Читаем The Prodigy (СИ) онлайн бесплатно

========== –1– ==========

Николас бросил раздражённый взгляд на посланника. Тот жался к дверному проёму, не зная, куда себя деть. Впрочем, неудивительно. В подземельях замка было неуютно всем, исключая самого Ника и, возможно, Хорана.

- Ну и? – нетерпеливо спросил Николас, краем глаза следя за нервными суетливыми движениями посланца.

- Я… простите, я… князь Эрон послал передать вам письмо.

Парень поспешно вытащил из-за пазухи письмо – настолько поспешно, что надорвал его точно посередине. Посланник в ужасе замер в забавной позе с наполовину вытянутой рукой. Ник бесцеремонно вырвал письмо из его рук; да и с чего ему было церемониться с простым гонцом?

- Иди, - раздражённо бросил Николас, уже не обращая на трусливого паренька никакого внимания.

- Ээээ… князь приказал передать ещё кое-что. Он сказал… - посланник сделал паузу. Видимо, то, что ему требовалось передать, было весьма смелого содержания. Ник с иронией изогнул брови.

- Он приказал тебе молчать и тратить моё драгоценное время?

- Ваше сиятельство, я… князь сказал, чтобы вы не… не игнорировали его, - к концу фразы слова гонца стали совсем уж неразборчивыми, словно он намеренно стремился сделать речь как можно менее понятной. Вероятно, думал, что это посчитают излишней вольностью и его убьют в порыве ярости.

Николас примерно догадывался, что о нём говорили в деревнях и городах княжества Хольцрин. Наверняка только тот факт, что Ник был младшим братом князя Эрона, мешало крестьянам пойти на его замок с вилами и факелами. Некромантия была не самым благородным и почитаемым из занятий, даже учитывая, что в соседнем княжестве стригои то и дело устраивали налёты на собственные поселения, вырезая людское население практически под корень.

- Передай князю, что я получил послание, - фыркнул Николас, глядя на прижимающегося к двери посланца, - хотя ты и очень старался, чтобы я его не услышал.

От ужаса парень ойкнул и с такой поспешностью выбежал из помещения, словно за ним гнались Гончие.

Ник сломал сургучную печать с гербом брата и вытащил лист бумаги.

«Приходи в замок, когда наступит ночь. Эрон»

Лаконично, как всегда. Николас смял лист в кулаке и задумчиво оглядел лабораторию. До него запоздало дошло, что именно мальчишка-посыльный будет сегодня ночью рассказывать в деревенской таверне под пьяный хохот и опасливые вздохи.

Стеллажи с банками давно покрылись паутиной – ни одну из них Николас не трогал уже очень давно. Так давно, что, казалось, они скоро врастут во влажные стены. Впрочем, одна из банок, неприметно примостившаяся на самом краю одной из полок, не носила никаких следов паутины. Едва ли она представляла для воров какую-то ценность, но Ник всё равно скрыл её, начертив на крышке руну. Впрочем, едва ли в этом замке на самой окраине княжества Хольцрин, окружённом болотом, лесом и кладбищем для изгоев, было что-то настолько ценное, что грабители осмелились бы попытать счастья.

Замок принадлежал их с Эроном отцу, князю Тристану. С детства Николас понимал, что правителем ему не стать, поэтому уделял всё своё время изучению магии своих предков, тому, о чём остальные люди предпочитали упоминать только шёпотом. Некромантия – это звучало для Николаса символом власти. Власти над самой жизнью. Он стремился к знаниям, жадно поглощал книгу за книгой, не брезговал и теми, что были написаны на человеческой коже. Если попадался труд или свиток на незнакомом языке, Ник учил его, но не оставил без внимания ни одну табличку, ни одну книгу и ни один труд, который смог найти.

Когда умер отец, Николас не посягнул на трон, хотя оба брата понимали, кто из них сильнее. Нику не нужна была власть над кучкой крестьян и несколькими существами, которые жили в Хольцрине. Ему нужна была другая власть, сила повелевать мёртвыми, распоряжаться самой жизнью.

