Читаем Там где двое онлайн бесплатно

Где-то на Севере, лето 576

– Это ад, – пробормотала Шев, заглядывая за край каньона. – Ад. – Темная скала, блестящая от влаги, исчезала в тумане, и где-то далеко внизу журчала вода. – Боже, как я ненавижу Север.

– Почему-то, – ответила Джавра, откидывая волосы, которые от постоянной влаги обвисли и покоричневели, – мне кажется, что Бог не слушает.

– О, это мне отлично известно. Тут никто нахрен не слушает.

– Я слушаю. – Джавра отвернулась от края и пошла вниз по разбитой козьей тропе своими обычными широкими шагами, откинув голову назад, не обращая внимания на дождь, и промокший плащ хлопал по ее грязным икрам. – И, более того, мне сильно наскучило то, что я слышу.

– Не играй со мной, Джавра. – Шев поспешила за ней, пытаясь отыскивать самые сухие кочки, по которым можно было прыгать. – Я сыта этим уже практически по горло!

– Ты все время так говоришь. А на другой день проглатываешь еще.

– Я нахрен в ярости!

– Я тебе верю.

– Точно говорю!

– Если тебе приходится говорить кому-то, что ты в ярости, а потом к тому же, что ты говоришь точно, значит твоя ярость не произвела желаемого эффекта.

– Ненавижу чертов Север! – Шев топнула по земле, словно могла таким образом сделать больно кому-то, кроме себя. Результатом был лишь фонтан влажной грязи, окативший ее ногу. Хотя вряд ли она могла испачкаться еще сильнее. – Он весь сделан из дерьма!

Джавра пожала плечами.

– Как и всё, в конце концов.

– Как можно терпеть этот холод?

– Он бодрит. Не скули. Хочешь прокатиться на моих плечах?

На самом деле Шев хотела, но ее израненная гордость настаивала, что она должна и дальше шлепать на своих двоих.

– Я что, нахрен, ребенок?

Джавра приподняла рыжие брови.

– Разве тебя не учили задавать только те вопросы, на которые ты действительно хочешь узнать ответ? Хочешь ответ?

– Если собираешься пошутить, то нет.

– Ох, да ладно тебе, Шеведайя! – Джавра наклонилась, положила огромную руку ей на плечи и сжала, едва не переломав ей кости. – Где та беззаботная плутовка, в которую я влюбилась тогда в Вестпорте, которая все унижения встречала смехом, шуткой и подмигиванием? – Ее шевелящиеся пальцы стали медленно двигаться к животу Шев.

Шев вытащила нож.

– Только пощекочи, и я зарежу тебя нахуй.

Джавра надула щеки, убрала руку и захлюпала по тропинке.

– Не драматизируй так всё. Это утомляет. Нам просто надо высушить тебя и найти тебе какую-нибудь симпатичную маленькую фермерскую девчонку, чтобы покувыркаться, и уже к утру почувствуешь себя лучше.

– Здесь нет симпатичных фермерских девчонок! Здесь нет девчонок! Нет ферм! – Она указала рукой на бесконечный мрак, грязь и треклятые скалы. – Тут нахрен даже утра нету!

– Вон там мост, – сказала Джавра, указывая во мрак. – Видишь? Жизнь-то налаживается!

– Да уж, очень обнадеживающе, – пробормотала Шев.

Мост был путаницей потертых веревок, которые тянулись от древних столбов, покрытых рунами и полосками птичьего помета, и гнилых на вид досок, связанных в ненадежный переход. Он глубоко провисал – как и настроение Шев – исчезая в головокружительной неизвестности над каньоном, опасно шевелился на ветру, и доски постукивали.

– Чертов Север, – сказала Шев, добравшись до моста и осторожно дергая его веревки. – Даже мосты тут дерьмо.

– Мужики тут ничего, – сказала Джавра, загрохотав по мосту и не выказывая совершенно никакого страха. – Не особенно искусные, зато пылкие.

– Отлично, – сказала Шев и осторожно двинулась следом, обменявшись подозрительным взглядом с вороной, сидевшей на одном из столбов. – Мужики. Как раз то, что меня совсем не интересует.

