Читаем Том 3. Поэмы онлайн бесплатно

Том 3. Поэмы

В третьем томе Полного собрания сочинений Есенина представлены поэмы «Пугачев», «Страна Негодяев», «Песнь о великом походе», «Поэма о 36», «Анна Снегина», «Черный человек».

Серия: Есенин С.А. Полное собрание сочинений в 7 томах (1995–2001)

Сергей Александрович Есенин

Поэзия

Сергей Александрович Есенин. Полное собрание сочинений в семи томах. Том 3. ПоэмыПоэмыПугачев

Анатолию Мариенгофу

I. Появление Пугачева в Яицком ГородкеПугачевОх, как устал и как болит нога...Ржет дорога в жуткое пространство.Ты ли, ты ли, разбойный Чаган,Приют дикарей и оборванцев?Мне нравится степей твоих медьИ пропахшая солью почва.Луна, как желтый медведь,В мокрой траве ворочается.Наконец-то я здесь, здесь!Рать врагов цепью волн распалась,Не удалось им на осиновый шестВодрузить головы моей парус.Яик, Яик, ты меня звалСтоном придавленной черни.Пучились в сердце жабьи глазаГрустящей в закат деревни.Только знаю я, что эти избы —Деревянные колокола,Голос их ветер хмарью съел.О, помоги же, степная мгла,Грозно свершить мой замысел.СторожКто ты, странник? Что бродишь долом?Что тревожишь ты ночи гладь?Отчего, словно яблоко тяжелое,Виснет с шеи твоя голова?ПугачевВ солончаковое ваше местоЯ пришел из далеких стран —Посмотреть на золото телесное,На родное золото славян.Слушай, отче! Расскажи мне нежно,Как живет здесь мудрый наш мужик?Так же ль он в полях своих прилежноЦедит молоко соломенное ржи?Так же ль здесь, сломав зари застенок,Гонится овес на водопой рысцой,И на грядках, от капусты пенных,Челноки ныряют огурцов?Так же ль мирен труд домохозяек,Слышен прялки ровный разговор?СторожНет, прохожий! С этой жизнью ЯикРаздружился с самых давних пор.С первых дней, как оборвались вожжи,С первых дней, как умер третий Петр,Над капустой, над овсом, над рожьюМы задаром проливаем пот. Нашу рыбу, соль и рынок, Чем сей край богат и рьян, Отдала Екатерина Под надзор своих дворян.И теперь по всем окраинамСтонет Русь от цепких лапищ.Воском жалоб сердце КаинаК состраданью не окапишь.Всех связали, всех вневолили,С голоду хоть жри железо.И течет заря над полемС горла неба перерезанного.ПугачевНевеселое ваше житье!Но скажи мне, скажи,Неужель в народе нет суровой хваткиВытащить из сапогов ножиИ всадить их в барские лопатки?СторожВидел ли ты,Как коса в лугу скачет,Ртом железным перекусывая ноги трав?Оттого, что стоит трава на корячках,Под себя коренья подобрав.И никуда ей, траве, не скрытьсяОт горячих зубов косы.Потому что не может она, как птица,Оторваться от земли в синь.Так и мы! Вросли ногами крови в избы,Что нам первый ряд подкошенной травы?Только лишь до нас не добрались бы,Только нам бы,Только б нашейНе скосили, как ромашке, головы.Но теперь как будто пробудились,И березами заплаканный наш трактОкружает, как туман от сырости,Имя мертвого Петра.ПугачевКак Петра? Что ты сказал, старик?. . . . . . .Иль это взвыли в небе облака?СторожЯ говорю, что скоро грозный крик,Который избы словно жаб влакал,Сильней громов раскатится над нами. Уже мятеж вздымает паруса!Нам нужен тот, кто б первый бросил камень.ПугачевКакая мысль!СторожО чем вздыхаешь ты?ПугачевЯ положил себе зарок молчать до срока.. . . . . . .Клещи рассвета в небесахИз пасти темнотыВыдергивают звезды, словно зубы,А мне еще нигде вздремнуть не удалось.СторожЯ мог бы предложить тебеТюфяк свой грубый,Но у меня в дому всего одна кровать,И четверо на ней спит ребятишек.ПугачевБлагодарю! Я в этом граде гость.Дадут приют мне под любою крышей.Прощай, старик!СторожХрани тебя Господь!. . . . . . .. . . . . . .