Читаем Валерсия онлайн бесплатно

Земли Валерсии ни раз сотрясали кровопролитные войны. Богатство и власть были основными причинами их зарождения. Впрочем так происходит в любом мире, где ступает нога человека. Освоение, захват, колонизация, диктатура и уничтожение местного населения.

Как появились люди здесь в мирном и тихом мире, спрятанным за огромной и яркой звездой Янтрэей уже не вспомнить. Но в тот роковой миг мир и спокойствие были нарушены. Колонизаторы не встретив сопротивления на своем пути, быстро освоились, а когда изучили уникальность открытого мира, началось его медленное скольжение к разрушению и уничтожению.

Существование магии, кто бы мог поверить в это. Вечная жизнь — только протяни руку и возьми ее. Это дороже золота, самоцветов, чужой жизни или существования целого мира. Но принесенные технологии с собой были здесь бесполезным мусором. Приходилось быстро учиться и приспосабливаться, добывая артефакты и реликвии необычайно мощные вещи, содержащие в себе тайные знания и силы. Но вечную жизнь и безграничную власть давало лишь убийство тех кто обитал в Валерсии изначально. Кровь и сердце мифических, но здесь вполне реальных драконов была чистой магической энергией, наполняющий жизнью весь мир, каждую его клеточку, артерию. Они были хранителями этого мира мудрые, добрые и неспособные причинить вред ни одному живому существу. Их логова были буквально напичканы тайными знаниями и ценнейшими реликвиями, а также несметными богатствами.

Первое убийство дракона открыло новый закон, что убивший его сам становится драконом, если поглотит его сердце…

Сколько времени длилась начавшаяся тогда война неизвестно, но в какой то момент древнейших хранителей Валерсии осталось настолько мало, что мир начал неотвратимо гибнуть. Некогда цветущие земли стали покрывать безжизненные черные пустоши, подчас с огненными или ядовитыми реками, наполняющими воздух вокруг ядовитым газом. Появились бескрайние болота с неуспокоенными душами погибших и отвратительными монстрами, таящимися в их глубинах.

Земли к юго-западу превратились в серо-черный безжизненные пустоши, на юго-востоке выросли огромные исполины огненных гор, пики которых виднелись даже в морской пучине.

Люди начали оставлять некогда воздвигнутые и процветавшие на протяжении многих лет города, сбиваясь в крепости под огромными магическими куполами, где появлялась хрупкая надежда на выживание.

Было всего пять утра, когда почтовый голубь нервно забился в закрытое окно, угрожая разбить его в дребезги. Игнорировать эту дикую и явно бешенную птицу было просто невозможно. Своим криком, явно не свойственным голубям, а больше походившим на весенний кошачий ор, эта птица видимо намеривалась разбудить весь дом, ну а затем, скорее всего, приняться и за другие постройки.

Нехотя разлепив глаза Трэн, юный хозяин этой злосчастной комнаты, шаркая ногами и спотыкаясь о разбросанные им же вещи, подобрался к небольшому, но высокому окну и на свой страх и риск впустил ополоумевшего пернатого гостя. Тот радостно впорхнул в обитель сони и гордо сев на спинку стула затих, приняв важный и даже пафосный вид. Разбуженный юноша, ёжась от впущенного сквозняка, как-никак он жил под самой крышей в виду низкой оплаты и прекрасных видов на город, закрыл плотно окно и вернулся в свой покинутый гамак, висящий на потолочных балках в центре.

На некоторое время в доме воцарилась сонная тишина. Сидящая на спинке птица, зловеще сверлила маленькими глазками свешанные ноги незнакомца, ожидая к себе хоть капельку внимания, но тот уснул. Такое неуважительное отношение к своей измученной долгим перелетом персоне, голубь терпеть не мог и вновь начал гомонить во всю свою глотку. Гамак зашатался и от туда метким снарядом в утреннего гостя вылетела подушка. На сухой дощатый пол посыпались перья и больше, тишину никто не посмел нарушить, обидевшись и гордо отвернувшись.

Через некоторое время Залесье огласила трубная музыка Звонарей, пробуждающая город ото сна и оповещающая, что начался новый день. В домах показались первые проснувшиеся, принимающиеся за повседневную работу. Постепенно улицы заполнили его обитатели, суетящиеся, спешащие, порой рассеянные и злые, а порой радушные и неспешные. Но никому из них не дозволялось спать, после мелодии звонарей, до самого вечера, до первых звезд, до такой же музыки, но уже ночной. Это нерушимое правило существовало во всех городах. Их правители, обладающие тайными знаниями и силам, не позволяли своим подданным излишне отдыхать, разделив всех обывателей на дворян — магов и простолюдинов, выполняющих всю черную работу называемых за это просто чернью.

