Читаем Точка удара онлайн бесплатно
Точка удара
Ядерная террористическая атака. Американские города уничтожены. Но выжить после взрыва — это только начало… Закаленная жизнью, бывшая воспитанница детского приюта Дакота Слоан бежит от прошлого. Терзаемый своими тайнами Логан Гарсиа преследует лишь одну цель: напиться до беспамятства. Они — два незнакомца в баре, которые оказались рядом, когда в новостях сообщили о ядерных взрывах в Нью-Йорке и Вашингтоне. И прежде чем они успевают покинуть Майами, все вокруг взлетает на воздух. Здания разрушаются, на улицах бушуют пожары, а в городе царит полный хаос. Дакота знает, где можно переждать последствия ядерной бомбы: в убежище в глубине парка Эверглейдс. Но ее младшая сестра все еще находится в ловушке в радиоактивных руинах города. И за ней ведется охота. Чтобы спасти сестру, Дакоте нужна помощь Логана, но может ли она ему доверять? И как далеко она готова зайти, чтобы выжить? Радиация — не единственная угроза. Смертельные ловушки на каждом шагу пытаются остановить Дакоту и Логана. А на горизонте маячит грозный враг…
Серия: Ядерный рассвет
Триллер / ПостапокалипсисКайла Стоун
Точка удара
Жанр: постапокалипсис, триллер
Серия: Ядерный рассвет — 1
Возрастное ограничение: 16+ (в книге присутствуют сцены насилия, жестокость, смерть второстепенных персонажей)
Перевод: MonaBurumba
Вычитка: MonaBurumba
Русификация обложки: Hexany
Переведено специально для группы:https://vk.com/monaburumba
Глава 1
В 12:03 на обочине перед зданием Смитсоновского национального музея в Вашингтоне, округ Колумбия, в нескольких кварталах от здания Капитолия и Белого дома, остановилась серебристая «Хонда Одиссей» 2013 года выпуска.
На заднем левом стекле автомобиля красовалась выцветшая наклейка «Гордый родитель отличника начальной школы Альбертсона» чуть отклеившаяся с края.
В салоне машины на переднем пассажирском сиденье лежала женская черная кожаная сумочка. На полу среди нескольких оберток от «Тако Белл» примостилась объемная сумка для подгузников и поильник с изображением героев «Щенячьего патруля». Пакетик с чипсами рассыпался по центральной консоли.
Средние и задние стекла машины были затемнены, лишая всякой возможности случайно заглянуть внутрь. Чтобы увидеть хоть что-то, пришлось бы внимательно вглядываться в минивэн, прижавшись лицом к стеклу.
Сидения позади водителя и пассажира были сложены, всю заднюю часть автомобиля занимал большой и громоздкий предмет: прямоугольная картонная коробка. Похоже, в ней перевозили компактный холодильник или новую блестящую стиральную машину с фронтальной загрузкой.
Скорее всего.
Впрочем, никто не удосужился бросить на минивэн даже беглый взгляд. Машина выглядела как тысяча семейных минивэнов, встречавшихся на улицах города.
Потрепанный, заезженный, безобидный.
Прежде всего, безобидный.
Даже мужчина, вышедший из минивэна, — белый парень средних лет в джинсах и помятой футболке с символикой «Звездных войн», в кепке «Вашингтон Редскинс», низко надвинутой на лоб, — не вызвал никаких подозрений.
Спокойно оплатив парковку, мужчина зашагал по тротуару с сумкой для подгузников через плечо и палкой для селфи в руке.
Еще один турист, наслаждающийся прекрасным солнечным днем в оживленном Капитолии Соединенных Штатов Америки.
Никто не заметил, как рядом с ним остановилась вторая машина — темно-синий «Форд Таурус» совершенно неприметного вида — открылась дверь, и он скользнул внутрь. Никто не обратил внимания на то, как машина выехала на дорогу и, не превышая скорости, понеслась в сторону реки Анакостия.
Через двадцать пять минут после того, как минивэн припарковался, человек в кепке «Редскинс» пересел на пассажирское сиденье «Форда Таурус» и проверил навигатор.