– Тебе стоит попробовать.

– Пробовала. Однажды. Толку ноль. Все равно, что разговаривать с тем, кто даже языка твоего не понимает, не говоря уж о предмете разговора.

– В горизонтальном положении некоторые определенно говорливее других.

– Нет. Просто нет. Волосатость, бугристость, огромные щупающие пальцы, и… яйца. Я имею в виду, яйца. Да еще и это? Он – особенно неприятная анатомическая часть. Это просто… плохой замысел, вот что это такое.

Джавра вздохнула.

– Величайший позор творения состоит в том, что все мы не настолько идеальны, как ты, Шеведайя – упругая маленькая нитка мышц.

– На мне было бы больше чертова мяса, если бы мы жили не на одних высоких надеждах и тощем кролике. Я может и не идеальна, но у меня между ног не качается носок с гравием, в этом ты … Погоди-ка. – Они добрались до провисшей середины моста, и Шев уже не видела скалу ни с одной стороны. Только веревки, исчезающие в серости в обоих направлениях.

– Что? – пробормотала Джавра, с грохотом останавливаясь.

Мост продолжал раскачиваться. Тяжелые шаги, которые приближались к ним.

– Кто-то идет в нашу сторону, – пробормотала Шев, изгибая запястье так, чтобы кинжал упал в подставленную ладонь. Драки ей всегда не нравились, но постепенно она пришла к выводу, что нет минусов в том, чтобы держать добрый нож наготове. По крайней мере, это хороший аргумент в споре.

Начала проявляться фигура. Сначала просто тень, которая шевелилась, когда ветер проносил мимо них клубы тумана. Потом она превратилась в маленького человека, потом в высокого. Потом в мужчину с мотыгой на плече. Потом в полуголого мужчину с огромным мечом на плече.

Шев покосилась на Джавру, ожидая, не появится ли и у нее в руке какой-нибудь аргумент. Не появился.

– Это… необычно, – сказала Джавра.

– Чертов Север, – пробормотала Шев. – Здесь меня ничем не удивить.

Мужчина остановился в двух шагах от них, улыбаясь. Но это была скорее улыбка безумия, чем хорошего настроения. К счастью, на нем были штаны, сделанные из какой-то скверной кожи, и сапоги с нелепым мехом поверху. В остальном он был голым, и его бледный торс был сплетением мышц, покрытых шрамами и капельками росы. Вблизи тот меч выглядел даже больше, словно его выковал какой-то оптимист для гигантов. В длину почти с его владельца, а тот по всем понятиям не был коротышкой, раз глядел Джавре более или менее прямо в глаза.

– Кто-то что-то компенсирует, – пробормотала Шев себе под нос.

– Приветствую вас, дамы, – сказал мужчина с сильным акцентом. – Прекрасный денек.

– Нихуя не прекрасный, – проворчала Шев.

– Ну, все дело ведь в том, как посмотреть, разве нет? – Он выжидающе поднял брови, но когда ни одна из женщин не ответила, продолжил, – Я Вирран из Блая. Некоторые зовут меня Щелкунчик Вирран[2].

– Поздравляю, – сказала Шев.

Он выглядел довольным.

– Значит, вы обо мне слышали?

– Нет. Где нахрен этот Блай?

Он поморщился.

– Если честно, не знаю.

– Я Джавра, – сказала Джавра, выпятив свою выдающуюся грудь, – Львица Хоскоппа. – Шев закатила глаза. Боже – воины, с их чертовыми титулами, и с их чертовыми представлениями, и с их чертовым выпячиванием груди. – Мы идем по этому мосту.

– А! Я тоже!

Шев стиснула зубы.

– Что это, соревнование по высказыванию очевидного? Мы же встретились посередине, разве нет?

– Да. – Вирран сделал долгий вдох через нос и с довольным видом выдохнул. – Да, встретились.

– Немаленький меч, – сказала Джавра.