Умыв лицо и нацепив повседневную, затасканную до неприличия одежду, Трэн спустился в подвальный этаж, где уже суетились более расторопные жильцы. Хозяева этого трехэтажного дома держали небольшой трактир, сдавали на постой комнаты и разносили еду в ближайшим соседям. Работать у них было не прибыльно, но на проживание хватало.

— Вы слышали, под утро, какой то странный шум. — Говорила одна из помощниц повара, отбирая белую крупу от испорченной, черной.

— Да-да. — Припоминая нечто подобное, подтвердила рядом стоящая знакомая, занятая тем же. — Я даже успела испугаться, но все быстро закончилось. Но все же….

Невольно слушая их разговор, Трэн вспомнил о прилетевшем под утро почтовом голубе. Забросив мытье ягод для компота, он вернулся на чердак, перепрыгивая через две, а то и три ступеньки в спешке.

Оскорблённая ночью птица, все также сидела на спинке стула с привязанным к лапке письмом. Заметив быстро приближающегося к себе юношу, голубь принял боевую стойку, распушив перья и расправив крылья, драться он был готов на смерть.

— Тише, тише. — Неожиданно миролюбиво заговорил обидчик и даже предложил птице вкусную и ароматную мякоть вчерашнего хлеба. Такое лакомство смягчило сердце «гостя» и расслабившись, голубь занялся едой, позволив юноше добраться до письма.

В следующие секунды Трэн уже, радостный, скакал по небольшой чердачной комнате. А как же не скакать, ведь его, именно его, а не кого-то другого приняли в Кейтагскую Историческую Школу Магии. Все мечтали, многие пытались туда попасть, но шансов там оказаться было мало, а уж тому, кто был из обычной бедной семьи — практически невозможно.

Собрав свои вещи и оповестив хозяйку дома об освобождении комнаты и рабочего места, Трэн зашел на скотный двор и купил самую дешёвую кобылу, которую по прибытию можно будет сдать, вернув затраченные валлары. После чего основную часть своих вещей погрузил на судно, а самое необходимое в походе привязал к седлу. Конечно у сироты, работающего помощником на кухне, заработок был маленьким, но юноша очень долго и скрупулёзно откладывал и теперь мог позволить себе такой рискованный и дорогой переезд. Однако оно того стоило. Получить образование, обрести магические способности, познать и разучить кучу разных тайных приемов и по окончанию получить хорошо оплачиваемую работу стража в любом из городов о таком мечтали многие. Но в школу принимали слишком малое число тщательно отобранных претендентов и мешкать Трэну не стоило.

Дорога предстояла не близкая и безопаснее всего было бы сесть на судно, и через озеро Вечности и впадающей в него реке Кравной добраться до места назначения. Но это был очень большой крюк и на него ушло бы не меньше месяца, а вот если пойти напрямик, то аккурат за две недели можно добраться до Кейтагских стен и успеть к самому началу занятий.

В очередной раз проверив содержимое поклажи, юноша одел дорожный плащ, вне стен города погода была непредсказуемая, закрепил у седла свой магический посох и забравшись в седло грязно-рыжей лошадке со странной кличкой Мотя, с чувством нарастающей детской радости, неспешно поехал в направлении западному тракту.

Вообще Залесье был большим городом, с деревянными постройками и каменными мостовыми. И даже с крыши самой высокой (шести этажей) магической башни, что находилась в самом центре, увидеть городские окраины не представлялось возможным. Из дерева в Валерсии строили принципиально и не только в виду некогда бескрайних лесов, а потому, что дерево является одним из лучших магических проводников и все постройки как бы являются, таким образом, одним целым, одним оружием, одним щитом. Если на город совершалось нападение, его было проще защищать. Единственный недостаток был легко воспламеняемость.

Верхом на Моте, Трэн и не заметил как пересек большую часть Залесья и оказался на Западном тракте. Стража у ворот без интереса осведомилась куда и зачем направляется юноша, после чего напомнила, что ночью на тракте очень опасно и путь по воде намного комфортнее, дешевле, а главное безопаснее. После разъяснительной речи, стражники вернулись к покинутому дозору, а будущий ученик направил поводьями лошадку к виднеющейся вдалеке кромке леса, за которой текла река Нюшма, шустрая и рыбная. Мелкой поступью Мотя перешагнула границу защитного купола, в дневное время снимаемого под аркой ворот и кожу обдал порыв настоящего, живого ветерка, прохладного, с богатой палитрой запахов свободного мира.

