Читаем Ведьмак с Марса 5 онлайн бесплатно

Обилие обязанностей у только что коронованного правителя стало неприятным сюрпризом для сестёр Салем.

Винсенту Гарсия нужно было провести суд над мятежниками. Нужно было принять присягу у тех, кто остался ему верен. Наказать первых и наградить вторых. И это было только верхушкой айсберга, а сколько ещё скрывалось под поверхностью, страшно было даже представить.

Чего стоили одни только министры, которые дружно ополчились против решения короля не только назначить капитан-генералом не умудрённого сединами дворянина, а зелёного юнца, своего ровесника, так ещё и дать ему столь обширные полномочия! Свои претензии они высказали на первом же совете министров, состоявшемся вскоре после казни принца Аурелио.

— Ваше величество, это совершенно невозможно! — вторили министры на все лады.

— Вам следует пересмотреть это назначение.

— У Сантьяго де ла Трастамара нет опыта ведения боевых действий!

— А у кого он есть? — жёстко спросил Винсент, сидящий во главе стола. — У Рубена Эрбаха, может быть? Предлагаете надеть пояс главнокомандующего на предателя и изменника?

— Конечно, его проступок достоин всяческого осуждения, — не сдавались министры.

— Но войдите в его положение!

— Господин Рубен потерял сына из-за дуэли с вами!

— Горе помутило его разум!

— Вы могли бы проявить снисхождение к несчастному отцу, потерявшему своего единственного сына!

— Никакого снисхождения, — отрезал Винсент. — Предатели будут казнены, их имущество конфисковано.

Министры возмущённо переглянулись.

— Кроме того, у герцога де ла Трастамара есть опыт ведения боевых действий, — продолжал король. — В рейтинге пилотов мобильных доспехов он был не на последнем месте, и занятия по тактике и стратегии не прогуливал. Он вполне способен составить здоровую конкуренцию подавляющему большинству тех дворян, которых вы прочите на его место.

— Но вы же хотите назначить его своим полномочным представителем во всех сферах, — первый министр всплеснул руками. — Такая власть в руках юнца! Он не справится с ней! Он вас подведёт, и последствия могут быть очень неприятными…

— Ему придётся справиться, — Винсент сделал отрицательный жест. — А вам придётся поумерить свой пыл, господа, или мне придётся назначить ещё и новый совет министров.

— Возмутительно… — проворчал один из министров. — Ваше величество, мы говорим вам о реальных проблемах, которые могут возникнуть, если вы будете настаивать на ваших решениях. Мы верой и правдой служили вашему покойному отцу, и он всегда прислушивался к нашим советам…

Взгляд Винсента стал неприязненным.

— Так вот кто давал ему такие бестолковые советы? Что ж… Я не мой покойный отец. И я не собираюсь обсуждать с вами решения, которые я принял, исходя из соображений, которые, похоже, недоступны вашему пониманию. Я король. Я повелеваю. Вы министры. Вы исполняете мои повеления. Я достаточно слушал вас… Ваши возражения не принимаются.

— Но хотя бы на роль вашего доверенного лица выберите кого-нибудь более опытного! — взмолился первый министр. — У этого мальчишки нет никакого представления о дипломатии и переговорах, этому не учат на факультете пилотов мехов!

— Более опытные готовятся предстать перед моим судом, — в голосе короля прозвучал металл. — Их представления о дипломатии и переговорах привели их к измене и предательству. Довольно.

Он поднялся.

— Вы утвердите мои решения или можете отправляться к чёрту, мне есть кого поставить на ваши места. Выбирайте.

Терять насиженные тёплые места, которые при прежнем правителе были настоящей кормушкой, не захотел никто. Ворча, вздыхая и сокрушаясь, совет министров утвердил герцога Сантьяго де ла Трастамара главнокомандующим войск Испании и полномочным представителем короля.

На Рубене Эрбахе попытки министров склонить короля к милости не закончились. Министры видели и попытку покушения, и то, что за ней последовало. Кровавые сцены до сих пор стояли у них перед глазами, и они всеми силами стремились избежать нового кровопролития, в какой бы форме оно ни предполагалось.

Одного за другим мятежников вводили в зал совета, и за каждого из них министры пытались вступиться, ссылаясь на прежние заслуги перед королевским родом, пока очередь не дошла до родителей Сантьяго.

— Ваше величество, казнь этих людей подвергнет слишком серьёзному испытанию верность вашего полномочного представителя, — начал первый министр.

Винсент не дал ему договорить.

— Эти люди предали не только меня, но и своего сына, — отрезал он. — Довольно, я больше не желаю вас слушать. Покиньте зал, о моих решениях вас известит мой секретарь.

Министрам пришлось подчиниться — неповиновение выглядело бы бунтом против короля, а как он поступает с бунтовщиками, они уже видели. Но это нелегко далось им. Со многими из мятежников их связывали узы родства или давней дружбы, но что делать, если выбор настолько суров: или родство и дружба, или министерский портфель и, возможно, сама жизнь?

