Читаем Царица Тамара онлайн бесплатно

Тамара, царица Грузии.

Князь Георгий, ее супруг.

Георгий, Русудан — ее дети.

Настоятель.

Священник.

Фатима.

Хан Товинский.

Зайдата

Юаната

Софиат

Мецеду

Адъютант князя Георгия.

Два татарских офицера.

Два пленных грузина.

Гетман.

Офицеры и солдаты царицы. Товинские офицеры и солдаты. Монахи. Писцы. Музыканты. Танцовщицы. Девушки. Слуги.

Первый слуга. Куда ты?

Солдат. Я вошел сюда, так как не знал, как мне пройти.

Первый слуга. Но куда же тебе нужно?

Солдат. Мне нужно к князю Георгию; я из лагеря.

Первый слуга. Я доложу ему. Уходит.

Второй слуга. Ты выглядишь, как потерпевший поражение воин.

Солдат. А ты похож на человека, который в этом деле ничего не понимает.

Второй слуга. Ты смеешь возражать? Да знаешь ли ты, что говоришь со слугой царицы?

Солдат. Ты тоже говоришь со слугой царицы.

Зайдата. Да, он прав; и он слуга царицы

Второй слуга. Да, но я могу идти, куда хочу, а он должен стоять у двери.

Зайдата. Тише: князь Георгий.

Князь Георгий. Ты из лагеря?

Солдат. Да.

Князь Георгий. Все спокойно?

Солдат. Да.

Князь Георгий. Зачем тебя послали?

Солдат. Мы стоим перед врагом. Мы просим тебя, чтобы ты сел на коня и прибыл к нам.

Князь Георгий. Тебя послал Тарас?

Солдат. Да.

Князь Георгий, подумав. Скажи Тарасу, чтобы все отдохнули; я прибуду через несколько дней и ночей. Солдат уходить.

Князь Георгий. Понял ли ты мой ответ?

Адъютант. Нет.

Князь Георгий. Я хочу увериться в моих людях. Этой ночью я осмотрю лагерь.

Адъютант. А!

Князь Георгий. Я строгий вождь.

Адъютант. Ты великий вождь.

Князь Георгий. Я слуга царицы… Вели позвать священника. Адъютант уходить.

Князь Георгий. Эй, Зайдата!

Зайдата. Твоя служанка здесь.

Князь Георгий. Цветы отнимают у тебя все время.

Зайдата. Скоро прибудет царица. Там внизу на дороге уже видна ее свита.

Князь Георгий. Царица — супруга моя. А ты могла бы быть моей возлюбленной.

Зайдата. Это ты только говоришь. Уже много лет ты это говоришь. Сама царица будет твоей возлюбленной, когда прибудет сюда.

Князь Георгий. Ты думаешь, ей это будет угодно?

Зайдата. О, да, конечно. Разве она не супруга твоя?

Князь Георгий. Конечно, она захочет быть моей возлюбленной. А если и не захочет, я заставлю ее. Ведь у меня достаточно для этого власти, Зайдата.

Зайдата. Царица не любит меня. И Юанату и Софиат, которых ты также называл своими возлюбленными, она не любит.

Князь Георгий. Все мы слуги царицы. Помни это.

Юаната. Ты верно радуешься тому, что царица приезжает.

Князь Георгий. Тише, Юаната. Сама ты царица, и нет царицы, подобной тебе.

Зайдата. А подобной мне?

Князь Георгий. И тебе.

Софиат. А мне?

Князь Георгий. И тебе также. Право же, так.

Зайдата. Все это ты говоришь нам уже многие годы, но не думаешь этого. Одно ты думаешь: что нет ни единой, подобной царице.

Князь Георгий. И ты должна так думать, Зайдата. Садится. Входит священник.

Князь Георгий. Готово ли у вас, девушки?

Зайдата. Мы идем. Девушки и слуги уходят.

Священник. Ты звал своего слугу?

Князь Георгий. После паузы. Садись.

Священник садится. У тебя сегодня мрачный вид, Георгий. Ведь царица приезжает: ты всегда этому радуешься.

Князь Георгий. Сегодня я должен на что-нибудь решиться.

Священник. И да будет твое решение решением добрым.

Князь Георгий. Я первый слуга царицы, я начальник ее войска и я одерживал великие победы. Не правда ли?

Священник. Это правда.

Князь Георгий. Но я все-таки не царь.

Священник. Да, ты не царь. Это — нет.

