока не вылупятся птенцы. Чтобы их выкормить, надо раз в год приносить им либо могара, либо человека. Этого достаточно, основная пища кронов – животные. Но если птенец не поест человеческого мяса, он погибнет. Поэтому каждый год самка крона хватала волка или человека и относила птенцам. Пробовали убить крона, но никакое оружие не приносило ему вреда. Потом Энер что-то наколдовала, и аталаны сами стали присылать человека в жертву крону. Он плыл в лодке, а птица летела навстречу, забирала его и несла птенцам. Обычно человек был уже без сил, полуживой, крон мог его легко схватить и унести. С тех пор птица больше не прилетала сюда, мы её уже давно перестали бояться. Когда приходила пора забрать жертву, она вылетала с гор на Серые скалы, к морю. Это глухие, пустынные места далеко отсюда. Там она вылетала на Чёрную реку и кружила, ожидая лодку. – Почему её не могли убить? Обычная же птица, только большая. – Всех интересует этот вопрос. Папа сказал, что военные забрали мёртвого крона в город. Будут выяснять, как это вышло. Когда её нашли, поняли, что она убита ножом, который лежал неподалёку от тебя. Это же ты сделала? – Да. Было очень страшно. Я хотела спастись. – Ты её тогда сильно ранила. Она умерла на следующий день. – А птенцы? – Погибнут без матери. Но зато теперь человеческие жертвы больше не нужны. – Но ведь… человек в лодке мог и погибнуть. Или мёртвых она тоже ест? – Нет, видимо, все доживали, раз птица столько лет нас не беспокоила. Вождь поручил разобраться в ситуации и выяснить, почему крона раньше никто не мог убить, а ты смогла. А вдруг ты и есть посланник? – Кто? – Посланник с Атала, с появлением которого в Могар придут счастливые времена! Честно говоря, мы себе представляли этого посланника таким богатырём… Даже есть сказка, где он приплывает по Чёрной реке, – высокий, красивый. Убивает крона, останавливает Чёрную реку, снимает с нас заклятие, и мы все вместе возвращаемся на Атал! Но ведь нигде не сказано, каким этот посланник будет на самом деле. Почему это обязательно должен быть мужчина? – Как же он останавливает Чёрную реку? – взволнованно спросила Эйр. – Во времена Элоана в лес упал метеорит, из которого сделали магический жезл. Им Элоан и Энер хотели остановить Чёрную реку. С ними был ещё один могарский волшебник по имени Мальфар. Но что-то не получилось, жезл взорвался, разломился на две части – одна из них упала в море, а вторая осталась. От взрыва Элоан сильно пострадал. Умирая, он сказал, что придёт с Атала посланник, соединит обе части жезла и принесёт счастье народу Могара. Вот это поворот! Вот почему они о ней заботятся. Плохи дела… Что сделают могары, когда узнают, что Эйр никакой не посланник? – Нет, Зоя. Обычно посланник знает, кто его послал и зачем. А я сюда попала по ошибке. На Атале вообще пока не знают, что тут есть остров, чтобы сюда кого-то посылать. Прошло два дня. Приехал врач из города. Обрабатывая самую большую рану на боку, он спросил: – Эйр, вы можете вспомнить, как появилась эта рана? – Конечно. Когда птица схватила меня, они разрезала мой бок когтями. А потом, когда летели, сжала когти, и получилась ещё одна рана, рядом. На руке рана тоже от когтей. А всё остальное – результат падения. – То есть вы хорошо помните всё, что случилось? – Да. Я не помню только события, которые произошли с момента падения до того, как я очнулась в этом доме. – Удивительно. Вы рассуждаете очень здраво после всего, что произошло. – Видимо, голова не пострадала, – с улыбкой заметила Эйр. – Что не может не радовать. Доктор, вы знаете, почему птицу нельзя было убить? И почему мне это удалось? – Знаю. Учёные изучили её и выяснили, что вся кожа крона под перьями очень твёрдая, как металл. Её нельзя пробить оружием. Только на животе есть небольшой участок обычной кожи, который защищён мощными лапами. Получается, убить или ранить крона мог только тот, кто находился в её когтях. Эйр, Ашкар и Зоя слушали и не могли поверить. Всё оказалось так просто! Все кроны погибали в море, поэтому никто не мог узнать про эту особенность. – Почему у вас оказался нож? – спросил доктор. – В лодке был нож в чехле, на ремне. Я повесила его для удобства на шею. И ещё… под его тяжестью одеяло лучше прилегало к телу, так было теплее. То, что нож на ремне оказался в лодке, просто счастливая случайность. – Я вот думаю, – вступил в разговор Ашкар, – как птица-крон прилетела в эти места? Она всегда прилетала и забирала свою жертву намного севернее, в Серых скалах. Если бы птица забрала Эйр там, она бы погибла, – там нет людей. Сфера, таронцы, катера, птица – события снова замелькали в памяти. А может быть… дата на перевёрнутом браслете таронца была верной?! – Я, кажется, поняла! – взволнованно произнесла Эйр, привстав с подушки. – Меня отправили на Чёрную реку на день раньше! Они, видимо, хотели сохранить это в тайне, может, чего-то опасались. Я сидела в лодке лицом к корме, когда увидела птицу. То есть она летела с севера на юг. Вылетев с Серых скал, она полетела на юг над рекой, догоняя лодку. Скорее всего, она прилетела на Серые скалы в обычное время, не нашла меня и полетела искать. И так оказалась здесь. Эйр была очень взволнована. У неё задрожали руки, поднялась температура. Врач сделал укол, дал Ашкару лекарства и рекомендации. – Скоро она уснёт, пожалуйста, постарайтесь обеспечить ей покой. Не расспрашивайте пока. Я скоро опять приеду. Да, ещё возьмите, – он передал Ашкару конверт. – Это компенсация ваших расходов. Вождь распорядился передать вам – он держит ситуацию на контроле. Ашкар растерянно стоял, глядя на конверт. Доктор пожал ему руку, попрощался и уехал. Глава 2. Открытия Каждый день рано утром Эйр просыпалась от одного и того же запаха: на печи варились зерно и картофель для поросят. Она лежала, не открывая глаз, и вдыхала этот простой, приятный запах. Запах спокойствия, тихого домашнего счастья, – она его как будто физически ощущала и чувствовала его лечебный эффект. Тихо трещали дрова, время текло медленно, а под одеялом так тепло, уютно. Потом Эйр открывала глаза и тихонько наблюдала в щель между шторой и стеной, как Зоя хлопотала на кухне в свете печи и керосиновой лампы. Заметив, что Эйр проснулась, она помогала ей умыться, давала лекарства, обрабатывала раны и открывала штору. Только теперь эта шторка с вьюнками почти не закрывалась – все трое вместе ели, обсуждали планы, делились новостями, шутили, смеялись. По вечерам рассказывали сказки, разные истории, бывало, даже пели песни. Однажды Ашкар поймал на охоте небольшого зайца. – Вот это да! – обрадовалась Зоя. – Сегодня устроим пир! Давно мы мяском не баловались! Зоя принесла с погреба полведра мелкой картошки и три огромных, толстых корня с утолщением на конце. – Что это? – удивлённо спросила Эйр. – Это – бурук! – Зоя торжественно взяла в руку корень. – Выглядит неприлично, да? Эйр покраснела и промолчала. – Иногда мы его называем коротко – бур. Вот оно что! Эйр часто слышала, как Ашкар говорил что-то типа: «Да на бура он нужен!», «Санки, на бур, развалились», и теперь поняла смысл – это такое ругательство. С двойным смыслом. – Это кормовая культура, – пояснила Зоя. – Обычно буром кормят скотину. Он безвкусный, пресный. Но в плохие годы и людям приходится это есть – картошки-то совсем мало. Мы сейчас их начистим, смешаем с картошкой, затушим с мясом, травок сушёных добавим, – ммм, как будет вкусно! Зоя принесла Эйр миску с картошкой и дала нож – девушка очень радовалась, когда Зоя давала работу, – ей было важно чувствовать себя полезной. А сама Зоя ловко почистила и порезала буруки. Да, видок у них был, и правда, весьма своеобразный... Сделав дела по хозяйству, Зоя брала рукоделие, усаживалась рядом, и девушки подолгу разговаривали – рассказывали друг другу о себе, о родителях, о детстве. Выяснилось, что обе остались без матери в пятилетнем возрасте и росли с отцами, которых безмерно любили. Но в остальном их судьбы сильно отличалась: жизнь Зои с детства проходила в нищете и отчаянной борьбе за выживание. Смерть жены сильно подкосила Ашкара. Сколько Зоя себя помнила, ей приходилось заботиться об отце. Она рано научилась вести хозяйство, а как только выучилась писать и считать, полностью взяла на себя контроль семейных финансов, даже ухитрялась откладывать деньги втайне от отца. Если бы он об этом узнал, эти деньги сразу бы ушли либо на помощь друзьям, либо на покупку чего-то бессмысленного, либо, что уж скрывать, на горячительные напитки. Отец тоже безумно любил дочь, был ласков, добр, Зоя любила его всем сердцем и старалась всячески защитить. А вот её саму защитить было некому, поэтому, выходя из дома, она словно надевала невидимую броню и шла в бой. Всегда серьёзная, напряжённая, Зоя ото всех ждала подвоха. Даже в среде деревенских подруг она постоянно ощущала пренебрежительное отношение. Приличные женихи её сторонились. Зоя привыкла к этому. Никому не доверяла, была скрытной, осторожной, а если что-то шло не так, сразу начинала грубить и ругаться. В мире Зои люди чётко делились на две категории: те, кто нападает, и те, кого нужно защищать. Но где-то в глубине души она мечтала найти кого-то, с кем сможет быть на равных. И вот такой человек чудесным образом упал с неба, как подарок судьбы. А Зоя оказалась подарком судьбы для Эйр – стала её опорой в незнакомой, чужой стране. Чем больше девушки узнавали друг о друге, тем больше осознавали ценность своей дружбы. Однажды утром, заметив, что Эйр проснулась и глядит на неё из своей комнатки, Зоя поспешила к ней: – Доброе утро! На-ка, выпей тёплого молочка. «Как можно так ловко делать столько дел такими маленькими пальчиками?» – подумала Эйр, глядя на Зоины руки, забирая тёплую кружку. – Надо же, только сейчас обратила внимание, что цветы на шторе и на кружке одинаковые, – заметила она. – Да, этот вьюнок у нас тут везде! Традиционный могарский орнамент. Ты его ещё много где увидишь, даже на флаге. Я собираюсь в город на два дня, – сообщила Зоя. – Надо сделать документы и купить кое-что. – Где ты там будешь ночевать? – У тёти. Чтобы ты тут не скучала без меня, я тебе оставлю вот это, держи, – Зоя дала ей очень старую аккуратно заклеенную книгу в обложке из газеты: – Исторический роман! «Ветреная гора» называется. – Спасибо! Как же я рада – так трудно лежать и ничего не делать! Почитаю. Эйр взяла книгу и рассмотрела газету, в которую та была завёрнута, – её очень удивили необычные буквы, похожие на рисунки. Она открыла книгу – в ней те же незнакомые буквы, красивые, но совершенно непонятные. – Я не знаю этих букв, – сказала Эйр. – Точно! Я совсем забыла – мы же используем могарскую письменность! Но это не беда – я сейчас запишу тебе буквы, назову звуки, а ты рядом напишешь аталские буквы, выучишь наш алфавит и сможешь читать. – Красивые какие. Я ничего подобного раньше не видела. К твоему возвращению постараюсь их выучить. – Да, это несложно. И пробуй читать, уверена, тебе понравится эта книга. Я её, наверное, раз пять перечитывала. – Ты любишь читать? – Очень! Но здесь, в деревне, мало книг. У тёти попрошу, может, она разрешит что-то взять. – Может быть, взять в школьной библиотеке? Детские книги, мне кажется, лучше всего подходят для изучения букв. – Ну что ты! В деревнях нет школ, тем более, библиотек. Чему родители научат, то мы и знаем: умеем читать, писать и считать. Дальше как хочешь. – Погоди. Я не поняла – ты что, не ходила в школу?! – Нет. – Но ты так грамотно говоришь, так рассуждаешь, как будто училась в институте! Зоя улыбнулась. – Моя тётя – учительница. Она меня многому научила. Даже есть вилкой и ножом. Страшно вспомнить… Ох, и непростой же у неё характер! Никто не может с ней поладить. Ругала меня, на чём свет стоит! Но зато образование у меня не хуже, чем у тех, кто закончил школу. Только толку с того? Всё равно поступить я никуда не могу. – Почему? – Это очень дорого. Даже если продать всё, что у нас есть, хватит только на подготовительные курсы. В школах тоже очень дорого учиться. Они есть только в городах. Но, знаешь, я думаю, при желании можно и самому выучиться по книгам. Были бы они, – Зоя горько усмехнулась. – О, у Равана сказки и рассказы о животных есть! Принесу тебе. – Раван – это кто? – Жених мой, можно так сказать. Живёт тут, неподалёку, рядом с кузницей, работает там с отцом. К нам он сейчас не заходит, потому что врачи попросили не пускать посторонних, пока ты не поправишься. – Он тоже любит читать? – Нет! – засмеялась Зоя. –Это он приносит воду и дрова и оставляет на террасе? – Да, он. Чтобы записать алфавит, Зоя начала рисовать таблицу, что удивило Эйр, – она ожидала, что Зоя просто напишет буквы в ряд, назовёт звуки, а она сопоставит им аталские буквы и выучит. Но для могарского нужна была именно таблица – оказалось, звуки или их сочетания объединены в группы, каждой из которых соответствует одна буква [6] . Зоя приготовила суп, испекла хлеб, пирожки, принесла бумагу с карандашом и уехала, а Эйр взялась за изучение алфавита. Это не заняло много времени, ведь в алфавите было всего пять довольно простых букв для обозначения гласных и десять – для согласных. Эйр написала своё имя могарскими буквами: И, конечно, другие имена и название деревни: Зашёл Ашкар. – Учишься? – спросил он с улыбкой. – Да, уже выучила буквы, буду пробовать читать. – Отдохни. Давай чаю попьём? – предложил он. – Зоя нам пирожков напекла. – Давайте попьём. Я, кажется, отвыкла думать, – позанималась часок и устала. Ашкар принёс чай и пирожок на тарелке. На его руке была татуировка – теперь стало понятно, что это надпись. – Аскар, можно, я прочитаю, что написано у вас на руке? – попросила Эйр. – Читай! – улыбнулся Ашкар и дал ей руку. – Данара. Что это? – Это имя. Разве на Атале после свадьбы не делают татуировки с именами? – Нет. Это имя вашей жены? – Да. Она умерла. Долго болела… С тех пор Зоя моя мечтает стать врачом. Ещё маленькой всему у меня научилась, а сейчас знает намного больше. – Вы очень хорошо обрабатывали мне раны, но когда это делала Зоя, я вообще не чувствовала боли. Даже от уколов! – Она и в лекарствах разбирается! Отвары варила тебе от простуды. – А я ещё удивилась – как это мой кашель прошёл так быстро! – Зоя могла бы стать хорошим врачом. Но в Могаре очень дорого и учиться, и лечиться. Они сидели, рассматривая буквы на руке Ашкара, и думали каждый о своём. – У нас все после свадьбы делают татуировки, – пояснил Ашкар. – Муж набивает имя жены, а жена – мужа. Это обязательно. Я думал, на Атале тоже так. – Нет, у нас на свадьбе надевают кольца. – Как – кольца?! – Ну, такие круглые. У Зои же есть кольцо. – Да я понимаю, что такое кольцо, – засмеялся Ашкар. – Только это как-то не по-настоящему: кольцо можно снять, и всё – как будто и не женился. А у нас так не получится – кожу не снимешь. Мы как волки: находим пару на всю жизнь. Эйр задумалась. – Разве в Могаре нельзя развестись? – спросила она. – Можно. Но этого почти никто не делает. На моем веку я видел, чтобы кто-то разводился, наверное, раза два. У нас это не принято. – А второй раз можно жениться? – спросила Эйр. – Конечно. Но новая татуировка не делается. – Как у вас всё интересно, – задумчиво произнесла Эйр. – Выходи замуж за могара, будет верный муж, – предложил Ашкар. Снова подступили слёзы, дышать стало невозможно. После глотка чая стало легче. – Куда мне замуж?! Вы же видите! – Всё пройдёт. Поправишься, ещё бегать будешь. От женихов. Может, кто и догонит. – Тогда надо учить буквы, – улыбнулась Эйр, сдерживая слёзы. Она попробовала читать книгу, – сначала дело шло медленно, но постепенно стало получаться. Когда стало темнеть, было прочитано пять страниц, – действительно, роман увлёк, стало интересно, что будет дальше. Но Эйр очень устала и уснула с книжкой в руках, очень довольная собой. Её разбудили тихие голоса: – Неси кружки! Да не громыхай, человек спит! – Что там? – Дедова самогонка. Эйр прислушалась, пытаясь понять, с кем говорит Ашкар. В тусклом свете свечи не было видно, кто сидит за столом. Стоял какой-то странный, очень неприятный запах. – Стой, Раван, помногу не лей. Ага, понятно, – будущий зять пришёл в гости. Эйр хотела рассмотреть его, но было темно, к тому же, Раван сидел к ней спиной. Он как-то странно говорил – как будто у него, как и у Эйр, не было передних зубов. – Что решили-то? – спросил Ашкар. – Летом поженимся. Зоя мечтает провести свадьбу в городе, во дворце. Это мне душу надо продать, чтобы сделать такую свадьбу. – Где?! – Есть в городе такой большой дом для проведения свадеб. Очень красивый! Всё украшено, как в сказочном дворце. Дорого это стоит, конечно. Но многие копят, чтобы сыграть там свадьбу. Старший сын соседа нашего там женился. – Да какой дворец?! Тут, в деревне, сыграем, как положено. Загремели кружки. – Поросёнок-то ваш как, оклемался? – Нет, сдох. – Эх… плохо. Они ненадолго затихли, потом Раван вернулся к теме свадьбы: – Сначала будем жить у нас, а потом построю что-нибудь. – Как – у вас? Вы же друг у друга на головах! Сколько вас сейчас в доме живёт? – Тринадцать человек! – Да что ты?! Живите у нас. – А Эйр? – Так она в город уедет. – Думаешь, будет ходить? – Думаю, да. Они сидели, пили, закусывали, обсуждали деревенские новости, соседей, прошлогодний урожай. Совсем не понравился Эйр Зоин жених. «Не лезь в чужие дела и спи», – подумала она, обращаясь сама к себе, накрылась одеялом с головой, немного поворочалась и уснула. Зоя вернулась из города грустная, задумчивая. Вечером, когда Ашкар ушёл в сарай, она пришла в комнатку Эйр, присела на край кровати и сказала: – Не могу я здесь жить, Эйр! В город хочу. Время идёт, жизнь проходит впустую. Деревня Хэн Элам – Новая надежда! Кто-то в старые времена так подшутил над ней. Какая Новая надежда?! Дыра среди лесов! Поросята, огород и самогонка – вот и вся надежда! Зоя рыдала, Эйр молчала. Наплакавшись, она продолжила: – Бывало, прочитаешь про любовь, приключения, замечтаешься… а надо идти у поросят чистить. И ты чистишь и понимаешь, что в твоей жизни ничего этого не будет! – Что же ты не уедешь? – Где столько денег взять? И я уже замуж здесь собралась. – Знаю, Раван приходил, говорил об этом с папой твоим. Зоя разозлилась: – Вот свин лохматый! – Кто лохматый? – Свин! Это то же самое, что и поросёнок. Эйр никогда не видела поросят и представляла себе этих животных покрытыми густой, мохнатой коричневой шерстью... Ага, значит, верно представляла. – Свин, вообще-то, не лохматый, – пояснила Зоя. Опа... А какой же тогда? Впрочем, не важно. Сейчас речь совсем не о поросятах. Зоя продолжала: – Так говорят, когда имеют в виду кого-то больного на всю голову, тупого, упрямого и бесполезного! Это оскорбление. Лучше в лицо не говорить. Некоторое время Зоя молчала, пытаясь успокоиться. – Сказано же – посторонним в дом нельзя! Небось, самогонку пили? Вот такие у нас тут женихи! Я книжек начиталась: думала, придёт любовь, наступит счастье. А любовь не пришла. Раван хороший парень, добрый, любит меня, но... ни о чём не мечтает, ничего не хочет. Ему тут хорошо. – Зачем тогда выходить замуж? – Жалко мне его. Даже представить не могу, что он сделает, если я от него уйду. – После свадьбы, когда он поймёт, что ты с ним несчастлива, вас обоих будет жалко. Но уже ничего не поделаешь. – Сложно всё… Женихи ко мне в очередь не строятся. Время идёт. Подруги все уже замуж повыходили. Мало кто счастлив. А без мужа в деревне нельзя. Ашкар вернулся, все сели ужинать. Свет свечи мягко освещал комнату, было тепло, уютно. А на улице в это время бушевала снежная буря. Ветер завывал, шумел, казалось, ещё немного, и избушка рассыплется под его порывами. Но дом был крепкий, тёплый. Эйр думала о том, что, хоть она и не видела никогда ни снежную бурю, ни деревню, ни сарай, почему-то начинает любить деревушку под названием «Новая Надежда» – место своего второго рождения. Так прошёл месяц. Раз в три-четыре дня приезжал врач из города, осматривал Эйр, обрабатывал раны. Он не скрывал, что после каждого визита докладывал вождю о её самочувствии и передавал всё, о чём она говорила. Сегодня врач наконец снял гипс с руки и сказал: – Я думаю, вам пора уже встретиться с вождём. – Вы отвезёте меня в город? – Нет, завтра он сам сюда приедет. Не волнуйтесь, он просто будет задавать вопросы. Я буду рядом. Когда врач уехал, Зоя принялась наводить порядок в доме, а Ашкар – во дворе. Конечно, Эйр волновалась, продумывала, какие вопросы ей могут задавать, и как она будет отвечать. Особенно её беспокоило, что они могут не поверить, что она не убивала короля. «Буду говорить правду, как есть, а там будь что будет». На следующий день к дому подъехали несколько автомобилей. Ашкар вышел встречать гостей. Рядом с домом собрались деревенские жители, все с интересом рассматривали приезжих, негромко переговариваясь. В суете Раван незаметно прошёл на террасу. Сначала в дом зашли два человека, передвинули кровать Эйр ближе к середине комнаты, принесли пять мягких стульев и поставили в ряд. После этого зашли пять волков, у входа все они превратились в людей – четверых мужчин и одну женщину лет сорока. Один из волков оказался Раваном, он встал рядом с удивлённой Зоей у двери. Но на него никто внимания не обратил – все восхищённо смотрели на женщину: высокую, в длинном сером с вышивкой струящемся платье, со сверкающими украшениями. Она королевской походкой прошла по комнате, наполнив её тонким ароматом духов. Остальные прошли за ней и заняли стулья. Ближе всех к Эйр сел полноватый лысый человек. – Здравствуйте, я Горон, вождь Могара. Мы бы хотели познакомиться с вами и задать вопросы. – Здравствуйте, меня зовут Эйрлин, коротко Эйр. Пожалуйста, говорите помедленнее, я ещё не очень хорошо понимаю ваш язык. вождь кивнул и начал представлять своих спутников: – Это мой помощник Вилбор, он начальник стражи, отвечает за безопасность. А это Тахар, у него есть способность отличать правду от лжи. Вы ведь знаете, что мы можем превращаться в волков? – Да. – Не испугаетесь, если он положит лапу вам на руку? – Нет. Тогда Тахар превратился в волка и поставил лапу на руку Эйр. – Не волнуйтесь, просто спокойно рассказывайте всё, что было. – Хорошо. – Это моя жена Роксана – вождь указал на женщину, та приветливо улыбнулась и кивнула. Остался один свободный стул, на который вождь жестом пригласил врача. Тот сел, крепко сжимая свой чемоданчик с лекарствами на случай, если Эйр плохо себя почувствует. – Расскажите о себе, начиная с рождения: где вы родились, кто ваши родители, как вы жили, почему оказались здесь. Эйр начала свой рассказ. Сначала она волновалась и рассказывала официально, как биографию, но постепенно успокоилась и стала рассказывать эмоционально, как приключенческую книгу. Все, включая Ашкара, Зою, и Равана, слушали, затаив дыхание, а Вилбор делал заметки в блокноте. Волк Тахар не двигался и тоже слушал. Когда Эйр закончила, Вилбор начал задавать вопросы. Иногда он задавал одни и те же вопросы по-разному, чтобы убедиться, что она не обманывает, – так, как её допрашивали на Атале в день убийства Сеуана. Потом задал странный вопрос: – Ты умеешь колдовать? – Нет. Думаю, на Атале никто не умеет. – У тебя никогда не было такого, что ты о чём-то подумала, а потом это случилось? – Это у всех бывает. – Я о том, что ты пожелала, например, чтобы кто-то заболел, и он заболел. – Нет – уверенно ответила Эйр, но тут в голове, как будто извне, возникла мысль: «Это неправда». Волк внимательно смотрел ей в глаза, не убирая лап. Эйр вздрогнула и в волнении задумалась, почему волк это сообщил. Она догадалась, что волк эту мысль передал всем. – Действительно, когда я очень хотела сыграть роль в спектакле, то допускала мысли о том, чтобы актриса заболела, а я сыграла. Мне и тогда было стыдно за это, и сейчас. Да, такие мысли у меня возникали, но это не привело к каким-то действиям: я не читала заклинаний и, тем более, не давала ей ничего вредного, не толкала. Когда она сломала ногу, я находилась далеко и ничего об этом не знала. Это просто случайное стечение обстоятельств. Вы верите мне? «Да», – мысленно ответил волк. Эйр успокоилась. – А ещё какие-то странные события случались в вашей жизни? – В каком смысле? – Что-то происходило вокруг вас с нарушением законов физики? Теперь Эйр замолчала, обдумывая ответ, – ведь рядом сидел волк, который мог отличать правду от лжи. – Пожалуй, был один случай. Я была очень расстроена, пошла на реку. Там у меня ветром унесло платок, и он поплыл по течению. Я опустила руку в воду, а платок как будто поплыл в обратном направлении и оказался в моей руке. В тот момент меня это очень удивило. Я объяснила это тем, что, скорее всего, там был перепад глубины. Но больше ничего такого не было. Если не считать Чёрной реки, у которой свои законы физики, не зависящие от того, плыву ли по ней я, или кто-то другой, или вообще никого нет. Волк снова превратился в человека. Все молчали, потом вождь заговорил: – То, что вы рассказали, очень интересно. Нам нужно обдумать и обсудить это. Мы убедились – вы не представляете опасности для наших граждан. Как вождь, я бы хотел, чтобы вы принесли пользу Могару. – Я бы тоже этого хотела, – ответила Эйр. – Но я оказалась здесь не по своей воле. Я очень хочу вернуться на Атал. Мне рассказали историю про жезл. Верно ли, что, если соединить его половины, появится возможность туда вернуться? Теперь вождь удивлённо смотрел на Эйр: – А вы уже многое успели узнать, – он улыбался, говоря это. – Действительно, есть такая легенда. Но никто точно не знает, существует ли вообще вторая половина жезла. И, тем более, что произойдёт, если соединить половины. Мы бы все хотели вернуться на Атал, на родину предков. – Всё указывает на то, что Эйр оказалась здесь не случайно – сказал Вилбор, глядя в блокнот. – Судите сами: она по ложному обвинению оказалась на Чёрной реке; в лодке было всё, чтобы хватило сил для долгого пути, в отличие от тех, кого отправляли ранее; у неё был нож, когда её схватила птица; она оказалась у Серых скал раньше, чем нужно, поэтому крон схватил её только здесь, в лесах; упав с высоты, раненая, она выжила, при этом жители деревни сразу её нашли и оказали помощь. Вот сколько на первый взгляд совершенно случайных событий. Однако они складываются в картину, которая выглядит совсем не случайной. Всё это явно должно привести к какой-то цели. Эйр слушала, обдумывая слова Вилбора. Нет у неё цели. Это у таронцев цель была... Наверное, их тоже вначале допрашивали. Только Тахара там не было, к сожалению. Закрыв глаза, Эйр мысленно оказалась на празднике Тарона в университете: музыка, танцующая толпа, сладкие запахи таронских блюд. Вот бы сделать праздник Атала здесь! Только ни петь, ни танцевать она теперь не может. Да и настроение не располагает к веселью. Эйр открыла глаза и предложила: – Я могу прочитать лекцию про Атал. Расскажу всем, какая там сейчас жизнь. – Какая прекрасная идея! – воскликнула Роксана. – Я могу взять на себя всю организацию. Напечатаем об этом в газетах, выпустим журналы! Эйр так обрадовалась, что эта прекрасная женщина поддержала её идею, что заулыбалась своей огромной улыбкой впервые за всё время с тех пор, как покинула Атал. Роксана продолжала: – Нужно забрать Эйр в город. В больнице, под контролем врачей, восстановление пойдёт быстрее. Я знаю отличного физиотерапевта. И нужно решить вопрос с зубами. – Согласен, – поддержал вождь. – Нужно было забрать её раньше. Сможете сейчас перевезти её в больницу? – спросил он врача. – Да, машина готова. Нужны только тёплая одежда и одеяла, в машине довольно холодно. – Отлично, – сказал вождь. Он и его спутники со всеми попрощались и уехали, а врач стал готовить Эйр к перевозке. Зоя в слезах подбежала к Эйр, схватив её за руки: – Как же так? Где я тебя потом найду? Хотя бы денёк нам дали, чтобы нормально собраться и проститься! – Как только будет возможность, я дам о себе знать, я сама тебя обязательно найду. – А может, – вступил в разговор Раван, – я поеду с ними? Узнаю, где будет Эйр, и потом сообщу? Мне всё равно в город надо. Подошёл врач, но Зоя и Раван постеснялись спросить, можно ли поехать с ними в город. Эйр это заметила и сама задала вопрос: – Доктор, Раван может поехать с нами? – Конечно, помощник нам с водителем не помешает. – Беги скорей домой, – поторопила Зоя, – переоденься, всё собери и возвращайся, чтобы тебя не ждали. Раван убежал. Зоя стала собирать вещи. Врач что-то понёс в машину, а Ашкар остался. – Слушай, Эйр, – тихо сказал он, волнуясь. – Кто знает, что там будет, в городе? Если что, приезжай обратно к нам. Зоя сказала – ты уж ей как сестрёнка. Да и я привык – столько с тобой возился, ты как дочка мне стала. У Эйр перехватило дыхание. Как дочка… она плакала, держа Ашкара за руки, гладила их и никак не могла отпустить. Громоздкая скрипучая медицинская машина ехала, подпрыгивая на кочках. Мотор громко ревел, внутри воняло бензином и было довольно холодно. Эйр лежала под несколькими одеялами, но всё равно очень мёрзла. Раван только сегодня познакомился с ней, поэтому не мог найти тему для разговора и молчал. Это был худой молодой человек среднего роста. Казалось, ему абсолютно всё равно, как он выглядел: небритый, на одежде грязные пятна, дублёнка огромного размера без одной пуговицы. Из-за полных, чётко очерченных губ Раван напоминал обиженного ребёнка. У него были аккуратный прямой нос, брови с мягким изгибом и густые, лохматые длинные волосы. В человеческом облике парень всё равно напоминал волка – форма глаз придавала его лицу хитрое выражение, и это совершенно не вязалось со всем остальным, довольно простым образом. Раван встал с кресла и посмотрел в высокое окно. – Что там? – спросила Эйр. – Там лес, ёлки. Они молча проехали ещё некоторое время. – А теперь начались поля. А вот деревня и ферма. Тут выращивают коров. На Атале есть коровы? – Нет. Зоя сказала, что они дают молоко, но самих коров я пока не видела. – Это такие большие животные с рогами. Вот такие, – Раван показал руками, насколько они большие. – Мальчик называется бык, а девочка – корова. А ребёнок у них – телёнок. Все по-разному называются. Они у нас все чёрные с белыми пятнами. Когда корова рожает телёнка, у неё появляется молоко, если постоянно доить, молока будет много, и его можно забрать. Можно пить, а можно делать из него масло, сыр, творог, сметану, – много чего. На Атале тоже разводили животных, которые давали молоко, но оно называлось по-другому и считалось полуфабрикатом, который в сыром виде не пили, только делали из него разные другие продукты. Теперь Эйр поняла, почему, когда Раван приходил к Ашкару, ей показалось, что он странно говорит, – у него действительно не было одного переднего зуба. И те, что были, выглядели не лучшим образом, поэтому он старался широко не улыбаться. – А поросята? – Это тоже домашние животные, поменьше. Девочка «свинья» называется, мальчик – «боров», а дети – «поросята». И все они тоже одним словом называются – «поросята». – А как же свин? – Свин?! – Раван засмеялся, прикрыв рот рукой. – Это ты, наверное, про свина лохматого где-то услыхала? Эйр кивнула и покраснела. – Тут речь про поросёнка-мальчика, да. Но это ругательство такое. Самих животных так не называют: или боров, или просто поросёнок. – А свинья лохматая – тоже ругательство? – Нет. Женского ругательства такого нет. – Странно: свинья – поросёнок-девочка, а свин – ругательство... Почему так? – Я не знаю! Интересно ты это подметила. Так в народе повелось, а почему – уже и не узнать. – Ладно. А какие они – эти поросята? – Поросят выращивают на мясо. Они растут быстро. Вот такие вырастают, кругленькие, жирные. Шерсти почти нет, только редкие волоски, поэтому они розовые. Ножки короткие, там копытца, а нос круглый, большой, с двумя дырочками, пятачок называется. «Ничего себе! Розовые! Нос – пятачок... Каких только чудных животных не бывает на свете», – подумала Эйр. По ходу рассказа Раван вошёл в азарт, он активно жестикулировал, изображая животных, справедливо полагая, что Эйр понимает не всё. Благодаря этому девушка представила себе домашних животных Могара почти такими, какими они и были на самом деле. А Раван увлечённо продолжал: – Сколько же эти поросята жрут! Что ни дай, всё съедят! Траву, зерно, хлеб, мясо – молотят всё! У вас что, таких животных нет? – Нет, у нас другие. А что такое «дрова»? – решила спросить Эйр. В разговорах с Зоей до дров дело как-то не дошло. – Если срубить дерево и разрубить его на мелкие части, получатся такие деревяшки – дрова. Когда они подсохнут, их кладут в печку и поджигают. – Вот оно что! Я так и думала, но сомневалась. У нас для них совсем другое слово! Как ты всё понятно объясняешь! – Ещё бы! У меня же четверо маленьких братишек и сестрёнок. Они всякие вопросы по сто раз за день задают. Совсем забыл! Мне ж сестрёнка подарок тебе просила передать! Раван достал из кармана мягкую игрушку и отдал Эйр. Это был вязаный из серых ниток зверёк с небольшими ушками и грустной мордочкой. – Это медведь. Дикий зверь, живёт в лесу. Медведя, как и волка, Эйр знала. – Какой хороший! Как зовут сестрёнку? – Лорана. Она сказала – этот медведь будет тебя защищать. – Передай Лоране большое спасибо! Где ж ты, медведь, был раньше? Ну, хоть теперь я буду под защитой! А всего вас сколько в семье? – Мама, папа, девять детей и дед. Знаешь, какой у меня дед? Эйр вспомнила про дедову самогонку, но промолчала. – Он может разговаривать с животными. И с птицами, и с растениями. Да не смейся ты! Он, конечно, самогонку гонит, но сам не пьёт. Посмотришь потом, какой у нас огород! Там, где у других три огурца, у него ведро. Ни у кого так не получается. – Так научись у него. – Я пытаюсь, но тут такое дело… Дед говорит, что нашей почве не хватает силы. Как будто она есть, но планета её не отдаёт. Он как-то может эту силу добавить. Я вроде и понимаю, о чём он говорит, но сам так сделать не могу. Он меня как раз в город послал за семенами. И галоши мелким прикупить – у них ноги выросли, старые уже малы. – Город, куда мы едем, – ваша столица? – Нет, в Могаре нет единой столицы. У нас же вождь – а вождей выбирают. Из какого города выберут, тот и столица. – А если вождь будет из деревни? – Такого у нас ещё не было. Дорога была длинная, вопросов много, – так, с пользой для себя, Эйр добралась до больницы – большого деревянного здания в лесу. Серые тучи висели низко, шёл снег. Она впервые наблюдала, как идёт снег, – до этого видела его только лежащим на земле. Рассматривала снежинки на одеяле: оказывается, снег – это не просто белая масса, а совокупность таких вот маленьких, совершенных кристалликов. Раван помог занести Эйр, подробно записал, где она будет находиться, попрощался и ушёл. Проходя по больничному коридору, у самого выхода заметил объявление: срочно требуется донор почки. За это полагалось очень не маленькое вознаграждение – хватит и на свадьбу во дворце, и ещё останется. Раван некоторое время стоял у объявления, раздумывая. Через неделю – без почки, но с деньгами, семенами и галошами, – он вернулся в Хэн Элам. Зоя хлопотала у печи. Вдруг дверь резко распахнулась, в комнату вихрем ворвался Раван, схватил её и закружил. – Какие у меня новости! – Раван просто сиял от счастья. Он целовал Зою с такой страстью, что та едва не упала. При этом они случайно задели стол, тарелка упала и со звоном рассыпалась на мелкие осколки. Кот, дремавший у печи, с воплем выскочил на улицу. – Что случилось? Где ты так долго был? – испуганно спросила Зоя. – Посмотри, что у меня есть, – сто тысяч могарок! – Что?! – Да я и сам столько денег отродясь не видал! Это нам на свадьбу! Всё сделаем, как ты и хотела, – в городе, во дворце. Купим тебе наряд, как у королевы, золотые украшения! – Погоди, Раван, я ничего не понимаю… Откуда ты взял столько денег? – Ты представляешь: в больнице, куда привезли Эйр, висело объявление, что нужен донор почки. Ну, вот… Я им подошёл. – Что?! – Зоины маленькие глаза стали огромными. Она вдохнула, а выдохнуть не получалось. – А что такого? Без почки вполне можно жить. Зоя молчала, не находя слов. – Зой, да не переживай ты так! Нормально всё будет, работать я смогу. – Да не в том дело… Не стоило оно того. – Очень даже стоило! Мечты должны сбываться. Раван зашёл к Зое прямо по дороге из города, поэтому побыл ещё немного и ушёл к себе. Закрыв за ним дверь, Зоя упала на кровать и разрыдалась. Теперь, когда их свадьба приобрела чёткие очертания, она однозначно поняла, что не хочет выходить замуж за Равана. Она его не любит. Никогда не будет им гордиться. Будет жалеть, нянчиться, заботиться. Терпеть… Человек, который продаёт себя на органы, вместо того чтобы заработать денег, никогда не будет её опорой, – деньги быстро закончатся, а здоровье не появится. Зоя представила, как гости собираются во дворце… Играет музыка, на столах красивая посуда, вкусные блюда. Она берёт вилку, нож… А жених умеет есть только деревянной ложкой. Он растерянно смотрит по сторонам и глупо улыбается. У него нет одного зуба, да и остальные… Конечно, на радостях он сразу напьётся. В лучшем случае, уснёт, в худшем – устроит драку: это Раван может организовать даже на пустом месте. Но как же он её любит… Зоя задала себе вопрос: а смогла бы она решиться на такое? Пожалуй, только ради отца. И то не точно. Зачем, зачем он это сделал?! Она знала, что Раван никогда не упрекнёт её. Только в глазах всегда будет безмолвный вопрос: «Я ради тебя готов на всё. А ты?» А в это время на совещании у вождя шло обсуждение допроса Эйр. Слово взял Тахар: – Конечно, история невероятная. Чем больше мы её анализируем, тем больше приходим к выводу: Эйр вполне может быть посланником. Впервые за всю историю к нам прибыл человек с Атала, который смог покинуть Чёрную реку живым. Она не только спаслась от крона – она уничтожила весь его род! Теперь аталанам не нужно приносить ежегодную жертву крону, правда, они об этом, скорее всего, не узнают. Но дело не в этом. Например, Эйр рассказывала, как пожелала, чтобы заболела актриса, роль которой она хотела сыграть. Она считает это стечением обстоятельств. Однако это не совсем так. Я специально сказал, что это ложь, чтобы получить побольше информации. У неё очень сильная энергетика. А история с рекой ещё более показательна – я про то, что течение развернулось, когда она опустила руку в воду. Эйр не умеет колдовать, но в момент эмоционального потрясения её энергетики хватит даже на то, чтобы изменить законы природы. Эта девушка прибыла сюда не случайно! Элоан это предсказывал. Я считаю, у неё есть всё, чтобы остановить Чёрную реку и исполнить предсказание! Вождь добавил: – Атал захвачен таронцами не без её участия. Вот она всё и исправит: остановит Чёрную реку, а мы вернёмся на Атал и поможем их победить. Далее слово взял Вилбор: – Значит, не нужно терять времени: нужно оповестить об Эйр весь народ Могара. Чтобы все, кто может, начали искать вторую половину жезла Элоана. Её нужно найти любой ценой. Нужно написать во всех газетах. – Я этим займусь, – сказала Роксана. – Везде, где только можно, мы сообщим, что прибыл посланник с Атала, и нужно срочно найти вторую половину жезла. Тем более, примерно известно, где её искать. – Где? – Возле Старой пристани. Там, недалеко от берега, есть три скалы, стоящие на равном расстоянии друг от друга. В самом центре треугольника стоял корабль Элоана, когда произошёл взрыв. Жезл может быть только там, на дне. Глубина в этом месте не очень большая. Нужно его найти и достать! Глава 3. Звёзды высоты не боятся Не прошло и недели, как во всех газетах опубликовали необыкновенную историю появления в Могаре девушки с Атала. С тех пор, как корабли Элоана прибыли сюда, этого больше никому не удавалось. Со временем Атал превратился в легенду, в мечту. Каждый представлял его по-своему, но обязательно волшебным и прекрасным. Могары считали Атал своей родиной, куда они должны обязательно вернуться. Все только и говорили об Эйр, требовали больше информации, хотели поскорее её увидеть. В стране, где из средств массовой информации были только газеты, это оказалось нелёгкой задачей. Правительству нужно было решить её, пока Эйр лежала в больнице. Девушку поместили в отдельное здание на территории больницы, где лечили членов правительства и других высокопоставленных пациентов. Роксана привезла туда всё, что нужно и согласовала с врачами время для посещений. У входа в здание поставили охрану. Роксана приезжала в больницу почти каждый день и контролировала ход лечения. Выглядела она шикарно: одежда, сшитая на заказ, необычные шляпки и обувь, дорогие украшения, идеально подходящие к образу. Ухоженные, очень красивые ногти. Уверенная в себе, властная женщина, которая привыкла, что все делают то, что она говорит. Роксана контролировала все средства массовой информации в Могаре. Её энергия била ключом, она умела делать несколько дел сразу, была постоянно в движении. При этом общалась просто, сразу располагала к себе и была знакома со всеми более-менее известными и богатыми людьми не только в городе, но и во всей стране. Как только появилась возможность, Эйр взялась писать текст лекции. Как и раньше, она почти не ела и не спала, пока не довела дело до состояния, когда ей самой понравился результат. Пока она писала, в голове постоянно звучала популярная на Атале песня «Город на горе» – торжественная, мелодичная, очень красивая. Её часто пели в компаниях в кафе и на домашних праздниках. Эйр рассказала о ней Роксане, и та, недолго думая, привела руководителя известного оркестра. Эйр напевала ему мелодии, он записывал ноты, а потом музыканты раскладывали партии и делали аранжировки. Слова песни «Город на горе» Роксане тоже очень понравились, поэтому их адаптировали под могарский диалект и подключили хор. Небольшие плакаты по ходу подготовки превратились в сложные трёхмерные декорации. Когда Зоя приехала навестить Эйр, её тоже вовлекли в процесс. – Делали лекцию, а получается целый спектакль, – заметила она. – Да, тут уже от лекции ничего не осталось, – согласилась Роксана. – Полноценная театральная постановка, правда, с одним актёром. Своими силами, похоже, не справимся, – придётся подключать режиссёра, художников, техников. Назовём спектакль «Город на горе», сделаем красивые афиши и развесим по всему городу! Зоя нервничала – она очень хотела остаться наедине с Эйр, чтобы поговорить о Раване. Но это так и не удалось – время посещений закончилось. Расстроенная, она ушла к тёте, чтобы заночевать, и рано утром вернуться в деревню. А Эйр была счастлива, её глаза горели, – она снова делала спектакль, как раньше, на Атале. Все вокруг работали, как единый организм, который она приводила в движение. И всё это в больничной палате, в кресле-каталке, после обязательных необходимых процедур. Стоматология, где Эйр должны были вставить зубы, находилась в другом здании на территории больницы. Кресло-каталка медленно ехала по снегу, а Эйр наслаждалась прогулкой на свежем воздухе. Стоял мороз, деревья чернели на белом фоне, небо было чистое, фиолетовое. Охрана и врачи позаботились, чтобы об этой поездке никто не узнал, но, видимо, пока ехали по территории больницы, их увидели и догадались, куда они направляются. Врачи, пациенты, посетители столпились у входа в стоматологию. На улице прямо на снегу плотной толпой сидели волки, которые в человеческом виде не поместились в здании. Все с удивлением разглядывали Эйр. Охране пришлось некоторое время уговаривать собравшихся дать дорогу. Эйр невольно вспомнила, как она и другие студенты в университете пошли смотреть на таронцев, не давая им выйти из класса. Какие странные повороты случаются в жизни – теперь она сама иностранка: другая, не такая, как все. Могары были крепкими, смуглыми, очень волосатыми, но если и выше аталанов, то ненамного. Тонкая, светлокожая и зеленоглазая Эйр с длинными руками и пальцами от них сильно отличалась. Могары находили её очень красивой. «Она – как из сказки, красавица! Смотрите, какие у неё длинные пальцы! Какая светлая кожа! У неё зелёные глаза, я думала, так не бывает!» Эйр слышала, что о ней говорят и ей было странно и неловко, – девушка никогда не считала себя красивой, поэтому сейчас возникло чувство, будто она обманывает кого-то. Кое-как с помощью охраны кресло-каталку Эйр всё же вкатили в кабинет. Доктор вставил ей передние зубы, и заодно как-то очень легко и быстро научил произносить шипящие звуки. Эйр со страхом думала, как же они поедут обратно, но, к счастью, в поликлинике толпы уже не было, – видимо, охрана приняла соответствующие меры. Вернувшись в палату, Эйр первым делом подъехала к зеркалу. Нужно привыкать к новым зубам – те, которые выпали, были крупные, больше, чем остальные. Из-за этого они были направлены немного вперёд, а новые – маленькие, ровные. Рассматривая себя в зеркало, Эйр решила, что с этими зубами она выглядит намного лучше. Но если бы сейчас кто-то с Атала увидел её, то, скорее всего, сразу бы не узнал. Дело было не только в зубах – она похудела, из-за переломов не могла сидеть ровно, на правой руке остался огромный, очень некрасивый шрам. И взгляд стал совсем другой – взрослый и грустный. Эйр вздохнула и подъехала к окну. Из огромного окна больничной палаты открывался захватывающий вид на электростанцию и водонапорную башню. Девушка уже знала, что в стране есть только одна электростанция, которая подавала электричество на заводы, в резиденцию вождя и в больницу. Больше нигде в городе электричества не было – дома, учреждения и улицы освещали керосиновые фонари. Водонапорная башня обеспечивала водой те же объекты, что и электростанция, в остальных местах люди носили воду в вёдрах из колодцев или колонок, расположенных на улице. Центральной канализации при этом не было, каждый делал свою. Интересно, сколько сотен лет назад так было на Атале? Насколько жизнь Могара отличалась от прежней жизни Эйр! Всё здесь по-другому, но люди так же любят, радуются и печалятся, рождаются и умирают. Ринар садился за электростанцию, окрашивая фиолетовое небо серыми и розовыми узорами. Эйр охватило странное чувство благодарности за эти узоры. И за то, что есть на свете Роксана, Зоя и Ашкар, за новые зубы, шипящие звуки, возможность делать спектакли, за электростанцию и водокачку. За то, что она жива. Эйр едва заметно улыбалась, глядя в окно. Узоры меркли, таяли в небе, – наступала ночь. Каждый день, глядя в окно, как на экран, Эйр наблюдала, как потихоньку, с каждым днём всё заметнее, зиму сменяет весна. Наконец её выписали из больницы. Теперь она могла самостоятельно ходить, опираясь на палку. Вождь Горон и Роксана поселили её в гостевом доме на территории своей резиденции. Дом охранялся, территорию обслуживало множество слуг. До спектакля оставалось всего две недели, поэтому Эйр с Роксаной планировали каждый день готовиться к нему в концертном зале. Новый год в Могаре наступал в первый день весны, этот праздник всегда с размахом отмечали. По дороге в концертный зал Эйр с интересом смотрела в окно машины: город переливался огнями, хвойные деревья сверкали, украшенные яркими игрушками. По улицам бегали, в основном, волки, – это было удобно, в человечьем облике почти никто в холодную погоду не ходил. Они подъехали к огромному серому зданию – самому большому концертный залу не только в этом городе, но и во всей стране. Как и все государственные учреждения и некоторые дома, он был украшен могарским орнаментом. Эйр рассматривала огромное здание и большой рекламный плакат, который занимал всё место между окнами и крышей с надписью – «Город на горе». Дома на нём нарисованы, будто с натуры, только деревьев таких на Атале нет. Очень красивый плакат. – Роксана, смотрите, там, на крыше, – сталактиты, – заметила Эйр. – Где? – Вот, прямо перед нами. Роксана засмеялась: – Это сосульки! Просто замёрзшая вода. Снег на крыше подтаивает, капли воды стекают и замерзают. Вот и получаются такие ледяные палочки. Близко лучше не подходить – они иногда падают. – Как интересно! Из воды получаются снег, лёд, иней. Оказывается, ещё и вот это. – Сосульки. Это тоже лёд. – Понятно. Они прошли в здание. Зрительный зал был рассчитан на три тысячи мест. Впервые зайдя в концертный зал, Эйр остановилась, поражённая его размером. – Роксана, я думала, он будет как студенческий театр. Мне страшно. – Ну, придётся привыкать. Билеты уже все проданы. Показалось, что путь от входа в зал до сцены занял целую вечность. На сцене собрались все участники и с интересом её разглядывали. Захотелось исчезнуть куда-нибудь, но Эйр взяла себя в руки, улыбнулась и сказала: – Здравствуйте, меня зовут Эйр. Давайте познакомимся и начнём работу, – у нас очень мало времени. Как только работа началась, все страхи исчезли. Рассудив, что если бы зал был меньше, пришлось бы всё равно делать то же самое, она успокоилась. К тому же, всем процессом руководил главный режиссёр. Эйр внимательно наблюдала за тем, что он делает, и училась. Конечно, ей до его уровня было далеко. В перерыве, когда Эйр перечитывала текст, подошёл певец из хора. – Здравствуйте, Эйр. То, что вы попали к нам, – настоящее чудо! Я представлял, какая вы, но вы оказались намного прекраснее. Я бы хотел пригласить вас вечером на ужин. От неожиданности Эйр растерялась, обдумывая, что ответить. В это время подошёл руководитель хора и спросил у певца: – А ты что тут делаешь? Партию иди учи, ты сегодня мимо нот пел. Певец ушёл, а руководитель продолжал: – Вы такая красивая и талантливая! Приглашаю вас сегодня в ресторан! Эйр смотрела на татуировку на его руке и подбирала приличные слова. Руководитель хора это заметил и сказал: – Ну, семья необходима всем, а творческому человеку нужна муза, чтобы мечтать, творить! – Вот и давайте вернёмся к творчеству. Перерыв уже закончился. Неподалёку стояли режиссёр и его помощник и не сводили с неё глаз. Эйр разозлилась. Как-то гадко стало на душе. Хорошо, что осталось не так много времени, скоро все пойдут по домам. Перед выходом ей передали сразу несколько записок. Выйдя из здания, Эйр выкинула их, не прочитав, села в машину и устало откинулась на сиденье, грустно глядя в окно. – Что с тобой, Эйр? Ты устала? – спросила Роксана. – Да. Но не в этом дело. Сегодня меня приглашали – кто на ужин, кто в ресторан. Записки передавали. – Что же в этом плохого? – Ничего мне не надо! Никого видеть не хочу… Прямо трясёт от всего этого. – Всё пройдёт, Эйр. Нужно время. – Время… Это когда чего-то ждёшь. А я ничего не жду! Ненависть прошла, осталась пустота. Что мне им всем говорить, Роксана? Я не знаю... Роксана задумалась, театрально заломила руки, закатила глаза и произнесла: – «Моя любовь осталась на Атале! Я пока не готова к новым отношениям». Это получилось так смешно, что обе расхохотались. Отличная фраза! Именно то, что надо! Приближался день спектакля. Билеты раскупили в течение получаса после начала продажи. В назначенный день с самого утра народ начал подтягивался к концертному залу. Складывалось ощущение, что весь город собрался там. Те, кому билетов не хватило, хотели хотя бы взглянуть на Эйр, когда она подъедет. Ашкару и Равану Зоя заранее передала специальные приглашения. Сама она уже была внутри и помогала с декорациями. В толпе перед входом Раван потерял Ашкара. Поняв, что вряд ли найдёт его в такой давке, Раван решил зайти в концертный зал и поискать будущего тестя внутри. Он достал своё приглашение и, держа в руке, встал в очередь ко входу. – Молодой человек! – окликнул его незнакомец. Раван обернулся, и тут же кто-то быстро выхватил билет из его рук и скрылся в дверях. Вне себя от злости, Раван стоял в толпе, сжав кулаки. «Я дождусь тебя, свин лохматый, когда все будут выходить! И так наваляю, что больше не захочешь ходить на спектакли по чужим билетам». А в это время в зале началась программа. Погас свет, зазвучала тихая музыка. В лучах света появились трёхмерные декорации с изображением Атала – города на горе. В полной тишине на сцену вышла Эйр и начала рассказ: «Атал – самый необычный остров на нашей планете. На нём благоприятный тёплый климат, богатая история, развитые технологии, благодаря чему Атал значительно опережает в развитии другие страны. Это наша родина и наша общая мечта. Возможно, когда-нибудь она сбудется, и аталаны снова объединятся». Под звуки оркестра хор запел «Город на горе», а потом Эйр и зрители отправились в путешествие по городам Атала. Как же плохо без экрана! В Могаре таких технологий ещё нет. Но и без этого, благодаря декорациям, всё получилось очень красочно и динамично. Конечно, по ходу повествования девушка рассказала и о мирсах, и о сферах, о матрице и других технологиях, о которых знала. Хотя могары были в восторге уже о того, что на Атале в каждом доме есть электричество, холодная и горячая вода, а пища готовится не в печи, а в специальных устройствах. Эйр стояла посреди сцены перед микрофоном. Какое же это счастье – снова выступать! Зрителей было намного больше, чем на спектакле «Белый ветер». Кто в волчьем облике, кто в человечьем. Какая тишина! Энергия зала прямо физически ощущается, это сложно с чем-то сравнить, – отдалённо её можно представить, как плотное невидимое облако. Эйр раскрыла ладонь, дотронулась до него и почувствовала, как её энергия уходит и присоединяется к этому облаку. Захотелось отдать всю свою силу зрителям безо всякого сожаления. Энергия уходила, но Эйр была этому рада. В это время по сценарию наступила непродолжительная пауза, играла музыка, сменялись декорации, место, где стояла актриса, не освещалось. Подождав немного, когда облако наполнится, она подняла ладони и стала мысленно уплотнять его до тех пор, пока мощь и сила, собранные в зале, не умножились и не вернулись и к ней, и к каждому зрителю. Она сама это сделала! И это было посильней, чем разворот течения реки. Закончила Эйр своё выступление так: «Есть легенда, что, если соединить половинки жезла Элоана, в Могар придёт счастье. Но второй половинки нет, и неизвестно, получится ли её найти. Счастье – это не то, что приходит при наступлении какого-то события. Мы все можем понемногу, каждый день работать и сами создавать наше счастье. Для этого не обязательно использовать волшебство». На спектакль попали далеко не все желающие. В основном, это были представители высшего общества Могара. Конечно, там присутствовали вождь, Роксана, их сын Тимер, Тахар с семьёй. После спектакля они отправились в резиденцию вождя, где всех ждал богато накрытый стол. Тахар был известным в стране психологом, практиковал гипноз, разные нестандартные практики и неплохо на этом зарабатывал. – Ну, Эйр, ты дала жару! Я всё видел, – Тахар подмигнул ей. – Мне кажется, твоей энергии и без жезла хватит, чтобы остановить Чёрную реку! Может, попробуешь? Эйр засмеялась: – Думаете, я не пробовала?! Только не остановить, а развернуть. Я же по ней плыла! Но нет, не получилось. – Ты как себя чувствуешь? Устала? – Нет, всё в порядке. Думаю, смогу даже повторить. – Обязательно повторишь! Желающих посмотреть оказалось больше, чем мест в зале, поэтому «Город на горе» придётся повторять, может, и не раз, – сказала Роксана. – Надо сделать спектакли об Атале и на другие темы. Это очень интересно! Как бы я хотела когда-нибудь увидеть Атал! – Ага, приедешь туда и по привычке в волка превратишься! – вступил в разговор Горон. – Все перепугаются, скажут: «Езжайте, ребята, лучше назад. Вы лохматые, страшные, шерсть от вас везде!» Все сразу развеселились. – А вот я тоже хочу научиться превращаться в волка, – сказала Эйр. – Зачем? – Хочу быть такой, как вы. Мне интересно, каково это. – Можно попробовать, – сказал Тахар. – Я подумаю, что можно сделать. Мне тоже интересно. Тимер, сын вождя, доел, вежливо простился и ушёл. – Вот сыночек у нас! – огорчённо произнёс Горон. – Горе горькое... И в кого только такой уродился? За весь вечер ни слова не произнёс. Только книжки да учёба на уме. В этом году закончит институт – как работать будет? Экономист должен общаться, а этот всё стесняется. Ни друзей, ни подруг! Еле выпихнули из дома, чтобы к самостоятельности привыкал. Вот дочка у нас – та боевая, со всеми общий язык найдёт. – А сам он чего хочет? – спросила Эйр. – Хочет работать на «Атэке», есть у нас тут такой завод. Только там и своих умников хватает – будут его использовать, да и всё. Они ещё немного посидели, потом все стали расходиться. Роксана проводила Эйр в гостевой дом. – Как мне всё понравилось! – сказала Роксана. – Я уже вся в мыслях о следующих спектаклях! С одним актёром, который всё время удерживает внимание. Ты молодец! – Я хочу сказать вам спасибо, Роксана. Каждый раз, когда мне приходила в голову какая-то идея, я думала: «Ну нет, это, скорее всего, не получится». А вы все мои идеи реализовали, и даже лучше, чем я хотела! – Мы с тобой реализуем ещё много всего! Завтра поедем на приём, там будет весь цвет могарского общества! Все хотят с тобой познакомиться. Физически Эйр не устала, но эмоционально была совершенно вымотана после бесконечного марафона репетиций. Всё, чего ей хотелось, – это побыть дома и прийти в себя. Новость о приёме расстроила её. – Нужно туда обязательно сходить, – сказала Роксана тоном, не терпящим возражений. – Завтра утром приедет парикмахер, подберём красивую одежду. Тебе понравится: будет ужин, интересная программа! Давай, ложись, высыпайся, нужно хорошо отдохнуть. Роксана ушла. А Эйр легла одетая на кровать, не включая света. Какая-то тяжесть не давала встать. Она очень устала. Не успела осмыслить, что с ней произошло, а водоворот событий закружил с такой силой, что невозможно держаться. Могар – совершенно другой мир. К нему нужно присмотреться, привыкнуть. Как же неудобно жить за счёт Роксаны, занимать её гостевой дом! Надо срочно озаботиться поиском постоянной работы и собственного жилья, где можно будет оставаться в одиночестве, когда хочется. Вернуться бы в деревню! Закрыться занавеской с вьюнками и лежать. Всё обдумать хорошенько. Ашкар, тем более, звал... А может, действительно уехать к ним? Помогать по хозяйству, заодно привести в порядок мысли. А там видно будет. Так и надо сделать. Утром началась суета – Эйр сделали причёску, нарядили в красивое платье, надели драгоценные украшения. Она подошла к зеркалу: красивая дама… Только это не она. Времени на сборы совсем не было, видимо, поэтому никто не спросил, какую причёску она хотела бы сделать, какой наряд выбрать… Сама Эйр точно не выбрала бы это серо-розовое платье – она не любит такой цвет. И когда у неё накрашены ногти, тоже не любит. Тем более, так ярко. На Атале не принято красить ногти. Ладно, ничего не поделаешь, надо ехать. В огромном зале Эйр улыбалась, пытаясь запомнить всех, кого ей представляли, но быстро поняла, что это невозможно. Девушка делала всё, чтобы угодить Роксане, при этом думая только об одном: поскорее бы это закончилось и можно будет отдохнуть. Но не тут-то было… Утром Роксана сообщила Эйр её планы на ближайшие две недели. Каждый день был расписан: выезды, репетиции, спектакли и много чего ещё. Эйр чуть не разрыдалась. А Роксана порхала вокруг, улыбалась и чувствовала себя прекрасно. Эйр не решилась возражать. Каждый день она просыпалась, механически собиралась и безо всякого интереса ехала туда, куда её везли. Через неделю девушка поймала себя на мысли, что уже не получает удовольствия ни от репетиций, ни от спектакля. Ни от чего. Однажды вечером Эйр не выдержала: – Роксана, пожалуйста, можно, я сегодня останусь дома? Я плохо себя чувствую. – Что с тобой? – Голова разболелась. – Ничего страшного! Сейчас я дам тебе таблетку, и всё пройдёт. – Я бы хотела прилечь, отдохнуть. – Эйр, ну ты чего? Нас все так ждут! Как я объясню людям, что мы не приедем? Нет, это невозможно. Возьми себя в руки, и в путь! Кажется, Роксана совершенно не понимала, что Эйр хочет ей сказать. Или не хотела понимать. Каждый день Эйр собиралась с силами и, как зомби, делала всё, о чём просила Роксана. Однажды вечером после репетиции Эйр вернулась домой. Там снова собралась компания. – А вот и Эйр! Иди к нам, мы уже заждались! – позвала Роксана. – Я сейчас переоденусь, и приду. – Не нужно, ты и так хорошо выглядишь! Садись-ка, я положу тебе салат. Вот, ещё котлетка... Эйр трясло, она ковыряла вилкой котлету, не в силах съесть ни кусочка. – Простите, я сейчас вернусь, – сказала она и ушла к себе. Роксана последовала за ней. – Эйр, что с тобой? Ты заболела? – с тревогой спросила она. – Я очень устала, Роксана. Прошу вас, отпустите меня в деревню хотя бы на неделю. – Куда? – В деревню Хэн Элам. – Не понимаю… Ты устала, но хочешь уехать в какую-то дыру? Да ты пока туда доедешь, вымотаешься. Что тебе там делать? Если уж где и отдыхать, так это в нормальном санатории, или в доме отдыха. Я всё организую. А сейчас прими горячую ванну и отдохни. Что делать? Как всё это выдержать? Эйр всегда любила одиночество, в крайнем случае, проводила время с кем-то из близких или друзей. Если и случались какие-то праздники, то довольно редко, при этом она не была в центре внимания. То, что происходило сейчас, её просто уничтожало. Но как об этом сказать? Эйр живёт в доме Роксаны, за счёт Роксаны и полностью от неё зависит. Она упала в кресло и закрыла лицо руками. В дверь постучали. Ну почему нельзя хотя бы ненадолго оставить её в покое! Нужно найти в себе силы и открыть дверь. Эйр медленно встала с кресла и пошла к двери, словно специально затягивая время. К её удивлению, в дверях стоял Тахар. – Разреши войти? – Заходите, – нехотя ответила Эйр. Тахар был чем-то похож на лисичку: движения быстрые, взгляд хитрых маленьких глазок словно что-то выискивал, остренький носик что-то вынюхивал. – Садитесь, – пригласила Эйр и приготовилась выслушивать нотации. – Обращайся ко мне на «ты», хорошо? Она кивнула. – Ты, я смотрю, совсем загрустила? Можно ли ему доверять? Впрочем, какая уже разница. – Я чувствую себя птицей в золотой клетке! Меня больше нет. Я робот, который нужен только для того, чтобы выполнять команды. – А кто в этом виноват? – Роксана говорит мне, что нужно делать. – Кто в этом виноват? – повторил Тахар свой вопрос. Эйр растерялась. Она не понимала, к чему он ведёт. – Роксана тобой командует только потому, что ты ей это позволяешь! Ты сама в этом виновата. С кем ты жила в своей семье? – С папой и братом. Мама умерла, когда я была маленькой. – Твой папа окружил вас заботой и любовью? Стал и папой, и мамой, и каменной стеной, верно? Эйр кивнула. – Он всему тебя научил, кроме одного: держать удар. Создал идеальную жизнь и не подумал о том, что жить ты будешь в реальном мире, где есть и подлецы, и хитрецы. Пока они, к счастью, тебе не встретились, но уже очевидно: тебе нужно научиться говорить «нет». Твёрдо и уверенно. – Как же я могу? Вся моя жизнь зависит от вождя... – Да ладно! А не наоборот? Они же думают, что ты посланник с Атала. – Я не посланник! – А они думают, что посланник. Слушай внимательно: правда это или нет, но они так думают. Людям свойственны иллюзии. Советую принять к сведению: если научишься понимать природу этих иллюзий, сможешь легко управлять людьми. Но тебе рано об этом думать: своей бы жизнью управлять научиться. Эйр сидела совершенно ошеломлённая. Как же Тахар прав! Как будто стекло, затянутое светозащитной плёнкой, вдруг стало прозрачным. – Что же мне делать, Тахар? – Прямо сейчас – ничего. Я уговорю Роксану отпустить тебя в деревню на всё лето – оно уже скоро. Там тебе нужно хорошенько всё обдумать. Подумай, кто ты? Чего ты хочешь? Нужно вырвать с корнем твоё желание всем нравиться и угождать. Поняла? Нужно научиться отстаивать свои интересы. Говорить «нет». Тут, в Могаре, дикие порядки – выживает сильнейший. Роксана прекрасный человек, только иногда сильно увлекается. Она не всегда будет рядом. Мало ли, какой негодяй тебе встретится? Сядет на шею и ножки свесит! А ты такая вся нежная, доверчивая. Нужно научиться быть жёсткой, Эйр. А если совсем надо, то и послать куда подальше. – Послать?! – Глаза Эйр расширились от ужаса. – Да! Возьми у деревенских мастер-класс, они в этом профессионалы. Вот тебе домашнее задание: когда вернёшься, я скажу тебе что-нибудь обидное, а ты должна будешь меня красиво послать. – Тахар! Я этого не сделаю! – Сделаешь. На оценку. По какой шкале на Атале оценивают школьников? – По пятибалльной. – На «пятёрку», значит. Заканчивай рыдать и бери себя в руки. Никто к тебе на выручку не прилетит. Здесь Могар, девочка! Как говорится: с волками жить, по-волчьи выть. Сама давай учись управлять своей жизнью. – Спасибо, Тахар! – Не стоит благодарности, с тебя пять могарок. Эйр пошла за кошельком – Роксана выдавала ей небольшие суммы на карманные расходы. Тахар картинно закатил глаза и грустно вздохнул: – Тяжёлый случай... Первый сеанс бесплатно! Счастливо оставаться. Утром Эйр проснулась и настроилась на серьёзный разговор с Роксаной. Сегодня вечером они собирались ехать на день рождения какой-то её родственницы. Так не хотелось ссориться с Роксаной. Неужели это неизбежно? А если… попробовать стать такой, как она? Властной, уверенной, сильной. Примерить на себя этот образ и поговорить. Эйр умылась, причесалась, посмотрела на себя в зеркало. Выпрямила спину, приподняла голову. Вряд ли она долго так продержится, но надо попробовать. Она уверенно направилась в дом. – Доброе утро, Роксана! – Доброе утро, Эйр! Хорошо, что ты пришла. Сейчас приедет парикмахер. – Роксана, нам нужно поговорить. Пойдёмте ко мне. – К тебе? Давай здесь поговорим. – Нет, пойдёмте ко мне. Прошу вас, – твёрдо сказала Эйр. Роксана удивилась и проследовала в гостевой домик. Эйр сразу перешла к делу: – Роксана, мне нужно кое-что объяснить вам. В моей жизни всего за несколько месяцев изменилось всё. Я благодарна вам за помощь и поддержку – сколько живу, столько и буду вам благодарна. Но мне сейчас очень трудно! Я оказалась в чужой стране: здесь всё не так по сравнению с тем, к чему я привыкла. Другой климат, природа, язык, буквы, люди. Прекрасные, добрые, но другие! Не успела я осознать, что со мной произошло, как оказалась в новой для себя среде, в которой ещё не поняла, как действовать! Я… не знаю, что мне делать дальше. Даже не могу описать, что у меня на душе. После того, что случилось, хочется уснуть и не просыпаться, а не ходить на приёмы и светские мероприятия. Поймите меня, пожалуйста. Роксана, ошеломлённая, слушала Эйр, вцепившись в спинку стула. Эйр замолчала. Роксана словно очнулась и бросилась к ней: – Эйр, милая моя девочка, прости меня, пожалуйста! Мы все так воодушевились, что ты попала к нам... Я хотела тебе помочь! Искренне была уверена: чем больше будет всяких мероприятий, тем меньше ты будешь грустить. Грош цена такой помощи! Сейчас я поставила себя на твоё место и пришла в ужас – я бы лежала носом к стенке и рыдала. А ты всё делала, что просили, ни в чём не отказала, грубого слова ни сказала. Почему ты так долго это терпела? Почему раньше со мной не поговорила? Они обнялись, и Эйр удивлённо подумала: действительно, почему? Зачем были нужны эти бессмысленные жертвы? Ох, и прав Тахар – людям свойственны иллюзии. Сама придумала себе трудности и поверила в то, чего нет. Что ж, теперь понятно: нужно обсуждать проблему сразу, как только она появилась. Как с занозой: лучше избавиться от неё сразу, не дожидаясь, когда она начнёт нарывать. – Роксана, можно, я сегодня никуда не поеду? – Можно. Мы с Гороном поедем, а ты побудь дома и отдохни. Или погуляй где-нибудь. Где хочешь. Эйр не могла прийти в себя от счастья. – Погоди, я сейчас вернусь, – сказала Роксана. Она быстро вышла и через некоторое время вернулась. – Тебе за выступления полагается зарплата, – сказала она и вручила Эйр конверт. – Понадобилось некоторое время, чтобы её правильно посчитать. Я хотела ещё кое-что перепроверить. – Ого! Горон сказал, что я должна принести пользу. Не ожидала, что будет зарплата, если честно. – А потом ещё и премия, которую рассчитают в зависимости от суммы, полученной от продажи билетов, сувениров и газет. Всё будет хорошо, Эйр! Будешь тут жить, работать. Друзья у тебя уже есть. В общем, сама решай, как проведёшь день, а я пошла собираться. Роксана ушла. Сумма, лежащая в конверте, была огромной, – можно сразу купить небольшой дом. А потом будет ещё и премия. Неплохо! Надо, пожалуй, присмотреть домик в городе. Вспомнились события первого дня в концертном зале, неприятное, гадкое чувство вернулось. Тут, в Могаре, дикие порядки… «Нет, одной жить нельзя, – подумала Эйр. – У Роксаны тоже – это её гостевой дом. Какое-то время, пока делаем спектакль, ещё можно тут пожить, но не более. Самое главное – найти работу. Может быть, меня возьмут в какой-нибудь театр? Театр – это отдавать, а у меня ничего не осталось. Нет сил… Но раз уж деньги появились, поиск работы можно отложить до осени. Уеду в деревню, к Ашкару и Зое. Куплю им лошадь, Ашкар ещё вроде лодку хотел. Построим новый сарай. Зое оплачу учёбу, а на свадьбу подарю комнату в городе, чтобы они с Раваном переехали туда вместе. Первое время они поживут там, найдут работу, а потом купят жильё, которое сами выберут». Приняв это решение, Эйр успокоилась. Стало легко, спокойно. Нет, никуда не хочется сегодня идти. Весь день она провела с книжкой в руках, забравшись с ногами в большое кресло. Это был чудесный, счастливый день. Лекция-спектакль получила неожиданное продолжение. В первых рядах, на дорогих местах, сидели местные богачи. Впечатлившись, они решили организовать работу по проведению городской канализации и водопровода. Не только в этом городе, но и во всех других крупных городах страны. Решили активнее осваивать месторождения нефти, которыми был богат остров, чтобы построить новые нефтеперерабатывающие заводы. А потом, со временем, – ещё