Читаем Варяги онлайн бесплатно

Максим проснулся в половине шестого утра. Ну как проснулся… Отработанная годами профессиональная привычка послала некий импульс в мозг, тот вдруг выдернул себя из глубокого сна и стал подавать настойчивые сигналы во все концы спящего тела — «подъем, пора вставать». Вот только тело не слушалось. Оно ленилось. Оно не хотело просыпаться. Оно хотело еще немного понежиться. Оно, утомленное, ватное, похмельное, продолжало стоять на своем — «все, служба кончилась, дай уже, нахрен, поспать».

Открывать глаза не хотелось. Не хотелось гнать так недавно накативший сон. Не хотелось шевелиться. Не хотелось думать. Хотелось сладко потянуться и дремать дальше. Пусть останется в прошлом космонесущий крейсер «Владивосток». Не будет утренних побудок, построений, тактических занятий, ревуна тревоги. Не будет боевых дежурств в кабине «сушки-сотки» с закрытым забралом перед створом в бездонный космос. Боевых вылетов не будет. Не будет боевых потерь… Мысли, словно буравчики, завертелись в едва проснувшемся мозгу, прогоняя сладкую истому. Макс попытался отогнать этот навязчивый поток… не срослось. Зевок, еще одна попытка заставить мысли спать… нет, не получается.

Академия. Два контракта. Нет, два контракта и один сверхсрок — пять плюс пять плюс два года — по уставу крайний срок в работе военлета. Десять тысяч часов налета, четыреста восемь боевых вылетов, награды, старший лейтенант… все, дальше летать нельзя. Не война ведь. Организм устал от перегрузок, радиации, нервного и умственного напряжения, реакция уже не та, здоровье, алкоголь… Вот если завтра война, тогда да, все можно. И организм, и реакция, и здоровье — все можно. А сейчас — военно-космический флот Конфедерации благодарит за службу… Нет войны, слава богу. Вот только почему «Владивосток» на боевом дежурстве? Почему боевые награды, почему потери? Нет войны… Поэтому — либо в запас, либо в обеспечение — полетами руководить. Но старшего лейтенанта к руководству не допустят. Потому что с такой выслугой пилоты как минимум капитан-лейтенанта должны иметь. А Максим Сергеевич Климов всего лишь летеха. Как выпустился из академии младшим лейтенантом, так и отлетался старшим.

И что теперь? Ну да, можно в академию инструктором, в допуске по налету. Всю оставшуюся жизнь летать на старых турбоатмосферных «сушках» и «мигарях», которые и в орбитальный-то космос не выходят. И каждый садящийся в переднюю — курсантскую — кабину стажер будет ехидничать: «старый козел, который сидит сзади и мешает мне летать», «я мог бы и лучше, если бы этот — сзади — не мешал». Сам таким был.

И что теперь? Ну да, есть же еще пассажирский флот, тоже можно, по налету. После переквалификации. Там же звездец как все сложно! Там все по-настоящему, кнопку нажал — взлетел, другую нажал — идешь по маршруту, третью — посадка. А между делом еще и стюардессок лапать. Разве такое освоишь без обучения?! Нахрен… «Я же первоклассный военлет, что мне делать на гражданке?» — обиженно пульсировало в мозгу.

Лежать и думать с закрытыми глазами надоело. В комнате стояла духота — климата не было, зато обогреватель жарил на полную — это тебе не курортный отель, а простая портовая гостиница. Висящий в воздухе запах сигаретного дыма и алкоголя начинал действовать на нервы. Максим нехотя разлепил тяжелые веки, осторожно высвободился из объятий спящей рядом девушки. Тихо, почти бесшумно, встал с кровати и на цыпочках проскользнул в ванную, стараясь не разбудить подружку… «Имя какое-то мудреное. Илона? Или Мелена?»