Он набрал сохраненный номер на одноразовом телефоне с предоплатой.
— Время перенесли, — раздался глубокий голос в трубке. — Вы получили сообщение?
— Да. Мы на месте, — сообщил пассажир. — Все готово.
Человек на другом конце провода одобрительно хмыкнул.
— Для всего на свете — свое время, — проронил пассажир.
— Да пребудет с нами Бог, — торжественно произнес его собеседник.
Водитель ничего не сказал. Он не посигналил пешеходу, перебегавшему дорогу, когда свернул на менее загруженную улицу и припарковался в парке Гисборо у бульвара Макдилл, почти в шести милях от Капитолийского холма.
Держа одну руку на руле, он натянул на глаза специальные солнцезащитные очки. Пассажир сделал то же самое. Он взглянул на часы на приборной панели. 12:34.
Затем нажал на кнопку небольшого устройства, которое держал в руке.
Через сотую долю секунды бомба взорвалась.
В момент детонации ядро бомбы раскалилось до 300 000 градусов Цельсия, в пятьдесят раз горячее, чем поверхность самого Солнца.
Менее чем за секунду десятки тысяч людей сгорели, мгновенно превратившись в обугленный, дымящийся пепел. Они испарялись там, где спали, стояли, ходили, сидели, ехали — просто исчезли.
Интенсивность теплового удара сжигала птиц в воздухе. Самовозгорались одежда, деревья, собаки и кошки, автомобили. Сталь сжижалась, плавилась как воск.
Внутренние органы испарялись. Плоть, мышцы и кости сгорали так быстро, что ничего не оставалось. Только тени человеческих тел выжигались в бетонных стенах.
Все, что находилось в радиусе семисот футов от огненного шара, начисто уничтожилось.
Огромный пылающий шар пронесся над городом, поднимаясь все выше и выше, расширяясь, пока не скрыл собой все вокруг. Колоссальное, пылающее чудовище ярости и огня вспороло небо.
Огненный шар взвился вверх в исполинской вспышке необычайного блеска, яркой и обжигающей. Взрыв света был виден на расстоянии более ста миль во всех направлениях.
Сильный, неистовый жар уничтожал все на своем пути. Тотчас же вспыхнули тысячи пожаров.
Как будто Солнце низвергалось на Землю.
Мощный поток света вспыхивал зелеными, синими, красными и оранжевыми цветами, впиваясь в сетчатку глаза каждого, кто смотрел, если он еще не успел полностью ослепнуть.
Вспышка ослепила людей на расстоянии восьми миль, вплоть до автострады. После вспышки раздался оглушительный грохот — взрывной, громоподобный, похожий на столкновение гор.
Вместе с ним пришла ударная волна — стена огромного давления, в пять раз сильнее урагана пятой категории.
Взрывная волна уничтожила дома, офисы, церкви, кондоминиумы, рестораны, фабрики, школы, больницы и отели, животных и людей.
Ударную волну ощутили даже люди, находящиеся на расстоянии ста двадцати миль.
Она пронеслась по Национальному торговому центру и разрушила Капитолийский холм. Сокрушила памятники и музеи: Смитсоновский институт, здание Капитолия, Библиотеку Конгресса, здание Верховного суда, монумент Вашингтона, Белый дом.
Мощнейшая ударная волна вобрала в себя почти весь воздух. Последовавшее за ней экстремальное низкое давление оказалось настолько сильным, что глаза людей выдавливало из глазниц.
В радиусе полумили от нулевой точки все здания снесло или они стали непригодными для жизни.
В радиусе одной мили доза радиации оказалась почти повсеместно смертельной.
В радиусе двух с половиной квадратных миль тепловое излучение испепелило кожу, вызвав обширные ожоги третьей степени у десятков тысяч пострадавших.
Но ужас только начинался.
Облако, вздымаясь вверх, втянуло в себя тысячи тонн пепла, грязи, бетона, пластика, стекла, бумаги и пыли. Радиоактивный торнадо пробивался сквозь облака к верхним слоям атмосферы со скоростью пять тысяч футов в минуту.