Русь, Русь! И сколько их таких,Как в решето просеивающих плоть,Из края в край в твоих просторах шляется? Чей голос их зовет,Вложив светильником им посох в пальцы?Идут они, идут! Зеленый славя гул, Купая тело в ветре и в пыли,Как будто кто сослал их всех на каторгуВертеть ногамиСей шар земли.Но что я вижу?Колокол луны скатился ниже,Он, словно яблоко увянувшее, мал.Благовест лучей его стал глух.Уж на нашесте громко заигралВ куриную гармонику петух.II. Бегство калмыковПервый голосПослушайте, послушайте, послушайте,Вам не снился тележный свист?Нынче ночью на заре жидкойТридцать тысяч калмыцких кибитокОт Самары проползло на Иргис.От российской чиновничьей неволи,Оттого, что, как куропаток, их щипалиНа наших лугах,Потянулись они в свою МонголиюСтадом деревянных черепах.Второй голосТолько мы, только мы лишь медлим,Словно страшен нам захлестнувший нас шквал,Оттого-то шлет нам каждую неделюПриказы свои Москва.Оттого-то, куда бы ни шел ты,Видишь, как под усмирителей мечПрыгают кошками желтымиКазацкие головы с плеч.КирпичниковВнимание! Внимание! Внимание!Не будьте ж трусливы, как овцы,Сюда едут на страшное дело вас сманиватьТраубенберг и Тамбовцев.КазакиК черту! К черту предателей!. . . . . . .ТамбовцевСми-ирно-о!Сотники казачьих отрядов,Готовьтесь в поход!Нынче ночью, как дикие звери,Калмыки всем скопом ордИзменили Российской империиИ угнали с собой весь скот.Потопленную лодку месяцаЧаган выплескивает на берег дня.Кто любит свое отечество,Тот должен слушать меня.Нет, мы не можем, мы не можем, мы не можемДопустить сей ущерб стране.Россия лишилась мяса и кожи,Россия лишилась лучших коней.Так бросимтесь же в погонюНа эту монгольскую мразь,Пока она всеми ладонямиКитаю не предалась.КирпичниковСтой, атаман, довольноОб ветер язык чесать.За Россию нам, конешно, больно,Оттого, что нам Россия — мать.Но мы ничуть, мы ничуть не испугались,Что кто-то покинул наши поля,И калмык нам не желтый заяц,В которого можно, как в пищу, стрелять.Он ушел, этот смуглый монголец,Дай же Бог ему добрый путь.Хорошо, что от наших околицОн без боли сумел повернуть.ТраубенбергЧто это значит?КирпичниковЭто значит то,Что, если бНаши избы были на колесах,Мы впрягли бы в них своих конейИ гужом с солончаковых плесовПотянулись в золото степей.Наши б кони, длинно выгнув шеи,Стадом черных лебедейПо в`одам ржиПонесли нас, буйно хорошея,В новый край, чтоб новой жизнью жить.КазакиЗамучили! Загрызли, прохвосты!ТамбовцевКазаки! Вы целовали крест!Вы клялись...КирпичниковМы клялись, мы клялись ЕкатеринеБыть оплотом степных границ,Защищать эти пастбища синиеОт налета разбойных птиц.Но скажите, скажите, скажите,Разве эти птицы не вы?Наших пашен суровых жительНе найдет, где прикрыть головы.ТраубенбергЭто измена!..Связать его! Связать!КирпичниковКазаки, час настал!Приветствую тебя, мятеж свирепый!Что не могли в словах сказать уста,Пусть пулями расскажут пистолеты.

(Стреляет.)

Траубенберг падает мертвым. Конвойные разбегаются. Казаки хватают лошадь Тамбовцева под уздцы и стаскивают его на землю.

ГолосаСмерть! Смерть тирану!ТамбовцевО Господи! Ну что я сделал?Первый голосМучил, злодей, три года,Три года, как коршун белый,Ни проезда не давал, ни прохода.Второй голосОткушай похлебки метелицы.Отгулял, отстегал и отхвастал.Третий голосЧ`ерта ли с ним канителиться?Четвертый голосПовесить его — и баста!КирпичниковПусть знает, пусть слышит Москва —На расправы ее мы взбыстрим.Это только лишь первый раскат,Это только лишь первый выстрел.Пусть помнит Екатерина,Что если Россия — пруд,То черными лягушками в тинуПушки мечут стальную икру.Пусть носится над страной,Что казак не ветла на прогонеИ в луны мешок травянойОн башку незадаром сронит.III. Осенней ночьюКараваев