Едва струя ледяной воды из душа коснулась тела, Климов окончательно убедил себя в том, что не хочет спать. Мысли в голове перестали путаться… они забились мелкой дрожью в такт постукивающим от холода зубам, настроение заметно улучшилось. Старый, проверенный годами способ проснуться действовал безотказно, от похмелья не осталось и следа. Времени около шести утра. В полдень пассажирский корабль вернется со станции зарядки у местной звезды, и можно будет лететь дальше. Куда? Неважно. Главное лететь. Бесплатно. Увольнение в запас после боевых и сверхсрока имеет свои плюсы — шикарное выходное пособие, выплаты и возможность путешествовать за счет Конфедерации. А там другие звезды, другое небо, другая девушка… Сказочная перспектива! Вчерашний день окончен, пора перевернуть страницу. Илону или Мелену лучше не будить, придется оправдываться — а это точно не для военлета, тут такая сила воли нужна! Несмотря на жару, трясущимися от холода руками Максим стал торопливо натягивать одежду…

— Ма-акс, ты где-е? — Ее голос. Низкий приятный голос только что проснувшейся женщины. С едва заметным прибалтийским акцентом. Уйти по-тихому не получилось…

— Мне пора, (Илона или Мелена?!)…малыш. В порт пора…

— Ма-акс, ты придурок? Ты прилетел сюда на моем рейсе, ты в гостинице в моем номере для стюардесс… — Негромко щелкнула зажигалка, и в темноте ярко-красным огоньком заиграл кончик ее сигареты. — С этой планеты в полдень уходит только один корабль — мой! Ма-акс?

— Я на регистрацию хочу пораньше… — Это прозвучало настолько глупо, что Климова передернуло. Хорошо хоть в темноте не видно.

— Ма-акс… Пожалуйста, не уходи вот так…

— …Мил-Лена, ты очень красивая девушка… мы с тобой хорошо провели время…

— Вилена!

— Прости. Имя у тебя такое… редкое.

— Малыш, детка, пупсик лучше? Сколько у тебя таких, Ма-акс?

— Вилена, ты же сама все понимаешь… я не ищу «ту самую особенную»…

…Подсознательно, каким-то тем самым пресловутым шестым чувством, Максим заметил в темноте летящий в него предмет. Фуражка. Поймал.

— Подонок! Спишь с женщиной и даже имени не помнишь!

Девушка тихонько заплакала, продолжая изредка попыхивать сигаретой. Пауза затянулась и стала приторной. Климов не любил оправдываться. Не хотел. Не умел. Он беззвучно открыл дверь и шагнул в ярко освещенный гостиничный коридор…

На улице было свежо, даже прохладно. Местное солнце уже начинало золотить горизонт, но его далекого света едва хватало, чтобы прогреть дневную сторону скромной шахтерской планеты до десяти градусов тепла. Ночная сторона сразу после заката погружалась в царство легкого морозца. Максим глубоко, с удовольствием вдохнул плотный холодный воздух, рассеивая остатки похмелья, сигаретного дыма и чувства вины — неотъемлемого атрибута каждого мимолетного романа, слегка поежился — в тонких брюках, офицерском кителе и фуражке было некомфортно, и посмотрел на звезды.

Звезды всегда притягивали его взгляд. С самого детства, глядя на звезды, Макс решил, что станет пилотом. В академии, скользя по атмосфере и изредка выскакивая в орбитальный режим, он с вожделением смотрел на звезды. За двенадцать лет службы Климов запомнил названия многих из них, но каждый раз новое небо казалось ему другим. Вот и сейчас, на черном фоне, среди многочисленных узнаваемых точек, светилась россыпь новых, далеких, близких, обитаемых и не очень незнакомок. Они манили, притягивали, не отпускали взгляд. Несмотря на ранний час, по небосводу уже сновали яркие крошечные песчинки орбитальных тягачей-рудовозов. Две луны еще довольно высоко висели в небе, третья уже скрылась за горизонтом, здания и предметы отбрасывали причудливые двойные тени.