Грибовидное облако поднялось на высоту более пяти миль, а его диаметр составил почти две с половиной мили, в атмосферу изверглось более двух сотен радиоактивных изотопов.
«Форд Таурус» выехал из парка и влился в поток машин, выезжающих из города. Еще оставалось место для маневра, позволяющее объехать разбитые машины и скрыться, но это ненадолго.
На шоссе валялись десятки разбитых машин, пораженных взрывом. Многие люди, успевшие посмотреть в зеркало заднего вида во время вспышки, были ослеплены и на полном ходу впечатывались во впереди идущие машины.
А пока «Таурус» мчался прочь от города, пассажир повернулся на своем сиденье, разглядывая горящие руины Вашингтона — не в ужасе, а с восторженным торжеством.
За десять секунд более пятидесяти тысяч мужчин, женщин и детей были стерты с лица земли. Еще более восьмидесяти тысяч получили тяжелые ранения.
Через десять минут высокорадиоактивная пыль, бурлящая в гигантском грибовидном облаке, начала опускаться вниз.
Она отравит еще сто тысяч человек, когда ядерная цепная реакция выпустит поток гамма-лучей, проникающих через кожу и повреждающих органы и костный мозг.
Только третий раз в истории человечества ядерная бомба была применена против гражданского населения.
Но не последний.
Глава 2
Дакота Слоан привыкла к трудностям. Ей с юных лет приходилось выживать, поэтому она постоянно ждала очередной беды, разочарования, нового удара судьбы, который стремился ее сломить.
Но Дакота не сломалась.
Впрочем, сейчас она чувствовала, что близка к этому. В груди неприятно кольнуло, когда она посмотрела на улицу за окном бара «Пивная хижина».
Дакота замерла, склонившись над желтым столом, заваленным скомканными салфетками и жирным, наполовину съеденным обедом из жареной картошки, гамбургеров и неряшливых капель кетчупа. Пустой стакан с колой едва не выскользнул из ее пальцев.
Ее взгляд метнулся к знакомой фигуре, пробирающейся сквозь толпу обедающих по Фронт-стрит в Овертауне, на окраине центра Майами.
Она знала эту уверенную, целеустремленную походку, худощавую, высокую фигуру, точеную как лезвие ножа. Дакота узнала бы это угловатое лицо в любом месте, его мрачные, лихорадочные глаза — глаза, преследовавшие ее в ночных кошмарах.
Его не должно здесь быть.
Дакота не верила в совпадения.
Если Мэддокс Кейдж появился в Майами — в этой части Майами — то только по одной причине.
Он здесь ради нее. Ради нее и Иден.
Дакота продержалась два года и тринадцать дней. Но она еще не готова, не успела накопить достаточно средств. Еще шесть месяцев, и она сможет воплотить свой план в жизнь.
Двадцать тысяч долларов и ее младшая сестра. Это все, что ей нужно, чтобы начать новую жизнь за тысячу миль отсюда.
Солнечный Майами поражал своей громогласностью, красочностью и постоянным движением. В прибрежном городе уживались кубинцы, гаитяне, азиаты, южноамериканцы и англосаксы — буйное разнообразие культур, музыки, еды и искусства.
В Майами было несложно затеряться.
Только вот она не успела в нем спрятаться.
Капельки пота заструились по волосам Дакоты. Она отступила на шаг от окна, надеясь, что солнечные блики на стекле скроют ее от случайного взгляда.
Если Мэддокс все еще ищет, если он еще не знает, где она сейчас находится…
Но, может быть, он пришел не за ней первой? Эта мысль пронзила Дакоту ледяным ужасом.
Мэддокс охотился на Иден.
Она с затаенным дыханием следила, как он проходит мимо, не поворачивая головы ни влево, ни вправо, глядя прямо перед собой, пробираясь между толпящимися на тротуаре пешеходами.
Мэддокс Кейдж всегда отличался целеустремленностью, прямо как пес при виде кости.
А ведь ей следовало знать, что он никогда не отстанет. Никогда их не отпустит.
— Извините, мисс, — обратился к Дакоте грузный индиец средних лет за соседней стойкой.
