Читаем Вентус онлайн бесплатно

Замок соляного инспектора Кастора лежал на холме, словно спящий кот. Его увитые плющом стены ни разу не подвергались нападению; края башен за сотни лет округлились, обросли лишайником и птичьими гнездами.

После родительского дома замок был самым главным местом в жизни Джордана Масона. Он до сих пор помнил, как сиживал в детстве под крепостными стенами и смотрел на работающего отца.

В это ясное осеннее утро он стоял, балансируя на краешке шатких мостков на высоте около восьми метров над зеркальным прудом, и смотрел на дыру в стене, которая появилась неделю назад. Джордан провел пальцем по известковому шву; шов был темным и зернистым - таким же, как известка, которой пользовались его предки при ремонте особняка, разрушенного молнией двести лет назад. Если последним эту стену ремонтировал Тайлер Масон, значит, ее давно пора подлатать.

- Плохо дело! - крикнул Джордан вниз рабочим, глядя на дугу, образованную овалами их загорелых лиц. - Хотя, думаю, справимся.

Джордан начал спускаться. Сердце у него колотилось, но не из-за высоты. Еще неделю назад он был младшим членом бригады и любой мог им помыкать - что зачастую и делали, с руганью и угрозами. Все изменилось после того, как Джордану исполнилось семнадцать. Отец его был наследным главным каменщиком поместья, что косвенно отражалось даже в фамилии. Джордан сызмала помогал отцу в работе… и вот теперь он стал главным.

Первые четыре дня отец критическим взором наблюдал за сыном, хотя и не делал попыток вмешаться; сегодня он впервые остался дома. Джордану приходилось справляться одному. Его это не больно-то радовало, потому что он не выспался - ночью мучили кошмары.

- Камни вокруг пролома держатся на соплях. Придется вынуть их, а уж потом латать дыру. Риман, Честер, передвиньте мостки на два метра и киньте сюда сумку с инструментами. Начнем вынимать камни.

- Да, сэр! Слушаюсь, ваша милость! - с издевкой откликнулся Риман.

Неделю назад этот лысый, загорелый каменщик с удовольствием гонял Джордана взад и вперед, давая ему тысячи мелких поручений. Теперь они поменялись ролями, и Риман не скрывал своей неприязни. Джордан толком не знал, что будет делать, если Риман откажется повиноваться. Можно подумать, у него без того хлопот мало!

Остальные рабочие реагировали по-разному: кто усмехнулся, кто недовольно заворчал.

Джордан вновь вскарабкался на мостки и начал отбивать молотком известковый раствор вокруг дыры. Как он и подозревал, известка расслоилась - однако не настолько, чтобы камни вдруг ни с того ни с сего начали выпадать из стены. Казалось, кто-то пытался сюда пробраться. А это наводило на страшные мысли…

Джордан смахнул прядь черных волос, упавшую на глаза, и посмотрел через дыру на верхушки деревьев. Замок гнездился на самой высокой в округе горе, с одной стороны граничившей с лесом. Джордан не любил подолгу бывать на лесной стороне стены, предпочитая работу где-нибудь подальше, на подворье.

Инспектор, построивший замок, надеялся, что близость к лесной чащобе обеспечит ему благоволение Ветров. Он долгие часы простаивал на крепостной стене рядом с лесом, попивая кофе и ожидая знамения. Джордан стоял сейчас на том же месте и воображал себя инспектором, однако не в силах был представить, как можно не бояться этого тенистого зеленого лабиринта. Старика, очевидно, не мучили кошмары.

Кошмары… Джордану вспомнился последний сон. Все началось с того, что кто-то темный и бесформенный прокрался к нему через окно. А потом, когда настало утро, Джордан вроде как проснулся на рассвете… далеко в горах и увидел начало битвы между двумя армиями - битвы, которая была прервана чем-то ужасным, упавшим с неба и вынырнувшим из-под земли.

Он встряхнулся и отогнал наваждение. Начали подтягиваться остальные каменщики. Джордан соскреб верхний слой известки вокруг камней, которые намеревался вынуть, и отошел к краю мостков, чтобы не мешать рабочим делать свое дело.

Внизу, в зеркальном пруду, отражались пушистые облака и белый полумесяц блуждающей луны. Десять минут назад луна была на восточном горизонте; теперь она оказалась на юге и таяла на глазах. За спиной до самого горизонта маячил темный лес. Впереди, за подворьем, деревья бежали по верхушкам трех холмов, лежавших между замком и деревней. С правой стороны виднелись квадратики и прямоугольники возделанной земли. Джордан различил трапецию угодий семьи Теов, длинную полоску Шандлеров и множество других.

Все это было хорошо знакомо и совершенно неинтересно. То, на что ему действительно хотелось бы взглянуть поближе, находилось посреди двора в окружении нервных лошадей. Паровая машина!

Деревянная перегородка отделяла карету от медного котла в форме луковицы. Из-за больших колес с тонкими спицами садиться приходилось не сбоку, а спереди; позолоченные дверцы были разукрашены изображениями землепашцев и девушек, резвящихся на фоне пасторального пейзажа.