Обычно гостиница для командировочных располагалась рядом со стартовым полем, но здесь маленький, будто игрушечный космопорт окружала плотная сеть автоматических электросталелитейных фабрик. Целые кварталы серых, правильной прямоугольной формы зданий без окон, разделенных ровными, одинаковой ширины пролетами дорог. Такое огромное количество сталелитеек заполняли окружающее пространство запахом озона, жженого грунта и утробным низкочастотным гулом, доносившимся даже сюда, до окраины огромного портового мегаполиса. Время от времени по пролетам проносились беспилотные грузовики-электрокары, что тоже не располагало к ночным прогулкам. Все это серое промышленное сказочное царство распласталось в разные стороны от космопорта на добрые десятки километров. Идти было неблизко. Максим встряхнулся и бодро зашагал к стоянке аэротакси.

Безупречный макияж и приветливый взгляд сидящей за стойкой регистрации космопорта молоденькой девушки в такое раннее время смотрелись неуместно:

— Здравствуйте. Как я могу к вам обращаться?

— Товарищ. — Макс постучал указательным пальцем по российскому триколору над флотской «птичкой» на груди кителя. Бесполезно, сейчас все равно «сэром» обзовет.

— Чем могу помочь, сэр?

— Регистрация на «Прометей». Я проездом.

— Вы рано, офицер (О-о-о!). Регистрация начнется за полчаса до отхода, сейчас только половина седьмого. К сожалению… — Девушка за стойкой чуть свела свои точеные бровки, изобразив гримасу глубочайшего сожаления.

— Как вам удается так хорошо выглядеть? — Буднично выстрелил комплиментом «офицер». — Еще только половина седьмого утра…

— Управляющий портом строго следит, чтоб никто не получал зарплату даром. Иначе вместо меня здесь поставят регистрационный компьютер. Мне нравится моя работа. — Гримаса «улыбка ангела». Но по глазам видно, что ей приятно. — Могу я еще чем нибудь вам помочь, сэр?

«Атлантический альянс, у них тут все сэры-офицеры. Сказала бы просто — молодой человек… А, какой ты для нее молодой, девчонке лет двадцать»

— Как мне убить столько времени в порту… — Максим скосил взгляд на бейджик на груди девушки (и груди-то нет совсем). -…Анита?

— Есть крошечное кафе… скорее, бар в соседнем пролете, но он больше для персонала… да и кроме бармена там сейчас никого нет. Но вы можете посидеть там… кхм… несколько часов. Прогуляться здесь негде — вокруг одна промзона… — Анита снова сделала «точеные бровки сожаления».

— Отлично, подойдет. Просто обожаю сидеть в баре один… всего каких-то пять часов. Составите компанию? — «Ну побойся же ты бога, она же девочка совсем!».

— Моя смена закончится только в полдень. — Вновь гримаса «улыбка ангела». Хотя показалось, что в ее молоденьких глазах мелькнула нотка сожаления. — Увидимся на регистрации… товарищ.

Бар космопорта был небольшим, чистым и уютным. Было тепло, светло, вкусно пахло свежим фастфудом и каким-то ароматизатором. Помимо зевающего бармена со сложенными на груди руками, за столиком в компании бокала красного вина сидела симпатичная девушка с русыми, собранными в хвостик волосами, у стойки потягивал пиво угрюмый бородатый парень в просторном комбинезоне портового техника. Климов приветственно махнул рукой бармену:

— Привет, друг. Я тут застрял. Мне бы съесть чего-нибудь съедобного, и кружечку пива… вот как у него. — Он кивнул в сторону здоровяка. — Давай в обратном порядке — сначала пиво, потом еда.

— Привет, друг. — Не размыкая сложенные на груди руки, лениво откликнулся бармен. Его управляющий портом явно не грозил заменить компьютером. — Пиво местное, дешевое. На завтрак сандвич могу соорудить. На кухне нет никого еще…

— Не, друг. Сандвич — это совсем не то. — Макс подтянул белые рукава кителя, жестом фокусника вынул из нагрудного кармана мультикарту офицера запаса, положил ее на стойку и слегка постучал по ней ногтем указательного пальца. — С сандвича у тебя сдачи на чаевые не наберется.