одну электростанцию. Как-то за обедом у Роксаны собрались вождь, Эйр и ещё несколько гостей. – Вся страна гудит, как улей, – все обсуждают то, что ты рассказывала, – восторженно сообщила Роксана. – Всем теперь электричество и водопровод захотелось, – добавил Горон. – А я вот думаю – зачем? Зачем оно нужно в доме простого работяги? Какой смысл вкладывать в это столько денег? Вот в промышленные объекты – да, понимаю! Вот над этим можно поработать, чтобы войти в историю. При этом Горон, как только стал вождём, первым делом построил себе дом и сразу провёл туда электричество. – Сейчас человек приходит с работы, ужинает и ложится спать, – ответила Эйр. – Потому что темно. А если у него будет свет, он сможет почитать, займётся образованием, другими полезными делами. – Ну, ты насмешила! Включит лампочку да будет пьянствовать. А когда человек занят: печку затопи, воды наноси, нагрей, – ему некогда заниматься всякими глупостями. – Во всех странах на севере, – продолжала Эйр, – образование доступно. На Атале всё образование бесплатное. И медицина тоже. И получается, что человек поэтому думает: «вот, я нужен своему государству» и старается больше сделать для страны. – Ну, ты фантазёрка! – хохотал Горон. – Человек будет что-то делать для страны?! Человек не так устроен – ему бы нахватать, что бесплатно, и потом бездельничать. Ещё скажи «равные права»! Дай им равные права – такое начнётся! Всю страну развалят. Каждый должен знать своё место! Страх должен быть, вот тогда будет порядок. – Люди просят повторить спектакль «Город на горе», – сменила тему Роксана. – Давайте повторим столько, сколько нужно. Но в течение весны, – ответила Эйр. – Новые спектакли прошу пока отложить. Мне очень нужно отдохнуть. Просто необходимо. Поэтому прошу отпустить меня на лето в деревню, к Ашкару. Я там спокойно всё обдумаю и к осени вернусь. – Ты столько работала! Конечно, отпуск нужен, – согласилась Роксана. – Может, лучше на курорт? – спросил Горон. – У нас тут есть один, все летом туда ездят. Грязи, минеральные воды, море – летом оно тёплое. – Нет, спасибо, Горон. Тут дело в другом – мне нужно обязательно вернуться именно в Хэн Элам. – Непонятно, но ладно. Деревня так деревня. Обдумай всё, отдохни. Чтобы бы ты ни решила – мы поможем! А там, может, и жезл найдётся, – заключил Горон. Вот это да! Оказывается, всё так просто. Нужно было спокойно, твёрдо и решительно сообщить о своих проблемах и желаниях. Ну, и без Тахара тут, скорее всего, дело не обошлось. – Кстати, о жезле, – вступила в разговор Роксана. – На Старой пристани уже собирается народ. Очень просят, чтобы Эйр приехала. Давай отменим все светские выходы да съездим к ним? Эйр задумалась. Что она может им сказать? Роксана продолжала: – Я хочу взять с собой одного учёного в эту поездку. Он изучает магнитное поле, аномальные зоны, Чёрную реку. Думаю, у тебя есть вопросы, которые ты захочешь ему задать. – Есть. – Поедем? – Поедем. Эйр встала рано, чтобы собраться в поездку. Она с нетерпением ждала встречи с учёным, готовила вопросы. Времени было ещё очень много. Эйр спокойно умылась, позавтракала, раскрыла шторы и посмотрела в окно. В утреннем свете по сосне прыгали две белки. Наступила весна – её первая весна в Могаре. Взгляд упал на правую руку, где остался огромный неаккуратный шрам от когтей крона. Теперь одежда должна быть только с длинными рукавами, как синее платье, которое она приготовила для поездки. Надо одеваться. Эйр смотрела на себя в зеркало. Ей очень шёл синий цвет. Странная одежда – юбка. Очень неудобная, в ней холодно. То ли дело – брюки. Но тут их носят только мужчины. В дверь постучали. Пришли Роксана и незнакомый, очень красивый молодой человек с большими глазами. Кто это? А где учёный? – Доброе утро! Познакомься, это Ламар, – представила Роксана. – Очень приятно, я Эйр. – Ламар – учёный, изучает энергию, магнитные поля, аномальные зоны. Эйр смутилась – Ламар выглядел, как принц с картинки из книжки со сказками, которыми она зачитывалась в детстве. – Ты себе представляла учёного дедушкой с бородой? – смеясь, спросила Роксана. – Да, – ответила Эйр, надевая пальто. Ламар, Роксана и Эйр сели в машину и поехали через весь город, потом – мимо ферм, промышленных объектов и небольших деревень. Сначала они обсудили погоду, а потом Ламар рассказал о своих исследованиях: – Вы рассказывали о мирсах, на которых летают на Атале. Я думаю, в основе работы мирса лежит взаимодействие энергии магнитного поля Манг-алана и энергии Ринара. Думаю, мирс можно сделать, чтобы он летал и без браслета. – Вы правы, вначале так и было. Синхронизацию с браслетом сделали потом – для удобства и безопасности. – Боюсь только, энергии Ринара здесь, далеко от экватора, будет недостаточно. – Возможно. Как-то проводили эксперимент – хотели запустить мирс на Тароне, но он только оторвался от поверхности, поднялся невысоко и никуда не полетел. – Всё равно я попробую сделать мирс. Нарисуйте мне его. Хотя бы примерно. – Я попробую. Жаль, на Атале я не интересовалась физикой. Мирсы, сферы, стены домов были частью повседневной жизни и не вызывали удивления. И желания разобраться, как это всё работает, тоже. Кто же знал, что это может пригодиться. – Ничего, со временем и мы всё это изобретём. Эйр улыбнулась. – Ламар, вы знаете, что произойдёт, если соединить половинки жезла? – задала она свой главный вопрос. – Точно неизвестно. Согласно информации, которая есть, Элоан планировал с помощью жезла заблокировать исток Чёрной реки в море у берегов Атала. – А если Чёрной реки не будет, можно будет вернуться на Атал? – Не думаю. У нашей планеты в южном полушарии по всей параллели проходит аномальная зона, которую невозможно преодолеть. А Чёрная река – тоже аномальная зона. Они как бы пронизывают одна другую, и по реке, как по дорожке, можно сюда попасть. Что Элоан и сделал в прошлом. И вы тоже, кстати. Здесь, у земли Могара, её свойства ослабевают, даже есть несколько мест, где можно преодолеть действие Чёрной реки и покинуть её. – Это, случайно, не те места, где летала птица крон? – Так и есть. Крон – умная птица, она знала их, поэтому летала над рекой и потом возвращалась на остров. – Почему же тогда все хотят найти жезл и остановить её? – И Элоан этого хотел. Но нигде не написано точно, что именно произойдёт, если соединить половинки. – Я только не могу понять, зачем для этого нужен посланник? Не всё ли равно, кто соединит части жезла? – Так написано у Элоана. – Такие сказки есть у многих народов – придёт избранный, который всех спасёт. Он и только он. Мне никогда не нравились такие сказки. Потому что миссию этого избранного мог выполнить любой, приложив некоторые усилия. Я для себя давно поняла: хочешь что-то сделать – бери и делай, не жди, когда чудо случится. Показалось море. Такое же серое, стальное, холодное, как тогда, на Чёрной реке. Пустынный берег с чахлыми кустарниками и каменистым пляжем. Проехав немного вдоль берега, они увидели три скалы в море неподалёку от берега. Там находилась небольшая туристическая база – несколько деревянных домов и ангар. Их встретил довольно симпатичный человек по имени Тор и проводил в один из домов с надписью – столовая «Старая пристань». Было холодно, ветрено, хотелось побыстрее оказаться в тепле. За длинным широким столом сидели мужчины разного возраста. Это были энтузиасты, готовые при первой возможности начать прочёсывать дно в поисках половины жезла. Тор представил спутников и пригласил за стол. Все смотрели на Эйр, отчего ей было неловко. Надо что-то сказать. – Здравствуйте, – начала она. – Рада с вами познакомиться. Расскажите, пожалуйста, что вы сейчас делаете, какие планы на лето? – Мы готовимся к сезону, – ответил Тор. – Привозим оборудование для погружений, готовим лодки. Сейчас нас мало, но летом, когда станет тепло, сюда съедутся люди со всей страны. Нужно организовать, чтобы они все удобно разместились, осуществляли погружения в определённом порядке, чтобы им хватило продуктов, воды. Постепенно и остальные включились в разговор и начали наперебой рассказывать, что погружения уже начались, хоть вода ещё ледяная. Приезд Эйр всех воодушевил. Они рассказывали о находках, вспоминали забавные истории. Так, незаметно, все расслабились, наелись и отлично проводили время. Тор рассказал свою историю: – Я родился в деревне неподалёку отсюда. Нам всем в детстве рассказывали, что жезл тут, на дне, где три скалы. Мы мальчишками каждое лето приплывали туда на лодках и ныряли. Иногда приезжали ребята из других городов, мы подружились, они стали приезжать каждое лето. Мы жили в палаточном лагере, но здесь холодно и очень ветрено, палатки улетают. Я построил сначала один дом, потом другой, – так и возникла эта база. Я постоянно тут живу. Судя по тому, сколько народу планирует приехать сюда летом, этих домиков не хватит. Думаю, надо будет построить ещё, минимум, десять, сделать отдельную столовую, магазин. А как тут хорошо летом, когда тепло! Вечерами мы разжигаем костры, жарим мясо, овощи, поём песни под гитару. Обязательно приезжайте к нам летом, вместе попоём! На базе Эйр очень понравилось. Хорошие люди могары, что говорить. Простые, добрые. Наверное, здорово приехать сюда летом, сидеть у костра, петь песни и мечтать о том, что найдётся вторая половинка жезла, и наступит счастье. Желающих посмотреть спектакль «Город на горе» оказалось так много, что пришлось повторять его почти каждую неделю. Люди приезжали из других городов, некоторые даже смотрели по нескольку раз. Мечта могаров об их почти забытой родине наконец обрела вполне понятные очертания – Эйр подробно рассказывала о стране, о городах, о людях. Она, настоящая аталанка, стояла на сцене, рассказывала и показывала всё так наглядно, что каждый представлял себя там, на далёком чудесном острове. Иногда она переходила на чистый аталский, со щёлкающими звуками, но могары почти всё понимали, слушали, затаив дыхание, и плакали. Наконец состоялся последний спектакль. Наступило лето. Пришло время прощаться с Роксаной, её гостеприимным домом, и отправляться в деревню. Ламар приехал, чтобы проводить Эйр, Роксана устроила праздничный обед. Было весело, Эйр заставили дать слово, что осенью она обязательно вернётся. – Мы пообещали приехать летом на базу, – напомнил Ламар. – Да, я помню. Но не могу пока сказать, в какое время у меня получится. – У вас в деревне есть телефон? – Да. Эйр уже знала, что это такое, – в доме у Роксаны он был. – Позвони мне дня за три перед поездкой. – Договорились! Позвоню, когда будет хорошая погода. – Хорошо. Буду ждать хорошей погоды, – ответил Ламар, записывая номер телефона. Эйр со всеми попрощалась, села в машину и уехала. Глава 4. Музыка одинокой реки Теперь по дороге в Хэн Элам Эйр могла смотреть в окно. Как всё интересно! Фермы, коровы, поля. Потом начался лес. Чем дальше они отъезжали, тем гуще он становился. Ёлки тут росли огромные, иногда Эйр замечала на них крупных птиц с красными головками и большими хвостами. Несмотря на однообразие, было интересно, дорога пролетела незаметно. Всё пространство в машине занимали вещи Эйр и подарки, которые она накупила. Рядом сидела большая игрушечная медведица в розовой юбке для сестрёнки Равана. Наконец показалась деревня – около тридцати дворов. Вот она какая! Деревянные серые дома, рядом с каждым сараи, бани, колодцы, позади – огороды и сады. Небольшие заборы, чтобы животные не заходили во дворы. Все жители вышли встречать Эйр. Всем было интересно на неё посмотреть, познакомиться, все наперебой звали в гости. Эйр жалела, что привезла мало подарков, обещала в ближайшее время ко всем заглянуть, познакомиться. Кое-как добравшись до дома, Эйр, Ашкар и Зоя сели ужинать на террасе. Девушке не терпелось рассказать о своих планах: оплатить учёбу Зои, купить комнату в городе в подарок на свадьбу, построить новый сарай, купить лошадь и лодку. От таких новостей хозяева не сразу пришли в себя. Они было принялись отказываться, но Эйр была непреклонна. – Если Раван после свадьбы не захочет переезжать в город, я сама перееду туда, а вы спокойно будете жить тут, – предложила она. Ашкар и Зоя охали, ахали, но в итоге поблагодарили Эйр и согласилась. Решили, что недельки через две девушки поедут в город устраивать Зою на подготовительные курсы, и заодно подыщут комнату. После ужина для Эйр провели увлекательную экскурсию по сараю и огороду. И, наконец-то, познакомили с курами и поросятами. Чем ближе подходил день свадьбы, тем мрачнее становилась Зоя. Она почти не разговаривала, была задумчива, печальна. Тяжело было на душе. Зоя много думала, рассматривала разные варианты и в конце концов решила: она не сможет разбить сердце Равану. Да, она его не любит, зато не будет жить с чувством вины. Вот и всё. И не о чем тут больше говорить. Как Эйр ни расспрашивала, Зоя ничего ей не рассказала. Родители Равана пригласили будущих родственников в гости, чтобы обсудить детали свадьбы. Эйр тоже позвали, поэтому она решила на всякий случай расспросить Ашкара, что ей нужно будет там делать. И, конечно, её очень интересовало, как проходят свадьбы в Могаре. Оказалось, свадебные традиции Могара сильно отличались от того, что было на Атале. Там во время свадьбы происходила регистрация брака, молодожёны обменивались кольцами, потом официальная часть заканчивалась и начинался праздник, который мог длиться несколько дней. В Могаре государственная регистрация брака и свадьба проходили в разное время. Регистрации никто особого значения не придавал, она никак не отмечалась и могла быть как до, так и после свадьбы. А вот свадьба, проведённая по старинным обрядам, имела основное значение, – именно после неё жених и невеста считались мужем и женой. На свадьбу приглашали всех родственников, друзей, знакомых, – гостей всегда было много, поэтому в городах для этого строили специальные помещения, а в деревнях праздновали, как правило, под навесом на улице или, в крайнем случае, в большом доме. Длилась свадьба всегда один день. К браку могары относились не столько как к союзу двух людей, сколько как к объединению семей. Поэтому основными действующими лицами на свадьбе были родители молодожёнов. Если кого-то из родителей не было, на его роль приглашали кого-то из близких родственников или знакомых. Они благословляли детей, а потом, согласно сценарию, неизменному уже сотни лет, пели свадебные песни, проводили игры, осыпали детей цветами, деньгами, дарили символические подарки. Как правило, родители всё делали сами, иногда им помогал профессиональный ведущий. Это длилось примерно час, а потом все ели, пили и веселились. Если же кто-то из родителей был против, ни свадьба, ни регистрация были невозможны, но это случалось очень редко, так как считалось, что родители не должны влиять на выбор детей, – те уже взрослые и сами за него несут ответственность. Утром следующего дня молодожёны делали татуировки с именами друг друга в верхней части кисти правой руки. Татуировка делалась только один раз – если кто-то вступал в брак повторно, свадьбу уже не устраивали и новую татуировку не делали. Так как родители были основными действующими лицами, им следовало заранее познакомиться и как следует подготовиться. Сегодня планировалась первая общая встреча, чтобы обсудить основные вопросы. Далее родители встречались уже без детей: накрывали столы, репетировали, общались и, таким образом, лучше узнавали друг друга. Пока Ашкар увлечённо рассказывал Эйр о том, как проходят свадьбы в Могаре, Зоя ушла в огород. Заметив, что её долго нет, Эйр пошла на поиски и нашла её за сараем, – Зоя сидела на перевёрнутом ведре и горько плакала. Эйр подбежала к ней, обняла, уговаривая рассказать, что произошло. И подруга рассказала всё как есть: и о том, что сделал Раван, и о своих чувствах к нему. Выговорившись, она замолчала. Подбежала кошка, запрыгнула Зое на колени, словно желая пожалеть её. Эйр, ошеломлённая, тоже молчала. – Что мне делать, Эйр? – спросила Зоя. – Тяжёлый выбор: разбить сердце человеку, который любит тебя больше всех на свете. Или принести в жертву себя. – Да... – Не думаю, что смогу дать правильный совет. Я смотрю на ситуацию со стороны Равана. Сама понимаешь, почему. Мне и в голову не приходило посмотреть на неё глазами... другой стороны. – Другая сторона чувствует себя сейчас полным... – То, что есть сейчас, через миг станет прошлым. Подумай лучше о том, что будет, когда Раван осознает, что ничего не значит для той, ради кого готов на жертвы. Лично я на его месте предпочла бы, чтобы всё закончилось сейчас. Это больно, но всё же лучше, чем потом всю жизнь отдавать тепло, а получать холод. Да, он окажется на самом дне, но потихоньку выплывет. Я же плыву... Теперь Зоя обняла подругу. – Даже представить не могу, как это – любить так, чтобы быть готовым на жертвы. Вдруг и со мной это когда-нибудь случится? – А ты замужем уже... – Бедный Раван! Что бы я ни сделала, всё плохо! Зачем, зачем я согласилась выйти за него замуж? Как же глупо всё вышло… – Ещё не поздно, Зоя. – Поздно! Гости уже приглашены. – Да какие гости?! Это твоя жизнь: тебе решать, какой она будет, а не гостям! – Нет, Эйр… Слишком поздно. Нужно отвечать за свои слова и поступки. На следующий день из города приехала тётя Зои и все дружно отправились в дом Равана. Тётя приехала потому, что Зоя её пригласила на роль мамы. Их уже ждали, приветливо встретили и пригласили за стол. Угощение состояло из варёной картошки, огурцов и курицы, запечённой в печи. Обстановка в доме была простой и довольно бедной, но, несмотря на большое количество жильцов, было чисто, на посуде – роспись, на шторах и одежде – вышивки. Эйр очень понравились родители Равана – мама маленького роста, худенькая, шустрая. Приветливая, открытая, внимательная, очень красивая. Не так себе Эйр представляла маму девяти детей. А папа – простой и добрый, постоянно держал на руках кого-то из малышей. Сегодня Раван отлично выглядел – побрился, причесался, надел новую рубаху. Подготовку обсуждали, главным образом, мама Равана и Ашкар. Зоя что-то говорила, только если её спрашивали. Когда Раван сел рядом с ней, она нашла предлог, чтобы пересесть подальше. Он обиделся и тоже пересел на другой конец стола. Всем было неловко. Мама Равана куда-то вышла, дедушки тоже не было. Те, кто остались, зачем-то делали вид, что всё в порядке. Эйр вся эта ситуация ужасно не нравилась. – Зоя, – шепнула Эйр ей на ухо. – Тебе не кажется… – Кажется, – прервала Зоя. – Не смогу я всю жизнь врать. – Так иди, поговори с ним. – Мне страшно. Я не знаю, как ему это сказать. – Раван! Зоя! – громко позвала, Эйр. – Пойдёмте в огород, я давно хочу посмотреть огурцы, о которых вы рассказывали. – У нас там и кроме огурцов есть на что посмотреть, – гордо ответил Раван, вставая из-за стола. – Зоя, пошли тоже, – решительно скомандовала Эйр. Втроём они вышли на задний двор и направились к огороду. – Деда бы ещё найти, – сказал Раван. – Нет, нет, – возразила Эйр. – Пусть отдыхает. Ты что, сам не знаешь, где у вас в огороде что растёт? Эйр хотела отвести Равана и Зою в огород, где им никто не помешает, и вернуться в дом. Проходя мимо сарая для сена, они услышали голос дедушки, остановились и застыли в дверях: в сарае, в самом углу, плакала мама Равана, а дедушка её успокаивал, стоя к ним спиной. – Не любит Зоя нашего Равана! – рыдая, говорила мама. – Ну, не плачь! Всё у него будет хорошо, – тихо отвечал дедушка, обнимая её. – Хорошо?! Не будет там ничего хорошего! Мама подняла голову и замерла, увидев Равана и девушек. Зоя покраснела, потом побледнела. Сложно представить более неловкую ситуацию – все растерянно смотрели друг на друга. Эйр быстро скрылась за калиткой, мама и дедушка, ни на кого не глядя, поспешили в дом. Зоя с Раваном остались одни. Она волновалась и не знала, с чего начать, наконец собралась с духом и сказала: – Раван… я не могу… я не могу выйти за тебя замуж. – Почему? Я тебя чем-то обидел? – Не в этом дело. – А в чём? – У тебя есть мечта? – Конечно! Жениться. Со временем построить дом. Чтобы было много детей. Разведём скотину, посадим огород. – А ты сам? – Что - сам? – Чего бы ты хотел достичь? – Достичь? Зоя, мы что, в вожди, что ли, тут выдвигаемся?! Чего достигать?! С голоду не померли, и то хорошо! Для нас лошадь купить - уже достижение! Не буду обещать, но, может быть, со временем и мы с тобой этого достигнем. – А я мечтаю стать врачом! Понимаешь?! Сейчас эта мечта может сбыться, я не могу упустить этот шанс. Хочу учиться, работать. Так надоела эта вечная бедность! Мы откладываем деньги на билет в город, не говоря уже про всё остальное. Тебе нравится так жить? – Да ладно тебе, все так живут. – Всю жизнь думаешь прожить в деревне? – Да. Но если ты хочешь, поедем в город. – Мне нужен муж, а не ребёнок! Который будет ставить цели, идти к ним, а не ждать, когда я предложу решение! – Вот так, значит? Я – ребёнок? Потому что для меня нормально жить в деревне, работать в кузнице, иметь огород и держать скотину? Если тебе был нужен принц, зачем ты столько лет мне голову морочила? Почему сразу не ответила «нет»? – Когда я соглашалась, думала, это правильное решение. Но потом поняла, что это ошибка. Я… очень виновата перед тобой… Вот так всё просто?! Сначала думала, потом передумала. Сердце Равана рассыпалось на мелкие осколки, было странное ощущение, что не осталось ни органов, ни чувств, – только пустая, безжизненная оболочка. Зоя, как обычно, не просила прощения. А он и не простит. Маминых слёз – тем более. Зоя плакала, Раван не смотрел на неё и хотел только одного – поскорее закончить этот разговор. – Уезжай в город и ищи там своего принца! Я больше ничего не хочу о тебе знать. А Эйр сама не заметила, как оказалась за деревней, на широком лугу. Надо убежать, спрятаться, никого не видеть и не разговаривать. Вроде бы всё это её не касается, но так плохо на душе. А на лугу просторно, свободно! Тёплый ветер треплет волосы, в чистом сиреневом небе носятся стрижи, поют жаворонки. Как хорошо идти по мягкой траве, вдыхая запахи цветов! За лугом начались заросли кустарника. Пройдя их, Эйр оказалась на берегу небольшой речки. Здесь прохладно, течение медленное, блики света переливались на воде. Среди камышей она нашла лодку Ашкара и зашла в неё. Две синие стрекозы, сверкая перламутровыми крылышками, гонялись друг за другом, иногда садясь на тёплую поверхность лодки. Они не замечали ни девушку, ни маленькую птичку, сидящую на листе камыша, и видели только друг друга, купаясь в потоках воздуха и света. «Счастливые! - подумала Эйр, любуясь их завораживающим танцем. - Почему же у людей всё так сложно? — Как бы было хорошо, если бы было видно, любит тебя человек или нет. Не случилось бы всей этой истории. Раван нашёл бы себе девушку попроще и радовался жизни. А меня бы здесь не было. Я бы сразу поняла, что нужна Ришану только для того, чтобы добраться до короля и принца. Операция проведена блестяще, цели достигнуты! Ну, погибла одна дурочка, ничего страшного. Мало ли девчонок на свете? Поёт теперь свои песни другой и не вспоминает обо мне. Нужно принять это и больше себя не обманывать. И не винить». Вдруг раздался нежный звук – кто-то заиграл на дудочке, совсем недалеко, на этом берегу реки. Всё притихло – даже птицы и лягушки замолчали, словно заворожённые прекрасными звуками. Наверное, это пастух пригнал стадо. Как он играет! Мелодия будто из другого мира, в самую душу проникает. Даже совсем бесчувственный человек бы заплакал. «Неужели и у пастуха разбито сердце? Что ж, это со всеми случается: и с пастухами, и с королями. Разве царь Кхарат был глуп? Нет. И благородных королей, и прекрасных принцесс тоже предают. Так устроен мир. А я даже жива осталась! И здорова, как ни странно. Шрамов никто не увидит, а что в душе – тем более». Музыка внезапно прекратилась. «Почему ты остановился? Пожалуйста, поиграй ещё, мне так сейчас нужна эта музыка! Ты обязательно будешь счастлив – если ты так играешь, значит, умеешь любить», – подумала Эйр, обращаясь к незнакомому музыканту. Но музыка больше не звучала. Вода сверкала, лодка покачивалась на воде. Лягушки снова заквакали, птицы запели. Всё прекрасно... Только почему-то очень больно. Зоя уехала в город и устроилась на курсы. Она поселилась в комнате, которая должна была стать подарком на свадьбу. Эйр всё равно подарила её Зое. Раван тоже уехал в город и прогулял там все свои деньги. Братья с трудом нашли его и привезли домой – побитого, больного. Целый месяц Раван сидел дома и никуда не выходил. Ашкар тоже почти не разговаривал и не выходил из дома. Лето было в разгаре – тепло, красиво, но настроение у всех было ужасным. «Уехать бы в город к Зое», – подумала Эйр, но, глядя на Ашкара, грустного и одинокого, решила остаться с ним. Он так ждал, что дочка с мужем поселятся в его доме, родятся внуки, будет шумно, весело. А теперь… Зоя уехала из деревни, дом опустел. Сохранится ли дружба с семьёй Равана – большой вопрос. Эйр, как никто, понимала его и сочувствовала. Она купила Ашкару лошадь, в планах была постройка нового сарая. Однажды, вернувшись с огорода, Эйр увидела, что Раван с Ашкаром сидят вместе за столом. Раван выглядел плохо: чёрные круги под глазами, опухший, лохматый. – Иди к нам, Эйр! Мы тут чай пьём. «Удивительно, и правда, чай», – бутылки нигде не было. – Ладно, – она подсела к ним и тоже налила себе чаю. – Видишь, как оно вышло! Я жениться хотел, почку продал, а она ещё и сердце мне выдрала! Знаешь, сколько за эти дни я выпил? А всё почему? Потому что это обезболивающее! – Ну… ты не один тут такой, – тихо ответила Эйр. – Без сердца. Только твоё обезболивающее… это ведь временно. Рана-то остаётся, как была. – Вот! Ты меня понимаешь. А ты как из этого вышла? – Я не вышла. Так пустота и осталась. Сначала думала, что я в чём-то виновата, что это я что-то сделала не так. А потом решила: это он, предатель, во всём виноват! А на самом деле никто не виноват. Есть ещё обстоятельства. Люди встречаются, расстаются. Кому быть вместе, те и будут вместе, а нет – так нет. Потом начались разные события, времени на страданья стало меньше. Оказалось, пустота вроде и заполняется на время, хоть никуда не уходит. Теперь стараюсь без дела не сидеть. Не позволяю себя жалеть. – Пробовал что-то делать, да не могу! Хочу лечь и не вставать. Всё напоминает о том, что было… и начинается: надо было то сказать, это сделать. – Да, я тоже без конца крутила в голове прошедшие события. Это создаёт иллюзию, что ничего не закончилось, всё хорошо, как раньше. А нужно, наоборот, выбираться! Должны быть только настоящее и будущее. Работа, увлечения, друзья, – не давай прошлому найти пустое место и зайти туда. – Правильно ты всё говоришь, – вступил в разговор Ашкар. – У меня тоже так было, когда жену схоронил. Свет белый не мил, хоть ложись да помирай. А куда деваться? Дочка, хозяйство, дел полно. Сами собой дела не сделаются, сколько ни лежи. Сначала было тяжко, да потихоньку прошло. – Мы тут с Ашкаром думали недавно – не нанять ли нам работника? Пойдёшь? – обратилась Эйр к Равану. – Будем тебе хорошо платить. Только работать надо тоже хорошо. Раван задумался, разглядывая кружку с чаем, и молчал. – Ну, как хочешь, другого найдём. – Давай попробуем. Если буду плохо работать, выгоняйте, на бур, сразу. – Хорошо, – засмеялась Эйр. На следующий день Эйр загрузила Равана работой. Нужно было починить старый сарай, построить новый для лошади и починить забор. Ну, и по мелочи: носить воду, рубить дрова. Несмотря на то, что Раван был довольно худой, он оказался очень сильным, видимо, из-за того, что работал в кузнице. Всю работу делал быстро, старательно, аккуратно. А сама Эйр решила изучить, что же это за культура такая – картошка. Что нужно сделать, чтобы увеличить её урожайность, защитить от болезней. Почти всё время она проводила на картофельном поле и, по своему обыкновению, выкладывалась полностью: полола, поливала, окучивала, собирала жуков, удобряла. Она прямо влюбилась в эту картошку. Ещё бы: сажаешь ведро – выкапываешь десять! При правильном подходе можно накормить этой картошкой всю страну. Эйр решила распахать ещё одно поле, поменьше, и разделить его на три части: внести в них разные удобрения, а весной посадить одинаковый набор сортов и посмотреть, какой будет результат. Она поделилась этой идеей с Раваном и спросила, сможет ли он распахать новое поле. – Где? – удивился Раван. – Неподалёку от нашего огорода, там, где три дерева растут. – Три дуба? Там же два камня огромных лежат прямо посередине – они будут мешать. – Придётся их обходить. Но в остальном – прекрасный участок! Ровный, светлый, почва хорошая. К тому же, других мест поблизости нет, всё уже распахали. – Можно, конечно, лошадь есть. Но лучше мотоблоком. – Где его взять? – В городе купить. Эйр сомневалась – сможет ли она правильно выбрать, что нужно, поэтому отправила самого Равана в город покупать мотоблок. Агрегат ревел, вонял бензином. Пропахав два ряда, он сломался. Раван ругался, обзывая крайне неприличными словами и сам мотоблок, и его создателей, и в итоге понёс в кузницу чинить. Он что-то делал с ним несколько дней, потом вернулся и за день распахал всё поле. Мотоблоки брата и соседа Равана тоже развалились после недолгого использования. Узнав о том, что Раван починил мотоблок, оба принесли свои сломанные агрегаты на ремонт. Но Раван не мог этим сразу заняться – он же был наёмным работником с определённым рабочим графиком, поэтому, как положено, дождался выходных и тогда только принялся чинить. За работой он думал о том, что сказала Зоя. Обидно, но она права. Зато теперь у Равана появилась мечта. И цель. О них он решил пока никому не рассказывать. Больше никто не назовёт его ребёнком. «Зоя ещё завидовать будет той, чьё имя будет на моей руке», – подумал Раван, закончив работу, с гордостью глядя на мотоблоки, которые отремонтировал. Времени на страданья, действительно, стало меньше. Пустота, конечно, не ушла, но уже не так беспокоила. Глава 5. Туман рассеивается В ежедневных заботах в доме и огороде Эйр добилась той цели, которую ставила, – приняла новые обстоятельства. Атал далеко, назад пути нет. Если путь и появится, прекрасно – но не стоит жить в ожидании, надеясь на чудо. Надо жить здесь. В конце концов, Могар – не такое уж плохое место. Здесь можно ставить спектакли, как она и мечтала. Хотелось поскорее повторить то волшебное чувство, когда она физически ощущала энергию тысяч зрителей в концертном зале, направляя её так, как нужно. Сколько изменений произошло после спектакля! И ещё произойдёт. Работая на картофельном поле, Эйр придумывала новый сценарий и с удивлением заметила, что энергию почвы и растений она чувствует тоже. Её так же можно физически потрогать, собрать, направить. Девушка устала и присела отдохнуть на траву. Трава была тёплой, аромат летних цветов – приятный, немного горький. Она залюбовалась своим полем: ряды ровные, кустики – как на подбор! Красота! Жаль только – два камня возвышаются прямо посередине. Но их никак не убрать – они огромные. Эйр легла на спину, любуясь чистым небом. Становилось жарко, она задремала. Во сне она пошла вверх по горе, дошла до калитки и оказалась дома, на Атале. В залитом светом дворе мама поливала цветы, а папа что-то говорил ей, они смеялись. Наконец-то Эйр отчётливо увидела мамино лицо! Притаившись за кустом, она смотрела на родителей сквозь ветки, боясь, что всё исчезнет. – Эйр, – позвала мама, заметив её, – помоги мне полить цветы! Мама взяла лейку и стала лить воду – вода превращалась в цветные радуги, которые становились всё больше и больше. Радуги оседали на горах, превращаясь в реки и водопады. Двор стал подниматься вверх, а Эйр смотрела на него теперь снизу и собирала эти радуги, – они были материальны, как и энергия горных рек, которую она тоже могла взять в руки. Так получилось большое плотное облако, которое переливалось в лучах света. Эйр посмотрела вверх – двора и родителей уже не было, посмотрела вниз – увидела землю Могара и очень обрадовалась. Взяла облако и подняла над головой – цветные струи полились вниз, но не впитывались, а отталкивались от поверхности, поднимались вверх и превращались в огромные пузыри. Вдруг один пузырь лопнул – Эйр вздрогнула и проснулась. Вокруг картофельное поле, запах луговой травы. Ну и сон! Очень странный, но такое светлое чувство после него. Как радостно увидеть родной дом! И родителей, которые вместе, счастливы, как в её детстве. Небо над лесом закрывала чёрно-синяя туча – надвигалась гроза. Надо скорее идти домой. Эйр встала и заметила, что кто-то идёт вдоль огорода. Это Есихем, дедушка Равана. Он явно идёт к ней. Да, он улыбается и машет рукой. Вот это да! Раньше они никогда не разговаривали, только здоровались. Сейчас она наконец задаст ему кучу вопросов – какая бы у неё хорошая картошка ни была, а у дедушки всё же лучше. – Здравствуйте! – с улыбкой поприветствовала дедушку Эйр. – Здравствуй, труженица! Как твоя картошка? – Всё хорошо! Немного осталось дотяпать. Как же мешают эти огромные камни! – Можно попробовать их убрать. – Это будет непросто. Идёмте домой, нужно торопиться, – гроза надвигается. – Нет, нет, не торопись. Ты же любишь грозу. Эйр вздрогнула. Дедушка смотрел на неё, хитро улыбаясь. Вспомнился Атал, дом на горе. Когда она смотрела на грозу, ожидая папу… – Посмотри, как горят огоньки на твоих руках. – Да, я же аталанка. – Давай попробуем кое-что сделать, чтобы убрать эти камни. Я тебе буду говорить, а ты делай, хорошо? – Хорошо, – стало волнительно и немного страшно. – Не бойся. Вытяни руки вперёд и почувствуй энергию грозы. Я буду держать тебя за локоток, чтобы с тобой ничего плохого не случилось. Эйр протянула руки в сторону тучи. Удивительно, но к ним стали притягиваться маленькие молнии. Они накапливались и таяли в воздухе. – Хорошо… – сказал Есихем. – Теперь попробуй их собрать вместе, чтобы получилась большая молния. А потом направь её на камень. Эйр не отрывала взгляда от молний. Она сосредоточилась и стала их собирать воедино. Это было сложно, но очень интересно! У неё получалось! Молнии больше не растворялись, а собирались вместе. Она вся дрожала, но продолжала, вся её сущность словно соединилась с грозой. Молнии искрились, потрескивали, их становилось больше. – Давай, ещё немного подсобери, – спокойно командовал дедушка. – А теперь направляй! Огромная молния ударила в камень и разнесла его на мелкие кусочки. Правда, это был не тот камень, в который целилась Эйр… Ладно, не важно. Она, ошеломлённая, смотрела на груду мелких камешков, покрытых копотью, от которых поднимался лёгкий дымок. – Ух ты! – воскликнул дедушка. – Ай да Эйр! Видала, что ты сделала?! – Дедушка Есихем, а давайте и второй камень разобьём?! – в восторге закричала Эйр, сверкая ярко-зелёными глазами. – Я поняла, как это делается! Она схватила