Единственными советниками короля остались ведьмы. Эти три красавицы умудрялись оставаться практически невидимыми — на них никто не обращал внимания, но они видели всех и всё, оценивая глубину вины и степень вовлечённости в заговор каждого из виновных.

Оказываясь перед лицом Винсента, мятежники вели себя по-разному. Кто-то пытался вымолить пощаду, униженно пресмыкаясь и возлагая вину на кого угодно, только не на себя самого. Кто-то пытался купить помилование, обещая раскрыть дополнительные сведения, и очень удивлялся, когда три ослепительных красотки выкладывали ему те сведения, на которые он так надеялся. Кто-то винил короля во всех смертных грехах, включая убийство его отца, и сыпал проклятиями. Кто-то, сломленный и равнодушный к собственной участи, безропотно принимал приговор и уходил, не поднимая головы, навстречу своей судьбе…

Глубину их падения определяли ведьмы. Только после их решения секретарь вписывал в личное дело вердикт: казнить, лишить титула, конфисковать имущество, или всё сразу.

Нескольких человек попросили помиловать сами сёстры Салем. Речь шла о троих дворянах, практически не имеющих влияния. Их участие в заговоре было обеспечено шантажом и угрозами в адрес их детей, и они искренне радовались, что заговор провалился. О помиловании они не просили, умоляли только не конфисковывать их имущество, чтобы их семьям не пришлось просить милостыню — и плакали от счастья, когда им объявили, что они не будут казнены и разорены.

— Но глаз с вас не спустят, — напутствовал их Винсент, и они отнеслись к этому с полным пониманием.

Награждение верных — в первую очередь за счёт конфискованного у заговорщиков — заняло тоже немало времени. Перераспределив земли и ресурсы между теми, кто сохранил преданность трону, король и его свита смогли наконец предаться отдыху.

Который внезапно оказался прерван — сработала сигнализация. Тревожный сигнал информировал, что кто-то проник во дворец, не имея на то ни права, ни разрешения. Но сеть Ковена не выявила нарушителей, и охрана никого не нашла. Впрочем, не нашла она и кое-кого ещё.

— А где Феликс? — спросил кто-то из тяжёлой пехоты, когда дворец обыскали без всякого результата и вновь собрались во внутреннем дворе.

Могучая фигура командира штурмовиков, всегда стоявшего во главе строя, отсутствовала.

— Мы его не слышим, — пропели сёстры.

План «Перехват», объявленный немедленно, результата не дал — Феликс Магнус как сквозь землю провалился.

— Фамильяр не мог покинуть свою ведьму добровольно, — обронила Джейд.

— Его забрали насильно, и мы этого не заметили, — добавила Эмбер.

— Кто-то знает о наших возможностях, — сказала Эмеральд.

Феликс Магнус не прекращал упорной, но бесполезной борьбы с похитителями. Связанный по рукам и ногам, с накинутым на голову мешком, он ничего не мог противопоставить им, но изо всех сил пытался освободить руки. Он даже не знал, кто его похитил. Была тревога, он бросился обыскивать дворец, краем глаза уловил смутную тень — и наступила темнота. А очнулся он уже в оковах и с мешком на голове. Он даже не знал, сколько времени прошло с момента похищения…

Но наконец ровный гул гравитележки, на которой его везли, стих. Его без всякой заботы свалили на пол, сдёрнули мешок, мешающий видеть, и Феликс болезненно сощурился — даже тусклый свет настенного фонаря показался ему слишком ярким.

Помещение, в котором он оказался, было ему смутно знакомо. Феликс всмотрелся в голые каменные стены, в решетчатую дверь… Ну конечно. Его притащили в камеру, которая была специально создана, чтобы удерживать генетическими модифицированного суперсолдата с силой одержимого.

Одна из чёрных теней шевельнулась, обретая сходство с человеческой фигурой, и Феликс услышал знакомый голос:

— Добро пожаловать домой, братец.

На Землю мы прибыли на обычном пассажирском шаттле, с обычными пассажирами. На высоте около двухсот семидесяти километров шаттл сбросил скорость, выключил двигатели и начал планирование. Когда высота упала до ста двадцати километров, он задрал нос и выполнил несколько виражей для уменьшения скорости. По мере того, как атмосфера становилась всё более плотной, обшивка нагревалась, и Снежка, которую я пустил к иллюминатору, прикипела к виду за остеклением. Сквозь прозрачную оболочку из пламени видна была бело-зелёно-голубая чаша Земли, которая плавно приближалась — вернее, мы плавно приближались к ней. Уже можно было различить извилистые нити рек, крупные города, и к одному из них мы сейчас направлялись.

Снежка всё никак не могла поверить, что её выпустили со станции — и одну, только со мной, без взвода охраны. Когда мы садились на шаттл, она подозрительно окинула взглядом пассажиров, ожидая увидеть знакомые лица «спартанцев». Но с нами в шаттле летели на Землю только персонал со станции и несколько туристов, которые, как я подозревал, отправились на «Звезду Жизни» ради вот этого спуска сквозь атмосферу — в облаке раскалённого воздуха.