Бармен ожил, будто мгновенно вышел из гибернации. Одна рука сразу схватила пивную кружку, другая быстро протерла ее полотенцем и заплясала по раритетным, как в старых и дорогих барах, рычажкам бакалеи. В глазах его в реальном времени решалась несложная вычислительная задача — щедрые русские, офицер запаса, много денег, чаевые на процент от чека…

— Знаете, товарищ офицер, — От предвкушения бармен даже на «вы» перешел, — У меня ночью никто не работает, но я сам могу приготовить яичницу с беконом. А пиво вот, холодненькое. Местное, но очень хорошее, вкусное.

— Яичница из настоящих яиц?

— Откуда? Мы же скромная шахтерская планета… — Бармен вскинул руки, изобразив нечеловеческую скорбь. — Мне что привезут, из того и готовим. Это же вам не ресторан… Я еще могу разогреть дежурный завтрак. Там все вкусно, даже зелень свежая… ну почти, замороженная. Стюардессы хвалят. Чуть подороже, правда… Пойдет?

— Ну раз стюардессы хвалят, тогда пойдет. Спасибо. — Климов взял кружку с пенным напитком, поискал глазами столик, куда присесть. На секунду задумался, не запросить ли посадки к одинокой дамочке с вином. Не-е, лет под тридцать уже, эту барышню дешевые комплименты не уложат. А для тяжелой осады нет ни времени, ни настроения. Хватит на сегодня романов. Макс, сделал небольшой глоток (а местное пиво и правда вкусное, хоть и светлое), и зашагал к угловому столику в глубине зала посидеть в одиночестве.

За завтраком неприятные мысли развеялись сами собой. Симпатичная девушка уже дважды прогулялась до стойки, каждый раз приятно покачивая чуть полноватыми бедрами в облегающих, широких книзу брюках, и теперь сидела уже в компании двух пустых бокалов. Максиму даже показалось, что она несколько раз взглянула на него с интересом — магия белого флотского мундира. Но ведь хватит на сегодня романов?

Будто в отместку, в кармане назойливо бздынькнул виброй смартком. Пятое непрочитанное сообщение. Поэму она там пишет, что-ли? Можно не читать — план, как пройти регистрацию и не встретиться с Виленой точно провалился. Он и так не складывался — на маленьких планетах экипаж и пассажиров к лайнеру везет один и тот же шаттл. Встреча неизбежна. Как будет вести себя обиженная стюардесса? Выльет горячий напиток на колени? Или простит и забудет, поплакав для виду немного после его ухода? Или она умная девушка, все поймет и сделает вид, что они незнакомы? А может вообще задержаться и полететь следующим рейсом? Но что тогда делать еще целые сутки на этой планете… сидеть в углу бара и смотреть, как уходят в небо трудяги-рудовозы?

Из сытой задумчивости Климова выдернул скрипнувший по полу стул. Нет, к сожалению это не девушка с вином…

— Хайло, вояка. — Здоровый бородатый техник плюхнулся на соседний стул и ткнул полупустой кружкой в погон Макса. — Ты из ВКФ?

— Уже нет. Уволен в запас по выслуге. Я не помню, когда приглашал тебя присесть.

— Русский? Далеко же тебя занесло. Путешествуешь?

— Путешествую. — Максим решил подыграть. — Интересуешься?

— Хорошее выходное пособие?

— Тебе далеко до пенсии?

— Еще и боевые небось получил?

— У тебя с финансами проблемы?

Бородач удивленно поднял глаза, вдруг сообразив, что они играют в одну и ту же игру:

— Военным же хорошо платят?

— А грузчикам плохо?

— Я не грузчик. Я техник. Я тут представитель…

— И платят все равно мало?