дедушку за руку и снова стала собирать молнии. Из-за сильного ветра приходилось кричать, чтобы было слышно. Теперь уже дедушка удивлённо смотрел на неё, – не прошло и минуты, как другой камень тоже превратился в горку мелких камешков. Хлынул дождь. Они поспешили под навес для сена, стоящий неподалёку. Отдышавшись, Эйр спросила: – Что это было? – Ты направила молнии на камни, и они разбились. Ладно, если без шуток... Я давно поглядываю за тобой. Ты чувствуешь энергию и умеешь к ней подключаться. Тут сразу несколько причин: ты аталанка, огоньки на твоих руках играют в этом важную роль. Но этого недостаточно – нужно обладать сильной энергетикой, быть человеком любопытным, открытым, не бояться экспериментировать. Таким, как Элоан. Ты никогда не задумывалась, почему в сказках герои с чистым сердцем и простой душой легко пользуются волшебными силами и побеждают всяких злодеев и колдунов? Им доступно больше, чем остальным. – Разве я такая? – Да. Иначе бы эти камни сейчас стояли среди поля. – Вы тоже так умеете? – Что, разбивать камни? Могу, – Есихем поднял руку, из его пальца ударила молния. Эйр в страхе отпрыгнула назад. – Но мои молнии – короткого действия. Они не поднимутся высоко… как те, которыми можешь управлять ты. – То есть, чтобы управлять молниями длинного действия, нужно быть аталаном? – Да. Только ты не сможешь защититься от них, – если бы я не держал тебя за руку, ты бы рассыпалась, как те камни. – Почему? Как вы меня защитили? – У меня есть особая сила... Не пробуй сама это повторять. Без меня ты погибнешь. Если будешь направлять молнии… Или соединишь половинки жезла. – Вы знаете, что будет, если соединить половинки жезла?! – Знаю. Элоан же всё написал: Чёрная река исчезнет, а к земле Могара вернётся сила. Сколько же Эйр искала ответ на этот вопрос, а он был рядом! – И всё? – Разве этого мало? Если сила вернётся, наступят счастливые времена, – мы забудем о холоде и голоде. – А как же дорога на Атал?! Она что, не появится?! – Эйр так расстроил ответ дедушки, что она готова была заплакать. – Там про дорогу на Атал ничего нет. Почему-то все читают записи Элоана так, будто счастье будет состоять в том, что мы вернёмся на Атал. Но это не так. – Получается, на Атал я не попаду, даже если найдётся жезл? Неужели нет никакого способа туда вернуться? – Чёрная река – не преграда. Преграда – аномальная зона. Без Чёрной реки будет проще её преодолеть. – Что для этого нужно? – Что-то, что сильнее смертельных магнитных полей и временных аномалий. – Это колдовство? Есихем задумался. Эйр некоторое время молчала, ожидая ответа, но поняла, что не дождётся, – скорее всего, дедушка не знает. Она решила вернуться к теме жезла: – Получается, когда я соединю половинки, произойдёт что-то, из-за чего в Могаре климат улучшится, и почва станет плодородной? – Когда половинки соединятся, небо покроется пузырями. Чтобы они лопнули, нужно направить молнию. Сегодня ты научилась это делать. – Но я погибну? Если… если вы не будете держать меня за руку. – Мою волшебную силу мне передал один человек, когда умирал. Только не объяснил, что с ней делать. Всю свою жизнь я ищу ответ на этот вопрос. Кое-что понял, но этого, конечно, мало. Я бы передал тебе свою силу, но, к сожалению, передать её можно только могару. – Почему? – В древние времена люди бросились превращаться в могаров, потому что иначе не могли получить волшебную силу от волков. В основном, поэтому они и выжили. Но со временем это сошло на нет. То ли полукровки не могли её передавать, то ли не хотели… Сейчас могары уверены, что среди нас никто не обладает волшебной силой. Потому что те, кто обладают, либо не знают об этом, либо не до конца понимают, как её использовать. – Какой-то замкнутый круг: молнии направить может аталан, а волшебная сила может быть только у могара. А я могу стать могаром? – Для этого нужно заклинание. Его уже давно забыли. – Хотя, тогда я перестану быть аталанкой, и у меня не будет огоньков… Как же я тогда... – Даже если ты превратишься в могара, останешься аталанкой, – огоньки никуда не денутся. А вот дети твои уже будут могарами – у могара всегда рождается могар. «Где-то я это уже слышала. Судьба у меня, что ли, такая?» – Если бы ты могла превратиться в волка, это было бы хорошим решением... – продолжал Есихем. – В любом случае, свою силу я смогу передать тебе только после того, как умру. – Значит, мне нужно жить в деревне, рядом с вами! Когда половинки найдутся, пусть привезут их сюда! – Тебе не обязательно жить здесь: когда найдутся половинки, просто сделай так, чтобы я оказался рядом. Если я до этого, конечно, доживу. Поэтому надо составить план, как действовать в разных ситуациях. Время ещё есть. Зайди ко мне перед отъездом, обсудим всё ещё раз. В любом случае я позабочусь о том, чтобы нашёлся тот, кто бы смог тебя защитить. Никому не говори о том, что произошло. Скажем, в камни молния попала. Вся промокшая, Эйр вернулась домой. Там никого не было, Ашкар и Раван, наверное, ушли в сарай. Она переоделась и решила выпить чаю, чтобы согреться. Ну и дела! Сколько событий произошло всего за один час! На столько вопросов нашлись ответы! Теперь нужно всё это осмыслить и понять, что делать. Эйр размышляла, наслаждаясь ароматным чаем, глядя в окно. «Вот цель и обозначилась. Я же хотела прожить полезную жизнь. Вернуть силу земле Могара… Это значит – принести сюда тепло, сделать почву плодородной. Дедушка Есихем поможет мне. Какое счастье, что он есть! Теперь мне ничего не страшно – мы будем действовать вместе. А потом найдём дорогу на Атал. Дедушка же сказал, что это возможно! Я готова ждать этого всю свою жизнь… Как бы я хотела снова увидеть папу! Тару моего любимого. Как вы живёте? Здоровы ли? Живы? Нет, всё-таки я не верю, что таронцам под силу захватить Атал. Наверняка их уже прогнали. Вот бы можно было как-нибудь заглянуть туда хоть одним глазком! Я всё сделаю, чтобы снова увидеть своих родных. А пока никаких чудес не случилось, буду наполнять землю Могара силой без них, – не зря же я столько лет училась на агронома. Есть много способов, чтобы избавить народ от голода, используя науку и технологии». Приняв такое неожиданное для себя решение, Эйр словно вернулась к самой себе. Всё встало на свои места. Глава 6. Шаг вперёд Конец лета выдался очень жарким – даже старожилы не помнили, чтобы в Могаре было такое лето. Все в деревне вставали рано, делали дела и потом до вечера находились в доме. Самое время съездить на Старую пристань. Эйр позвонила Ламару, тот очень обрадовался, позвонил Тору и договорился, что они приедут на выходных. Рано утром он заехал за Эйр в деревню, и к обеду они были на базе. Там их уже ждали: на улице, под навесом, накрыли большой стол. Здесь же жарили мясо, рыбу и овощи. – Мы тут сами делаем вино! Попробуйте! – предложил Тор. – Как пахнет! – воскликнул Ламар, вдыхая аромат вина. – Из чего оно? – Из черноплодной рябины, вишни, есть ещё из яблок. – Жаль, не могу попробовать, мы вечером должны ехать обратно. – Как – вечером? У нас же вечером самое интересное начнётся! Нет, я вас не отпущу, – у меня есть два свободных номера, заночуете, а утром поедете. Приехать на базу у Старой пристани и не попробовать наше вино?! Так нельзя! – Давай останемся, Эйр. Дорога дальняя, тяжело будет ехать ночью. – Хорошо, – согласилась Эйр. Действительно, если Ламар повезёт её в деревню вечером, то у себя дома окажется только под утро. Вино и в самом деле было необыкновенное, еда вкусная, компания весёлая. – А программа у нас сегодня такая, – объявил Тор. – Сейчас мы все отправимся в море и будем нырять. Вы с нами, конечно. Потом будем отдыхать и купаться, а вечером разведём костры на берегу, нажарим мяса и будем петь песни. Кто из вас нырял с аквалангом? – Я нырял, – ответил Ламар. – Отлично, а ты, Эйр? – Нет, я никогда не пробовала. – Хочешь попробовать? – Нет, боюсь! – А плавать умеешь? – Да. – Тогда маску тебе дадим, поплаваешь. – У меня нет купальника, я просто в лодке посижу. – Какой купальник?! У нас тут гидрокостюмы – сейчас тебе подберём что-нибудь по размеру. Гидрокостюм – хорошая идея, не будет видно шрамов. Как же хочется поплавать! Как давно она не была на море просто так, безо всякой цели, – просто, чтобы отдохнуть. На базу приезжали целыми семьями – дети барахтались у берега, люди сидели под зонтиками за небольшими столиками. Немного в стороне находились катера. Ныряльщики заняли места и выдвинулись к трём скалам. Аквалангисты, включая Ламара, по очереди начали погружения, а Эйр просто плавала с маской. Здесь было не очень глубоко, но дно было видно плохо. В тёплой воде Эйр забыла обо всём на свете и с удовольствием плавала вокруг скалы. Отдохнув возле лодки, она снова и снова уплывала, расслабляясь в ласковых волнах. Ныряльщики тоже увлеклись, видимо, все надеялись найти жезл. Так незаметно прошло больше двух часов. Пора было возвращаться. – Что нашли? – спросила Эйр Ламара. – Ничего. Будет повод приехать ещё раз. А на берегу уже разводили костры – с моря это смотрелось очень красиво. Все переоделись и пошли туда. Уже аппетитно пахло жареным мясом. Всем процессом на берегу руководил друг Тора, Виктор. Сначала всех накормили и напоили, а потом Виктор взял гитару, начал играть и запел. Те, кто часто тут бывал, хорошо знали эту песню: как моряк на рыбалке поймал волшебную рыбу, исполняющую желания, ну и, по традиции, остался с тем, с чем был. Смешная песня. Эйр не слышала её раньше. – А теперь давайте все вместе споем «Город на горе»! – предложил Виктор. Он запел, все подхватили, и Эйр тоже. Как красиво поёт Виктор! И играет, как профессиональный музыкант. – Когда вы успели её выучить? – Так её уже весь Могар выучил! Хорошая песня. Спой ещё что-нибудь, что поют на Атале. Эйр не стала долго думать и спела песню, которую они часто пели в университете, тоже весёлую и смешную, – про парня, который так старательно готовился к экзамену, что в итоге его проспал. Виктор подыграл. – Давайте теперь вместе петь могарские, – предложила Эйр, – я хочу их запомнить. – Подожди, сейчас вернусь. Виктор куда-то сходил, принёс тетрадку с текстами песен и дал Эйр. – Возьми себе, я их уже все знаю. А тебя, Ламар, принимаем в наше братство! – Виктор вложил что-то очень маленькое в руку Ламара. – Ого! Спасибо! – Ламар внимательно рассмотрел подарок. – Три скалы? – Так точно! Это была небольшая железная серьга в виде кольца. Только сейчас Эйр обратила внимание, что у всех мужчин в левом ухе есть такая серёжка. Ламар снял свою, точно такую же, и надел ту, которую принёс Виктор. – Что это? – спросила Эйр. – Все мужчины Могара носят серьгу в левом ухе, – пояснил Ламар. – Когда мы превращаемся в волков, она остаётся, не превращается в шерсть. В старые времена по ним определяли, кто к какому роду относится. Со временем деление на рода перестало иметь значение, а серьга осталась. Нам её дарят на день рождения в двенадцать лет. Нужно обязательно выгравировать на ней рисунок, какой нравится. – У Ашкара там рыбка нарисована, – вспомнила Эйр. – Значит, он рыбак, – определил Виктор. – Если что-то в жизни меняется, – продолжал Ламар, – можно сменить серьгу и рисунок. Те, кто входит в какую-то группу, могут договориться носить одинаковые серьги. – И у Горона тоже такая же серьга, – сказала Эйр, – только я не обратила внимания, что на ней нарисовано. – У вождя всегда могарский листок. Он не может поменять рисунок. – А почему женщины их не носят? – Не знаю. Ребята, кто знает? – спросил Ламар. – Хороший вопрос! Наверное, потому что они любят большие блестящие серьги и меняют их без конца, – смеясь, предположил Виктор. Горел костёр, играла гитара, темнело – было уже совсем не важно, где всё это происходит, – Эйр была счастлива, как раньше на Атале. Все печали растворились, как сон. Наступила ночь, но было светло – над морем взошёл Орнадар. Виктор попрощался и ушёл, следом за ним все стали расходиться. Стало тихо, только негромко шелестели волны и где-то вдалеке трещали насекомые. – Пройдёмся к морю? – предложил Ламар. Эйр задумалась. Объяснить Ламару, что у неё осталось на Атале, и к чему она не готова? Но она хотела пойти с ним. Сегодня был такой прекрасный день, наступил чудесный вечер, – самое время начать новую страницу и идти дальше. Как минимум, попробовать новое обезболивающее. Они разулись и пошли по краю песка, там, где волны медленно набегали на берег. Море было тёплое, ласковое. Эйр посмотрела на Ламара – так непривычно идти вдоль моря рядом с человеком одного с ней роста. Всё время хочется поднять голову по привычке. По пути попадались палатки, которые стояли прямо на пляже. Гуляли парочки, бегали дети, кто-то пел под гитару. Они прошли ещё дальше, где никого не было. «Сейчас будет про звёзды», – подумала Эйр. – Смотри, какие здесь звёзды. Красивые, да? – спросил Ламар. Она улыбнулась: – Да. Очень красивые. – Но не такие красивые, как ты. Ламар взял руку Эйр. – Красивые руки у тебя. Эйр вздрогнула, вспомнив прощальный вечер с Ришаном на диком пляже перед каникулами. Та же фраза, то же море, тихие волны шелестят о камни, только сейчас сердце не бьётся и голова не кружится. Ну зачем эти сложности? Когда можно просто закрыть глаза и сделать маленький шаг вперёд. Утром Ламар отвёз Эйр в деревню и пообещал, что приедет в следующие выходные. Она вернулась к своим обычным делам и почти не думала о нём. В выходной Ламар приехал и предложил поехать с ним – он приготовил Эйр сюрприз. Проехав немного по лесной дороге, они съехали с неё, остановились на поляне и вышли из машины. – Закрой глаза, – попросил Ламар. Он что-то достал из багажника, некоторое время ещё что-то делал и, наконец, сказал: – Всё, открывай. На поляне, точнее, над поляной, примерно в полуметре над землёй завис настоящий мирс! Эйр смотрела и не могла поверить, не могла найти слов, – просто в оцепенении смотрела, как доска висит в воздухе, готовая к полёту. – Вставай на него, попробуй! Эйр привычно встала на доску – всё так, как должно быть. Да, она не такая лёгкая и удобная, но это самый настоящий мирс! Эйр оттолкнулась, поднялась примерно на метр и полетела над поляной. Пролетев метров пять, мирс стал снижаться, затем плавно опустился на землю. – Как мы и думали, энергии недостаточно, – пояснил Ламар. – Это всё, что можно сделать, к сожалению. Хотел тебе его подарить, но смысла нет, – всё равно на нём далеко не улетишь. Сегодня он ещё далеко пролетел из-за жары. Нужен дополнительный источник энергии, – но те, которые есть, слишком тяжёлые. Тем не менее, начало положено, – может, что-то и придумаю со временем. Я всё время думаю о тебе, Эйр. Всю жизнь буду искать решение, но сделаю так, чтобы ты могла летать. Эйр стало стыдно: она думала о спектаклях, картошке, энергии, а Ламар – о ней и о том, чтобы она могла летать. Эйр обняла его, гладя своими длинными пальцами: – То, что ты сделал, невероятно! У тебя всё получится – мы все будем летать! – Ты будешь со мной? – Да. – Поехали в город сейчас? До осени совсем немного осталось. Почему бы и нет? Ашкару помогает Раван, они общаются, может, даже и лучше сейчас их оставить. – Хорошо. Но всё же давай эту неделю я побуду тут: доделаю дела, соберусь. А потом поедем. Через неделю, немного раньше, чем планировала, Эйр вернулась в город. Она попрощалась с Ашкаром и уехала, пообещав, что будет навещать его вместе с Зоей при любой возможности. – Счастливого пути, наша волшебная девочка, – сказал на прощанье Ашкар, обнимая Эйр. – Пусть всё у тебя в городе будет хорошо. Они уже отъехали достаточно далеко, как вдруг Эйр вспомнила: Есихем просил зайти к нему перед отъездом. Как нехорошо получилось… Она совсем забыла об этом. Надо бы вернуться, но как объяснить это Ламару? Хотя… осенью они с Зоей точно поедут в деревню. Вот тогда она к дедушке и зайдёт. Он же сказал, что время ещё есть… По дороге Ламар рассказал, что должен представить своё изобретение на научной конференции. – Я могу чем-то помочь? – спросила Эйр. – Думаю, да. Ты сама писала сценарий спектакля «Город на горе»? – Конечно. Никто же, кроме меня, не знает об Атале. – Иногда бывает так, что ты пишешь, как умеешь, а потом профессиональный писатель это перерабатывает. – Нет, в моём случае всё делала я сама. Наверное, профессионал бы написал лучше, но нам, если честно, это в голову не пришло. – У тебя хорошо получилось. А я совсем не могу писать – получается мало, неинтересно. А хочется сделать доклад, который все будут слушать, как твой спектакль. Ты можешь мне в этом помочь? – Да, можно попробовать. У тебя уже что-то написано? – Конечно. – Доклад у тебя с собой? – Нет, дома. Подумаю, как это всё организовать. Ламар внезапно побледнел, стал грустен и задумчив. Эйр это заметила, но почувствовала, что сейчас лучше не задавать вопросов. Причина была: он рассказал маме о ней. После этого разговора организовать их встречу было непросто. – Очевидно же, что эту легкомысленную девицу интересуют только твои деньги, – сказала мама, выслушав сына. – Вряд ли она о них знает. – Как же, не знает она! Всё она прекрасно знает. – Эйр и сама хорошо зарабатывает. – Порядочные девушки в театре не работают! Видела я её на приёме с Роксаной – мужики вокруг так и вьются, а она улыбается своим огромным ртом, глазки горят! Из-за чего её сюда отправили, можно только догадываться. Мы никогда не узнаем, кто она на самом деле. – Мама, прекратите! Я не позволю так говорить об Эйр. Она расхохоталась: – Он не позволит! Ты ничего не перепутал? Я тут имею право позволять или запрещать, а не ты. Ламар еле сдерживался, чтобы не заплакать. Нет, он уже не маленький ребёнок. Сколько можно ему указывать, как нужно жить? – Я всё равно на ней женюсь, – холодно ответил он. – Решай сам. Только потом не плачь, когда случайно выяснится, что твоя жена – не только твоя. Столько приличных девушек вокруг, зачем она тебе? – С ней я буду счастлив. Они на некоторое время замолчали, не глядя друг на друга. – Счастлив? Разве есть оно, это счастье? – тихо спросила мама. – Где ты его видел? Назови мне хоть одну счастливую пару, что прожили вместе больше десяти лет. Ламар молчал. – Вот видишь. Жена, конечно, нужна. Но надо думать о том, чтобы при этом проблем стало меньше, а не больше. Выгрузив вещи у Зои, где Эйр планировала поселиться, они с Ламаром отправились в дом вождя. Там по случаю её возвращения Роксана устроила небольшой праздник. В числе гостей были, как обычно, Вилбор, Тахар и ещё какие-то друзья семьи. – Ну, рассказывай, как отдохнула? – Замечательно! И отдохнула, и поработала, и с друзьями повидалась. – Будем делать новые спектакли? – спросила Роксана. – Конечно! Я почти написала два сценария, они совсем другие получились. – Расскажи. – Один я назвала «Легенды Раонтана». В нём я расскажу об истории и литературе Атала. Весь сценарий я построила на сюжетах известных легенд и литературных произведений, так или иначе связанных с рекой Раонтан, с городами Сунгат и Инатан. Начнём с тех, которые были написаны до того, как мы разделились, а потом перейдём к тем, которые появились позже. Их я связала в единую историю. Тут одним актёром, скорее всего, не обойдёмся. – А второй? – спросила Роксана. – А второй – о любви деревенской девушки и городского парня. На самом деле он о сельском хозяйстве. О том, какие на Атале домашние животные, что и как выращивают на полях. Его нужно ещё немного доработать и придумать название. – Решила, в каком театре будешь работать? – спросила Роксана. – И кем – актрисой или режиссёром? – Я много думала и решила, что в театре работать не смогу. Это просто увлечение, я не училась этому. Одно дело – быть на сцене девушкой с Атала, как сейчас, и совсем другое – работать профессионально. Мне очень нравится театр, я мечтала там работать, но сейчас я мечтаю о другом. Я бы хотела работать агрономом. Все замолчали и удивлённо посмотрели на Эйр. – Неожиданно... – промолвила Роксана. – А как же наши спектакли? – Мы их сделаем, как и планировали, а потом, возможно, я буду и дальше иногда в них участвовать. Но я хочу работать тем, на кого училась. Я же почти закончила сельскохозяйственный Университет на Атале, не хватило всего пары месяцев. Оценки у меня хорошие. Когда-то я выбрала эту профессию и теперь хочу работать по специальности. Что же в этом странного? – Да то, что ты такая маленькая, хрупкая! – сказал Горон. – А в поле такой ветер – ты ж улетишь! Тебе бы наряды менять, а не по полям ездить! – Я уже решила, Горон. Можете подсказать, где я могу поискать работу? – Я что-нибудь придумаю, – ответила Роксана. – Эйр! – позвал Тахар с балкона. – Подойди на минуточку! Эйр вышла на балкон. Как здесь холодно! Тахар смотрел как-то загадочно, с улыбочкой своей хитро-лисьей. – Завтра ты должна выступить в цирке. – Что? В каком цирке? – Да ладно, ерунда! Пролетишь под куполом на качелях круга три, и всё. Правда, без страховки, – иначе зрителям будет неинтересно. В руках будешь держать стакан с водой, в зубах – цветочек… – Тахар! – Эйр, это твоё домашнее задание. – Аааа… – Ну, давай, пошли меня куда подальше! – Я не могу. – Ну вот… «Двойка» тебе! – «Двойка» так «двойка». Я не буду говорить такие слова, это противоречит моему воспитанию, – Эйр сказал это твёрдо и уверенно, в голосе совершенно не было её обычных извиняющихся нот. – Ну что ж, поздравляю! Хотя бы «нет» говорить научилась! И то хорошо. «Четвёрка» тебе. С минусом! – Тахар, у меня к тебе есть важное дело, – серьёзно сказала Эйр. – Мне очень нужно превратиться в могара. Помнишь, ты говорил, что подумаешь об этом? Это очень важно. – Что случилось? – Пока не могу рассказать. Пожалуйста, помоги мне. – Нужно заклинание. Есть у меня некоторые догадки… Давай, я соберу информацию. – Хорошо. Я буду очень ждать. Они вернулись в дом. В это время все обсуждали, кто как провёл лето. Тимер, как всегда, ушёл, а все остальные засиделись до самого вечера. Ламар тоже развеселился и пребывал в хорошем настроении. – Ты уже была на Прозрачной горе? – спросил он по дороге, провожая Эйр домой. – Нет. Даже не слышала о такой. – Тут недалеко, часах в трёх езды, есть такое чудо природы. Поехали в выходной, посмотрим? Ты такого точно не видела. А завтра поедем к нам: познакомишься с мамой, посмотришь, что можно сделать с докладом. Ламар жил на окраине города в большом доме вместе с мамой. Конечно, он надеялся, что мама изменит своё мнение, когда познакомится с Эйр. Их дом был не хуже, чем у вождя, только участок поменьше. Везде – и на участке, и в доме, – царила идеальная чистота. Мама тоже была идеальной. Она пригласила их за идеально сервированный стол и очень удивилась, что Эйр не знает, какими приборами нужно есть разные блюда. На её лице читались сомнения, действительно ли Эйр на Атале общалась с королём, – она постоянно о нём расспрашивала, иногда задавая одни и те же вопросы по-разному. Не прямо, но вполне однозначно мама постоянно обращала внимание на недостатки воспитания Эйр. Ламар изо всех сил старался как-то разрядить ситуацию, но это ему не удавалось. Эйр была вежлива, приветлива и уважительна, но чувствовала себя ужасно неловко. Надежды Ламара на то, что они смогут как-то поладить, не оправдались. Наконец обед закончился. Ламар сказал, что пора поработать над докладом. Эйр расположилась в его кабинете и почти до ночи переписывала текст. Она ещё не очень хорошо могла писать могарскими буквами и по привычке пользовалась аталскими. Когда текст был полностью готов, Эйр переписала его, медленно вырисовывая могарские буквы. Ламар специально открыл дверь нараспашку, чтобы потом не выслушивать маминых упрёков. Мама постоянно проходила мимо, заглядывая внутрь, несколько раз зашла, чтобы взять что-то нужное, презрительно глядя то на сына, то на Эйр. Та сосредоточенно писала: надо было успеть, так как конференция должна состояться уже через два дня, а на завтра у неё запланирована работа над спектаклем. Ламар в это время сидел за соседним столом и готовил какие-то материалы по работе, точнее, делал вид, – из-за поведения мамы его настроение было испорчено. Наконец Эйр закончила и передала ему доклад. Ламар прочитал его и ещё больше огорчился. – Плохая была идея. Это не научный доклад, а какое-то театральное представление. – Но у тебя и изобретение – прорыв в науке! Об этом нельзя рассказывать так, чтобы все уснули. Кто решил, что научный доклад должен быть скучным? Ты своим изобретением перевернул представления о магнитном поле, так давай, продолжай ломать стереотипы. Представь его так, чтобы все слушали, раскрыв рты! На самом деле, я написала текст в стиле своего папы. Он – историк, известный учёный на Атале. Когда папа выступал, то забирал всё внимание, – мог любую сухую научную тему преподнести так, что и дети, и взрослые, любая аудитория – слушали, затаив дыхание. Просто посмотри на это с другой стороны. Ламар задумался. А почему бы и нет? Он всё же попросил немного переделать некоторые моменты, но общий подход решил оставить. После научной конференции только и говорили, что о мирсе и докладе Ламара, как будто других выступлений не было. Руководство выдвинуло Ламара на учёную степень и выделило грант на продолжение исследований. Его доклад опубликовали в научных журналах. К выходным у всех было отличное настроение. Эйр с Ламаром, как и планировали, отправились на Прозрачную гору. Территория Могара более чем в два раза превышала территории Атала и Тарона, вместе взятые. Бо́льшую часть занимали безжизненные необитаемые пространства, населённые пункты были сосредоточены, в основном, на севере, востоке и немного в центре. Если на Атале главными достопримечательностями были города, то тут – природные объекты. Прозрачная гора являлась одним из самых невероятных чудес природы земли Могара. Путь к ней проходил сначала через город, потом – мимо деревень, а далее по каменистой полупустыне. Машина, подпрыгивая на кочках, приближалась к горной гряде. По старой разбитой дороге ехали другие автомобили и автобусы – это было популярное туристическое место. Наконец они подъехали. Среди обычных гор выделялась одна – необычная: вся пронизанная многочисленными туннелями с тонкими переходами, похожими на лабиринты. Из-за этого гора, действительно, казалась почти прозрачной и чем-то напоминала муравейник. По резным переходам ходили люди, поднимались и опускались, проходя гору насквозь. Высота прозрачной горы составляла около тысячи метров, и, если потратить время и забраться на самый верх, в хорошую погоду оттуда можно было рассмотреть море. Конечно, Эйр и Ламар решили подняться туда. Переходы были разные – тонкие и лёгкие, словно хрустальные, и толстые, как массивные каменные мосты. Туристы двигались по определённым маршрутам – по широким надёжным переходам, а самые красивые, воздушные и резные, могли рассмотреть, не заходя на них. Эйр с Ламаром медленно двигались по лесенкам и мосткам, любовались красотами, обсуждали необычные каменные фигуры, шутили. Чем выше они поднимались, тем труднее становилось. Наконец они добрались до самой высокой точки, упали на скамейку смотровой площадки и некоторое время сидели молча, пытаясь восстановить дыхание. Очень хотелось пить. Хорошо, что они запаслись водой. Сегодня туман, облачно, моря не видно. Перед ними лишь пустыня, а позади – горная гряда. – Удивительное место! Даже не верится, что его создала природа, – сказала Эйр, отдышавшись. – В Могаре есть ещё что-то подобное? – Нет, такая гора всего одна. Но у нас есть и другие чудеса. Например, Хрустальное озеро. Вода там прозрачная, в ней живут разные рыбы и водные животные. Однако если туда зайдёт человек, возникнет тончайший воздушный слой, и можно ходить в воде, как по суше. Это так интересно – идёшь сухой в воде, а вокруг рыбы плавают. – А волк тоже может зайти? – Нет, только человек. Волк намокнет и начнёт тонуть. – Разве такое может быть? – Не может. Но это странное озеро существует. Ведь есть же ещё Чёрная река, свойства которой не поддаются объяснению. А ещё далеко на юге есть «Лес наоборот». Так он называется. Представь, есть дерево, а на нём, на ветках, растут другие такие же деревья. Корни прорастают в ветки и в ствол. На этих деревьях тоже могут расти другие такие же деревья. Получается – дерево расширяется кверху, как зонт. Ещё у нас есть вулканы и гейзеры, но почти нет больших рек, озёр и водопадов. – Удивительное место. Как будто не со мной всё это происходит. – А я завидую тебе. Ты видела Атал… Мы все мечтаем туда вернуться. Расскажи, как ты там жила. – Это долгий рассказ. Не знаю, с чего начать. Что тебе интересно? – Какой у тебя был дом? Какая семья? – Я жила в городе Атале, в столице. Все дома там бежевые, из специального материала, который может менять свойства. В каждом доме есть блок управления. Можно сделать стены толстыми, тонкими, резными, прозрачными. Если холодно, стены обогревают дом. Там у всех небольшие дома, так как в городе не очень много места. – Ты рассказывала во время спектакля, что в городах есть вышки, где можно останавливаться во время полётов. Почему аталаны не строят высотные дома? – Было время, когда их строили. Но потом учёные выяснили, что для человека неестественно жить на высоте. Это вредно для здоровья, способствует появлению тревожности и других не очень хороших состояний. Человеку важно видеть в окно растения, слышать птиц. Собирали статистику по заболеваниям тех, кто живёт в высотных домах, и тех, кто в одноэтажных, – разница впечатляет! Поэтому от идеи строительства высотных домов со временем отказались. В каждом доме всегда живёт одна семья, обязательно есть небольшой садик. Кто-то сажает плодовые деревья, кто-то – только декоративные. Я жила в доме вдвоём с папой. Мама умерла очень давно, а старший брат переехал. Как я уже рассказывала, мой папа – учёный, историк. Он преподаёт в Государственном университете, ведёт передачи на телевидении, читает разные лекции. Король Агуан был его лучшим другом – они вместе служили в армии, ездили на раскопки, когда были студентами. – А ты почему не стала историком, как он? – Не знаю! Мне это в голову не приходило. Я люблю растения. – Я правильно понял – ты пошутила по поводу того, что хочешь работать агрономом? – Нет. Почему вас всех это так удивляет? – Да потому, что люди из высшего общества, тем более, женщины, не работают в полях. Посмотри на Роксану или на мою маму – они много времени уделяют уходу за собой, следят за модой. Разве можно представить Роксану в резиновых сапогах? – Я выросла в другой стране, Ламар. У нас всё по-другому: короли ходят без охраны, служат в армии, работают, учатся. Люди не делятся на высшее и – как это получается – низшее общество? У всех равные возможности. Дома, одежда, еда у всех одинаковая. Транспорт весь общественный, любую сферу можно взять напрокат. Образование доступно тоже всем одинаково. Я смотрю, сколько стоит тут обучение в школе, и понимаю, что его могут позволить себе только дети обеспеченных родителей. А про институты и говорить нечего. Единицам достаётся престижная работа, а остальным – грязная. Верно? – Верно. Да, у нас сложно попасть в высшее общество. А уж если попал – нужно соответствовать. Уметь одеваться, участвовать в мероприятиях, поддерживать связи. Тебе нужно этому научиться. Могар – не Атал, и вряд ли им когда-нибудь станет. Поэтому все так и отреагировали. Лучше подумай и найди себе другую работу. Ты же актриса! – Нет, я не актриса. Но я подумаю о том, что ты сказал. Мне сложно всё это понять. Я никогда не старалась чему-то соответствовать, но это не мешало мне по-дружески общаться и с королём, и с принцем. И тут, в Могаре, – с вождём. Пойдём вниз? Дорога дальняя. Спускались молча. Осталось какое-то неприятное чувство после разговора: как будто поговорили, друг друга не поняли, но не видели смысла снова возвращаться к этой теме. Внизу, у подножья горы они зашли в кафе, перекусили, отдохнули. Настроение улучшилось, обратная дорога получилась лёгкой и весёлой. Ламар шутил, рассказывал смешные истории, Эйр смеялась и тоже что-то рассказывала. Глядя в зеркало заднего вида, Ламар любовался её длинными пальцами, зелёными глазами и бледной кожей. На душе было хорошо и спокойно, но при этом немного волнительно: в соседнем кресле сидела инопланетянка, волшебная и загадочная, при этом живая и искренняя. Она совсем другая – то, о чём говорила Эйр, сложно сразу понять. Но как же это интересно! Ламар как будто и сам открывал себя с новой стороны. Нет, он ни за что от неё не откажется и никому не отдаст. Осенью Эйр полностью погрузилась в работу над новым спектаклем. С учётом того, что каждый новый спектакль получался сложнее предыдущего, подход изменили – Эйр набрасывала основу, а окончательный сценарий писал профессионал. Руководил всем режиссёр. Эйр выполняла только свою часть работы, как и прочие артисты. Идея состояла в том, чтобы будущие спектакли об Атале можно было показывать вообще без её участия, – зимой, через три месяца, Эйр планировала выйти на работу. На волне всеобщего подъёма в Могаре запустили государственную программу по повышению урожайности разных культур. Для этого построили опытное хозяйство с полями, теплицами, хранилищами. Там же были гаражи и другие обслуживающие объекты, а также лаборатории. Эйр прошла собеседование, и её взяли в группу, которая специализировалась на картофеле. Основное место работы группы находилось в здании Министерства сельского хозяйства, но в период полевых работ планировались выезды на поля. Дела закружили не только Эйр, но и Зою – она поступила в медицинское училище и параллельно работала в больнице. Обеим стало не до деревни – каждый раз поездка откладывалась. Погода испортилась, Ашкар приболел, они поддерживали связь по телефону. Из разговора с ним Эйр выяснила, что дедушка Есихем тоже заболел, но Ашкар сказал, что вроде бы ничего серьёзного, – все сейчас болеют. Она и успокоилась. Сезон закончился, жезл уже никто не искал. До весны точно ничего не произойдёт. Поэтому Эйр спокойно изучала материалы для будущей работы, участвовала в репетициях и редактировала доклады Ламара. Она часто бывала в его доме, но так и не смогла найти общий язык с мамой, – она боялась её. Что бы Эйр ни сделала, всё было неправильно: недостаточно ровно сидела, ела не той вилкой, говорила с ошибками, одежду подбирала неподходящую. Эйр очень старалась, но мама Ламара оказалась единственным человеком в Могаре, к сердцу которого ей не удалось подобрать ключик. За ужином мама в очередной раз поделилась своими опасениями с Ламаром: – Совсем мне не нравится Эйр. Что у неё за манеры? Как ты собираешься ходить с ней в приличные дома? Она игнорирует то, что я ей объясняю, и ничему не хочет учиться! – А мне, наоборот, всё очень нравится! С тех пор, как она начала мне помогать, моя карьера пошла вверх. Такими темпами ещё немного – и я стану заместителем директора. С образованием у неё всё в порядке, она