Она его не знала. Завсегдатаи обычно занимали свои привычные места в баре, но в такой близости от центра города и международного аэропорта Майами в «Пивной хижине» часто отдыхали туристы и командировочные.
Людям нравилась зажигательная атмосфера «Пивной хижины». Яркий бар приветливо сиял, заставленный множеством броских блестящих желтых столиков и слоновьими пальмами в огромных керамических вазонах, украшенных сказочными огоньками. Знаменитые места Майами — Южный пляж, Башня свободы, музей Кораллового замка — были увековечены на крышках от бутылок, развешанных на стенах из искусственного кирпича.
Из колонок неизменно звучала зажигательная смесь румбы, сальсы и тимбы.
Сочетание аутентичной кубинской кухни и классических американских блюд тоже приносило свои плоды.
Индиец отхлебнул из запотевшей кружки «Сэм Адамс» и показал пальцем на плоский экран у дальней стены. На вид мужчине было около пятидесяти лет, он практически облысел, лишь аккуратно причесанный круг седых волос украшал блестящую коричневую кожу головы.
— Можешь сделать громче?
— Конечно. — Дакота заставила себя двигаться, делала необходимые манипуляции, хотя в голове крутились беспорядочные, бешеные мысли.
Она поставила стакан с колой обратно на грязный стол, с которого убирала, отбросив пластиковый контейнер и тряпку. Затем достала из зеленого фартука пульт дистанционного управления и прибавила громкость.
Трансляция проигранного матча «Марлинс» была прервана экстренным репортажем. На экране появился аэрофотоснимок Мичиган-авеню в Чикаго, совершенно пустой, если не считать припаркованного на улице минивэна.
Несколько полицейских машин и автомобилей спецназа стояли на безопасном расстоянии, в воздухе над ними зависли три вертолета.
Запыхавшаяся журналистка с широко раскрытыми глазами о чем-то бурно жестикулировала. Дакота не могла разобрать беспорядочные слова женщины.
Низкий, бешеный гул заполнил ее голову.
— Я живу в западной части Чи-Тауна. Завтра возвращаюсь. С ума сойти, да? — выдавил индиец.
Страх уже сковал ее сердце льдом.
— Из-за чего такая суматоха? — рассеянно спросила Дакота, стараясь сохранять вежливость.
Она не могла просто свалить в середине смены. Нельзя потерять еще одну работу, но она просто обязана связаться с Иден, нужно срочно решить, что делать.
— Какая-то бомба. Похоже, какие-то террористы-безумцы. Возможно, ИГИЛ. Но полиция Чикаго вовремя ее обнаружила. Сейчас обезвреживают, слава богу.
— Это хорошо, — согласилась Дакота.
Индиец протянул ей свою кружку.
— Будь добра, налей еще.
Дакота быстро наполнила кружку пивом в баре и вернула клиенту. Он даже не заметил ее. Его глаза были прикованы к экрану.
Нервы Дакоты были натянуты до предела. Тревога стальными цепями сковывала легкие. Ей нужен перерыв. Она срочно должна связаться с Иден.
Дакота пересекла зал и остановилась, держась спиной к пустому столику у барной стойки, слева от нее находилась стеклянная входная дверь, справа — барная стойка.
В баре народу пока было немного. Кучка завсегдатаев, сгорбившись над своими напитками, пялилась на второй экран с изображением того же фургона в Чикаго, висевший над барной стойкой.
На заднем плане слышался непрерывный гул их болтовни: Уолтер Монро жаловался на свою бывшую жену; трава Джесси Перетти все время гибла из-за ограничения подачи воды в связи с засухой; Тамара Сантос сетовала на увеличение сверхурочных.
Мендо дель Рио всегда затевал разговоры о политике, особенно когда у него возникало желание подраться. Владельцу «Пивной хижины» и нынешнему бармену Хулио де ла Пене несколько раз приходилось его выгонять.
В основном завсегдатаи обсуждали спорт и планы глубоководной рыбалки, проблемы с дрянным боссом и последнюю нестерпимую жару.
Все они были обычными людьми с их обычными проблемами. На них никто не охотился.
Никто из посетителей не обращал на Дакоту внимания.