Князь Георгий. Я не царь. Я только отец ее детей, ее сына и дочери. Когда я стою перед царицей, я должен держать шапку в руках. Что может думать женщина о мужчине, который стоит перед нею с шапкой в руках… Жестко. Она должна думать обо мне с пренебрежением.

Священник. Ты преувеличиваешь.

Князь Георгий. Ты понимаешь ли, священник: я завоевал Трапезунд, и Эрзерум, и Ани, и все-таки я — слуга моих детей.

Священник. Я говорю тебе, что ты преувеличиваешь, князь Георгий.

Князь Георгий. Вовсе я не преувеличиваю, ты этого не понимаешь. Я охотно буду слугой детей моих, но быть рабом царицы я не хочу.

Священник. Рабом? Неужели она сказала?..

Князь Георгий. Три ночи тому назад я захватил в плен Товинского хана; но я не могу покончить с ним, чтобы не навлечь на себя гнев царицы. Он ждет решения царицы. Я держу его там. Показывает на обитую железом дверь.

Священник. Царица дарует ему жизнь?

Князь Георгий. Видишь ли! Потому что не я царь. С силою. А почему бы мне не быть царем? Супруга моя из рода Баграта, и я тоже из рода Баграта, мы одного племени. Но она единственное дитя Георгия Третьего — и вот она стала царицей; если бы мой отец был царем, я был бы его наследником.

Священник. Это правда.

Князь Георгий. Никто из вас не знает, что значит быть супругом царицы. Если я приказываю что-нибудь сделать, меня спрашивают: это велела сделать царица? Смотри: вот цветы для царицы. Герольды трубят, когда она проходит. Солдаты отдают ей честь. А я между тем — князь Георгий.

Священник. Великое горе терпишь ты в собственном доме.

Князь Георгий. А можно ли меня в чем-нибудь упрекнуть? Разве я не велю девушкам закрывать лицо, чтобы они не ввели меня в соблазн?

Священник. И ты поступаешь правильно. Ибо Зайдата подобна огню.

Князь Георгий. Да, и Зайдата тоже. Но, скорее, Софиат подобна огню.

Священник. Да, и она; все они подобны огню.

Князь Георгий. Откуда ты это знаешь?

Священник. Я этого не знаю. Я их только слышу в купальне; они там играют друг с другом и болтают.

Князь Георгий. Я, слава Богу, никогда не был с ними в купальне.

Священник. Никогда? Ну, конечно, нет, ведь тебе принадлежит царица.

Князь Георгий. Принадлежит ли она мне?

Священник. Конечно, принадлежит. Любопытно. Разве ты не обладаешь царицей?

Князь Георгий. Конечно, она моя. У меня есть власть, чтобы обладать ею, и царица не любить никого, кроме меня; как же я мог бы не обладать ею!

Священник. Правда.

Князь Георгий. Но иногда, священник, ко мне заползают мысли, — и нет в них ни кротости, ни мягкости. Есть ли этому прощение?

Священник. Да, есть.

Князь Георгий. Зло в том, что царица всегда смотрит на меня холодно. Довольно зла она могла бы мне принести и тогда, когда бы взгляд ее был горяч.

Священник. Взгляд царицы не бывает горяч ни для кого другого.

Князь Георгий. Но ведь я князь Георгий, а не кто-нибудь другой; этого никто не должен был бы забывать… Только что тут был солдат с вестями из лагеря. Он не преклонил колена, когда говорил со мной.

Священник. Он не преклонил колена?

Князь Георгий. А ведь он сделал бы это перед царицей; он сделал бы это и перед калифом Востока. Одну минуту мне пришла мысль снести ему голову.

Зайдата. Царица приближается. Исчезает.

Князь Георгий. Вот слышишь. Тут сидит ее супруг, и ему докладывают: царица приближается! И когда царица придет, я не сяду вместе с ней, я буду сидеть здесь внизу. У нее большая свита, я вмешаюсь в свиту и буду одним из ее офицеров. За ней идет музыка, а за мной нет. Духовник ее игумен, а мой — священник.

Священник. Да, но я, собственно, должен был бы быть игумном. Почему бы мне и не быть игумном?

Князь Георгий. Тебе, священник? Другим тоном. Да, и в самом деле, почему бы тебе и не быть игумном?

Священник. Царица поступила со мной несправедливо, и потому я озлоблен против нее.

Князь Георгий. Разве ты можешь чувствовать озлобление, ты, который так кроток.