умна, трудолюбива. Мама, Атал – как другая планета, не надо его мерить нашими мерками. Вся страна её обожает. Горон не вечен – даже если я стану заместителем директора института, меня могут выдвинуть кандидатом в вожди. Если Эйр будет моей женой, народ проголосует так, как нужно. – Об этом я не думала. Ты поумнел… Только не позволяй ей командовать тобой. Женщина должна подчиняться мужчине, а не наоборот. Жизнь такая: чуть дал слабину – и ты уже в подчинении. Все эти сказочки о любви – для дураков. Женись на ней побыстрее, а там уже мы будем принимать решения. Никуда не денется: будет слушаться. Ещё и благодарить нас будет. Вопрос только в том, сможет ли она родить детей? – А почему нет? Мы тоже аталаны. – Мы? Ты шутишь? Мы на них даже не похожи! Могарская женщина может родить ребёнка, только если превратится в волка. – Потому что она сама – волк. – Неизвестно. Никто же не мог проверить – люди все сразу стали могарами. Впрочем, нам это не важно. Не будет детей – разведёшься. Как-то вечером, когда Эйр была у Роксаны, позвонил Тахар и попросил Эйр срочно приехать. Роксана пыталась выяснить, в чём дело, но он только повторял, что нужно срочно ехать к нему – прямо сейчас. Заинтригованные, Роксана и Эйр быстро собрались, сели в машину и поехали. Тахар жил с семьёй в большом доме на другом конце города, за высоким забором. Дверь открыла жена и проводила гостей в его комнату. В комнате Тахара царил бардак: повсюду лежали книги одна на другой, валялись какие-то бумаги, свечи, коробки. – Ну, наконец-то! Я нашёл заклинание! – сразу перешёл к делу Тахар. – Это точно то, что надо! – Тахар, да скажи ты уже, в чём дело! – потребовала Роксана. – А в том, что я сегодня превращу Эйр в волчицу! – Это не опасно? – забеспокоилась Роксана. – Эйр, ты точно хочешь превратиться в волчицу? – Хочу. – Только мне придётся тебя укусить. – Хорошо. – Роксана, выйди. Эйр, садись сюда. Закрой глаза и дай мне руку. Тахар превратился в волка. Девушка вздрогнула от боли – Тахар укусил её за руку и начал читать заклинание. Слова начали сливаться, постепенно затихая, сознание отключилось, – она оказалась на Атале и пошла вниз по склону горы в ярком свете. Там, внизу, её кто-то ждал. Не надо туда идти! Но они зовут, нет сил сопротивляться. Это мама и папа! А с ними бабушки и дедушки, все зовут её. Чем ближе к ним подходила Эйр, тем ярче становился свет. Всё ярче и ярче! Уже невозможно его выносить. – Эйр, очнись! Очнись! – Тахар в человеческом облике тряс её за плечи. Комната, книги, свечи… Эйр испуганно оглядывала комнату, пытаясь понять, что происходит. На руке кровь. Всё, вспомнила. – Ещё немного, и я бы осталась там. Был очень яркий свет. – Эйр хрипела и не могла отдышаться. – Там были мои мама и папа. – Наделали мы дел: чуть не погубил тебя. – Эти люди… Они все мёртвые? – Да. Он дал Эйр воды. Ей стало легче. Она сидела, в оцепенении глядя в одну точку. Папа умер… И бабушка… Они её ждали, а она снова осталась жива. Почему? Зачем? Неужели и правда существует та непонятная цель? – Давай проверим, что у нас получилось, – нарушил молчание Тахар. – Присядь и представь, что ты волк. Эйр встала, едва держась на ногах, и присела. Как представлять себя волком, она не знала, но попробовала. Ничего не произошло. – Что мне надо делать? – Просто представь, что ты волк, – у тебя лапы, шкура. Мы представляем себя волком и легко превращаемся, тут нет ничего сложного. Всё получится! Эйр попробовала ещё раз. Нет, не получается. – Наверное, я что-то делаю не так, – предположила она. – Это я, видимо, сделал что-то не так, – грустно вздохнув, сказал Тахар. Глядя на его жалкий вид, Эйр взяла его за руку: – Не огорчайся, Тахар. Со мной всё в порядке. – Я был уверен, был уверен! Прости меня! Тахар внимательно рассматривал её руку. – Очень интересные линии на руке… У тебя судьба королевы! Ты должна быть королевой! – Возможно. Я же рассказывала, что принц Сеуан звал меня замуж. Может, это и была моя судьба? А я от неё отказалась. И всё пошло не так… – Странно. Тут написано – в твоей жизни произойдут страшные события, ты чудом избежишь смерти. И только потом – королевские линии. – Интересно… Значит, я вернусь на Атал! Но как же я стану королевой, если короля там уже нет?! – Не знаю. – Тахар, как ты различаешь правду и ложь? – Я чувствую энергию человека. Когда он начинает сомневаться, это можно почувствовать, – но только лапами, не руками. Постучала Роксана. – Заходи, – позвал Тахар. – Ничего у нас не получилось. Следующим вечером Ламар заехал за Эйр в Министерство. Было поздно, поэтому решили просто покататься по городу. Эйр рассказала, что произошло у Тахара. – Эйр, ты удивляешь меня всё больше и больше! Как можно доверять этому шарлатану? Странно, что вообще осталась жива. – Представь себя на моём месте: тебе бы не хотелось научиться превращаться в волка, когда все это умеют, а ты нет? – Зачем это тебе? У тебя длинные руки, пальцы, ты тонкая, светлая, красивая. А будешь грубая и лохматая. – Затем, что я теперь живу в Могаре. И, похоже, это навсегда. – Больше с Тахаром никакого взаимодействия не должно быть. Эйр замолчала, опустив голову и плечи. «Надо отстаивать свои интересы и уметь говорить нет», – вспомнились слова Тахара. Только как?! Эйр сидела, словно парализованная. Всё её попытки выйти на нормальный диалог, как с Роксаной, Ламар тут же пресекал. Словно ножом резал, возвращая всё к схеме «я говорю, а ты делаешь». И Эйр не могла придумать, как разорвать этот круг. – Ты поняла? – Он мой друг. – Друг?! Над друзьями не ставят эксперименты! Не нужны тебе такие друзья. Зачем она всё это рассказала? Надо сменить тему. – Не передумала работать на полях? – опередил её Ламар. – Нет, но я тебе обещаю – ничего не изменится. Мы так же будем вместе ездить, встречаться с друзьями. Какая разница, куда именно я буду уходить на работу? Обещаю следить за модой и делать маникюр. – Ты, похоже, не поняла ничего из того, что я тебе объяснял. – Что я не соответствую? Ламар молчал. – Скажи прямо, чего ты хочешь? – спросила Эйр. – Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, нигде не работала и помогала мне с докладами. «Оригинальное предложение руки и сердца: вот приказ, приступай к исполнению», – подумала Эйр, еле сдерживаясь, чтобы не разрыдаться, и ответила: – В этой прекрасной картине будущего я не вижу себя! Прости, пожалуйста, но я хочу быть честной: ты мне предлагаешь отказаться от всего, о чём я мечтала, стать той, кем не являюсь, и жить только твоей жизнью. Может быть, можно найти компромисс? Пожалуй, я готова от чего-то отказаться, но не от всего сразу. Чтобы в нашем будущем хотя бы немного была я, а не только ты. – Прости. Работы полно, весь на нервах, а тут ещё эта история с Тахаром. Я испугался за тебя. Как он ловко уклоняется от решения проблем! Теперь Эйр виновата, что его напугала. Надо совсем сменить тему. – Может, поедем в горы в выходные? Там уже лёг снег. Будем кататься на лыжах, гулять. Обсудим всё заодно. – Какие горы?! На выходных мы будем писать доклад. – Я тоже устала, Ламар! Тебе не кажется, что мы чего-то потеряли? И это поважнее, чем доклады. – От этого доклада зависит очень многое. Потом съездим, куда захочешь. Глава 7. Связующая нить Прошёл почти год, как Эйр жила в Могаре. Скоро должна была появиться новая лодка, ведь аталаны не могли знать, что крона больше нет. Все мысли Эйр были только об этом – кто бы ни оказался в лодке, его нужно обязательно спасти. К счастью, так думала не только она, – Вилбор и военные разрабатывали целую операцию по спасению путешественника. В операции участвовали две группы: одна направлялась на Серые скалы, а вторая, для подстраховки, – на побережье неподалёку от Хэн Элама. Никто не знал наверняка, где именно свойства Чёрной реки ослабевают, поэтому план состоял в том, чтобы устройством с крюками подтянуть лодку к её краю, а потом зацепить специальной лебёдкой того, кто будет в лодке. При этом важно было самим не попасть в русло реки. Эйр уговорила взять её с собой и оказалась в первой группе. Они выехали на две недели раньше, чтобы подготовиться и обустроить лагерь у Серых скал. Путь занимал два дня. Ехали на больших военных грузовиках. Заночевав на военной базе, направились дальше по пустынной местности. Иногда попадались низкие сопки, вдали виднелись горы. Здесь не было ни рек, ни ручьёв, – безлюдные, безжизненные места. К вечеру добрались до места и разбили лагерь. У моря было очень холодно. В больших палатках поставили печки. Спать легли одетыми, в спальных мешках. Некоторые уже успели заснуть, но тут военные, которые охраняли лагерь, закричали: – Проснитесь! Идите, посмотрите, что тут творится! Стало интересно, все вышли из палаток и замерли: всё небо переливалось разноцветными огнями – синими, зелёными, красными и фиолетовыми. Огни как будто танцевали под беззвучную небесную музыку. – Что это? – спросила Эйр у офицера. Она видела это явление в лодке, когда плыла по Чёрной реке, но сейчас огней было намного больше. – Южное сияние, ветер Ринара. Это бывает, когда заряженные частицы Ринара прорываются сквозь магнитное поле планеты. Редкое явление в наших местах. Добрый знак. Все любовались переливами света, кутаясь в одеяла. Постепенно цвета стали меркнуть, и через некоторое время всё исчезло. Эйр вернулась в тёплую палатку. «Добрый знак! Как бы хотелось, чтобы это было так!» Утром она проснулась рано, но в палатке было пусто – военные давно были на ногах. Позавтракав, Эйр решила пройтись к морю. Воздух свежий, холодный, небо чистое, море – спокойное. Чёрной реки не видно, она слишком далеко. Кто же будет в лодке в этот раз? Эйр с трудом нашла место среди скал, где можно было спуститься к воде. Волны спокойно накатывали на берег. Девушка погладила волну рукой, – то же море, те же волны омывают и берега родного Атала. Эйр мысленно попросила волну передать от неё привет и улыбнулась. Только бы море было спокойным! Тогда удастся подплыть ближе и спасти жертву. Только бы получилось! Военные катера отправились на разведку. Они удалялись и теперь были едва заметны у самого горизонта. С этого дня катера ежедневно уходили на круглосуточное дежурство, сменяя друг друга. Поднявшись по крутому каменистому склону, Эйр остановилась и замерла от удивления, – на относительно ровную площадку, немного в стороне от базы, садился самолёт. Он приземлился, проехал немного по пустыне и остановился. Это был небольшой биплан – самолёт с двумя крыльями, расположенными одно под другим. Экипаж состоял из двух человек. Они выпрыгнули из кабины и пошли в сторону базы. Биплан! Это невероятно: на Атале такие самолёты строили во времена Элоана, Эйр видела их только в учебниках истории. Сейчас о них никто уже и не вспоминал, разве что в музее можно было увидеть макеты. Эйр спросила офицера, можно ли подойти поближе и рассмотреть самолёт. Тот разрешил и пошёл вместе с ней. – Ты раньше не видела самолётов в Могаре? – спросил он. – Нет. Я вообще их никогда не видела, – ответила Эйр. – На Атале нет самолётов, они использовались в прошлом, теперь вместо них сферы. Они используют энергию магнитного поля планеты, более экологичные и функциональные. А тут – ожившая история! – Да, во времена Элоана на Атале были такие бипланы, только деревянные. Видимо, он привёз с собой чертежи и какие-то детали. К сожалению, почти все записи Элоана оказались утрачены, а те, что остались, мало кто может понять. Пожалуй, только самолёты и смогли построить. За пятьсот лет мы недалеко от них ушли, – конструкция почти не изменилась, только теперь они не деревянные, а металлические. Это, кстати, полутораплан, – нижнее крыло у него намного меньше верхнего. У них выше скорость и аэродинамические качества по сравнению с бипланом. В Могаре их немного, все военные. Этот самолёт – разведчик, будет летать вдоль Чёрной реки. Штурман сразу доложит по рации, если что-то заметят. – Какова дальность его полёта? – До 500 км [7] . – Немало. А какая скорость? – 200 км/ч. С сегодняшнего дня уже будет вылетать на разведку, погода позволяет. Эйр дотронулась до винта, заглянула в кабину, всё рассмотрела и вернулась в свою палатку. Там она организовала рабочее место, где изучала материалы для будущей работы в Министерстве. Прошла неделя. Катера постоянно дежурили в море, самолёт вылетал по нескольку раз в день, но лодки не было. Пора бы уже ей появиться. Эйр села за работу, но никак не могла сосредоточиться. Сложно собраться с мыслями, когда ждёшь. Раздались крики. Она вышла на улицу. – Кажется, везут, – глядя в бинокль, сказал офицер. Эйр присмотрелась – ещё очень далеко, ничего не видно. – В последнем катере, но ты не увидишь, он на дне лежит. Подъедут – увидим. Когда катера причалили, военные собрались на берегу, прибежали врачи, аккуратно переложили человека на носилки и понесли в палатку. Наконец Эйр смогла его рассмотреть: это был таронец лет пятидесяти с длинными спутанными седыми волосами. Он был очень плох, но жив. Таронец… значит, остров всё ещё захвачен. Эйр ушла за скалу, села на камни и горько заплакала. Вторая группа военных у Хэн Элама получила приказ возвращаться на военную базу, куда доставили таронца. Планировалось, что Эйр будет участвовать в допросе, так как только она могла говорить на понятном для аталана языке. Но тут – таронец. Впрочем, некоторые таронские слова девушка знала. Как только пленник пришёл в себя, его решили допросить. Таронец очень плохо говорил на аталском, объяснялись больше на пальцах. С трудом выяснили, что его зовут Марук, ему сорок восемь лет. Увидев Эйр, он не сводил с неё глаз, – видимо, догадался, кто она. Марук рассказал, что был на военной базе, когда там начались взрывы, – как будто из-под земли. Ему тогда оторвало ногу, но он остался жив и попал в плен. В живых оставили только пятерых таронцев, чтобы потом отправлять по Чёрной реке. Всё это время он жил в тюрьме. Остров снова закрыли. Эйр спросила, есть ли там король. Марук ответил – да, маленький мальчик Сеуан XIII, сын королевы Сирин. – Таронские студенты Ришан и Джахар – что случилось с ними? – Эйр не могла не задать этот вопрос. – Атал… оружие. Они умер, – кое-как объяснил Марук. Понятно… Они погибли, когда аталаны освободили остров. Допрос закончился, все вышли на улицу. Эйр и могарские солдаты обнимались, плакали и смеялись, – Атал свободен! Династия не прервалась! Марук был болен и очень ослаблен. Больше допросить его не получилось: через месяц, несмотря на все усилия врачей, он умер. А в это время на туристической базе у Старой пристани Тор проводил последних гостей. База опустела. Надев тёплую куртку, он вышел из дома. Какой сильный ветер! Тор сел на перевёрнутую лодку. Волны тёмные, большие, три скалы почти не видны в тумане брызг. Как грустно… Сезон закончился. Как много народа приезжало на базу! Какие были прекрасные вечера у костров! За лето добавилось десять новых домов, два кафе и магазин. Он заработал столько, что теперь можно было построить ещё десять домов. Вышла жена, что-то быстро взяла на улице и поспешила обратно. Холодно. Надо тоже идти. Тор заметил в тумане низкую фигуру, – кто-то медленно шёл к нему по камням. Это старик из деревни – он знал его, но не мог вспомнить имени. – Добрый вечер, Тор. – Добрый вечер. – Мы ремонтировали сарай, и я нашёл вот это. – Он протянул Тору свёрток. – Эта штука давно лежала у нас в сарае, я помню её ещё ребёнком. Хотел выкинуть, да подумал – а может, это и есть жезл? Тор развернул бумагу и вздрогнул: в его руках была вторая половина жезла Элоана. Это абсолютно точно, он знал, как она должна выглядеть, – на базе висели плакаты с подробным описанием, чтобы ныряльщики знали, что именно искать. Как это возможно? Столько лет Тор искал его, а жезл давно был найден! Нужно успокоиться и стараться сохранять хладнокровие. – Похож? – спросил старик. «Что же получается?! Я всю жизнь положил на его поиски, а награду получит этот старик, который даже ни разу не нырнул! – думал Тор. – А как же моя база? Теперь, когда жезл найден, она станет никому не нужна». Тор думал, что делать, стараясь не выдавать волнения. – Интересная штука, но, скорее всего, это не то, что надо. Оставьте его, я отдам экспертам. Если они подтвердят, что это действительно жезл Элоана, я дам знать. – Хорошо, до свидания. Тор сидел и смотрел на жезл: небольшой, чуть больше его ладони, из металла с фиолетовым и зелёным отливом, с гладкой верхней частью и рваным сколом внизу. Вот и сбылась мечта. Нужно передать его вождю и Эйр соединит половинки. Но тогда то, о чём он мечтал, станет никому не нужно. И тут его осенило: жезл уже найден, но старик не знает, что это он. Значит, можно «найти» его в конце следующего сезона! Он достроит базу, заработает на этом… А потом можно будет сообщить, что жезл найден и получить награду. Всего лишь год. Столько столетий ждали! Один год ничего не изменит. Тор огляделся, завернул жезл в бумагу и поспешил в дом. Глава 8. Переезд Пришла зима. Эйр приступила к работе в Министерстве. Она ни дня не пожалела о своём выборе: работа была интересной, иногда приходилось задерживаться допоздна. В тот день все надолго задержались, обсуждая общий план работ. Когда совещание, наконец, закончилось, Эйр решила сразу скорректировать свой собственный план, увлеклась и ушла с работы позже всех. Когда она вышла, на улице шёл сильный снег. Пушистый ровный ковёр покрыл всё вокруг. Эйр медленно шла по пустой улице, любуясь танцами снежинок в тусклом свете керосиновых фонарей. – Эйр! – Она обернулась. В снежном тумане приветливо махал рукой какой-то незнакомый парень. Да это же Раван! Эйр его не сразу узнала: одет красиво, модно, на плече – небольшая кожаная сумочка. Вот это сюрприз! – Ты откуда взялся?! – Я теперь тут живу. Да, да, не смотри так, я переехал в город. – Ты нашёл тут работу? – Предлагаю зайти в ресторан. Там всё расскажу. Раван был такой важный, серьёзный. В ресторан?! От удивления Эйр не могла найти слов. Зачем он приехал? Они подошли к ресторану. – Сейчас спрошу, есть ли места. Эйр ждала на улице. В окно она видела, что ресторан пустой. – Мест нет, пойдём в кафе. В кафе с трудом удалось найти небольшой столик. Раван снял шапку – он подстригся, с короткими волосами он стал очень похож на Сеуана. – Хотел сказать, что теперь я богат! Я самый богатый человек в Могаре! Я богат морально, духовно и физически. Я свободный человек, я мастер своего времени, я управляю своим временем. Люди меня ценят, любят и уважают. Я остроумен и умён, я – харизматичная личность. – Чего?! – Такова моя жизнь – быть мультимиллиардером. Владеть всеми связями, всеми возможностями и всеми ресурсами в этом мире и быть сильным во всём. – Что-то, видимо, у вас в огороде выросло покруче дедовой самогонки. «А может, он ведёт себя так, чтобы не говорить напрямую, что приехал ради Зои? Причёска приличная. А зубы-то какие сделал! Белые, ровные. Тоже такие хочу», – подумала Эйр. – Может, зайдёшь к нам в гости? Мы с Зоей … – Не говори мне о Зое! – резко прервал Раван. – Пусть живёт, как хочет. У меня всё хорошо, как видишь. Знаешь, Эйр, как хорошо быть владельцем завода? Я купил себе дом, машину. Все прямо такие вежливые со мной стали! – Я рада, что у тебя всё хорошо, – Эйр не знала, что ответить. Странное поведение и серьёзный вид Равана совершенно сбили её с толку. Хотелось поскорее закончить этот цирк и уйти домой. – У тебя как дела? – продолжал Раван в том же духе. – Нормально. Работаю в Министерстве сельского хозяйства. Спасибо за чай, мне пора. – Эйр?! Ты что, поверила, что ли?! – Ты… меня разыгрывал? – Ну, вроде того. Я думал, ты сразу развеселишься. Они смотрели друг на друга и хохотали. Эйр в шутку треснула Равана по новой причёске: – Вот тебе, харизматичная личность! А я сижу и думаю: кто из нас сошёл с ума – я или ты? Владелец завода! – Громко сказано – «завод», конечно. С братишкой сняли небольшой цех с электричеством. Будем собирать лёгкую технику – мотоблоки, косилки, всякое такое. Учиться буду по вечерам. Вот это новость! Эйр сразу вспомнила про Тимера. – А давай, я тебя кое с кем познакомлю? Может, и пригодитесь друг другу. Конечно, Эйр сомневалась, что Раван и сын вождя смогут найти общий язык. На первой встрече она не сказала Равану, кто он, и представила Тимера как студента, который заканчивал обучение, после чего хотел бы устроиться на работу экономистом на производстве. Раван рассказывал о своих планах просто, искренне, увлечённо, а Тимер, как обычно, был сдержан – сколько он ни пытался завести друзей, итог был одинаков: всех интересовало только то, что он – сын вождя. Вот он и закрылся ото всех. А тут, наоборот, Раван сам предлагал свою помощь, спрашивал, что Тимеру интересно, делился идеями. Это оказалось так непривычно, что Тимер сначала растерялся, а потом включился, и через несколько часов был готов бизнес-план. Решили делать фирму совместно: Раван будет отвечать за производство, а Тимер – за финансы, договоры и прочие организационные вопросы. Но этим дело не ограничилось: у Равана не было друзей в городе, а у Тимера их нигде не было, поэтому всё свободное время они стали проводить вместе. Однажды вечером, после работы, Эйр и Роксана встретились в кафе рядом с концертным залом. Роксана передала ей гонорар за спектакль. Они заказали ужин и решили немного поболтать. – Встретила директора театра, он передаёт тебе привет, – сказала Роксана. – И четыре приглашения на премьеру – комедия «Потерянная фотография». Держи. Я не могу пойти, мы с Гороном на концерт Корнелии приглашены. – Что за Корнелия? – Певица, очень популярная. Странно, что ты о ней не слышала. Дочка нашего друга, очень хорошая девушка. Они с Тимером вместе учились. А у тебя какие новости? – У меня отличные новости: мой начальник в Министерстве спросил, собираюсь ли я продолжать работу в театре. Оказалось, он смотрел все мои спектакли! – А ты? – А я ответила, что пока не знаю, получится ли совместить театр с работой. И он сказал, что обязательно получится! Зимой, пока работы мало, меня переведут на сокращённый график. Но с условием, что я буду всю нашу группу приглашать в театр! Просто замечательно всё складывается! – Отлично! Отдай ему приглашение, пусть сходит на премьеру. – Хорошая идея. – И сама с Ламаром сходи. – Ламар повезёт маму в больницу, а мы с Зоей в деревню собрались. У нас не получится. – Тимеру тогда отдам. Пусть сходят с Раваном, развеются. Они теперь друзья – не разлей вода! Я так благодарна тебе за Равана, – смеясь, сказала Роксана. – Тимер совершенно изменился! Впервые в жизни у него появился друг! Помогает Равану привыкнуть к жизни в городе: одежды новой накупили, ходят в клубы, на концерты, каждый вечер у них какие-то планы. Деловые такие! Ещё бы, своя фирма – как самооценка-то поднялась! Стал общаться прямо как дипломат. Папаша счастлив! – А Раван! Он превратился в другого человека! Даже вырос, как будто. Разговаривать стал, как Тимер. Стемнело, зажгли фонари. Роксана посмотрела в окно. – Смотри-ка: кажется, знакомая машина подъехала? Они подошли к окну и пригляделись. К ресторану на другой стороне площади подъехала машина Тимера. Оттуда вышли он, Раван и две дамы в шубах и на каблуках. Издалека не было понятно, кто это. – Ничего себе! – Роксана присмотрелась. – С кем это они? Нет, не вижу. Да и не важно! Мы сегодня с Гороном сходим куда-нибудь, отметим это. Дома Зоя ждала Эйр к ужину, но та уже поела с Роксаной, поэтому просто составила ей компанию. Эйр невольно залюбовалась: какая Зоя красивая! От печали, казавшейся неотъемлемой частью её образа, не осталось и следа, лицо стало спокойным, взгляд – уверенным, сверкающим, счастливым. Так хотелось рассказать ей о Раване, но Зоя избегала разговоров о нём. Недавно она встретилась с ним случайно в городе – Раван так на неё глянул, что Зоя испугалась, как бы на ней что-нибудь не загорелось. И он тоже не хотел её видеть, не говорил о ней. – Ты встречалась с Ламаром? – спросила Зоя. – Нет, с Роксаной. Засиделись в кафе. – Я тебе уже давно хотела рассказать: у нас в больнице работает новый врач – комбустиолог. – Кто? – Это врач, который лечит ожоги. – Как ты это запомнила? – Я же медсестра, мне и не такое приходится запоминать. Он мне очень нравится. В душу мне глядит и там всё видит. Зовут Никол. Мы несколько раз вместе попадали на дежурство, а завтра идём в театр. А потом я хочу пригласить его в гости. Ты не могла бы погулять где-нибудь завтра вечерком? – Хорошо. – Ты невесёлая какая-то. С Ламаром поссорились? – Знаешь как говорят: «В чём другого осудишь, в том сам и побудешь». Помнишь, когда ты мне рассказывала про Равана, я умничала на тему того, что не нужно продолжать такие отношения? Уж я бы такого не допустила! Как же! Думала заполнить пустоту. Потом упорно пыталась что-то построить из этой пустоты. А ничего не строится. И не построится! Всё, что я делаю, ему не нравится, всё неправильно. Уж не знаю, что нужно сделать, чтобы он был доволен. – Послать его куда подальше. Думает, если у тебя тут нет семьи, всё можно, никто не заступится?! Вот завтра пойду и всё ему выскажу – нашёлся умник! – Как же всё плохо! Как я теперь тебя понимаю… Нелегко сказать «прощай» человеку, с которым переживала счастливые моменты, строила совместные планы. Была рядом, что-то обещала, давала надежду, а потом… Как предательство получается. Я серьёзно к этому относилась. – Ты что, пообещала ему выйти замуж? – Нет. Но и «нет» тоже не говорила. – Как же можно понять, стоит ли выходить замуж, не узнав человека как следует? Потом с ним всю жизнь жить. Для этого люди и встречаются до свадьбы, чтобы понять, идти дальше вместе или нет. А как иначе-то? Посмотрели друг на друга, поняли – дело не пойдёт, и «Спасибо, всё у тебя будет, только не со мной». Это нормально, вообще-то. – Попробую в последний раз. Поговорю с ним, объясню, что я чувствую. Послушаю, что ответит. Может, всё и наладится. А нет - так нет... На следующий день, придя на работу, как и обещала Зое, Эйр договорилась с Ламаром о встрече вечером. Сегодня планировалось большое совещание на тему подготовки к новому сезону. Её доклад готов, но надо было ещё раз всё перепроверить. Однако до доклада дело не дошло – руководитель группы объявил, что единственный завод, тот самый «Атэк», на котором делали тракторы, объявил себя банкротом. Все планы рухнули – другого завода в Могаре нет. Огромные опытные поля лёгкой техникой не вспашешь. Зашёл Ламар. Они пошли гулять, но настроения не было. Эйр рассказала ему о ситуации. – Разве это твоя проблема? – сказал он. – Не ты сорвала поставки, не ты принимала решение покупать эти тракторы. Ты же знаешь, я вообще не понимаю, зачем тебе всё это. – Затем, что я очень хочу приносить пользу. Где-то в подсознании я чувствую вину за то, что принесла беду в свою страну. И теперь пытаюсь её искупить тут. – Вот оно, в чём дело! Придумала себе чувство вины и поэтому занимаешься всей этой ерундой. Ты не в чём не виновата! Понятно? – Да... Но мне, правда, очень нравится то, чем я занимаюсь. – Ладно, скоро эта лавочка сама прикроется, раз такие дела. Давай договоримся: если весной ничего не начнётся, ты уйдёшь оттуда. Это уже становится невыносимо. Что тут можно объяснить? Спорить бесполезно. А может, не спорить? Просто согласиться, и конфликт будет исчерпан? – Хорошо, – тихо ответила Эйр. – Да неужели! Ты со мной согласилась! Отметим этот день в календаре, и будем праздновать каждый год. – Кстати, о календаре: Новый год через неделю. Мы пойдём на Дикие танцы? – А тебе-то что там делать? Все превратятся в волков и будут выть. Тяжёлая музыка, барабаны, все в костюмах этих дурацких. Давай лучше сходим в какой-нибудь хороший театр. – А ты пойдёшь? – Я пойду. Потому что в эту ночь мы заряжаемся энергией на целый год. – Я мечтала туда сходить. Ламар обнял Эйр. – Ну, правда, там нет ничего хорошего – грязь, шум, давка и суета. Все пойдут на крышу, а ты одна останешься? На крышу только волков пускают. Я повою со всеми и сразу поеду домой. Не волнуйся, ни с какими девушками я там встречаться не собираюсь. Неделя получилась тяжёлой и какой-то пустой – на работе все суетились, совещались, что-то обсуждали, но никаких решений принять не могли. Весенние работы на опытных полях сорваны, большая подготовительная работа, кажется, была проделана зря. Ламар тоже работал почти круглосуточно, чтобы до конца года закончить проект. Очень кстати. Эйр не хотела его видеть. Ничего уже не наладится. После праздника она решила собраться с духом и серьёзно с ним поговорить. Зато у Зои дела шли очень хорошо, так, что стало очевидно – пора подыскивать другое жильё. Вечером после работы Эйр обошла все магазины по дороге к дому, а потом просто бродила туда-сюда по холодной улице, кутаясь в пальто. Мимо пробегали волки – им хорошо, они в тёплой шкуре, ноги быстрые, – а ей приходится идти по морозу и снегу. Почти у самого дома её догнал волк, который превратился в Равана. – Привет, у меня две новости, как обычно, – хорошая и плохая. – Ну, говори. – Мы купили «Атэк». Это хорошая. – Кто – мы? – Мы с Тимером. – А плохая? – У них там такой бардак! К весне только два трактора будут, в лучшем случае. От радости Эйр не могла найти слов. Вот это новости! Два трактора – уже что-то! – Раван, да это… какое-то волшебство! Я даже не знаю, какие слова подобрать, чтобы передать, как я рада! – Мы вложили всё, что у нас было. Но, думаю, всё получится! – Я тоже хочу! – Что? – Вложить свои деньги. У меня их много скопилось, в банке лежат. – Не надо. – Мне тоже нужны тракторы, вообще-то. – Посоветуюсь с Тимером. – Да, посоветуйся. Поднялся ветер. Эйр дрожала от холода. – Ты совсем замёрзла. Иди домой, грейся. – Эээ… я ещё погуляю. – Что, у Зои гости? – Ну да… Пора мне искать другую квартиру. – Понятно. Ты-то замуж не собираешься? – Нет. – Слушай, дом, который я снимаю, разделён на две половины. Вторая пустует. Переезжай пока туда, а со временем купишь себе квартиру или дом. Мы будем жить каждый на своей половине и не будем лезть в дела друг друга. А почему бы и нет? Близко, удобно и безопасно. – Вы куда идёте завтра на Дикие танцы? – спросил Раван. – Мы поедем в клуб «Чёрный камень». – Я не иду. – Почему? – Это праздник только для волков. Вот зачем он спросил? Эйр не смогла сдержать слёз. – Пошли с нами? – предложил Раван. – Я не могу – Ламар будет там же. – Давай тогда поедем в другой клуб? – Нет, Раван, дело не в клубе. Спасибо тебе. Съезжу в другой раз. Вся страна готовилась встречать новый год, а потом отдыхать в длинные выходные. Эйр пришла домой после работы, переоделась. Было так грустно. Зоя и Никол ушли на праздник, а она одна. «Как же я хотела полюбить тебя, Ламар! А оказалось, так не бывает: захотел – полюбил, захотел – разлюбил. Видно, в моей жизни будет только одна любовь. Больше я в эти игры не играю! Сейчас наемся конфет и пойду спать. Вот бы сейчас Ирмин оказалась здесь! Она бы всё разложила по полочкам, выслушала, развеселила. Как она сейчас живёт? Может быть, её мечта сбылась, и у неё теперь своя ферма на берегу Раонтана? Голубые домики, украшенные белоснежной резьбой. Пруд и мостик… Ирмин, наверное, вышла замуж и путешествует по реке с семьёй… А у меня, видимо, будет какое-то другое счастье». В дверь постучали. Наверное, к соседям. Стучали всё настойчивей. Нет, это к ней. Открыв дверь, Эйр в страхе отскочила назад: там были медведь и лось, точнее, люди, наряженные медведем и лосем. – Не пугайся, Эйр, это мы! Она узнала Тимера и Равана. – Одевайся, поедем на праздник, – сказал Раван. – Как там в сказке говорится: «Очень вредно не ездить на бал, если ты этого заслуживаешь», – добавил Тимер. – Короче, вот костюм, поехали с нами. Он подал Эйр коробку. – Я не могу, – возразила Эйр. – Разве тем, кто не может превратиться в волка, туда можно? – Нет, но у нас есть план, – мы тебя спрячем, пока все будут выть на крыше. – Меня сразу узнают. – Не узнают. Костюм мы тебе нашли – что надо! Ты только посмотри! Эйр открыла коробку. Там лежал очень странный костюм: длинное коричневое платье, расшитое блёстками с какой-то коробкой на спине. Там же были коричневая маска с вытянутым носом и с рожками, и блестящая шапочка. Все маски закрывали только верхнюю половину лица, чтобы можно было свободно дышать, – ведь на празднике придётся много танцевать. А нижнюю часть лица раскрашивали с помощью специальных красок. – Это что?! – удивилась Эйр. – Улитка! Костюм улитки. А это - раковина. – Где вы взяли? – Девчонки нашли. Надевай, а то опоздаем. Эйр растерялась. Ребята торопили. Она пошла за печку и кое-как надела странный костюм. – Руки нужно закрыть, – сказал Раван. – Там перчатки ещё были, посмотри в коробке, – ответил Тимер. – Вот, другое дело! Нижняя часть лица, которая без маски, слишком белая. Так не пойдёт. – Где краски? Сейчас я тебя покрашу, – сказал Раван. – Вот они, хорошо, что захватили. – Раван, не надо! – Ладно, крась сама. И губы накрась побольше. Эйр раскрасила лицо. Из зеркала на неё смотрело какое-то чудовище. – Это точно хорошая идея? – спросила она. – Конечно! Отлично получилось! Тебя не узнать. Поехали. Только смотри, ничего не говори, иначе все поймут, кто ты. Сейчас мы приедем в клуб, там будет играть музыка, мы будем все вместе. А потом мы пойдём на крышу и будем там выть. Тебя отведём в служебную комнату, где ты будешь нас ждать. Когда мы вернёмся, начнутся дикие танцы. Пальто на раковину не одевалось, поэтому Эйр взяла его в руки. Они сели в машину и поехали в клуб. Картина была, конечно, необычная: за рулём сидел лось, а на заднем сиденье – медведь и кто-то очень странный под названием «улитка». – Всё нормально, костюмы подобраны правильно, – сказал Тимер. – Вот Раван и без маски как медведь. А сейчас всё пришло в порядок! – А ты – лось! И без маски тоже лось, мог бы и не наряжаться. – И я без маски неизвестно кто, – добавила Эйр. В машине ехали без масок. У всех нижняя часть лица была раскрашена, над этом тоже посмеялись. Потом Раван сказал, указывая на Тимера: – Эйр, этот балбес надумал жениться. Я ему говорю – не надо! А он не слушается! Ты ему хоть скажи. – Не слушай его, Тимер, он тебя хорошему не научит, – пошутила Эйр. – Вот мы с тобой хотели пожениться – и чем всё закончилось? А ничем! – О, вы хотели пожениться!? Не знал, – удивился Тимер. – Да не мы! То есть мы. Но не друг на друге. Плохая, в общем, затея. У тебя рог отвалился. – Это потому, что я его не до конца приделал. Всё из-за тебя: «опаздываем, опаздываем!» – Нет, это потому, что ты балбес. – Что-то ты, я смотрю, разговорился. Заглохни! На вот, печеньку съешь. – Не могу, краска сотрётся. Эйр хохотала. «Жаль, Ламара нет, – подумала Эйр. – Посмотрела бы я, как он сейчас тут рассуждал бы про высшее и низшее общество, глядя на этих двоих». – Приехали. Погнали веселиться. Они вышли и прошли в клуб со здоровенной вывеской над огромными воротами – – «Чёрный камень». Гости в разных костюмах заходили туда шумными компаниями. Под руки с Тимером и Раваном Эйр тоже зашла, поднявшись по невысокой лестнице. Везде горели факелы. Клуб был украшен какими-то ветками, корнями, камнями. Было немного страшно, но очень интересно. На входе продавали напитки и закуски, на сцене музыканты играли медленную тяжёлую музыку. Никто пока не танцевал. – Привет, Корнелия! – сказала Эйр на ухо какая-то девушка в костюме. Странно, ошиблась, наверное. Тут же все в костюмах. Эйр думала, что она будет в самом странном образе, но нет – были и поинтереснее. Друзья старались держаться вместе, но всё равно потерялись в толпе. Эйр осталась одна. – Привет, Корнелия, – сказала другая девушка в костюме летучей мыши и помахала ей. «Главное, молчать! Меня никто не узнаёт, почему-то они все думают, что я Корнелия». Эйр допила свой напиток, ребята нашли её и принесли ещё. И музыка, и вся атмосфера всё больше и больше нравилась Эйр. Вдруг музыка стихла, ведущий объявил, что подходит время, – пора всем подниматься на крышу. Тимер и Раван отвели Эйр в служебную комнату и сказали: – Будь тут, а потом мы вернёмся и будем танцевать. Все начали превращаться в волков и побежали на крышу по специальной лестнице. Волков было много, поднимались долго, и, в конце концов, в клубе никого не осталось. Настала абсолютная тишина. Через минуту завыл волк. К нему постепенно присоединись все. Дикий душераздирающий вой заполнил всё вокруг. Сердце Эйр стучало так, что был слышно в пустом зале. А потом опять наступила тишина. Вдруг раздался барабанный бой – тоже как удар сердца. Потом ещё, ещё, – в барабаны били и били. С крыши возвращались уже не волки, а люди в костюмах. Барабанный бой ускорялся. Все начали танцевать дикий танец. Раван вывел Эйр из подсобки, и она танцевала вместе со всеми. Сначала было непонятно, что нужно делать, но потом девушка догадалась: в этом и смысл – все в костюмах, неузнаваемы, можно танцевать, как угодно, – просто отключить мысли и двигаться вместе со всеми в диком танце. Эйр давно потеряла в толпе и Равана, и Тимера. В какой-то момент она оказалась рядом с Ламаром и сразу узнала его, а он её – нет. Ламар, действительно, был один, но уехал далеко не сразу, как обещал. Они оба сегодня друг друга обманули. Только это уже не имело никакого значения, – нельзя сломать то, что и так не работает. Музыка, бешеная энергетика, сумасшедший ритм давали чувство полной свободы. Странный праздник, но Эйр всё очень нравилось. Сегодня она была волком, как и все. Было непонятно, сколько времени это продолжалось. Музыка постепенно замедлилась. Она устала и села на лавку у стены. – Устала? – спросил Раван. – Да. – Пора домой. – Все превращаются в волков и разбегаются. А мы как поедем? – Хороший вопрос. Как-то мы об этом не подумали. – А Тимер где? – Уехал. С Корнелией своей. Короче, отстёгивай раковину, надевай своё пальто. Ваш дом недалеко, не замёрзнем. А потом я к себе в шкуре добегу. И они пошли по ночной улице: один в костюме медведя, другой – улитки, которая несла свою раковину в руках. Было очень холодно. Эйр замёрзла в своём тонком пальто. – Какие же мы глупые! – вдруг сказал Раван. – Идём, мёрзнем, когда можно прекрасно доехать! Он превратился в волка. Такого же огромного, в половину человеческого роста, как и все в Могаре. Мысленно сказал: «Садись на меня и не бойся!» Эйр села, одной рукой крепко схватившись за гриву, а в другой держа раковину. Она переживала, что окажется слишком тяжёлой, но нет – маленькая и худая, девушка удобно устроилась на волчьей спине. Сначала Раван шёл медленно, а потом побежал – всё быстрее и быстрее. «Ты принцесса, а я серый волк!» – пошутил Раван. Они быстро добрались до дома, где Раван снова превратился в человека. – Ну, что скажешь? Ты, наверное, пожалела, что пошла? Такой дикости на Атале, конечно, нет. – Нет, что ты! Мне очень понравилось. Я сегодня была волчицей. Жаль, не по-настоящему. Уж я бы повыла так повыла! Нужно мне очень – повыть. Они пришли во двор. – Так давай повоем! Начинай. – Я не могу. – Что тут сложного? – Ты начни. Раван завыл. – Давай, не бойся, сегодня можно! Эйр набрала воздуха, закрыла глаза и тоже завыла. Было странно и смешно, но так здорово! – Ну-ка замолчите, люди спят! – крикнула какая-то женщина в окно. – Никак не навоются, паразиты! Эйр и Раван спрятались за сарай и хохотали. Потом Раван сказал: – Ты мой друг, я сделаю для тебя всё. Если тебе что-то будет нужно, сразу вызывай своего серого волка. – Спасибо, Раван. Дорого стоит такая дружба. Я не забуду эту ночь. Уже поздно, пора по домам. Спокойной ночи. – Спокойной ночи. После смены владельцев единственного тракторного завода в Могаре члены правительства изъявили желание посетить его, чтобы познакомиться с новым руководством. Тимер попросил Роксану помочь с организаций. В назначенный день в заводской столовой накрыли столы и поставили небольшую сцену. Приехали вождь, министры и другие члены Совета с жёнами, корреспонденты разных газет. Роксана позаботилась, чтобы Тимер с Раваном выглядели отлично, – оба были в белоснежных рубашках и тёмных костюмах. Основной доклад делал Тимер, генеральный директор: рассказал о текущей ситуации, долгосрочных и краткосрочных планах, ответил на вопросы и представил Равана – директора по производству. Кто-то из министров сказал: – Мы о вас раньше не слышали. Расскажите о себе. Какое у вас образование? – Добрый день, меня зовут Раван, я родился и вырос в деревне Хэн Элам. Обучение я ещё не закончил – учусь заочно на инженерном факультете. Вас интересует, как я сюда попал? Сейчас расскажу. Чтобы распахать новый участок, мы в деревне купили мотоблок. Он немного поработал и сломался. Город далеко, а пахать надо, – вот я и решил сам его починить. Это получилось, все в деревне об этом узнали и понесли ко мне на ремонт, что у кого сломалось. Так меня это дело захватило! К осени в деревне чинить стало нечего, и я переехал в город. Тут мы с братом открыли небольшой цех по сборке лёгкой техники, прямо там я и поселился. Потом мы познакомились с Тимером, он стал у нас директором. Дела пошли хорошо, заказов было даже больше, чем мы могли делать на тех площадях. Вот мы и купили этот завод. Цели у нас простые: делать технику, которая будет работать качественно и долго. Сейчас настраиваем производственные процессы по-другому, не так, как было раньше. Да, наши тракторы будут стоить дороже, но точно не будут ломаться через час после покупки. – Вы планируете набирать новых сотрудников? – Мы провели аттестации, и в результате со многими из тех, кто раньше здесь работал, пришлось проститься. Нужно, чтобы здесь работали лучшие. Поэтому мы разработали новую систему оплаты, ввели контроль качества, постоянно улучшаем условия труда, – золотые руки за серебро не купишь. На данный момент все вакансии заняты, у нас сложился очень хороший коллектив. Потом, при увеличении объёмов, будем ещё набирать сотрудников. – То есть вы всем этим занимаетесь без образования?! – Да. Я нашёл своё призвание слишком поздно, поэтому поступил на учёбу только в прошлом году. Как говорится: «Человек неучёный, как топор не точёный, – можно дерево срубить, да бесполезного труда много». Поэтому у нас есть ещё программа повышения квалификации, – завод частично финансирует обучение сотрудников, в том числе, на специализированных курсах. Там мы как-то интересную тему обсуждали: нужно так просчитать срок службы изделия, чтобы покупатель через какое-то время пришёл за новым и снова тебе платил. У нас так не будет – наша техника будет служить настолько долго, насколько это возможно. Также будет работать гарантийная программа, сервис-центры. За последний год наша страна сделала огромный шаг вперёд, и мы собираемся тоже в этом активно участвовать. Переживания Тимера, что Равана «съедят», оказались напрасными, – он очень неплохо отвечал на вопросы, вёл себя уверенно, располагал к себе. Создавалось ощущение, что Раван получает удовольствие от выступления. В газетах напечатали статьи с фотографиями – Роксана все их собрала и сохранила в альбоме. Никто не ожидал, что эти статьи произведут эффект разорвавшейся бомбы: не было в Могаре раньше такого, чтобы деревенский парень без образования вдруг стал директором завода. То, о чём рассказывал Раван, было ново и интересно, он говорил простым языком, с юмором и живыми примерами. Его стали приглашать на разные встречи, журналисты снова и снова брали интервью. Даже в популярной детской радиопередаче он иногда вёл рубрику, где рассказывал о технике. Раван не готовился к выступлениям заранее, просто рассказывал то, что приходило в голову, и ловил себя на мысли, что в этом похож на своего деда. Спустя некоторое время фотографии улыбающегося Равана можно было увидеть везде. Так в Могаре появился ещё один вдохновитель, только уже для простых людей. Люди читали, слушали Равана и верили: если учиться, работать и ничего не бояться, то всё получится. Собрав свои вещи, Эйр наняла грузовик, чтобы перевезти их в свою новую квартиру. Мебели, крупных и тяжёлых предметов там не было. Они с Зоей быстро погрузили в машину несколько чемоданов, сумок и коробок и уселись в кабину. Расположение её нового места жительства было удобным. Дом, хоть и не новый, крепкий, тёплый, есть колодец во дворе. В каждой половине дома отдельный вход, своя печка, между ними – старая кривая дверь, которая всегда закрыта. Зоя помогла разгрузить вещи, растопила печь, помыла мебель, пол и ушла к себе. Эйр тем временем раскладывала по местам самое необходимое. Вдруг дверь резко распахнулась. Вошёл Ламар – он был очень зол. – Что случилось?! – испуганно спросила Эйр. – Ты меня спрашиваешь?! Я, конечно, уже привык, что ты сама принимаешь решения, делаешь, что хочешь, но тут ты уже перешла все границы, – взяла и переехала к какому-то мужику! – Да что ты такое говоришь? Это разные дома, здесь разные входы, дверь между ними всегда закрыта! – Думаешь, я не вижу, как он без конца мотается в Министерство? Ты меня за дурака держишь?! Своя невеста бросила, так на чужую позарился! Рылом не вышел для такой невесты! Эйр села на лавку и закрыла лицо руками. Раван в её глазах был деревенским простачком, непутёвым братишкой. Ей и в голову не могло прийти, что всё это можно вот так воспринять. Как же глупо! А все остальные давно видят симпатичного молодого человека, дела которого, в общем-то, идут совсем неплохо. От этого открытия девушка растерялась, размышляя, как можно всё это объяснить. Она сидела в оцепенении, не в силах пошевелиться. – Давай-ка, Эйр, собирай вещи, мы уезжаем! И тут Эйр разозлилась. Она встала и сердито посмотрела на Ламара: – Со мной нельзя так разговаривать! Ты понял? – Её взгляд был спокойным и уверенным. Ламар от неожиданности растерялся и шагнул назад. Эйр продолжала: – Нужно было сказать это сразу, как только ты начал повышать голос! Но мне это казалось настолько очевидным, что слова были неуместны! Что ж, будет мне урок на будущее. – Ты... ты..., – Ламар судорожно выстраивал в голове стратегию: надо во что бы то ни стало обвинить Эйр. Не важно, в чём. Как только она начнёт оправдываться, получится снова взять ситуацию под контроль. – Ты даже не предупредила меня, что перезжаешь! – Я с самого начала делилась с тобой всеми своими планами! И всегда в ответ получала одно и то же: ты объяснял, что это глупо, и указывал, как мне следует поступить. Каждый раз! Да что говорить: даже если я предлагала пойти куда-то погулять, ты обязательно настаивал, чтобы мы пошли в другое место! В тот день, когда я поняла, что нужно искать другое жилье, я спросила тебя, не мог бы ты помочь? Разве нет? Ламар молчал. Действительно, она просила помочь найти другое жильё. Но ему тогда это показалось капризом, манипуляцей - ведь девушки, когда выходят замуж, обычно переезжают жить к мужу, а не наоборот. Он не знал, что доктор Никол приехал из другого города и жил в общежитии при больнице. – Я искал, – зачем-то соврал Ламар. – Но не мог найти ничего подходящего. – Ну, вот видишь! Пришлось искать самой. А знаешь, почему я тебе не сказала, куда перееду? Потому, что боялась! Я уже давно боюсь тебе что-то рассказывать. – Нам давно пора пожениться. Но ты же понимаешь, моя мама... Она не даст нам жить спокойно. Сейчас я отвезу тебя в гостиницу, а завтра приступим к поискам. Неподалёку от моего института, вроде бы, продаётся дом. Найдём что-нибудь. Денег у меня достаточно. Эйр горько усмехнулась. – Я взрослый человек, Ламар. Вполне могу сама о себе позаботиться. Мне хотелось найти любовь, радость... А у нас... Какая радость?! Кажется, я забыла, когда я последний раз улыбалась. Я мечтала... чтобы ты хотя бы немного позаботился обо мне. Подарил то, что я люблю. Сделал что-то, о чём мечтаю. Спросил, хорошо ли я себя чувствую... – Эйр, я... – Достаточно! Мне недоели бесполезные разговоры: я приняла решение. – Вот как? Моё мнение не важно? – Да только оно всегда и было важно! А теперь - нет! Моё терпенье не безгранично. – Это всё из-за него, да? – тихо спросил Ламар, отводя взгляд. Он никак не мог согласиться с тем, что во всём виноват сам, – нужно было найти другого виноватого. – Из-за Равана? Да мне и голову бы такое не пришло, если честно. Впрочем, я не собираюсь с тобой объясняться. Уходи! Ламар ушёл, хлопнув дверью. «В голову не пришло! Конечно! Ходит вокруг, облизывается. Животное! Постоянно где-то рядом ошивается. Наговорил ей обо мне... О чём вообще можно разговаривать с этим идиотом?!». Мечты разбились, всё полетело в пропасть, картины будущего рассыпались в пыль. Что будет дальше? Ничего! И во всём виноват Раван. «Я убью этого мерзавца!» – думал Ламар, уверенно направляясь к другой половине дома по общему двору. Раван как раз вышел на крыльцо. Они остановились, глядя друг на друга. Ламар был вне себя от гнева – глаза горели, руки сжаты в кулаки. А Раван спокойно, немного растерянно смотрел на него, не отводя взгляда, и улыбался, как бы невзначай тоже сжимая кулаки. «Да он издевается, скотина деревенская!» – подумал Ламар. Но что делать дальше? Он никогда ни с кем не дрался, а кулаки у Равана побольше, и сам он повыше... Ламар презрительно взглянул на него, обозвал «лохматым свином», гордо развернулся и пошёл прочь. Эйр осталась одна. Долго сидела, глядя в одну точку. Ничего не получилось. За короткое время она потеряла дом, семью, любовь, друзей, страну. Туда нет возврата. Нужно было научиться жить здесь. Она очень старалась. И что в итоге? Жезл Элоана не нашёлся, и, видимо, никогда не найдётся. Превратиться в волка не получилось, лучшая подруга скоро выйдет замуж, дела на работе идут плохо, а теперь ещё и Ламар… впрочем, это был вопрос времени. Так нужен кто-нибудь родной! Остался один Тару… Он, конечно, думает, что Эйр умерла. Прижаться бы к нему… Но это невозможно. Вдруг из сумки, лежащей на столе, выпала игрушка – медведь, которого связала сестрёнка Равана. Эйр вздрогнула. Подошла, подняла игрушку. «Грустная мордочка, как у меня». Запахло жареной картошкой. Как вкусно! В дверь с улицы заглянул Раван и позвал: – Заходи, поедим, я картохи нажарил. Идти никуда не хочется. Ничего не хочется. «Пойду, иначе я тут сойду с ума». В каком-то оцепенении она накинула пальто и пошла за Раваном. Он положил ей картошки, достал солёные огурцы, нарезал хлеб и ушёл на двор. Вот очень кстати. Вообще нет настроения кого-то сейчас видеть, тем более – разговаривать. Вдруг заиграла музыка – нежная, лёгкая. Эйр посмотрела в окно – это Раван играл на дудочке, сидя на лавке у колодца. Что за звуки! От них так спокойно, светло на душе. Как лекарство. «Играй, пожалуйста, не останавливайся». Нежная музыка закончилась, началась весёлая, Эйр невольно начала стучать в такт пальцами по столу. Где-то она уже слышала что-то подобное. «Вот кто играл тогда на реке! – догадалась Эйр. – Я ещё решила, что это пастух. Мне тогда эта музыка очень помогла. И сейчас… Не дудочка, а волшебная палочка какая-то». Она доела и пошла к себе. – Я там твою одеялку на печку закинул, возьми тёпленькую, – крикнул Раван. Одеялку он закинул… Эйр стало смешно. Бедный Раван! Оказался в центре скандала, не имея к нему никакого отношения. Всё он слышал, конечно. Хорошо, что хотя бы перед ним не нужно оправдываться. Она легла спать, укутавшись в тёплое одеяло. Так странно: оказывается, когда разбито сердце, нужны картошка, музыка и тёплое одеялко. А слова не нужны. Было так уютно, тихо, спокойно. События этого дня стали незначительными, думать о них не хотелось, и Эйр уснула. На другой день, вернувшись с работы, она сразу принялась топить печь, чтобы приготовить мясо. Накинув платок, вышла во двор за дровами. – Куда ты столько поволокла? Дай-ка сюда, – Раван увидел её и забрал дрова. – Что собралась готовить? – Мясо. Спасибо тебе, кстати, за картошку. – А давай сегодня я к тебе на ужин? У меня ничего нет. – Заходи. Расскажу тебе новости заодно. Обсудили рабочие вопросы. Как хорошо, когда есть кто-то, с кем можно разговаривать и не думать, что и как говорить. Не надо просчитывать наперёд слова, чтобы нечаянно не обидеть. Кто-то, кто не будет доказывать своё превосходство, объяснять, что ты всё делаешь неправильно, а уж он-то точно знает, как надо. – Почвы тут у нас очень разные, какое удобрение для одной подойдёт, другой навредит. Дед на одно поле золу возил, а на другое, говорил, не надо. – Надо бы его взять на работу к нам, в Министерство. – Да ведь он умер по осени, ты разве не знала? – Умер?! – У Эйр перехватило дыхание, она едва не упала в обморок. – Как это случилось? Почему мне никто об этом не сказал?! – Что с тобой? – удивился Раван. – На-ка, выпей водички. Это случилось неожиданно. Я уже переехал в город. Папа позвонил и сказал, что дедушка просит срочно приехать. Я спросил, что с ним, но папа ответил, всё в порядке, – может, соскучился? Мне это показалось странным, я подхватился, всё бросил и поехал домой. А когда добрался, дедушка уже умер. Он пошёл в сарай… Видимо, ему стало плохо, и он упал на дорожке к дому… – Он передал тебе свою волшебную силу?! – Эйр, да что с тобой?! О чём ты говоришь? Какая волшебная сила? У тебя сегодня тяжёлый день выдался, да? Да, мой дед был умным, мудрым человеком, но он не был колдуном! Понятно. Раван ничего не знает. Значит, дедушка Есихем так никому и не передал свою волшебную силу. Теперь Эйр некому защитить! Она вернёт силу земле Могара и погибнет… Спокойно! Жезл искали сотни лет, да так и не нашли. Как можно найти маленький кусочек металла на морском дне? Может, и нет никакой второй половинки жезла? Эйр старалась дышать ровно. – Плохо, что вы так и не познакомились, – продолжал Раван. Он говорил медленно и ровно, чтобы Эйр успокоилась. – Бывало, в детстве пойдём с дедушкой в лес или в поле и долго гуляем, почти весь день. Он вообще часто уходил в лес, иногда даже на несколько дней. Про всё нам рассказывал – как какое дерево называется, где оно растёт, почему. Про каждую зверушку. Он мог с ними разговаривать – белки сами ему на руку запрыгивали. Птицы садились. Я руку сую – а они улетают. А как он рассказывал – заслушаешься! Сказки нам сочинял. – Жаль... Ты про него мне рассказывал тогда в машине, – что он чувствует энергию земли и растений. А мне было не до этого. Как же ошибаются люди, когда думают, что впереди ещё много времени! Кажется, ещё успею, ещё есть время сказать что-то важное. А надо говорить сразу! Почему я не поговорила с твоим дедушкой, когда это было возможно? Теперь поздно. Я никогда не узнаю про энергию Манг-алана. Мне иногда кажется, что я тоже её чувствую. И тоже думаю, что её как будто недостаточно, будто что-то сдерживает. – Да, дедушка в этом разбирался. А ты как почувствовала энергию? Из этого что-то получилось? За разговором Эйр успокоилась и отвлеклась от грустных мыслей. В соседних домах погасли огни, а друзья никак не могли наговориться: Эйр рассказывала о своих экспериментах, Раван – о своих, обсудили рабочие вопросы, договорились заказать дрова, вызвать трубочиста, утеплить двери, – дом же у них один на двоих. Вместе ужинать было намного веселей, поэтому традицию решили продолжить. Ужинали друг у друга по очереди. Раван следил, чтобы у Эйр всегда были дрова и вода, а она в благодарность, по выходным убиралась в его половине дома. Наконец-то в городе начали подключать канализацию и водопровод во всех домах. Раван возился с кранами, Эйр с тазом и тряпкой наблюдала за процессом. – Вот так, счастье-то пришло и безо всякого жезла! А всего-то надо было немного пошевелиться. Так, глядишь, и на сферах скоро полетим. Сколько отсюда до деревни лететь? – Думаю, полчаса. – Вот как! А мы на машинах два часа трясёмся, если дорогу не развезло. Как тебе так удалось объяснить, что для счастья не нужно волшебство? Даже если половинка жезла не найдётся, мы сами сделаем нашу жизнь лучше. Посадим поля, построим заводы! – Тебе бы вождём быть, – смеясь, ответила Эйр. – Это только в сказках парень из народа становится королём. А мне и так есть чем заняться. Глава 9. Волшебные находки Равану действительно было чем заняться – завод заработал, в продажу поступили новые тракторы и оборудование. Цеха переоборудовали, отладили технологии и занялись расширением производства. Весна в этом году наступила поздно – как только земля подсыхала, снова начинались дожди, иногда со снегом. Только к концу весны на опытных полях начались работы. Времени было мало, работали без выходных, но зато, пусть и с опозданием, поля засеяли, картошку тоже посадили. Из-за поздней весны сады зацвели только в начале лета. После первой грозы резко наступило тепло. Ещё вчера все кутались в куртки, а сегодня уже гуляли в летней одежде. Природа как будто ждала этого тепла: прямо на глазах распускались листочки, зацветали цветы. Приехав с работы, Эйр зашла в магазин, купила продукты и медленно пошла домой. Настроение прекрасное – на работе всё хорошо, в выходной для всех сотрудников будет праздник в честь окончания посевных работ, даже артисты приедут. А на улице какая красота! Запах цветов, весны и зелени пьянил, так хотелось погулять, но времени мало – нужно готовить ужин, завтра рабочий день. Девушка быстро затопила печь, нарезала мясо, овощи, поставила тушиться, а сама вышла на крыльцо. Равана нет, свет не горит. Странно, почему его нет? Обычно в это время он уже дома. Будет ли он ужинать? Она зашла в дом, перемешала мясо и снова вышла во двор. «Мы же просто друзья? – спросила она себя. – Почему же тогда я так волнуюсь? Бегаю туда-сюда. Разве мне не всё равно, где он? Конечно, всё равно! Ну, тогда надо идти в дом, спокойно поесть и лечь спать. Кого я хочу обмануть?! Я купила то, что он любит, готовлю, что он любит, сижу, и не свожу глаз с калитки! Нужно с этим заканчивать! Если что-то пойдёт не так, я потеряю единственного близкого человека. И останусь совсем одна». Свет Эйр так и не включила. Стемнело. Ужин был готов, но есть не хотелось. Через открытое окно белые лепестки прилетели на пустой стол. Самый близкий человек… когда же Раван успел им стать? Это как-то незаметно получилось. Во всех сложных ситуациях он всегда был рядом и находил решение. С ним интересно, можно говорить обо всём, не боясь показаться глупой или смешной. Когда он приходит, становится тепло, и дело совсем не в печке. А эта улыбка… глаза, руки. Вот что теперь с этим делать? Сверкнули фары – приехал Раван и тихо прошёл к себе. Пусть думает, что она спит. Но уснуть невозможно! Сердце стучит так, что, наверное, слышно даже не улице. Орнадар светит в окно так ярко… Эйр встала. Потихоньку, на цыпочках, подошла к запертой двери в другую половину дома и дотронулась до неё дрожащей рукой. А что, если дверь откроется? Девушка закрыла глаза и представила, как открывает дверь... В нерешительности остановившись у входа, она увидит, как Раван читает газету, сидя за столом. Заметив неожиданную гостью, удивится и обрадуется, глаза вспыхнут, как огоньки. Какой же он красивый в мягком свете настольной лампы! Взгляд хитрых глаз околдует, голова закружится. Эйр двумя руками ухватится за дверь, чтобы не упасть... Раван улыбнётся. В его обычной открытой и доброй улыбке на этот раз появится что-то хищное. Скорее бы стать добычей этого хищника... Стоп! Девушка старалась дышать ровно. Всё, конечно, будет совсем не так... Раван удивлённо посмотрит из-за газеты и скажет: – Эйр? Ты как здесь оказалась? – Дверь почему-то была открыта. – Странно. Завтра починю. – Э… я… у меня кончилась соль. Отсыпь, пожалуйста, немного. – Конечно, бери всю пачку. У меня ещё есть. – Спасибо. – Да не за что. – Спокойной ночи. – Спокойной ночи. Но Раван не сидел за столом. И не читал газету. Он тоже не спал – сидел на корточках, оперевшись спиной о дверной косяк, напряжённо обхватив голову руками, готовый пройти сквозь стену, чтобы прижать к себе маленькую, тонкую и нежную девушку с огоньками на руках. Ласкать, окутывать. И больше не отпускать... Как справиться с огнём? А может быть, просто легонько толкнуть эту хлипкую дверь? Это так просто. Но что потом? Он представил, как Эйр просыпается и испуганно глядит, закрываясь одеялом. – Прости, я думал, ты не спишь. У меня кончилась соль, дай, пожалуйста, немного. Не хотелось одеваться и идти через двор. – Возьми на столе. И не заходи так сюда больше, – холодно ответит Эйр. А на следующий день соберёт вещи и переедет… В доме тепло. Орнадар скрылся, погрузив город в темноту. Эйр вернулась в кровать и укуталась в одеяло. Как жарко! Она откинула одеяло и села, обхватив колени. Представила, как Раван проводит рукой по её плечу и вздрогнула. Как тут можно уснуть?! Что делать? Переживания от истории с Ламаром ещё не забылись, в душе бардак, в голове тоже. Что это – опять желание заполнить пустоту или что-то другое? Нужно куда-то уехать и спокойно со всем разобраться, а дальше будет видно. В опытном хозяйстве для сотрудников построили вагончики – вот туда Эйр и переселится на всё лето. На следующий день Эйр переехала в вагончик. Она разрисовала его могарским орнаментом, повесила шторы, принесла лесные цветы и поставила в вазу. Коллеги пошутили, что, если бы проводили конкурс на самый уютный вагончик в стране, Эйр бы победила. А она всё время думала о Раване. Точнее, о том, что не надо о нём думать. Но это оказалось сложно: все вокруг только и говорили о том, что сегодня он должен выступить по радио с интервью. В назначенное время сотрудники собрались в столовой и замерли у большого радиоприёмника на ножках. Эйр старательно убеждала себя, что у неё есть важные дела, нужно привести вагончик в порядок, но… выдержала пять минут и тоже поспешила в столовую. Передача уже началась. Все стулья оказались заняты, поэтому пришлось встать у стены. Рассказывали о работе конвейера – Эйр об этом и так знала. А потом началось собственно интервью. Все притихли. Как же Раван красиво говорит! А голос... Он рассказывал о технологиях производства, организации труда, но это было так интересно! И как Раван так умеет? В процессе ведущий увлёкся и начал задавать вопросы не по теме. Вот Раван и рассказал, что на заводе открылась бесплатная школа для детей сотрудников и некоторых предприятий-партнёров. Он увлечённо рассказывал о прекрасных учителях, программах обучения, о том, какое красивое и удобное здание оборудовали под школу. А ещё выяснилось, что на заводе у сотрудников бесплатная медицинская страховка… – Честно говоря, – признался Раван, – мы открывали школу, чтобы привлечь кадры. Ну, посудите сами: если ребёнок учится бесплатно в хорошей школе, его родители вряд ли захотят поменять работу, – они будут за неё держаться. Мы не ошиблись: лучшие специалисты приехали к нам со всей страны. Планируем ещё и детский садик открыть. – А как быть, если я у вас не работаю, но хочу, чтобы мои дети учились в вашей школе? – спросил ведущий. – Это возможно, но уже платно. Правда, стоимость меньше, чем в обычных школах. Наши ребята показывают прекрасные результаты! Когда-нибудь они станут инженерами, учителями, строителями, – не важно, кем, главное, что эти люди будут вести страну вперёд! Кстати, нас уже поддержало руководство нефтеперерабатывающего комбината, – они тоже открыли подобную школу. Когда-нибудь мы придём к тому, что образование в Могаре будет доступно всем. Пользуясь случаем, обращаюсь к руководству других предприятий, – подумайте, это не так дорого и сложно, как кажется. Если на всех крупных предприятиях откроются бесплатные школы для детей сотрудников, это будет очень полезно для всей страны. Интервью закончилось, началась другая передача, но народ не торопился расходиться. Перед Эйр на стульях сидели две девушки. Было слышно, о чём они говорят: – Его бы слова да Горону в уши! Можно найти деньги и на государственную программу, я думаю. – Горон уже сказал: на образование у государства денег нет. Есть только специализированные школы для одарённых детей. А про медицину и говорить нечего. – А у них медицинская страховка! Ты можешь себе представить? Я на зубы уже второй год коплю. Да они вообще работникам могут зарплату не платить! Жаль, меня не возьмут туда работать, – специальность не та. – Какой же этот Раван красавчик! Неженатый… – Я слышала, у него роман с дочкой градоначальника. У Эйр внутри пробежал неприятный холодок. – Ну да, будет он встречаться с простыми девчонками! А я бы с ним не отказалась прогуляться разок-другой. – Хороший он парень. Со всеми всегда так просто разговаривает. Он часто приходит в наш отдел. – Везёт тебе. А к нам в бухгалтерию не приходит. Пошли – сегодня весёлый вечерок ожидается, нужно успеть принарядиться. Под деревом, недалеко от вагончиков, оборудовали летнюю кухню и большой стол под навесом. К завтрашнему празднику рабочие установили сцену. Вечером решили пожарить шашлыки. Эйр с подругами резали салат, смеялись и пели песни. Подъехала машина. Наверное, какие-то гости приехали. – Всем привет! Эйр подняла глаза и увидела Равана. Он принёс сумки с продуктами. – Как ты тут оказался? – Мне без тебя не ужинается. И не спится. – А не спится-то почему? – Я боюсь спать один в доме. Вдруг меня кто-нибудь утащит? Ты когда обратно? – Пока не планирую. Работы много, а ездить далеко, – всё время на дорогу будет уходить. – Понятно. Значит, буду ужинать здесь. Ну вот, теперь салат не режется, руки дрожат, глупая улыбка появилась и никуда не исчезает. Надо спрятаться в вагончик. Там Эйр обняла подушку и уже не сдерживала ни улыбки, ни слёз. «Он приехал! Мне тоже не ужинается. И не спится… Никуда я от тебя не уеду». По случаю окончания весенних полевых работ повсюду в стране устраивали праздники, проводили разные мероприятия, освещая их в газетах. На «Атэке» тоже устроили праздник. Пригласили гостей. Тимер и Раван награждали лучших сотрудников, рассказывали о планах, потом были концерт и банкет. Горон и Роксана ухали домой в отличном настроении. – Вот сыночек у нас! – восхищённо говорил Горон в машине. – Директор завода! Ты могла себе такое представить? И в кого только такой умный уродился? Когда он научился так говорить? Как на сцене выступает – хоть в газете публикуй. А мы переживали, думали, пропадёт. Мой сын нигде не пропадёт! И дружок у него тоже парень не промах. Боец! За словом в карман не лезет. Далеко пойдёт, вот увидишь! Тимер наш вырос в достатке, ему не приходилось драться. А этому, видать, приходилось. Вдвоём они – сила! Лишь бы не разругались. Роксана задумалась: Раван из простой, очень небогатой семьи, пятый ребёнок из девяти детей. Конечно, он пользуется Тимером. Эта дружба до поры до времени, а потом жди предательства. А тут ещё газеты со статьями про Равана раскупаются за несколько часов. Его без конца фотографируют, берут интервью, везде приглашают. Почему Равана, а не Тимера?! Она решила собрать о нём побольше информации, понаблюдать. Обратилась к Тахару, чтобы тот тоже проверил его своими способами. Спустя некоторое время Тахар заехал к Роксане с отчётом. – Что я тебе скажу… – задумчиво начал Тахар. – Проверил я Равана по-всякому, волноваться нечего: он за Тимера горой. Не предаст. – Да я знаю. Уже сама проверила. – Как? – Разных людей к нему подсылала. – Каких? – Разных. Актёров, друзей своих, женщин красивых. Хотела выяснить, что он будет делать, чтобы навредить Тимеру. – Как же это можно узнать? – Элементарно. Убедить, что это несправедливо: доля [8] у Тимера больше, чем у него. Или сообщить, что Тимер собирается забрать весь завод, а его подставить как-нибудь и прогнать. Ну, разное такое. – И как? – Все были посланы. Меня только удивляет, почему Раван женщинами совсем не интересуется. – Ха! Очень даже интересуется – нашей волшебной девочкой. Просто так она, что ли, к нему по соседству переехала? – Да что ты говоришь?! А я и не подозревала. У тебя, действительно, сверхспособности! – Это да! Но тут я просто понаблюдал немного возле их дома и увидел. – Правда? Что же ты там увидел? – глаза Роксаны прямо заблестели от любопытства. – Да ничего такого: дрова ей носит, воду. Ужинают вместе. Потом, правда, уходят каждый к себе. Но ты обрати внимание, как они друг на друга смотрят. И всё поймёшь. Роксана рассмеялась: – Ну и дела! Слушай, этот Раван мне нравится всё больше и больше! «Вижу цель – не вижу препятствий». Прямо как мой Горон! На туристической базе на Старой пристани царила суета – машины подъезжали одна за другой, весёлые пассажиры выходили, радостно приветствовали знакомых и заселялись в домики, которых стало значительно больше по сравнению с прошлым годом. Тор встречал гостей, улыбался и был в отличном расположении духа. Закончив с заселением, он отправился в гараж – это было его личное пространство, его мир. Там, в ящике со старыми железяками, завёрнутый в пергаментную бумагу, лежал жезл Элоана. Зайдя в гараж, Тор на всякий случай закрыл дверь, подошёл к ящику и приоткрыл крышку. В ящике пусто! Глаза расширились, сердце забилось часто. Что происходит? Почему ящик пуст? Он ещё раз его закрыл, открыл, – нет, в ящике ничего нет! Только кусочек бумажки белеется на дне. Нужно успокоиться, – скорее всего, это жена куда-то переложила старые железяки. Тор быстро встал и поспешил в дом. – Марточка! Медочек! Ты не знаешь, куда делись железки из ящика в гараже? – В гараже? А я почём знаю? После того случая я в твой гараж ни ногой! Сам со своими железяками разбирайся. – Что значит «сам разбирайся»? Кто же тогда заходил в гараж? – Точно не я. – Марта! Пожалуйста, вспомни, кто туда заходил! Может быть, к нам забрались воры? – Какие воры? Тут и без воров проходной двор. Может быть, ты забыл закрыть его, и кто-то из постояльцев зашёл? – Это же… катастрофа! Что же делать?! В это время в дом зашёл их сын, мальчик лет двенадцати. – Вы чего шумите? – спросил он. – Сынок, пожалуйста, вспомни: кто-то посторонний заходил в наш гараж? – А что случилось? – Железки из ящика пропали. – А, железки… Да