Путь до реки был безопасным. Начало леса Урингтай, что простиралось от города до Нюшмы, был светлым, исхоженным вдоль и поперек рыбаками, что баловали горожан свежей рыбкой, травниками, охотниками, сборщиками ягод и прочими. Поэтому тропинок от тракта уходило бесчисленное количество, да и кусты не разрастались как следует и с дороги, невзирая на стволы высоких деревьев, видно было далеко, даже сегодня в хмурую и пасмурную погоду. Хорошо хоть дождь не шел и земля под копытами Моти, оставалась сухой.

В лесу пели птицы, сильно пахло хвоей и все еще лежащей на траве росой. Лес дышал наполненный жизнью во всевозможных ее проявлениях. Из кустов, высокой травы, с веток деревьев сотни маленьких глаз провожали незваного путника и нарушителя границы их владений.

Любуясь природой и рассматривая лесные следы, Трэн не заметил как вышел на берег широкой и очень быстрой реки Нюшмы. Несмотря на середину дня, над водой стоял плотной пеленой туман, скрывая собой, не то что другой далекий берег, но даже и мост, находящийся в паре человеческих шагов. Хорошо, что юноша с тракта никуда не сворачивал и, поэтому, Мотя следующим своим шагом наступила на холодную каменную поверхность моста, тянувшуюся на многие метры вперед.

Несколько сотен лет тому назад, в этом тумане мог бы скрываться Туманный дракон. В такую погоду он незаметно прогулялся бы по землям Валерсиии и скорее всего подшутил бы над парой тройкой незадачливых путников. Но теперь туман мог таить в себе смертельную опасность, в виде ядовитого газа или мелких капель кислоты. Больше некому было своей магией очищать водоемы, земли, леса и постепенно они приходили в непригодность для живых существ. Так около сотни лет назад дочерняя река Кравной стала ядовитой и, разъев берега, породила ужасные болота. Мало кто решался на них посмотреть, ведь даже издали они таили смертельную опасность.

Зная не понаслышке о возможных ловушках и сюрпризах тумана, Трэн продвигался неспешно, вслушиваясь в звонкую поступь Моти, эхо которой разносилось далеко по округе. Все же в дневное время тут дежурили маги с Залесья и ему хотелось верить, что он не угодит ни в какую неприятную и опасную для жизни ловушку, а иначе его путешествие закончится так и не начавшись.

Впереди показался чей-то призрачный силуэт и в ту же секунду из тумана вышел недовольный рыбак с пустой плетенкой и снастями в тине.

— Драконий туман! — Ругался он. — Нагнал одну тину, да водоросли. На озеро надо идти. Нет здесь больше рыбы. — Мужик уходил, но недовольное ворчание еще некоторое время разносилось над округой. — Гибнет река, а за ней и город канет…..Вот……оно…толи…

Трэн перестал различать слова, слишком далеко они разошлись с незнакомцем, и теперь он вновь слушал лишь лошадиную поступь, погрузившись в эту странную туманную пелену.

Внезапно юношу прошиб ледяной пот от внезапной догадки и он, натянув изо всех сил поводья покорной лошадки, замер вместе с ней, стараясь как можно лучше вслушаться в тишину. Она оказалась абсолютной, словно всё и все вымерли.

Опустив поводья, Трэн спрыгнул и, осторожно приблизившись к краю моста, присел на корточки, рассматривая через невысокий бортик реку.

Вода замерла, её гладь отразила бледное и встревоженное лицо юноши и все потому что здесь, в этом месте, внизу под его ногами, должно было шумно и быстро журчать сильное речное течение. Ведь русло здесь шло под сильным уклоном и вода набирала большую скорость. Поэтому царившая сейчас тишина была очень тревожным знаком случившейся беды. Лишь туман над водой плыл подобно пышным облакам и не успел Трэн как следует рассмотреть, что происходит внизу, как он скрыл поверхность реки своей плотной пеленой. Высота же моста здесь была очень приличной, для того чтобы плывшие суда из одного города в другой могли беспрепятственно путешествовать. По этой причине юноше пришлось на время смерить свое любопытство и продолжив путь найти место пониже, что бы получше рассмотреть, что случилось.

Из-за плотного тумана юноша передвигался медленно, аккуратно ведя Мотю за уздцы. Но все же мост был не бесконечен и постепенно начал медленно снижаться к воде. Дуновение легкого ветерка донесло шум приближающегося леса, что рос с этой стороны неприступной стеной.