Когда эта штуковина ехала, она изрыгала дым и шипела, словно фантастический зверь. Хозяин кареты, главный ревизор Тур-карет, называл ее машиной, что было довольно странно. Она не походила ни на одну машину, которые Джордану доводилось видеть. В конце концов, если не подкладывать под котел поленья, она даже не двигалась с места. В прошлом году, когда Туркарет приехал впервые, Джордан видел, как разогревается котел - словно обыкновенная печка. Вообще, в ней не было ничего механского; и только когда водитель начинал дергать за рычаги, штуковина пробуждалась к жизни.

- Снова здорово, - буркнул Риман. Остальные рассмеялись.

Джордан повернулся и увидел, что все они усмехаются, глядя на него. Уиллам, рыжий мужчина лет тридцати, со смехом потянул Джордана прочь от края платформы.

- Опять пытаемся рассмотреть паровую машину сэра Туркарета, да?

- Спаси нас Ветры от изобретателей, - мрачно проговорил Риман. - Надо уничтожить эту штуковину от греха подальше. И тех, кто слишком часто глазеет на нее.

Все снова рассмеялись. Джордан вспылил, пытаясь придумать обидчикам достойный ответ. Уиллам глянул на него и покачал головой. Раньше, когда Джордан был рядовым членом бригады, он мог себе позволить вступать в словесные перепалки. Теперь, когда он стал главным…

Джордан бросил еще один взгляд на паровую машину. Все деревенские пацаны под тем или иным предлогом сбежались сегодня на господский двор, в том числе и ребята, с которыми Джордан играл еще две недели назад. Сейчас он не мог даже дружески поздороваться с ними. Он взрослый, а они - дети; между ними непреодолимая пропасть.

Честер за спиной у Джордана смачно выругался, как обычно, когда был доволен жизнью. Рабочие принялись сбрасывать камни. Джордан схватился за перекладину - у него вдруг закружилась голова, и он вспомнил свой сон. Взметнувшаяся в воздух листва, пыль столбом, тысячи пронзительно кричащих, бьющих крыльями птиц…

По двору на почтительном расстоянии от паровой машины прошла стайка женщин в ярких нарядах. Среди них была его старшая сестра. Она посмотрела на Джордана, прикрыв глаза рукой от солнца, и помахала ему.

Похоже, настроение у Эмми чуточку лучше, чем с утра. Когда Джордан пришел в замок, она уже была на кухне, явившись туда до зари.

- Привет, - сказала она, когда брат появился во дворе. Он подумал, рассказать ей о ночном кошмаре или не стоит, но Эмми вдруг подошла совсем близкой прошептала: - Помоги мне, Джордан! Ладно?

- А в чем дело?

Сестра огляделась вокруг с несчастным видом.

- Он здесь!

- Он?

- Ты же знаешь… Главный ревизор. Видишь?

Она отступила в сторону, открыв взгляду Джордана фонтан, пруд и паровую машину Туркарета.

Джон вспомнил, как Эмми плакала, когда Туркарет приезжал прошлым летом. Она не сказала, почему плачет, только намекнула, что это связано с визитом главного ревизора.

- Ладно, обойдется, - сказала она тогда. - Он скоро уедет, и все будет в порядке.

Джордан так и не понял, в чем дело. Туркарет был из аристократической семьи, правительственный чиновник, а отец всегда говорил, что аристократы лучше простых людей.

Джордан решил, что Эмми чем-то навлекла на себя гнев Туркарета. И только теперь ему в голову пришло, что причина могла быть совсем другая.

- Он тебя и не вспомнит. Столько времени прошло! - сказал Джордан.

- Дурак! - рассердилась сестра. - Будет еще хуже.

- И что же нам делать?

Туркарет был влиятельным человеком. Ему позволялось все.

- Придумай какой-нибудь предлог, чтобы забрать меня с кухни. Он приходит туда и разглядывает девушек.

Джордан посмотрел на солнце и смахнул со лба капли пота. День будет жарким… Это навело его на мысль. Он положил руку Уилламу на плечо.

- Я принесу нам хлеба и воды.

- Очень хорошо, - отозвался Уиллам, вынимая из стены очередной камень. - Только не задерживайся.

Джордан улыбнулся: он заберет Эмми с кухни, а заодно порадует своих рабочих, плеснув им в лицо ведро-другое колодезной воды. Отличный выход!

Юноша начал спускаться, как вдруг в воздухе раздался пронзительный крик. Джордан машинально разжал руки и пролетел последние несколько метров, приземлившись в туче пыли возле пруда.

К его удивлению, Уиллам лежал рядом.

- Как ты… - начал было Джордан, но Уиллам скривился, обхватив руками голень. На ней виднелся громадный синяк, и нога была вывернута под неестественным углом.

Все кругом орали как оглашенные. Перевернувшись на спину, Джордан увидел, что рабочие один за другим прыгают на землю.

- …там, на стене! - крикнул кто-то, а другой добавил:

- Она схватила Римана!

Мостки, возведенные у стены, ходили ходуном.

- Что стряслось? - в панике выкрикнул Джордан.