Тому, чего Николас достиг в свои годы, мог позавидовать и отец, и брат, и любой другой из пяти князей Аралона.

Впрочем, всё имеет цену. Ник думал, что ценой будет его отказ от обычной жизни, его готовность сутки напролёт проводить над книгами и выкопанными на кладбище телами.

Он понял, что ошибался, в тот день, когда ему исполнилось двадцать пять.

В тот день Николас, сын Тристана, брат князя Эрона, встретился с Норнами.

…Ник продирался сквозь густые заросли, не забывая тщательно осматриваться в поисках нужного ему Болотного Цветка. Он уже значительно ушёл от замка и волновался, что тело повешенного вчера убийцы начнёт разлагаться до того, как он успеет найти этот проклятый цветок и сварить состав против гниения тканей.

Николас вышел к притоку реки Рин, давшей название их княжеству – «Лилия у Рина», так переводилось его название с древнего языка. Древний язык был единственным, который не поддался Николасу. Неудивительно, впрочем – язык был столь забытым, что никто не помнил даже его названия. На нём говорили во времена, когда Аралон был единым королевством, которым в мире и согласии управляли брат и сестра – их имена не сохранила ни одна летопись, но однажды в подземельях своего замка Ник нашёл упоминание, высеченное в камне. Он смог прочитать немного, но из того, что можно было разобрать, он уловил, что королеву звали Карнисса, а короля – Кианель.

Приток Рина обрывался болотом – тем, которое Николас, собственно, и искал. Он прошёл вдоль берега – земля здесь была покрыта мелкими камешками и песком, так что сапоги увязали, и идти было всё труднее.

Ник заметил сияние издалека – оно шло из пещеры, вернее, трещины в небольшой скале. Туда едва ли мог поместиться человек, но Николасу стало интересно, кто и зачем туда забрался. Он подошёл, раздвигая руками колючие кусты, и заглянул.

Трещина оказалась на удивление широкой и абсолютно тёмной. Николас сильно сомневался, что привлекшее его свечение, которое, к тому же, померкло с минуту назад, действительно стоит того, чтобы пробираться в какую-то трещину в непроглядной темноте.

- Это нечестно! – звонко шепнул чей-то голос; послышалось хихиканье и шиканье, сопровождающееся звучным шлепком.

Ник поднял брови и шагнул внутрь.

Светло стало мгновенно, словно множество факелов зажглись по щелчку пальцев.

В центре пещеры, которая просто не могла поместиться в этой узкой расселине, стояли три прялки. Прях, соответственно, тоже было три. Та, что безучастно сидела за прялкой, не прекращая работу, была стара – её серебристые волосы свободно спускались на спину. Её простого покроя платье напомнило Нику звёздное небо – множество блестящих точек были рассыпании по чёрной ткани. Такого материала он раньше нигде не видел, даже у самых богатых княжеских дочерей, которых привозили к Эрону в надежде породниться с князем Хольцрина.

Другая женщина в пещере была, кажется, ровесницей Николаса – высокая и статная; её русые волосы, заплетённые в толстую косу, лежали на плече. Её платье, перевязанное под грудью лентой, было небесно-голубым.

Третья пряха была вовсе не женщиной, а маленькой девочкой лет семи-восьми. Её пышные волосы были чёрными, а платье – белоснежным. Именно эта девочка смотрела на незваного гостя и хихикала.

- Здравствуй, Ник, - женщина с русыми волосами улыбнулась.

- Я победила, - перебила девочка, - я говорила, он придёт!

- Если бы ты не засмеялась, он не решился бы, - сдвинув брови, возразила женщина.

- Вечно ты со своими «если», - сморщилась девочка.