Моя невеста на миг оторвалась от окна, подарила мне влюблённый взгляд — и вернулась к наблюдению за снижением, затаив дыхание. Я только улыбнулся, глядя на её восторг. Потому что для этой поездки мне пришлось предъявить Екатерине Орловой целых три схемы охраны и прикрытия, в том числе с использованием людей Медведева на дальнем периметре, чтобы не раздражать Снежану с её памятью на лица.

Орлова оценила мою предусмотрительность. Особенно ей понравилось, что я не стал бить себя в грудь — я-де защищу Снежану и в одиночку, а грамотно использовал имеющиеся у меня ресурсы и избавил отца невесты от лишних переживаний. Но она не знала, что упомянутые ресурсы я планировал использовать не только для охраны Снежки, но и для ловли рыбки в мутной воде. Я не забыл ни захвата базы Медведевых по пути на бизнес-форум, ни покушения на мою невесту на том самом бизнес-форуме. Вездесущие репортёры быстро разнесут весть о прибытии дочери Старого Медведя на Землю, и кто-то да позарится на доступную для нападения жертву. Которую будет охранять масса «спящих» агентов Департамента.

По крайней мере перешёптывания в духе «Это же Медведева, как её там — Снежана?» я уже слышал. Слишком уж броская внешность была у моей спутницы. На меня внимания никто не обращал — во-первых, я выглядел куда более обычно, чем Снежка, во-вторых, уроки Царя позволяли не только приковывать к себе внимание, но и избегать его. Звучало как мистика, но если я не хотел, чтобы на меня обращали внимания больше, чем на случайного прохожего — так и происходило. Чем я и пользовался, оставаясь незаметным для пассажиров, поглядывающих в нашу сторону.

В это же самое время мой «Палач» летел с остальными студентами куда-то в совсем другом направлении. Департамент оказался щедр на практику, Кассиану пришлось прикрывать «Трамонтану» после атаки Старков, пилотам мехов тоже нашли применение, и я доверил АЛу получить за меня все необходимые бумаги, печати и подписи, без которых практику не зачтут. А я приятно проведу время на Земле…

Тем временем скорость шаттла продолжала падать, а вид из иллюминатора демонстрировал всё больше деталей и подробностей земной поверхности. Снежка нетерпеливо ёрзала в кресле, вглядываясь в виды за окном, а шаттл выполнял разворот для захода на посадочную площадку. Пламя за остеклением погасло, разогретая до тысячи градусов по Цельсию обшивка остывала, где-то далеко внизу появился туристический сербский городок Нови-Сад, который был нашей целью…

Ещё несколько минут, и шаттл мягко качнулся, опустившись на посадочный стол в горах, всего в двадцати пяти километрах от Нови-Сада. Мы прибыли.

Снежка даже не пыталась скрывать своё нетерпение, так что на выходе мы были одними из первых. Чистый горный воздух, потрясающей красоты пейзажи, ласковое солнце, так не похожее на жёсткое излучение, съеденное фильтрами, к которому мы привыкли на станции…

— Тут от одного дыхания опьянеть можно! — воскликнула Снежка, жадно глотая напоенный ароматами цветов и деревьев воздух.

Я был с ней вполне согласен. После фильтрованного ароматизированного воздуха «Звезды Жизни» тем, чем мы дышали, хотелось захлебнуться.

— Куда доставить багаж? — встретила нас вопросом на выходе с площадки дежурная в строгой форме.

— В «Гнездо филина», — ответил я, подхватывая Снежку под руку.

Невеста хихикнула:

— Какое забавное название…

— Это лучшая гостиница Нови-Сада, — сообщила ей дежурная. — Отличный выбор.

Она протянула нам несколько флешек:

— Здесь культурная программа на неделю и список достопримечательностей города. Вы можете ознакомиться с ними или на ваших планшетах, или в номере гостиницы. Приятного отдыха.

Конечно же, Снежка не утерпела и сунула нос в рекламные проспекты сразу, как только мы оказались в салоне такси.

— Ооооо, — протянула она, — у них тут есть пляж, на котором каждый день что-то происходит! Фестивали, турниры, концерты… Мы должны там побывать!

Я заглянул ей через плечо, приобняв и прижав к себе.

— «Штранд»? — прочитал я название. — Да, у нас запланирован поход туда. Они гордятся чистотой реки, а в кафе можно заказать любое блюдо по своему желанию…

— Я бы рекомендовал выбрать сербскую кухню, — подсказал сидящий впереди турист. — Огромные порции, вкуснейшее мясо… Нигде больше такого не найдёте!

При слове «мясо» у меня заурчало в желудке. Снежка хихикнула, поблагодарила советчика и хотела было продолжить изучение выданных нам чипов, но такси остановилось на крыше гостиничного комплекса. Мы прилетели.

Сразу из салона мы попали в верхний холл, где нами немедленно занялась миловидная портье.

— Господа? — вопросительно сказала она, глядя на нас.

— Юлий и Снежана Марс, апартаменты для медового месяца, — продиктовал я.

— Да, всё верно, вот ваши ключи, — на стойку перед нами легли две ключ-карты. — Примите поздравления. Приятного отдыха.