И тут он увидел, как наверху, где работали каменщики, блестящая серебряная рука схватилась за перекладину. Потом появилась вторая рука, слепо шарившая в воздухе. Солнечные блики, вспыхивавшие на ней, слепили глаза.

- Мать камня! - выдохнул Уиллам. - Там, в стене, мать камня! Это она сделала дыру!

Джордан выругался. Матери камня являлись нечасто, но он знал, что они не сверхъестественные существа, как Ветры, например, а представители механской жизни, как печные жучки.

- Риман высунулся в дыру, и его покрыло серебром, - сказал Уиллам. - Он задохнется.

Джордан мельком увидел голову Римана - идеально-круглый блестящий шар. До него внезапно дошло, в чем дело.

- Она просто защищается! - крикнул он разбегавшимся людям. - Риман вспотел, и она старается осушить воду!

Рабочие остановились, тупо глядя наверх.

Если никто ничего не сделает, через пару секунд Риман умрет.

Джордан обернулся и посмотрел на открытые ворота замка в двадцати метрах от него. Облака лениво плыли в зеркальном прямоугольнике пруда.

Юноша решился. Нагнувшись, он плеснул воды из пруда себе на голову и плечи и начал карабкаться вверх по мосткам. Внизу снова поднялся крик; из замка выбежали люди.

Джордан вскарабкался на леса рядом с Риманом. Сердце у него билось как бешеное. Голова, руки и верхняя часть торса Римана были покрыты мерцающей белой жидкостью, похожей на ртуть. Он стоял на коленях, однако цепко держался за опору.

Риман был силен и упрям; Джордан понимал, что не сумеет разжать его мертвую хватку. Поэтому он просто протянул мокрую руку и положил ладонь на серебристую голову рабочего.

Жидкость с шипением потекла по пальцам Джордана, потом по предплечью. Он вскрикнул, но не успел отпрянуть, и вся остальная белая масса так и хлынула на него. Юноша мельком заметил, как из-под серебряной маски показалось посиневшее лицо Римана - и тут жидкое серебро залепило ему рот, нос и глаза.

Джордан чуть было не запаниковал; он замахал руками, ощущая, как жидкий металл пытается проникнуть к нему в уши и ноздри. Потом нащупал ногой край платформы и прыгнул.

В первый миг он почувствовал лишь головокружение от свободного полета в кромешной тьме и ртуть, дрожавшую у него на веках…

Рот внезапно наполнился водой, зрение прояснилось - и вновь замутилось от ила. Джордан рванулся вверх. Он упал туда, куда и планировал: в зеркальный пруд. Серебряная жидкость, смытая с его тела, образовала большой овал на поверхности воды, который плавал взад-вперед, отталкиваясь от краев пруда. Когда овал направился обратно к Джордану, юноша как ошпаренный выпрыгнул из воды.

Послышался смех, потом - аплодисменты. Обернувшись, Джордан увидел, что все обитатели замка высыпали во двор и, крича, показывают на него пальцами. Среди них была женщина, которую он раньше не видел. Очевидно, она путешествовала вместе с Туркаретом - стройная и яркая, с пронзительными глазами и черным нимбом волос, обрамлявшим овальное лицо.

Когда Джордан посмотрел на нее, она медленно и серьезно кивнула, повернулась и ушла в замок.

Риман сидел на мостках, прижав руку к шее. Поймав взгляд Джордана, он поднял руку.

К Джордану подбежал Честер, потом другие рабочие - и подбросили его в воздух.

- Трижды ура нашему герою! - крикнул Честер.

- Отпустите меня, болваны! Уиллам ногу сломал… Рабочие опустили его и ринулись к Уилламу, который через силу улыбнулся.

- Отнесите его к хирургу, - велел Джордан. - А потом мы подумаем, что делать с матерью камня.

К нему подбежала Эмми, обняла.

- Какой же ты у меня дурачок!.. Что это было? Он застенчиво пожал плечами:

- Мать камня. Они живут в валунах, горах и холмах. Они механы, а не чудовища. Она просто пыталась себя защитить.

- А что это за серебро? Оно выглядело как живое!

- Папа рассказывал мне, что матери камня так себя защищают - серебро устремляется туда, где мокро. Ему довелось видеть человека, покрытого этой штуковиной. Тот умер, но серебро осталось на нем, и пришлось опустить тело в конскую поилку, чтобы смыть эту дрянь.

Эмми передернуло.

- Кошмар какой-то! Больше никогда так не делай, слышишь? Возбуждение улеглось, и толпа начала разбредаться.

- Пойдем, тебе надо помыться, - сказала Эмми, таща его за собой в сторону кухни.

Когда они огибали пруд, Джордан внезапно услышал стук копыт и увидел взметавшиеся из-под них фонтаны пыли. Кони скакали прямо на него.

- Берегись!

Он развернулся, оттолкнув сестру с дороги. Она вскрикнула и упала в пруд.

Звук пропал; пыль исчезла из виду.

Никаких скакунов. Двор, освещенный утренним солнцем, был пуст.

Несколько человек оглянулись, услышав крик Джордана, и снова засмеялись.

- Что…

- Как ты мог?