- Вы кто? – Николас по-хозяйски прошёлся по пещере, рассматривая прялки и ища источник яркого освещения. То, что его узнали, не было поводом для удивления – он был в княжестве ничуть не менее известен, чем Эрон. Правда, упоминание его имени часто сопровождалось суеверными плевками через плечо и крестным знамением.

- Мы Норны, - тихо сказала пряха с седыми волосами, - ты не должен нас видеть, сын Тристана. Встреча с нами – плохой знак.

- Встреча со мной тоже плохой знак, - не слишком испугавшись, ответил Ник. Он знал, что Норны лишь прядут нити судьбы, но не управляют ей.

Девочка звонко расхохоталась, откинув голову назад.

- Самонадеянно для простого смертного, - без капли смеха бросила женщина, - я Веланта, Норна Вероятностей. Я пряду нить вероятности, нить запасного случая.

- Я Клиа, Норна Случайности, - девочка сделала реверанс, - пряду нить внезапных смертей и счастливых случаев.

Седая пряха вздохнула и перестала прясть.

- Я Арисса, Норна Судьбы. Только я знаю, юный некромант, что тебе суждено. Но моя нить тонка, она рвётся, и никто не знает, когда она закончится.

Угрозы в этой фразе не было, но Клиа противно захихикала.

Николас прищурился и рассерженно фыркнул. Ему не нравилось выслушивать насмешки от какой-то девчонки.

- Ты самонадеян, молодой Николас, - тихо и почему-то печально сказала Веланта, - твоя нить очень тонка. Ты играешь с судьбой. А она этого не любит.

- Вы знаете, что меня ждёт? – поддавшись какому-то внутреннему толчку, спросил Ник.

- Мы не скажем тебе просто так, - Клиа села за прялку и вытянула длинную серебряную нить.

- И что вам может быть от меня нужно? – Николас, склонив голову, посмотрел на седую Норну.

- То же, что и от всех, - Веланта впервые улыбнулась и отбросила косу на спину, - мы питаемся душами. Мы сможем уберечь тебя от всех опасностей, сделать твою жизнь легендой… Что в сравнении с этим какая-то душа?

Ник усмехнулся.

- Посмотри на свою нить, Норна. Разве есть хоть одна вероятность, что я соглашусь? Я не глуп, душа стоит куда дороже, чем то, что вы можете мне дать. Я сам справлюсь со всеми опасностями. И помощь трёх прях мне не нужна.

Глаза Клиа опасно сузились.

- Не шути с нами, мальчишка. Ты не знаешь, от чего отказываешься.

- Я знаю, - опроверг Ник, - я отказываюсь отдавать вам свою душу.

- Он не изменит решения, - прошептала Арисса, не отрывая глаз от прялки. Веланта и Клиа одновременно устремили взгляды на него.

- Твоя гнилая душа нам не нужна, - протянула девочка, - это была проверка.

- У тебя интересная судьба, - вступила Арисса, - ты добьёшься того, чего так жаждешь. Власти над мёртвыми. Но когда ты захочешь власти над живыми, то падёшь, сражённый в самое сердце.

Николас широко распахнул глаза. Пророчество вне всяких сомнений было достоверным источником информации, особенно от Норны, жрицы Судьбы.

- Что это значит? – хрипловато прошептал он.

- Что, уже не такой самонадеянный? – с насмешкой поддела Клиа, - так слушай: чтобы враги не воспользовались слабостями, от них нужно избавиться.

- Ну и как я могу избавиться от сердца? – раздражённо уточнил Ник.

- Ты должен найти сосуд, - ровно произнесла Веланта, - тело, молодое и крепкое, что выдержит чужое сердце.

- Человека? Поместить сердце в другого человека? – удивлённо переспросил Николас, - это невозможно.

- Смотрите, как он заговорил, - рассмеялась Клиа, - я думала, для великого некроманта нет ничего невозможного? Ищи девчонку, Николас.

- Девчонку? – недоверчиво бросил некромант.