это же я их сдал в металлолом. Ты сам говорил, что они больше не нужны. – Как… в металлолом? – Тор побледнел и сел в кресло. Он действительно это говорил… – Машина приезжала, мужики собирали железо, деньги платили. Я и сдал. – Деньги платили? – Ну да. Но, сам понимаешь, немного – только на полбака бензина хватило, – у мальчика был мопед. – Когда это было? – спросил Тор пересохшими губами. – Кажется, месяц назад. Когда вы с мамой в город уезжали. – Какой ужас! Какой ужас! – повторял Тор, глядя в пол. – Пап, я сдал только сломанные железки. Там что, было что-то нужное? Тор ничего не ответил и выбежал из дома. Он быстро шёл по берегу моря, ничего не видя перед собой. Где теперь искать жезл?! Что это была за машина? Куда они его отвезли? Пунктов приёма металлолома много – куда бы его ни отвезли, жезла там уже нет. Скорее всего, его уже переплавили… «Вот до чего доводит жадность! – думал Тор. – Хотел всех перехитрить? Надо было сразу везти его вождю. А теперь всё пропало…». Опытное поле находилось в очень красивом месте – рядом были и речка, и большой лес. Свой отпуск Эйр решила провести тут, в полях, – только не работать, а купаться, гулять по лесу, собирать ягоды и грибы. Но планы поменялись – Раван и Тимер предложили взять отпуск всем вместе и отправиться в путешествие по Могару. Как можно от такого отказаться? И Корнелия поддержала идею. В свой последний день перед отпуском Раван был занят тем, что передавал дела. Вопросы, связанные с производством, на время его отпуска должен был решать его заместитель. Целый день Раван передавал материалы и давал указания, чтобы во время его отпуска всё работало без накладок. На территории завода находился цех, куда свозили металлолом для отправки на переплавку. Двое рабочих разгружали машину, раскладывая металл по разным ящикам, а большие предметы сразу загружали в прицеп. – Ух ты! Вот оно: то, что мне нужно! – воскликнул мужчина лет сорока, взяв в руки жезл Элоана. – Что это? – спросил молодой рабочий. – У меня есть старинный мотоцикл. А-9 модель. – Ого! Я думал, их уже не осталось. – Остались, штук пять на весь Могар. Конечно, они все уже не на ходу, но мой в отличном состоянии! Какой-то богач захотел его купить за бешеные деньги! Прислал помощника, тот посмотрел, говорит, всё хорошо, только рычаг на раме сломан. Если бы не это, забрал бы. Сейчас таких рычагов уже не делают, а под заказ – выйдет дороже, чем сам мотоцикл. Самому такое не сделать. А эта штука идеально подойдёт! Подгоню только немного по длине. – Да ты что? На проходной заметят. Нельзя ничего выносить с завода. – Да ладно, как будто первый раз, – рабочий положил жезл в сапог. – Не надо, тебя могут уволить! Сломанная железка этого не стоит. – Вот именно. Никто не будет создавать проблем из-за сломанной железки. В конце рабочего дня сотрудники потянулись к проходной. Сегодня там дежурили два охранника – одного все знали, а второй был, видимо, новенький. – Стой! – окликнул новый охранник рабочего. – Что? Это вы мне? – Вам, вам. Снимайте сапог! – Чего? – Думаете, я не вижу, что у вас там что-то лежит? Все, кто был на проходной, остановились и стали с интересом наблюдать, что будет дальше. Рабочий медлил. – Снимайте, я говорю! – потребовал охранник. Рабочий снял сапог. – Не этот, другой. Жезл выпал, звякнув о бетонный пол. – Это что? – Сломанная железка. – Зачем вы её забрали? – Это моя, я с ней пришёл. – Я похож на дурака? Пройдёмте в комнату, я сейчас вызову бригадира. – Отпустите меня! Вы не имеете права! Люди добрые, посмотрите, это просто сломанная железка! Это не запчасть, не прибор. Я её сейчас выкину, и всё! Рабочий взял жезл и хотел было отнести в мусорное ведро, но в это время на проходную зашли Раван и его заместитель. Они были в прекрасном настроении, шутили и смеялись. При виде руководства все, кто столпился на проходной, притихли, стало ещё интереснее. – Что за шум, а драки нет? – спросил Раван. – Да вот, вора поймали, – пояснил охранник. – Я не вор! – закричал рабочий. – А это тогда что? – спросил охранник, указывая на жезл. – Не знаю. – Где ты это взял? – спросил заместитель. – Это металлолом! Эта ненужная штука, она ничего не стоит. – И поэтому ты решил её забрать? – спросил Раван. Рабочий молчал. Раван разозлился: – Металлолом на завод добрые люди приносят? Нет, дружок, мы за это деньги платим! Что за народ-то такой? Все условия им создали, а они, блин, тырят всё подряд! Ещё раз попадёшься – уволим. – Да он уже третий раз попадается, – заметил заместитель. – Увольте его! Давай сюда железку и вали отсюда! – рявкнул Раван, обращаясь к рабочему. Долго потом Раван пытался осмыслить, что почувствовал в ту минуту: сердце остановилось, чувства стали такими сильными, как будто он видел и слышал всем телом. Электрический ток несколько раз прошёл сквозь него. Это заняло несколько секунд, потом всё стало, как обычно. – Что это? – спросил он заместителя, пытаясь прийти в себя. – Не знаю. Впервые вижу. – Это явно какой-то прибор. Может, из лаборатории? – Не похоже… Почему ты так думаешь? – Не могу объяснить. Лаборатория уже закрылась? – Да. – Тяжёлый денёк сегодня выдался. Пошли домой. Возьму его пока с собой, потом разберёмся. Придя домой, Раван снова достал странную железку. Больше ничего необычного не происходило. Он лёг спать, но скоро проснулся от странного звука – словно трансформатор работал. В темноте Равану показалось, что загадочный предмет едва заметно светился. Ему стало не по себе. Он снова взял его в руки. Нет, всё нормально. Это просто обычная железка непонятного назначения. Она как будто отколота… как будто часть чего-то. Смутные догадки начали рождаться в голове. А не может ли она быть… Нет, это совершенно невозможно! Как жезл Элоана мог оказаться на заводе, в груде металлолома? Очень странно. Вдруг жезл стал тёплым, приятным на ощупь, словно говорил: «Правильно мыслишь». Раван никак не мог выпустить его из рук. «Надо отвезли его Горону. Но он в отпуске. Если я сейчас позвоню, он сразу вернётся в город. Мой отпуск тогда тоже накроется… А если это не жезл? Наведу суету на пустом месте из-за металлолома. Да пошло оно всё куда подальше! Я проведу свой отпуск с Эйр: буду исполнять её желания, делать сюрпризы, дарить подарки, петь нежные песни... А в последний день всё скажу. Оно и так уже, в общем-то, понятно. Мы вернёмся и объединим половинки дома. Вот что надо соединить. А потом уже с жезлом разбираться. Пусть пока полежит тут». И Раван положил жезл на полку с учебниками. Рано утром Раван и Эйр загрузили немногочисленные оставшиеся вещи в машину и отправились в путь: на выезде из города они должны были встретиться с Тимером и Корнелией, чтобы дальше ехать вместе. Раван специально купил большую машину и прицеп, куда загрузили палатки и всё, что нужно для похода. Удобно устроившись в мягком кресле, Эйр закрыла глаза. – Ты не выспалась? – спросил Раван. – Да. Что-то странное творилось ночью – мои огоньки горели так ярко, что мешали спать. И звук был какой-то странный. Я пыталась понять, откуда он, но так и не поняла. С улицы, что ли? Ты не слышал? – Слышал. Но я обычно быстро засыпаю и крепко сплю. Даже если бы под окном играл оркестр, мне бы это не помешало. – Что это было? – Да кто же его знает? Может, строили чего-то. В путешествии друзья планировали провести целый месяц. Они заранее разработали маршрут, чтобы увидеть как можно больше. Их ждали Хрустальное озеро, «Лес наоборот», горы, вулканы и гейзеры, бесконечное небо с узорами облаков днём и яркими звёздами ночью. Они сидели у костра, разговаривали, иногда пели песни. Раван играл на свирели, а Тимер – на гитаре. Эти тёплые, душевные вечера незаметно превращались в ночи. Часто друзья засиживались до самого утра и потом полдня отсыпаясь в палатках. Проехав почти всю страну, путешественники добрались до южной части острова. Здесь начинались горы, населённые пункты попадались всё реже и реже. Они держали путь к долине гейзеров и к вулканам – последнему пункту на маршруте, после чего собирались в обратный путь. По дороге планировалось ненадолго заехать в небольшую деревушку, где росло так называемое «Дерево желаний» – дерево с корой разного цвета, как будто на ствол кто-то надел широкие разноцветные кольца. Но, похоже, они или проехали, или заблудились, – съезда с дороги, который вёл к дереву, не было. Заметив двух мужчин, работающих в поле, Раван пошёл спросить дорогу. – Добрый день, – крикнул он. – Мы заблудились. Подскажите, пожалуйста, как проехать к дереву желаний. Мужчина подошёл к нему, вытирая руки о штаны. – О, вы проехали поворот. Сейчас покажу. Есть карта? Стойте, стойте, я, кажется, вас узнал! Вы Раван с «Атэка»? – Да. – Вот это встреча! А я – Артур, у нашей семьи тут небольшая ферма и мастерская. Мы у вас трактор недавно купили. Моя дочка обожает вашу детскую передачу! Если я не приглашу вас в гости, она меня не простит! Пожалуйста, зайдите к нам на ужин! Вон наш дом, недалеко. – Спасибо за приглашение, но я с друзьями, нас четверо. – Прекрасно, приезжайте все! Съездите к дереву желаний, а мы пока всё приготовим. Вам же всё равно в эту сторону – заедете, отдохнёте. Подошёл Тимер. Они уточнили дорогу и договорились заехать к Артуру на обратном пути. Проехав немного назад, нашли нужный поворот. Дорога здесь была совсем разбитой, поэтому решили не рисковать: оставили машину Тимера на обочине и поехали дальше все вместе на большой машине Равана. Доехав до леса, остановились, вышли из машины и огляделись. Вдруг откуда-то сверху послышался звук мотора. Через некоторое время из-за деревьев показался самолёт – небольшой биплан с одним винтом. Друзья замерли, удивлённо глядя в небо. – Первый раз вижу настоящий самолёт, – тихо сказал Раван. – Я тоже, – ответила Корнелия. – У меня в детстве была картинка с самолётом, – добавил Раван. – Мы с другом повесили её у себя на базе в сарае. Мечтали, что, когда вырастем, обязательно полетаем. – А я летал, – сказал Тимер. – Когда ездил с папой в воинскую часть. В Могаре только военные самолёты. Здесь, на юге, много военных баз. – Почему самолёты только военные? – спросил Раван. – Страна огромная, много труднодоступных мест. Если бы можно было летать на самолётах, решилась бы куча проблем. – Производство очень дорогое, – пояснил Тимер. – Насколько я знаю, недавно закончились испытания самолёта с одним большим крылом. Он более скоростной и надёжный, но ему нужен аэродром. А он есть только в Государственном авиационном научном центре, и всё. Чтобы самолёты летали по стране, нужно строить аэродромы в разных городах. Но это имеет смысл, только когда самолётов много. – Самолёты не строим, потому что аэродромов нет, а аэродромы не строим, потому что самолётов мало. Логично, – заключил Раван. – Так и будем ездить на машинах и лошадках. Если получится проехать по нашим дорогам, конечно. – Вообще-то, в Могаре много чего изобрели, но не используют. Кино, телевидение, мирсы – всё это есть. Финансирования только нет. – Растащили всё, да? – спросил Раван. – Не без этого. Самолёт скрылся из вида, а друзья направились в лес – искать дерево желаний. Найти его оказалось несложно – нужно было пройти немного вглубь леса по нахоженной тропе. Дерево было видно издалека: на его стволе чередовались яркие кольца разных цветов, которые почти не повторялись. Нужно приложить ладонь к его коре и загадать желание. Тимер и Корнелия пошли первыми, держась за руки, – видимо, решили загадать одно желание на двоих. После них подошла Эйр. С первого дня в Могаре она мечтала лишь об одном – вернуться на Атал. Прикоснувшись к стволу, девушка закрыла глаза: в воображении возник большой серебристый самолёт, залитый ярким светом. Поднявшись по трапу, Эйр остановилась перед входом. Страшно, волнительно... Она прошла в салон и заняла место. Там уже сидели другие пассажиры. Пилот объявил по радио: «Добрый день, дамы и господа! Командир корабля и экипаж рады приветствовать вас на борту самолёта, выполняющего рейс по маршруту «Могар – Атал». Застегните ремни безопасности и подтяните их по размеру. Мы желаем Вам приятного полёта». Самолёт взлетел, набирая высоту над городом. Эйр хорошо видела в иллюминатор деревянные домики, концертный зал, больницу, электростанцию и водокачку. А вот и их дом показался ненадолго и скрылся из вида. Самолёт сделал круг, взлетая всё выше и выше, и полетел над морем. «Нет! Я не хочу! Я никуда не полечу!» Эйр испугалась, убрала руку со ствола, открыла глаза и с облегчением увидела, что осталась в Могаре. Ребята что-то обсуждали, смеялись и не смотрели на неё. Как же грустно, до слёз! Сердце разрывается, руки немного дрожат. Нет, она не готова расстаться с Могаром, всё, что она видела, ей очень дорого. Эйр успокоилась и снова дотронулась до ствола: она хочет остаться с Раваном навсегда, других желаний у неё нет. Кора была тёплой, приятной на ощупь. Какое дерево… Не только исполняет желания, но и помогает в них разобраться. Эйр покраснела и отошла в сторону. Теперь она заметила, что ребята нашли ёжика и рассматривали его. Эйр присоединилась к ним, а Раван пошёл загадывать желание и тоже дотронулся до ствола. «Девушка перед тобой то же самое загадала, дружок». «Оно разговаривает!» – удивился Раван. Дерево передаёт информацию! Так же, как волки. «Он разговаривает!» – удивилось дерево. Раван отдёрнул руку, испуганно глядя на дерево желаний. Успокоившись, он снова дотронулся до ствола. «Мне не показалось, ты разговаривало со мной?» – спросил Раван. «Не показалось. Все деревья разговаривают, только не все люди понимают. Откуда ты знаешь наш язык?» «Я и не знал, что его знаю». «У тебя в роду были колдуны?» «Мой дедушка понимал язык зверей и растений». «Он умер?» «Да». «Перед этим он тебе ничего не сказал?» «Он не мог. Я не успел приехать». «Волшебную силу можно передать и на расстоянии. Ты можешь получить её и даже не узнать об этом. Вот, значит, какое тебе наследство досталось. Иди, с ёжиком ещё поговори». «Погоди. Что там девушка передо мной загадала?» «То же самое, что и ты. Хорошая, кстати, девушка. Почти все ваши желания про одно и то же. Я не понимаю, почему». Раван очень обрадовался. Он обнял дерево, как доброго друга, и мысленно поблагодарил. «Можно, я тогда что-нибудь другое загадаю?» «Да загадывай, мне-то что?» «Ты что, не исполняешь желания?» «Вроде умный парень, а такую глупость спросил. Оно мне надо?! Своё желание ты можешь исполнить только сам». «Зачем же тогда ты их слушаешь?» – спросил Раван. «Скучно мне, вот и развлекаюсь. Забавные вы такие: волнуетесь, верите в эту ерунду». «Понял. Пусть в Могаре появятся самолёты – пассажирские, грузовые, почтовые, в общем, разного назначения». «Ну вот, наконец-то, нормальное желание». Раван отошёл от дерева в полной растерянности. Ребята всё ещё рассматривали свернувшегося в клубок ёжика. Девушки пытались его погладить. Раван подошёл к ним. «Привет, ёжик», – мысленно произнёс он. «Говорящий человек!» – Ёжик так удивился, что забыл о своём страхе, развернулся и с любопытством посмотрел на Равана чёрными блестящими глазками. «Что, боишься?» – спросил Раван. «Да, побаиваюсь. Не знаю, чего от вас ожидать». «Не бойся, мы сейчас уедем». – Поехали, ребята, – произнёс Раван вслух. – Вы же видите, ёжик боится. Давайте отойдём к дереву, чтобы он успокоился, и спокойно убежал по своим делам. Друзья направились к дереву, а ёжик, довольный успешными переговорами, скрылся в траве. - Ой, смотрите! - воскликнула Корнелия. - Что это там, под деревом, лежит? Тимер и Раван еле сдерживались, чтобы не рассмеяться. У корней дерева лежали две коробочки с прикреплёнными к ним почтовыми квитанциями: на каждой в поле «От кого» было написано «Дерево желаний», а в поле «Кому» – имена. – Ух ты! – воскликнул Тимер, изображая удивление. – Интересно, что там? Откройте! Волнуясь, Корнелия открыла свою коробочку, – там было очень красивое, дорогое кольцо. В Могаре кольца никак не связаны со свадьбой, видимо, Тимер просто решил её порадовать. Это удалось – Корнелия кружилась, пела и танцевала от радости. – А как же наши желания?! – обиженно спросил Тимер, глядя на Равана. – А твои желания буду исполнять я! – сказала Корнелия, обнимая его. В это время свою коробочку открыла Эйр. – Серебряная ложечка! – радостно воскликнула она. – Я давно её хотела! Буду класть в графин, чтобы получилась серебряная вода, как из Раонтана! Спасибо, дерево! Спасибо… Раван. Послышались голоса – на тропинке, ведущей к дереву желаний, показалась целая группа туристов. – Пора, ребята, – сказал Раван. – Нас ждут в гости. Я уже голодный. – Да, пора, – согласился Тимер. По пути к машине Эйр крепко сжимала в руках чудесную серебряную ложечку, украшенную затейливыми узорами. «Какая она красивая, просто чудо! Только Зоя могла знать, что я хочу такую ложку. Ты волшебник, Раван! Каждый день какой-нибудь приятный сюрприз! Я тоже хочу исполнять твои желания. Мы обязательно полетим на самолёте! И в космос, к звёздам… Это уже, конечно, без самолёта». Всем было о чём подумать по дороге. Путешественники устали, проголодались и очень радовались тому, что приглашены в гости. Там уже накрыли стол. Хозяйка как-то ухитрилась за короткое время приготовить и жаркое, и гуся, и несколько салатов. За столом собралась вся семья. Путешественников начали расспрашивать, где они побывали, и куда направляются дальше. Дочка хозяев, девочка десяти лет, быстро нашла общий язык с Раваном, – она неплохо разбиралась в технике, знала устройство тракторов и автомобилей, помогала отцу в мастерской. У всех было одинаковое чувство, что они знакомы очень давно. Было вкусно, душевно, тепло. Хозяева предлагали остаться ночевать, но путешественники решили отправиться дальше и заночевать там, где планировали. На прощанье Артур вручил Равану подарок – большую корзину с выпечкой, мёдом и вином. Садясь в машину, Тимер пошутил: – И это уже не в первый раз! Где справедливость?! Я директор того же завода, с нами путешествуют лучшая певица Могара и посланник с Атала – с Атала!!! А всё внимание этому болтунишке, который только и умеет, что красиво улыбаться. Они путешествовали на двух машинах: Эйр с Раваном ехали впереди, а Тимер с Корнелией – за ними. После прекрасного ужина было отличное настроение. Дорога – старая, разбитая, вилась вдоль горной гряды. Ехали медленно, невольно любуясь прекрасными пейзажами. Ветер и дожди придали горам причудливые формы – они напоминали замки, грибы, огромные кристаллы и другие странные фигуры. Некоторые из них были разноцветными из-за горизонтальных слоёв разных горных пород, как дерево желаний. «Какое же это счастье – ехать вместе среди такой красоты! Сегодня совсем несерьёзное настроение, а завтра я соберусь с духом и всё ему скажу. Взрослые люди, а занимаемся какой-то ерундой», – подумала Эйр. Раван запел детскую песенку про животных-путешественников, Эйр стала подпевать. Когда песня закончились, Раван предложил: – Спой, пожалуйста, песню, которую ты пела в спектакле. – Я не пела песен в спектаклях. – Я имею в виду песню Сиан в спектакле «Белый ветер». Эйр вздрогнула. Её бросило в жар, дыхание перехватило. Настроение испортилось. Она никогда в Могаре не рассказывала об этом. Совершенно точно – никому и никогда. Про спектакль – да, но не про песню! А Раван назвал даже имя героини, которая её поёт. Очень странно. Песню Сиан она пела всего два раза в жизни: первый раз – в студии, когда записывала для премьеры, а второй раз – в лодке. Следуя своему плану, она каждый день играла по одной сцене из спектакля. В тот день была та часть, где Сиан поёт песню. Мелодия сложная, неоднородная, с резкими переходами от низких к высоким нотам. Начинать нужно тихо, постепенно подходя к кульминации, а её уже петь в полную силу. Получалось неплохо, Эйр дошла до самого сложного места – мелодия вместе с потоком воспоминаний подхватила и унесла: вот они с Ришаном стоят, обнявшись, в её доме на горе. Она маленькая, как ребёнок, в его огромных руках, он говорит, что всё будет хорошо. Всё будет хорошо… Только не у неё! Не допев, Эйр упала на колени, рыдая и царапая руками лицо. Это был предел – хуже уже ничего быть не могло. Никто её не спасёт, никто не пожалеет. Вдруг она почувствовала, что кто-то положил тёплые руки ей на голову, успокаивал, гладил, а потом провёл рукой по косе. В голове отчётливо прозвучала мысль «У тебя всё будет хорошо. Не сдавайся!» Видимо, это воображение породило такую защитную реакцию – когда-то она читала про разные неожиданные реакции людей в критических ситуациях. Но стало легче, как будто и в самом деле кто-то добрый и сильный был рядом. Закутавшись в одеяло, она села на дно лодки и смотрела вдаль. Конечно, в лодке никого не было, и быть не могло. Все эти спектакли, пение и стихи должны были помочь не сойти с ума. Но, кажется, получился обратный эффект. Голоса в голове – тревожный симптом. Эйр пообещала себе больше никогда не петь эту песню. – Ты её забыла? – спросил Раван. – Нет. Её забыть невозможно! Сердце бешено стучит. И всё-таки – как он узнал? Эйр посмотрела Равану в глаза. Жёлтые волчьи глаза завораживают, сводят с ума. Красивые, хитрые. Она выяснит, в чём дело, но не сейчас. В первый раз она пела эту песню, чтобы рассказать о своей любви. А может, пришло время это повторить? Только один человек на свете мог попросить её нарушить слово. Главное, чтобы сердце не разорвалось. Эйр тихо запела, но удивительно – теперь не было боли! Ей нравился собственный голос, мелодия лилась легко, – она запела громче, наслаждаясь прекрасной песней. Теперь точно всё позади: нет ни обид, ни переживаний. Она допела и, счастливо улыбаясь, задумчиво смотрела в окно. Раван решил остановиться, обнять Эйр и всё ей сказать, – он посмотрел в зеркало, включил поворотник и свернул на обочину. – А где Тимер?! – удивлённо спросили они почти хором. Дорога здесь была прямой, на всём пространстве, куда хватало взгляда, машины Тимера не было видно. Раван развернул машину и прибавил скорость. Спустя некоторое время они заметили машину Тимера, стоящую прямо на дороге. – Мы сломались, – сказал Тимер. – Дай-ка, посмотрю. Эйр с Корнелией вышли из машин и стали ждать, надеясь, что поломка несерьёзная. – Плохи дела, – заключил Раван. – Коробка сломалась. Надо везти в мастерскую, на завод. – Что будем делать? – Дотащим до Артура, там оставим, заночуем и поедем назад. А за машиной отправим эвакуатор. – Обидно. Мы почти доехали до гейзеров. – Можем с утра туда заехать, и потом домой. Всё равно мы почти всё посмотрели, что хотели. Машину прицепили на трос и медленно поехали к Артуру. Настроения ни у кого не было, ехали молча. Добрые хозяева снова их накормили, напоили и уложили спать. Отпуск подходил к концу, предстоял долгий обратный путь. Когда они вернулись в город, наступила осень. Глава 10. Жезл Элоана Вернувшись домой, Раван сразу же захватил странную железку и отправился к Горону. – Очень, очень похоже на жезл! – воскликнул Горон, внимательно разглядывая металлический предмет. – Где ты его взял? Раван рассказал. – Вторая половина хранится в военной части, – с волнением сообщил вождь. – Все эти годы она тщательно охраняется. Мы с Вилбором сейчас же поедем за ней. Хочешь поехать с нами? – Нет, мне нужно на работу. Дел после отпуска много накопилось. – Ладно. Мы поедем, проверим, подходят ли они. Если это действительно жезл, сразу привезём их сюда, чтобы Эйр их соединила. Не теряя ни минуты, вождь направился в военную часть. Они с Вилбором сравнили половинки, стараясь не подносить их близко друг к другу, – было видно, что они бы идеально подошли! Только по цвету части отличались: старая была гладкая, светлая, а та, которая найдена, – тёмная, шершавая. Видимо, она слишком долго лежала на морском дне. Вот и исполнится древнее пророчество: половинки жезла Элоана соединит посланник с Атала, и в Могар придёт счастье. А Горон навсегда войдёт в историю! Он же к этому причастен! Вне себя от радости, Горон и Вилбор забрали вторую часть жезла, сели в машину и поехали в город. Каждый крепко сжимал в руках по половинке, старясь держать их как можно дальше друг от друга. Пошёл дождь. Ехали медленно. По стёклам лились потоки воды. Горон и Вилбор только и говорили, что о жезле. Водителю стало интересно взглянуть на него, он на секунду оглянулся, – и машина оказалась на встречной полосе! На них с огромной скоростью летел грузовик. Шофёр резко повернул руль, – на скользкой дороге машину занесло, она полетела в придорожный овраг, несколько раз перевернулась и оказалась на дне. Грузовик остановился, шофёр побежал на помощь... А в машине вождя всё перевернулось вверх дном. Горон упал на Вилбора, половинки жезла оказались рядом. И соединились… Раздался взрыв. Столб огня поднялся в воздух, увеличиваясь в размерах. Огонь был красным, розовым, оранжевым, – цвета менялись, дым закрывал небо над всем островом. Всё содрогалось, гремел гром. В тот день, выехав от Горона, Раван сразу же поехал на опытное поле. Перед началом уборочных работ там планировалось общее собрание в большом зале здания гаража. От взрыва стены задрожали, люди выбежали на улицу и в ужасе смотрели на небо, пытаясь понять, что происходит. Небо затянуло плотным слоем дыма, стало темно. Потом дым стал рассеиваться, и в небе появились огромные серо-розовые пузыри. Эйр, затаив дыхание, смотрела в небо. «Вот они, эти самые пузыри! Всё так, как говорил дедушка Есихем! А его нет…». Вот и наступил этот день. Он казался таким далёким, нереальным, как сказка. Последний день… Наступит завтра, а Эйр уже не будет. Страх сковал тело, невозможно дышать. А может быть, сделать вид, что она ничего не знает и просто наблюдать, что будет дальше? Небо словно дышало, но пузыри не лопались. Синими молниями вспыхивали электрические разряды, воздух словно искрился. – Пузыри уменьшаются, – заметил Раван. – В них энергия Манг-алана, – тихо сказала Эйр. – Они должны лопнуть. – Ты знаешь, что для этого нужно сделать?! – спросил Раван. Эйр кивнула и вытянула руку. К её длинным пальцам, как к антеннам, начали притягиваться синие молнии. Они приближались и исчезали. Все, как заворожённые, смотрели на неё. Некоторые тоже попробовали, но к рукам могаров молнии не притягивались. – Здания мешают. Надо залезть на крышу, – сказала Эйр. Раван побежал за лестницей. Они забрались на плоскую крышу гаража. Ветер становился сильнее, Эйр едва держалась на ногах. Она снова вытянула руку, – тут же электрические разряды в виде синих молний собрались вокруг неё и уже не исчезали. Девушка старалась их собрать, как тогда, в поле, чтобы направить энергию на пузырь. Но не удержала – огромная синяя молния ударила и растворилась в воздухе. Эйр упала, на обожжённой руке появилось чёрное пятно. – Я не могу! – Успокойся, я буду тебя держать и не отпущу. Спокойно собирай их. У тебя же получилось, значит, ещё получится. Удар был сильный – что же будет, когда Эйр соберёт нужное количество молний? Настало время выполнить то, чего от неё все ждут. «Что ж, все мы когда-нибудь умрём. Прощай, Раван. Жаль, что всё вот так...» – она обняла его и поцеловала. На разговоры времени не было – пузыри уменьшались. Эйр на секунду посмотрела в жёлтые глаза Равана: «Я люблю тебя. Больше всех на свете. Почему я не сказала этого сразу?! Хочу, чтобы ты был счастлив. И все могары тоже. Запомни меня. Если смогу, буду тебе помогать». Она ничего не говорила, но почему-то знала, что Раван сейчас читает её мысли, как это делают волки. Воздух заискрился, синие молнии собрались вокруг. Появились силы. Эйр встала. Раван крепко её обхватил. Эйр успокоилась, сконцентрировалась и стала собирать энергию, стараясь не отпустить раньше времени. Могары, затаив дыхание, смотрели на них снизу. – Беги отсюда, Раван! Теперь я и сама справлюсь! Вокруг рук Эйр уже искрились огромные синие молнии. Её глаза горели синим цветом, огоньки на лице и руках – тоже. – Беги, Раван! Ты и так много сделал. Это безрассудство! Тебе не нужно умирать! – крикнула Эйр. – Не бойся, я останусь с тобой, – спокойно ответил он. – Мы не умрём. Давай, направь её куда надо! Раздался гром – огромная синяя молния сверкнула, раскинулась на всё небо и достала до одного из пузырей. Пузырь начал расти и, наконец, лопнул, при этом появились новые синие молнии и заняли всё небо. Гремел гром, над морем носились смерчи. Когда лопнул последний пузырь, всё стихло. Эйр упала в руки Равана. На её руках дымились чёрные пятна, она почти не дышала. Раван осторожно поднял её и спустился по лестнице, а все сотрудники превратились в волков и легли на землю – на случай, если они упадут. Пошёл сильный дождь. Стало очень скользко. – Скорее, звоните, вызывайте врача! Связи почему-то не было. Внизу, под дождём, Эйр пришла в себя, но ей было очень плохо. Нашли автобус, положили её на заднее сиденье и, пробуксовывая, медленно повезли в больницу, скользя по мокрой грязи. Раван объяснил водителю, куда ехать, а сам превратился в волка и побежал прямо по полю. Добежав до больницы, он нашёл Зою и всё ей рассказал. К приезду Эйр всё было готово. Врачи сразу начали оказывать помощь. Полумрак, белые стены, высокий потолок. Вокруг люди, словно в тумане. Это Раван! Он рядом, с ним всё в порядке! Здесь же Зоя и доктор Никол, они тихо переговариваются, улыбаются… «А может быть, мы умерли?!» – испуганно подумала Эйр, понимая, что в реальности всех троих одновременно она бы вряд ли увидела. Девушка привстала, чтобы сесть, но доктор сказал: – Лежи, не вставай! «Нет, жива!» – Что со мной? – Молния ударила. Но тебе повезло – только руки сильно обожжены. Это мы быстро вылечим. Прошло уже почти два дня, как всё случилось. Как ты себя чувствуешь? – Очень хорошо. Будто проснулась утром, как обычно. У меня совсем ничего не болит. Эйр на некоторое время задумалась, вспоминая, что произошло. – У меня получилось? – спросила она. – Да, пузыри лопнули, энергия планеты напитала почву. Теперь она даже выглядит по-другому: чёрная, жирная! – ответил Раван. Они, не отрываясь, смотрели друг на друга. Эйр покраснела, глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и спросила: – Кто-то нашёл жезл и соединил половинки? – Да, вождь Горон. Он погиб вместе с Вилбором. Все замолчали. Эйр заплакала. Она любила и Горона, и Роксану. Получается, вождь невольно спас ей жизнь, – ведь это Эйр должна была соединить половинки жезла. Но как бы тогда пузыри лопнули, если бы Эйр погибла? Возможно, если бы их соединила она, всё было бы по-другому. Руки Эйр были забинтованы, Зоя снова вытирала ей слёзы полотенцем. Всё позади. Она жива, рядом самые любимые люди. Роксаны и Ашкара только не хватает. – Как же я рада вас всех видеть! – сказала Эйр, улыбаясь своей фирменной огромной улыбкой. – Там ещё Тахар в коридоре сидит, – сказал Раван. – Переживает, ждёт, когда ты придёшь в себя. Бульон тебе волшебный в термосе принёс. Эйр расхохоталась: – Позови его, пожалуйста! Раван вышел и вернулся с Тахаром. – Отлично выглядишь! – воскликнул тот, глядя на Эйр. – Как же хорошо, что с тобой всё в порядке! – Спасибо, Тахар! Да, я хорошо себя чувствую, как ни странно. У меня энергии, наоборот, как будто добавилось. А вы знаете, что стало с Чёрной рекой? – спросила Эйр. – Её больше нет! Военные сразу проверили. – А аномальная зона? – Не изменилась. Хотя военные и учёные её ещё изучают, может, что-то и найдут. Из-за того, что Чёрная Река исчезла, тёплые морские течения изменили направление и подошли к берегам Могара. Посмотрим, что теперь изменится у нас. – Удивительно, – задумчиво произнесла Эйр. – То, что казалось сказкой, оказалось реальностью! – И всё это сделала ты! – подытожил Тахар. – Нет, не только я. Со мной был Раван. – А ещё спорила, уверяла, что ты – не посланник с Атала! – Я не знала о существовании Могара, не умела управлять молниями, у меня нет волшебной силы. Когда я оказалась здесь и узнала, что можно остановить Чёрную реку, очень захотела это сделать, полагая, что так я смогу вернуться на Атал. Разум говорил, что это невозможно, а сердце отвечало – мечта может исполниться. Я на всё была готова, чтобы это случилось. А теперь, когда Чёрной реки нет, возможно, будет проще преодолеть аномальную зону. Как мы могли убедиться, чудеса случаются! Я верю, что придёт время, и мы все вместе отправимся на Атал. Тахар, расчувствовавшись, взял Эйр за руку, но тут же отпустил: – Прости, пожалуйста! Тебе больно? – Нет! Там столько бинтов, что я ничего не почувствовала. Не переживай. – Я тебе бульончику принёс. – Спасибо! – Ты отдохни, а мы пойдём, – сказала Зоя. – Всё хорошо, мы с Раваном помирились! Все праздники теперь вместе будем отмечать. Отдохни, поспи. Если что-то понадобится, здесь кнопка. – Хорошо. Все направились к выходу. – Раван! – позвала Эйр. – Пожалуйста, не уходи. Он вернулся и сел рядом. – Я с тобой. Больше ничего плохого не случится. – Я не могу забыть то, что произошло на крыше, – тихо сказала Эйр, опуская глаза. – О да, такое не забудешь! – Я не про молнии. – Я тоже. Они целовались, забыв обо всём на свете. Маленькие синие молнии тихонько потрескивали и сверкали вокруг, но на них никто не обращал внимания. В полумраке тикали часы, приятно пахло лекарствами… Тихое счастье заполнило больничную палату. Влюблённые знали: больше оно никуда от них не уйдёт. – Доктор сказал, тебе нужно отдохнуть. Я потом снова приду. – Я же только что проснулась, от чего мне отдыхать? Скажи, как получилось, что молния тебя не ударила? – Я понял, как от неё защититься. – Как можно защититься от такой силы? – Моей силы оказалось больше. – Поэтому молния и меня не убила? – Да. Эйр задумалась. – Понятно. Твой дедушка всё же передал тебе свою волшебную силу. – Откуда ты знаешь?! – Он мне рассказал. – Интересно… Я, оказывается, чего-то пропустил? Эйр собралась с духом и ответила: – Это мы с ним разрушили камни в поле. Она в подробностях рассказала Равану ту историю. – Вот как… – вздохнул он. – А мне дедушка ни словом не обмолвился об этом. Говорил, что я самый близкий его внучок, а сам хотел отдать волшебную силу тебе. Учил меня… что человек может накопить свою силу безо всякого колдовства. А ведь знаешь – он оказался прав: человеку доступны такие возможности, о которых он и не подозревает! Нужно только наблюдать, пробовать, искать и находить. Погоди… Кажется, я начинаю понимать… Понимать, почему он не рассказал мне о волшебной силе! Я бы тогда о ней мечтал и ничего сам не делал. – Не понимаю... Что ты имеешь в виду? – Я расскажу, но не сейчас, – сказал Раван. Отвернулся и задумался. – Почему? Я тебе всё рассказала. Он вздохнул, снова повернулся и ответил: – Ладно. Когда ты рассказала вождю, как развернула поток в реке, меня прямо в жар бросило, – я такие штуки умею делать лет с пяти. Когда мы с дедушкой играли, он просил меня то одно, то другое попробовать. Я и научился. Потоки в реке направлять, ветер тоже. Усиливать его или, наоборот, успокаивать. Мы