Священник. Встает. Я? Да ты шутишь?

Князь Георгий. Правда, шучу. Ты можешь чувствовать великое озлобление. Хочешь ли ты послужить мне?

Священник. Да, хочу.

Князь Георгий. Ты мне нужен. У меня нет никого другого, кто бы помог мне. И теперь для меня пришло время победить или пасть.

Священник садится. Что же ты хочешь?

Князь Георгий. Я хочу победить! Тарас прислал из лагеря сказать мне, чтобы я приехал, и я ответил: приеду через несколько дней и ночей.

Священник. Ответ может быть неправильно истолкован.

Князь Георгий. Тем, кто его не понимает, я говорю, что я хочу проверить мой лагерь — неожиданно ночью осмотреть его и наказать спящих. Но тебе, священник, я говорю, что в этом ответе есть особое значение.

Священник. Я теперь вижу, что есть. Твои глаза стали такими дикими.

Князь Георгий. Мы воюем с ханом Карса. Он в наших руках. Если я нападу на него этой ночью, он погиб.

Священник. А!

Князь Георгий. А если не нападу и пропущу время, он отступит в ущелье и спасется. Если я пощажу его, чего я могу за это ждать от хана?

Священник. Вечной благодарности.

Князь Георгий. Так вот я и пощажу его сегодня ночью; а если завтра ночью я явлюсь к нему и проведу его войско в спящий лагерь царицы и наполню его молчанием и смертью — что сделает тогда хан? Священник всплескивает руками.

Князь Георгий громко. Тогда он мне во всем будет помогать в будущем.

Священник. Вижу твой великий план.

Князь Георгий. И ты должен быть моим послом к хану — с этим предложением.

Священник. Я?

Князь Георгий. Потому что ты озлоблен.

Священник. Я не могу.

Князь Георгий. У меня, кроме тебя, нет никого. На тебя я полагаюсь. Ты должен передать мое письмо хану.

Священник. Я сделаю это, потому что у тебя нет никого другого, на кого бы ты мог положиться. Но обдумай все, князь Георгий; я трепещу за тебя, ибо ты, как тот, кто с зажженным фонарем ищет своей погибели.

Князь Георгий. Так пусть же будет благословенна погибель! Я поступаю так, потому что я в крайности. В течение долгих мрачных лет я обдумывал это; теперь я не хочу больше думать. Или в твоей мудрой голове есть для меня другой совет?

Священник. Это опасный план. Но если ты хочешь быть царем — ты должен на многое решиться.

Князь Георгий. Царем? Я не хочу быть царем.

Священник. Не хочешь быть царем?

Князь Георгий. Нет.

Священник. Ты разве не хочешь завоевать владения царицы и самому сесть на ее трон?

Князь Георгий. Ты ошибаешься, я хочу завоевать царицу.

Священник. Я не понимаю. Ведь царица твоя?

Князь Георгий. Я лгал. Царица не моя.

Священник. С любопытством. Ты говорил, что она тебя любит?

Князь Георгий. Она не любит меня.

Священник. Ты мне сообщаешь великую новость.

Князь Георгий. Долгие, долгие годы вел я с царицей тайную борьбу. И я был один, а у нее был старый игумен. Бросила ли она на меня когда-нибудь взгляд? Никогда. Не смотри на него — сказал старый игумен. Или я должен был-пасть перед нею и умолять ее? Кричит. Нет, нет!.. И так проходило время. Я делал вид, будто Зайдата, Юаната и Софиат — мои возлюбленные, а царица делала вид, что не верит этому.

Священник. Но в действительности она верила?

Князь Георгий. Да, верила. Но не хотела этого показывать. Никогда. Ни одним взглядом. Должен ли был я просить ее о чем бы то ни было? Нет, говорю я. И так мы боролись.

Священник. Никогда мне не приходилось слышать большей новости.

Князь Георгий. Я тебе все рассказываю, чтобы ты мне помог.

Священник. Но твой великий план?

Князь Георгий. Это вовсе не великий план. Не я его так назвал.

Священник. Ты ведь хочешь уничтожить целое войско?

Князь Георгий. Маленькое войско. У царицы есть еще войско. Я хочу смирить царицу. Она не должна думать обо мне с пренебрежением. Когда я буду стоять перед нею с войском хана, я не сниму шапки и скажу: Тамара, вот супруг твой, ясно ли ты видишь меня?

Священник. А земля, а государство?