- В её имени будет тебе подсказка, - добавила Клиа, разглядывая серебряную нить, - если сумеешь найти её, станешь непобедим.

Ник замер и кивнул.

- Благодарю.

Клиа снова присела в реверансе, две другие же Норны не шелохнулись. Когда некромант торопливо покинул пещеру, размышляя о том, что только что узнал, Веланта покачала головой.

- Зачем ты так с ним?

Девочка пожала плечиками, а на её лице расползлась зловещая усмешка.

- Да брось. Это ведь забавно – наблюдать, как он изо всех сил ищет девушку, которой суждено принести ему смерть.

…Николас задумчиво распустил шнуровку на нижней рубахе и, поморщившись, коснулся пальцами шрама на груди. Никто не мог бы обвинить Ника в пренебрежении советами.

Много лет он искал ритуал, что описали ему Норны. Он уже не был тем самонадеянным молодым человеком. Эрон стал правителем, отличным стратегом и блестящим политиком. Николас же дни и ночи проводил за экспериментами. Он мог не спать, не есть и не выходить из замка сутками.

И, в конце концов, он сумел. В одной из книг, такой древней, что, казалось, она вот-вот рассыплется у него в руке, он нашёл ритуал обмена жизнью.

Глупцом Ник не был – он провёл десятки опытов с животными и людьми перед тем, как осмелиться на это самому. Но всё же он решился.

Послышались шаги, и вскоре дверь лаборатории приоткрылась.

Не оборачиваясь, Николас захлопнул книгу на массивном столе и повернулся.

Хоран коротко поклонился и бесстрашно осмотрелся. Ник уважал храбрость Хорана – мальчишка был ещё очень молод, не дойдя даже до третьего десятка. Его светлые волосы в беспорядке лежали на лбу, закрывая уши. Неподходящая причёска для воина.

Кажется, Хоран только что вернулся и поспешил доложить – он был в длинной льняной рубахе и кольчужной рубашке с кожаным поясом. Воины Николаса не нуждались в тяжёлых доспехах и кольчугах.

Хоран стоял во главе Гончих уже несколько лет, но с Ником они были знакомы гораздо дольше.

- Ну что, нашли что-нибудь? – без особой надежды спросил Николас, щелчком пальцев заставив книгу исчезнуть.

Хоран покачал головой.

- Мы обыскали все города и деревни, Ник. Но ты же и сам не знаешь, что искать, - чуть помедлив, признал он. С Николасом они были почти в дружеских отношениях, но открыто оспаривать решения некроманта Хоран не часто осмеливался.

- Прикажи оседлать коней. Поедешь со мной к Эрону, - бросил Ник и вышел, взмахом руки погасив разом все свечи.

========== –2– ==========

Эрон сидел на резном деревянном троне и барабанил пальцами по подлокотнику. Именно в этом положении Николас застал его, когда стража распахнула перед ним и Хораном массивные двери в тронный зал.

Эрон был старше Ника на четыре года. Он управлял княжеством уже без малого шестьдесят лет. С тех пор, как Николас встретился на болотах с тремя пряхами, прошло уже пятьдесят пять лет.

Князь, впрочем, выглядел не старше тридцати пяти – такие же чёрные, как у самого Ника, волосы и борода, поверх чёрного дублета – плащ, застёгнутый на золотую пряжку, на голове – корона. На пальце левой руке – отцовский перстень с зелёным камнем.

- Удивлён, что ты решил ответить на моё приглашение в этот раз, - вопреки собственным словам, удивлённым Эрон не выглядел. В последнее время он был постоянно раздражён, и только Николас и кое-кто из ближнего окружения, знали, в чём причина.

Уже несколько лет князь безуспешно добивался руки княжны Илоны, средней дочери князя Мирана из Визена.

Княжество Визен лежало у подножья гор, и о населяющих его существах ходили разные слухи, связанные с восходом полной луны, которую именно в горах было видно лучше всего.