с дедом ездили к морю, там играли с волнами. Только вот с энергий планеты я так и не смог подружиться. Маленькому сложно о таком молчать, тем более, я известный болтун… Рассказал друзьям раз, другой, они надо мной посмеялись, начали дразнить. Мы подрались. Думаю: да ну вас, не буду больше ничего рассказывать. Только с дедушкой об этом разговаривал. А когда услышал твою историю, так захотелось с тобой об этом поговорить! Ты всё делала неосознанно, а я хотел тебе подсказать, как это работает. Но так и не решился. Я любил Зою всем сердцем, мне было неприятно, что всё чаще и чаще в голову лезут мысли о её подруге. Ничего такого – в мыслях мы с тобой обсуждали природу явлений, энергетику… Почти каждый день. Я чувствовал себя предателем. Однажды мы с Зоей собрались погулять, но был такой сильный ветер! Я его успокоил и в шутку сказал ей об этом. Зоя посмеялась, а потом подкалывала меня ещё с месяц, даже при друзьях. А ты всегда меня слушала… и понимала. Спустя какое-то время, когда ты уже уехала в город, мы с ребятами отмечали день рождения. Засиделись допоздна. Под конец все переругались из-за какой-то ерунды, чуть не подрались. Друг благоразумно проводил меня до дома, довёл до калитки и ушёл. А как можно в таком состоянии идти домой? Надо же всем показать, кто тут дядя! Я пошёл обратно, но почему-то пришёл на реку. «Ладно, – думаю, – ща как её разверну, а чо?!» Пьяный был, конечно, чего ж не развернуть. Пришёл, сел на берег, руку туда опустил и давай потоки энергии ловить – всё как положено! И, видимо, поймал что-то не то: пространство вокруг словно сдвинулось, и я туда зашёл. Куда «туда», объяснить не могу: всё вокруг было, как в тумане, стоял какой-то гул, стало страшно, одиноко. Я испугался, вспомнил о маме и тут же оказался дома, но в прошлом! Мама была молодой, а я – двухлетним малышом. Я видел себя, маленького, со стороны! А мама меня не видела, что бы я ни делал. Тут-то я и догадался: в этом сдвинутом пространстве можно перемещаться в любое время и место. И подумал: интересно, а можно ли посмотреть, каким в детстве был мой дедушка? И тут же оказался в незнакомом доме, где какая-то семья сидела за столом. Одним из детей и был мой дедушка, а остальные – его братья и сёстры. Там же сидели их родители, которых я никогда не видел. Дедушка родился далеко отсюда, я никогда не был в том доме. Они меня не видели, хоть я и сидел вместе с ними за столом. Мне всё очень понравилось! Я задумался: куда бы я хотел ещё попасть? Сходил на твой спектакль «Город на горе» – я же не попал на него, у меня билет тогда утащили. А потом решил вернуться домой. Только как? Представил свой дом, настоящее время, но ничего не менялось, – я застрял в сдвинутом пространстве! Оно стало уплотняться, давить на меня, и я понял, что умираю. При этом как бы со стороны видел себя и в обычном мире – лежащего в траве на берегу реки. Ещё немного – и умру и там, и тут. Представилось, как меня все ищут. Папа первым найдёт моё безжизненное тельце, обнимет, заплачет и скажет: «Сыночек, говорил я тебе, не доведут тебя эти гулянки до добра». В отчаянии я стал мысленно звать на помощь, словами говорить там почему-то нельзя. Пришло… даже не знаю, что. Какая-то сущность – не мужчина, не женщина, не человек, не животное. Непонятно кто с татуировками. Оно открыло выход, дало мне пинка и выпихнуло оттуда. Реально – пинком под зад! Я очнулся, кое-как дополз до берега, умылся и пошёл домой, мысленно желая этой сущности счастья, здоровья и всего самого доброго. Я прекрасно запомнил, что надо сделать, чтобы туда попасть, не понимал только, как выйти. Всё это можно было бы списать на моё состояние, как сказала бы мама: «Пить надо меньше», но дальнейшие события показали: дело оказалось совсем не в этом. С той поры много пить я как-то побаиваюсь. Конечно, об этом я дедушке рассказал. Описал его родной дом, родителей. Он сказал: да, всё верно. Выяснилось, пока я там был, его охватил ужас, он хотел было пойти меня искать, но не смог выйти за калитку. Долго мы потом с ним гадали: где же я оказался? Да так и не придумали. Решили, не стоит больше так делать. Летом ты вернулась, потом случилась история с Зоей. Ты мне тогда очень помогла. Я работал, всё стало налаживаться. А потом Ашкар сказал, что ты уезжаешь с Ламаром. Словно воздух перекрыл. «Из-за кого ты страдаешь? Определись», – спросил я себя. Зоя уже в прошлом. А с тобой мы даже не друзья, я – так, знакомый. Наёмный работник. Где я и где Ламар? Он – красивый, богатый, умный. Машина, все дела! О чём тут можно говорить? А ты мне нужна, как воздух: я готов быть верным псом, слугой, ковриком у двери, кем угодно, только бы видеть тебя и знать, что у тебя всё хорошо. В тот день ты попрощалась с Ашкаром, а на меня даже не посмотрела. Хлопнула дверью и уехала. Зоя меня бросила, ты смотрела, как на пустое место. Я и есть пустое место! Осталось пойти, напиться и исчезнуть. Машина удалялась, а я смотрел вслед и вдруг подумал – нет, так не будет! Взял и сдвинул пространство, как в прошлый раз. Ещё тогда я догадался – чтобы пространство не начало уплотняться, нужно всё время действовать, ставить ему задачи. Предполагаю, ваша матрица примерно по такому же принципу работает: смещает пространство и получает информацию. Вот я и решил узнать, что тебя ждёт в будущем. И пространство показало – мы с тобой связаны одной нитью. У нас общее будущее, и, так получается, что и прошлое. Я оказался на спектакле «Белый ветер» в театре на Атале. Встал тихонько, невидимый, возле открытого окошка. Там были светло-коричневые шторы, за окном – двухэтажное бордовое здание с белыми украшениями. И ещё памятник какой-то. – Второй учебный корпус, – тихо сказала Эйр. Она никак не могла поверить в то, что слышит: Раван абсолютно точно описал и окно, и то, что в него можно увидеть. Он продолжал: – Вокруг росли кусты с белыми и розовыми цветами, очень ароматные, мокрые после дождя. Зал не очень большой, намного меньше, чем у нас. Он был полон, люди сидели на полу, стояли у стен. Стены, кстати, светло-жёлтые, кресла красные. Верно? – Да. – Там не было оркестра, я не мог понять – откуда музыка? Оглядевшись, в последнем ряду я заметил таронцев и задумался – как бы их убить? А что? Я невидимый, они даже не поймут, что произошло. Подошёл сзади и стал душить, но не тут-то было, – я бестелесный, они не замечают моих действий. Превратиться в волка и загрызть тоже не получилось. Тогда я решил вернуться в реальность и если не убить, то хотя бы рассказать, какая опасность вас ждёт. И это тоже не получилось, предполагаю – оттуда можно выйти только там, где зашёл. Расстроенный, я вернулся к окну и стал смотреть спектакль, но видел там только тебя – принцессу в ярко-красном платье с золотыми узорами. И ненавидел того, для кого ты пела. Тогда я загадал желание, чтобы однажды ты спела эту песню для меня. Раван задумался, как будто снова мысленно оказался на Атале. А сердце Эйр бешено забилось - она догадалась, что будет дальше. – Для тебя я спою всё, что захочешь! Что было потом? – А потом я подумал, что было бы неплохо услышать эту песню ещё раз – снова перенестись во времени в самое начало спектакля. Только номер не прошёл: я оказался в будущем. В лодке, когда ты снова её пела. Потом ты заплакала. Я чувствовал твоё горе, пустоту, холод и кричал, звал – кого угодно, только бы выйти и оказаться рядом. Хотелось упасть, как ты, и рыдать, только уже от собственного бессилия: я здесь, с тобой, а ты этого не знаешь, не чувствуешь. Он положил ей руки на голову, как тогда. – Я почувствовала, – прошептала Эйр. – Так же, как сейчас. – Потом я превратился в волка и передал мысленно: всё будет хорошо, не сдавайся. – Я помню. Это был момент, когда я сдалась. А ты меня спас. Эйр плакала. Раван вытирал ей слёзы. – Как же ты вернулся? – тихо спросила она. – Как только я захотел вернуться обратно, – лодка, море, всё пропало, пространство начало уплотняться, а я – умирать. В последний момент, уже ни на что не надеясь, я позвал на помощь. Пришла светящаяся волчица, вернула меня к жизни и спросила, кто я. Я ответил, мы общались мысленно, как волки. Она спросила: – Как и зачем ты сюда пришёл? Я рассказал, как попал, а зачем – объяснить не смог. А она и отвечает: – Первый раз вижу здесь простого смертного. Самые сильные колдуны не рискуют сюда заходить. Но раз уж ты тут оказался, возьми себе энергии, сколько хочешь. Если будешь помогать хорошим людям, – сила увеличится, будешь вредить – уменьшится. Я подумал: «Весь вопрос в том, как не перепутать, кто хороший, кто плохой». А она об этом узнала и сказала: – Да, это иногда бывает сложно. Я ничего не понимал. Почему она сказала, что простой смертный не может тут оказаться? Как же я-то оказался, причём уже во второй раз? Я не отправлял ей этот вопрос, но волчица снова всё поняла. И рассказала про Есихема, моего дедушку. Он из тех, кто ищет природу явления, не анализируя его. То есть ему не так интересно, что именно происходит, когда растёт огурец, как то, почему он растёт. Он находил ответы на сложные вопросы, действуя не разумом, а сердцем. Волчица понятно объясняла, я, наверное, так не смогу. То, чему научился мой дедушка, могут все, но не каждый хочет это развивать, – надо наблюдать, пробовать, экспериментировать. Поэтому он и получил волшебную силу. Ты вот тоже – захотела, попробовала и смогла. Я размышлял о том, что вы с ним делали, наблюдал и тоже пробовал. И начало получаться. Волчица показала, как забрать энергию. Я стал её забирать – и растворился в потоке. Это невероятное чувство – там такая сила, что словами не описать! А она ещё и мыслящая, деятельная, эта сила. Всего меня насквозь посмотрела. Не знаю, как объяснить, но она в тот момент знала про меня всё. Был такой прилив сил, казалось, я лошадь могу взять, как котёнка, и носить. Такие чудеса эта энергия творит… Помнишь, у меня тогда рана на руке была большая – бык рогом наподдал? От неё не осталось и следа! Вообще никаких ран не осталось! Но самое чудесное выяснилось потом. Когда мне Тимер на день рождения путёвку в санаторий подарил. Приехал я туда, как в сказку попал: хожу по территории кругами, не могу поверить, что это всё со мной происходит. А какая еда! Доктора все хорошие. Провели полное обследование. Там-то и выяснилось, что у меня две почки. Обе работают, всё хорошо. Вот тебе и нафантазировал... В нашем мире, кстати, тоже можно забирать энергию, но тут её нужно сначала понемногу накопить. Волчица показала, как отдать её кому-то другому, если понадобится. Я попросил её научить меня выходить оттуда, но она ответила: – Не надо тебе этого знать. Больше сюда не приходи – выйти уже не сможешь. И, смотри, никому не рассказывай, что ты видел в будущем. – А в прошлом? – В прошлом – можно. Я забрал энергию, поблагодарил волчицу, она открыла выход, и я оказался на том же месте, в деревне. Машина давно скрылась из вида, а я стоял возле калитки и точно знал, что делать, – раз мы связаны одной нитью, нужно быть на равных, иначе ничего не получится. На роль коврика у двери я теперь не согласен. Где Ламар и где я – красивый, умный и сильный? Денег осталось только заработать. Поэтому и уехал в город, пошёл работать и учиться. И больше такими фокусами решил не заниматься – своих сил хватит. – Своих сил... Как же всё удивительно сложилось – ничего бы ни получилось, если бы ты не оказался со мной на крыше. – Мы должны были встретиться, потому что твоя сила нужна мне, а моя – тебе. Я хочу жить для тебя, любить тебя, взять на руки и закрыть от всего плохого! Мы многое можем: будем вместе исследовать нашу силу. И обязательно придумаем, как попасть на Атал. Вот туман и рассеялся – Эйр теперь точно знала: вот он, нашёлся, тот самый человек, о котором она знала всю свою жизнь! А события, что случились, и нужны были, чтобы, наконец, найти и разглядеть его. – Стоило плыть по Чёрной реке, чтобы тебя найти. Я тоже буду жить для тебя. На месте взрыва образовалась глубокая воронка. В ней и нашли тела вождя Горона, Вилбора и их водителя. Внешне они не были повреждены, только все органы странным образом высохли, стали как будто из тонкой бумаги. Жезл Элоана сплавился и стал единым целым. Его аккуратно забрали и спрятали на секретной военной базе. Удивительно, но, кроме вождя и его спутников, почти никто не пострадал, только Эйр оказалась в больнице, – но и тут всё обошлось почти без последствий, если не считать следов от ожогов на руках. Водитель грузовика отделался лёгким испугом – удивительно, но он совершенно не пострадал, несмотря на то, что находился рядом с эпицентром взрыва и наблюдал за ним. Нетленное тело Горона поместили в мавзолей – сначала быстро построили деревянный, а потом, спустя время, – каменный, очень красивый. Вилбор и водитель оказались из одного города. Их тела увезли на родину и тоже положили в мавзолее, конечно, не таком красивом, как у вождя. Горон мечтал войти в историю, и ему это удалось в полной мере: теперь он назвался «Отец страны». Из его биографии следовало, что практически с рождения он только и думал о благе Могара и погиб за свой народ. Зоя сняла бинты и внимательно рассмотрела руки Эйр. – Всё хорошо, сегодня тебя выпишем. Жаль, следы от ожогов останутся. На правой руке рисунок – как чёрная молния. – Надеюсь, они со временем исчезнут. – К сожалению, нет. – Скоро на мне не останется ни одного места, где нет каких-то шрамов. На левой руке чёрно-синее пятно… Придётся всё время носить перчатки. – Ты могла погибнуть, а у тебя всего лишь эти рисунки. Руки целы, можно делать всё, что и раньше, даже вышивать. – Раньше я не вышивала, теперь начну, – улыбнулась Эйр. – Спасибо вам с Николом за всё. И всем, кто меня лечил. – Загляни ко мне перед отъездом. – Хорошо. Раван за мной вечером приедет. – Вот как жизнь складывается! Если бы мне кто-нибудь сказал, что вы с Раваном… да я бы со смеху умерла! Как?! Как он смог так измениться? Ты его заколдовала, что ли?! – Если бы я могла, то Ламара бы заколдовала, – засмеялась Эйр. – К счастью, колдуньи из меня не вышло. Люди – не роботы, чтобы их программировать. Мы с Ламаром шли каждый по своей дороге и не смогли найти общую. Ну что ж, благодаря ошибкам в конце концов и находится верное решение. Зоя… все мои мысли только о Раване. Я снова живая, весёлая, меня всё радует! От пустоты не осталось и следа. – Я догадалась, что этим всё и закончится, когда ты переехала, – сказала Зоя, хитро глядя на подругу. – Да? Как можно было догадаться о том, о чём я сама не догадывалась? – Я как узнала, что Раван в город переехал, зубы вставил, причёску сделал, – ну, думаю, неспроста: не иначе, на Эйр глаз положил. – Ты же с ним не общалась. – С ним – нет. А с его сёстрами – да. – Хоть бы намекнула мне. Я бы, может, пораньше его рассмотрела. – Это были просто мои догадки. Чего их обсуждать? У тебя же был Ламар, зачем лезть с такими разговорами? Честно говоря, я была уверена, что у Равана ничего не получится. Переживала, как бы он с расстройства опять с катушек не слетел. Правда, сейчас всё иначе, – при его-то работе да красоте от невест отбоя нет! Если девчат на улице не видать, значит, Раван по радио выступает. Многие, я знаю, строят далеко идущие планы. Но у меня в голове всё равно не укладывается… Может, он тебя заколдовал? – Может быть. А мне нравится быть заколдованной! Хочу жить, любить и радоваться каждому дню. – Да, это счастье – встретить своего человека. Почему это кому-то даётся, а кому-то – нет? От чего это зависит, непонятно. Сколько хороших девчат и парней всю жизнь что-то строят, и никак не построят. А мне повезло. Если человек не твой, хоть золотом покройся, – ничего не получится. А если твой, – он и будет твой, ни на коне не объедешь, ни пешим не обойдёшь. – Я рада, что мы с тобой нашли то, что искали. – Открою тебе секрет – не только мы. Мама Никола приехала и поселилась в городе. Они с папой готовятся к нашей свадьбе: ну, репетируют программу, которую родители должны вести. Она тоже вдова. Вот они с папой и репетируют круглые сутки. Дверь открылась. Вошёл Раван. – Привет, девчонки! Я освободился пораньше. Мы можем ехать? – спросил он у Зои. – Да, вы можете ехать домой, а я пойду, поработаю. До встречи на моей свадьбе! Они поблагодарили Зою и попрощались. Раван хотел взять Эйр за руки, но, увидев следы от ожогов, не решился. – Болят? – Нет. Но выглядят страшно. Придётся носить перчатки. – Зачем? Такая красотища! Люди деньги платят, чтобы такие татухи набить. Кольца ещё большие надень и ходи. Пусть все завидуют. Кстати, о татуировках: ты выйдешь за меня замуж? – Да, – ответила Эйр. Наверное, надо удивиться, подумать, но было уже поздно. Прямо через дорогу от больницы находилась городская администрация – большое серое здание с флагом на стене. В рабочее время посетителей было мало. Дама с высокой причёской отложила газету, лениво внесла записи в жёлтый журнал, – и через пятнадцать минут появилась новая семья. Теперь нужно планировать свадьбу по всем обычаям, – как известно, государственная регистрация брака и свадебный праздник в Могаре происходят в разное время. На улице было холодно, а в машине жарко. Чем ближе они подъезжали к дому, тем больше нарастало волнение. Оба, не отрываясь, молча смотрели в окно. Раван не болтал, не шутил, как обычно, а делал вид, что сосредоточен на дороге. Эйр расстегнула пальто, но легче не стало. Воздуха не хватает. Нет, она не сомневалась в правильности своего решения, – просто не ожидала, что это случится так быстро. Для регистрации нужно собрать кучу справок, все они у Равана имелись, значит, он давно это планировал. А ей нужно теперь всё осмыслить. Вот уже и дом показался. Как же страшно! Что делать? В какую половину идти? Где положить вещи, как покупать продукты, где будет её комната, и должна ли она быть вообще? В доме на Атале у её родителей была одна комната на двоих. Припарковавшись, Раван помог Эйр выйти из машины, и они, держась за руки, пошли в его половину дома. Он долго не мог открыть замок, – ключ проворачивался, но дверь не открывалась. Стоя возле крыльца, Эйр, сорвала травинку и мяла её в руках, едва держась на ногах. Наконец дверь открылась. Она собралась с духом, поднялась на крыльцо и замерла на пороге: может быть, это какой-то другой дом? Комната перекрашена в светлые тона, везде порядок, на столе цветы и какие-то красивые коробки. Раван зажёг мерцающий фонарик и сказал: – У нормальных людей вся романтика до свадьбы, а у нас – после. Так же интереснее, да? Знакомая комната превратилась в волшебный дворец. Или в сказочную пещеру горного короля? Раван нежно провёл рукой по щеке Эйр. Мягкое волшебное облако заполнило дом. Страхи исчезли, всё стало просто и понятно. Надо просто идти за ним. Весь мир исчез. Остались только он, она и чудесное, мягкое, нежное облако. Впервые в Могаре в середине осени не было снега. Было тепло настолько, что даже куст красных цветов, единственный во дворе, всё ещё не отцвёл. Эйр и Раван попросили у хозяина ключ и открыли дверь, которая разделяла половинки дома. Купили новую посуду и шторы, заменили старую мебель, – получилось красиво и уютно, настолько, насколько это было возможно в старом съёмном доме. Мама Равана подарила им посуду, которую сама сделала из глины, расписала и обожгла. Как ни странно, на этот раз обошлось без могарского орнамента, – там был другой узор. Когда Эйр лежала в больнице, мама Равана к ней приехала – привезла домашнюю еду, пирожки и морс из свежих ягод. Это было неожиданно, она никого заранее не предупредила. Конечно, мама приехала не просто так. На встрече в их доме по поводу подготовки свадьбы с Зоей Эйр была грустной и молчала, поэтому казалось, что она смотрит на всех свысока. Бледная кожа, холодные, зелёные глаза, пальцы длинные, как змеи. Маме Равана Эйр казалась заморской принцессой, высокомерной и холодной. Что общего у неё могло быть с её простым и добрым сыночком? Чего ей надо? Поиграть? Одна уже поиграла, достаточно. Никогда мама не лезла в отношения своих детей ни с друзьями, ни с любимыми, считая, что нужно самим набивать шишки и получать жизненный опыт. Но тут… второй раз ему не выбраться. Надо решить этот вопрос, пока всё ещё не слишком далеко зашло. Мама зашла в палату, Эйр очень удивилась и искренне обрадовалась. Сначала они поговорили о чём-то незначительном, присматриваясь друг к другу, но быстро увлеклись и проговорили несколько часов, словно были знакомы всю жизнь. У Эйр так уже было с Ирмин и с Зоей: при первой встрече она сразу почувствовала близкую душу. Но тут получилось глубже, сложнее, как будто родные души встретились после долгой разлуки. Даже внешне Эйр и мама Равана были очень похожи, особенно, когда улыбались. Нет, не нужно ничего объяснять. «Всё у него будет хорошо», – сказал дедушка Есихем тогда в сарае для сена. Теперь мама поняла, что он имел в виду. И захотела, чтобы эта девушка с красивыми длинными пальцами и зелёными глазами стала частью её семьи. Через два дня мама снова приехала, и потом ещё приезжала, как только появлялась возможность. Эйр наслаждалась каждой минуткой, проведённой с ней, её голосом, нежностью. И сама стала теплее, нежнее, спокойнее. Глава 11. Пророчество исполняется После похорон Горона Роксана почти не выходила из дома. Дети и друзья иногда навещали её, но Роксане это было не нужно. Ей было хорошо одной, в комнате, где на низком столике стоял портрет мужа и лежал альбом с фотографиями, просмотренный тысячу раз. Она почти не ела, постарела, глаза потеряли цвет и блеск. В Могаре не было каких-то установленных правил и сроков траура. Ей часто присылали разные приглашения, но Роксана никуда не хотела. Бессонная ночь, тревожный сон под утро... Потом она просыпалась и лежала, глядя в потолок. Вставала, завтракала и садилась в кресло, не приводя себя в порядок. Тут был её мир, её прошлое счастье. Закрыв глаза, она уносилась туда, где они с Гороном были вместе. Вот они едут в своей первой машине ночью по пустому шоссе, – тогда ещё Горон сам водил машину. Капли дождя стекают по стеклу, в салоне тепло, Роксана счастлива. Сейчас уже не вспомнить, куда они ехали, и когда это было. Разные события всплывали в памяти, как калейдоскоп. Вот они дома, любуются своей новорожденной дочкой. Малышка ещё волчонок, беспомощный сладкий комочек. Спит у Горона на коленях, а он улыбается и гладит её по нежной шёрстке. Дети выросли, дочь сама уже мама, сын скоро женится. Прекрасные, умные, заботливые дети. Они уже взрослые. Ради чего жить? Не получается найти смысл. И дела такого нет, чтобы гореть им. Пришло время выборов нового вождя, – пусть горят другие. А она потихоньку погаснет. Вспомнились события двухдневной давности, когда она ездила в Большой зал здания Совета. Как не хотелось туда идти! Но повод важный – выборы кандидатов в вожди Могара. Её очень просили приехать. Яркий свет, серые стены. В большом пространстве холодно, неуютно. Вся в чёрном, без украшений, Роксана тихо, как тень, прошла и села в последнем ряду. Старейшины, члены правительства и высокопоставленные военные тихо здоровались, не решаясь подойти. С древних времён порядок выборов вождя был неизменным: определяли шестерых кандидатов, из которых народ делал выбор путём голосования. Пятерых кандидатов выбрали быстро, а с шестым никак не могли определиться: многих желающих, включая Ламара, отклонили по разным причинам. – Нам нужен шестой кандидат, – сказал председатель Совета старейшин. – Может быть, уважаемая Роксана предложит кандидатуру? Роксана не была готова к тому, что ей дадут слово. Думали, она откажется? Ну уж нет! Столько лет они с Гороном здесь принимали решения. Зачем это менять? – Добрый день, уважаемые члены Совета. Я много лет была рядом с одним из лучших вождей Могара. Как много он сделал для страны! И теперь нам нужен вождь, который продолжит его дело. Поэтому я предлагаю кандидатуру Равана. – Кого?! – Вы спросили – я ответила. Других кандидатов у меня нет. Почему сейчас это вспомнилось? Не всё ли равно, кто будет вождём? Накрывшись пледом, Роксана закрыла глаза и задремала. Зазвонил телефон. Как же все надоели! Она нехотя взяла трубку. – Добрый день, Роксана. Мы не можем связаться с Раваном. Он должен завтра принести свою предвыборную программу и расписаться. «Да он и не в курсе, что кандидат», – подумала Роксана, но спокойно ответила: – Конечно. Его программу осталось совсем немного доработать. Завтра всё принесёт и распишется. Равана утвердили… Почему ей не сообщили об этом? Или она пропустила… Как же неудобно получилось! Она его даже не спросила, просто взяла и всё сама решила. Что же теперь делать? – Рина! – позвала помощницу. – Быстро причеши меня, приготовь голубой костюм, я уезжаю. Роксана, как вихрь, ворвалась в домик Равана и Эйр, – снова сильная, красивая, с горящими глазами. Там как раз были Тимер и Корнелия. Все четверо сидели за столом и размышляли, как вытащить Роксану из её состояния. Вопрос решился сам собой. У Равана, удивлённого и растерянного, выбора не было: он уехал с Роксаной писать программу и готовиться к встречам с избирателями. Конечно, Роксана пригласила на помощь знающих людей. Утром Раван явился в здание Совета, поставил подпись и включился в предвыборную гонку. А Роксана стала его секретарём: её глаза снова горели, она постоянно была в движении, куда-то ехала, договаривалась, даже иногда улыбалась и концу дня крепко засыпала, падая от усталости. Словно снова вернулась во времена своей счастливой молодости, – ведь она делала это уже второй раз. Горон улыбался ей с портрета, а Раван… включился и веселился по полной программе. Обычно предвыборные программы кандидатов в вожди включали в себя огромное количество пунктов, которые, по своей сути, состояли из пустых фраз и несбыточных обещаний. Они касались изменения законодательства, реформ государственной власти, налогов, развития экономики, промышленности и были написаны сложным канцелярским языком. Роксана обратилась за помощью к экспертам, но всем было понятно, что за один день такую программу не напишешь. Поэтому Раван предложил включить в свою программу всего три пункта: доступное образование, медицину и развитие транспорта. По каждому пункту был представлен краткий план. Это не выглядело фантазией, так как везде предполагалось вовлечение бизнеса, – участники государственной программы получали заманчивые налоговые льготы и другие преимущества. К удивлению Равана, Роксана поддержала его идею. Увидев предвыборную программу из трёх пунктов, члены правительства не смогли сдержать иронии, а вот избиратели… Им было понятно, что там написано. На первой же встрече оказалось, что зал не вмещает всех желающих. Равана это удивило, он расстроился, – подумал, все пришли, чтобы над ним посмеяться. И решил действовать на опережение, – вышел на сцену с широкой улыбкой, говорил уверенно, даже дерзко. По ходу выступления употреблял простонародные словечки, шутил, приводил забавные примеры из жизни. Раван и Эйр собирали буклеты, статьи в газетах, чтобы потом внукам рассказывать, как дедушка в вожди выдвигался. Обсуждая происходящее, они решили, что Роксана всё это затеяла, чтобы помочь кому-то из кандидатов убрать конкурентов, – там же все её знакомые и даже друзья. Ну что ж, Роксану они во всём готовы поддержать. А какая реклама для завода! К концу осени сильно похолодало. Ночью пошёл снег. Он лёг плотным ковром, красные цветы сломались под его тяжестью. К утру дом остыл. Так не хотелось вставать! В кровати тепло, уютно. Тем более, сегодня выходной. Но надо подниматься. В стране важный день – объявление результатов выборов. Всем кандидатам нужно лично явиться в Большой зал дома Правительства. Эйр с Раваном нехотя встали, оделись и сели завтракать. Эйр решила остаться дома и заняться делами, а Раван после мероприятия планировал заглянуть в строительный магазин. Он голосовал за Рагнара, уважаемого члена Совета, который уже второй раз выдвигал свою кандидатуру. В прошлый раз он совсем немного уступил Горону. Раван не сомневался, что именно Рагнар будет избран вождём. А Эйр голосовала за Равана, который пошутил по этому поводу: «Чтобы я совсем не опозорился с нулём голосов». Роксана ждала Равана в Большом зале. На всех предвыборных мероприятиях у него сразу появлялось весёлое настроение, вот и сейчас он шутил со знакомыми, улыбался фотографам и думал о том, что скоро это всё закончится и он поедет по делам. Начали объявлять результаты, начиная с самого минимального, Раван уже приготовился вставать. Шестой результат – не он, странно. Пятый – тоже не он, ну ладно. Когда дошли до третьего, Раван начал беспокоиться. Второй – Рагнар, который набирает двадцать процентов. Получается… Равану стало жарко, потом холодно. Да, он победил на выборах с результатом в шестьдесят процентов голосов. Кажется, такого результата ни у кого раньше не было. Все начали суетиться, поздравлять. Роксана плакала и обнимала его, а Раван с грустью думал, что в магазин он сегодня не попадёт. Ему назначили помощника, который должен был объяснять, что делать дальше. Специальная комиссия оценила их съёмный дом как непригодный для проживания по соображениям безопасности и постановила срочно переехать во временную резиденцию рядом со зданием Совета. Вечером, забрав самые необходимые вещи, Раван и Эйр в сопровождении охраны переехали в свой новый дом. Помощник показал, что в этом доме находится, сообщил, что завтра придут горничная, повар и садовник и заказал ужин из ресторана. Общалась с ним, в основном, Роксана, а Эйр и Раван сидели на диване, пытались осмыслить происходящее и понять, что им со всем этим теперь делать. После объявления результатов выборов в стране началось настоящее безумие: люди выходили на улицы, пели, обнимались, некоторые даже плакали от радости. В домах устраивали праздники, за городом, несмотря на довольно прохладную погоду, – пикники. В газетах потом написали, что девять из десяти мальчиков, рождённых в день выборов по всей стране, получили имя «Раван». Впервые в истории Могара вождём стал парень из простой семьи родом из деревни. До этого в вожди выдвигались военные, чиновники, общественные деятели, – сама процедура не предполагала попадания в список кандидатов случайных людей. В программе Равана было всего три пункта, но это было то, о чём сотни лет мечтал простой народ. Раван выглядел, как они, разговаривал, как они, – он был одним из них. Ему верили. На момент выборов Раван уже успел стать всеобщим любимцем, – о нём много писали в газетах, он читал лекции, иногда выступал в государственном Совете как директор завода. А уж после того, как они с Эйр вернули силу земле Могара, оба стали национальными героями. С исчезновением Чёрной реки, действительно, наступило счастье, – климат стал тёплым, почвы плодородными, урожаи – богатыми. Теперь вся страна жила новой мечтой: найти дорогу на Атал. Но сейчас это было, скорее, желанием увидеть землю предков, – родной Могар сам стал прекрасным островом, жители уже не помышляли о том, чтобы его покинуть. Когда стало известно, что Раван и Эйр собираются пожениться, со всех концов страны им стали отправлять письма с поздравлениями и разные подарки: посуду, игрушки, самодельные сувениры, бытовую технику, лошадей и даже автомобили. Пришлось Равану выступить по радио с обращением, в котором он искренне всех поблагодарил и попросил не присылать дорогих подарков. Список гостей существенно расширился. Свадебные агенты, известные артисты, лучшие портные и парикмахеры наперебой предлагали свои услуги. За короткий срок удалось организовать поистине королевский праздник, который вошёл в историю и впоследствии нашёл отражение в литературных произведениях, спектаклях и кинофильмах. Так и сбылось предсказание Тахара о том, что Эйр будет королевой, – она стала женой главы государства. День свадьбы был тёплым, тихим и ясным. Несмотря на начало зимы, снега не было. Эйр ехала в открытой карете, украшенной цветами, вместе со своими названными родителями – Ашкаром и Роксаной. На всём пути улицы были заполнены народом. Люди забирались на деревья, крыши, чтобы поприветствовать их. Эйр улыбалась и махала рукой. Повсюду были фотографы, цветы, играла музыка. Вдруг раздался звук моторов, – над городом появились самолёты, украшенные цветами и лентами, они летели треугольником почти над самыми крышами. Когда самолёты оказались над городской площадью, вниз полетели живые цветы. Алый тюльпан упал прямо на колени. «Похоже на волшебную сказку! – Эйр взяла холодный цветок в руки и прижала к себе, вдыхая свежий аромат. – Как же я люблю жить! Жизнь – странная, непредсказуемая, но такая прекрасная! Ещё недавно я не знала о существовании страны Могар, а сейчас выхожу замуж за её вождя. Была уверена, что больше не смогу любить, а сейчас влюблена в самого прекрасного человека на свете. Я хочу, чтобы у моих детей была его улыбка, чтобы мы вместе ставили цели, побеждали, проигрывали, исполняли мечты, радовались и печалились. Когда думаешь, что наступает предел, и кажется, что хуже и быть не может, – это не так! За тьмой всегда наступает рассвет». «Имя на руке – как печать на сердце, для других там места нет. Ты – мой огонь, который никогда не погаснет. Мой воздух, без которого я умру», – пелось в могарской свадебной песне. День закончился невероятным салютом в ночном небе. «У меня тоже будет такая свадьба, только в другой стране!» – вспомнила Эйр о своих мечтах на свадьбе Сеуана. Кажется, получилось даже лучше. Утром, как и положено, Эйр и Раван набили татуировки с именами красивыми могарскими буквами, а вечером сели в машину и поехали к морю в маленькое свадебное путешествие. По городу ехали медленно, – после насыщенного событиями дня и бессонной ночи хотелось спокойствия и тишины. Сидя на широком заднем сиденье, они, обнявшись, молча смотрели в окно. Монотонно гудел мотор, машина, как колыбелька, легонько покачивалась, двигаясь по ровной дороге. Темнело. Дома засветились уютными жёлтыми огоньками. Тихо и спокойно стало на душе. У Эйр теперь тоже есть дом. И семья, очень даже не маленькая. Любовь, друзья, родной город. И страна… За окном мелькали дома, расписанные могарским орнаментом, – побеги как будто сплетались с вьюнком, который пророс в её сердце. [9] Приложение Могарский алфавит Особенность могарского алфавита состоит в том, что звуки или их сочетания [10] объединены в группы, каждой из которых соответствует одна буква. Получается таблица, по которой можно выучить могарский алфавит (для наглядности обозначим в ней звуки русскими буквами, а специфические звуки – произвольными символами, т.к. в тексте передать звук не получится): Знаки: При написании второй буквы из пары перед символом нужно поставить точку, а для обозначения специфических могарских звуков – две точки. Гласные буквы при написании должны быть меньше по размеру, чем согласные.