– Это Отец Мечей, и он известен людям под сотней имён. Лезвие Рассвета. Могильщик. Кровавый Жнец. Высший и Низший. Скак-анг-Гайок, что на языке долин означает Раскалыватель Мира, Битва, что была в начале времен и будет в конце. Некоторые считают, что это меч Бога, упавший с небес.

– Хм. – Джавра приподняла моток тряпья, смутно похожий на меч, который всюду с собой таскала. – Мой меч выкован из упавшей звезды.

– Он выглядит как моток тряпья, смутно похожий на меч.

Джавра прищурилась.

– Я должна держать его замотанным.

– Почему?

– Чтобы его блеск тебя не ослепил.

– Оооооой, – сказал Вирран. – Забавно, теперь мне и в самом деле хочется на него взглянуть. Я успею посмотреть, прежде чем ослепну, или…

– Вы двое закончили со своим соревнованием кто дальше поссыт? – спросила Шев.

– Я не стала бы соревноваться с мужчиной, кто дальше поссыт. – Джавра выпятила бедра, ткнула рукой в пах и указательным пальцем обозначила вероятную дугу. – Я уже пробовала раньше, и ты можешь говорить о хуях что угодно, но с ними расстояние получается намного больше. Намного. Чего? – Спросила она, хмуро глядя через плечо. – Это просто невозможно, сколько ни выпей. Но, если ты хочешь посоревноваться, кто дальше поссыт…

– Не хочу! – отрезала Шев. – Прямо сейчас всё, чего я хочу, это найти сухое место и покончить с собой!

– Ты так всё драматизируешь, – сказала Джавра, качая головой. – Она так всё драматизирует. Это утомляет.

Вирран пожал плечами.

– Но между избытком драматизма и недостатком грань тонка, разве нет?

– Так и есть, – задумчиво проговорила Джавра. – Так и есть.

Наступила пауза, и только мост негромко поскрипывал.

– Ну, – сказала Шев, – это было мило, но нас преследуют агенты Великого Храма Тонда, а еще какие-то парни, нанятые Горальдом Пальцем, так что, если ты не возражаешь…

– На самом деле возражаю. Меня тоже преследуют – агенты короля Севера, Бетода. Можно подумать, что у него есть чем заняться и без того, со всей этой безумной войной против Союза. Но Бетод, ну, он может нравиться или не нравиться, но надо признать, что он настойчив.

– Настойчивое говно, – сказала Шев.

– Не могу не согласиться, – сокрушенно сказал Вирран. – Чем больше растет власть человека, тем больше истощаются его лучшие качества.

– Так и есть, – задумчиво проговорила Джавра. – Так и есть.

Наступило очередное долгое молчание, подул ветер, и мост опасно закачался. Джавра и Вирран хмуро посмотрели друг на друга.

– Уступи дорогу, – сказала Джавра, – и мы продолжим путь.

– Я не собираюсь уступать. Особенно на таком узком мосту, как этот. Вирран немного прищурился. – И твой тон меня несколько оскорбляет.

– Тогда твои нежные чувства будут задеты еще сильнее, когда мой сапог заедет тебе по жопе. Уступи.

Вирран стряхнул Отца Мечей с плеча и упер его кончик в мост. – Боюсь, женщина, в конце концов тебе придется показать мне тот меч.

– С удовольствием…

– Постойте! – резко вскричала Шев, протиснувшись мимо Джавры и успокаивающе поднимая ладонь. – Просто подождите секунду! Можете поубивать друг друга с моим благословением, но если станете размахивать своими весьма впечатляющими мечами на этом мосту, то вполне возможно, порежете какую-нибудь веревку, и поубиваете не только друг друга, но и меня, и на это я свое благословение дать не могу.

Вирран поднял брови.

– А в ее словах есть смысл.

– Шеведайя может неплохо соображать, – сказала Джавра, кивая. Она указала назад в ту сторону, откуда они пришли. – Давай вернемся на наш конец моста и сразимся.

Шев ахнула.

– Так ты не уступишь ему дорогу, чтобы он мог пройти, но с радостью пройдешь весь путь назад, чтобы подраться?

Джавра выглядела озадаченно.

– Конечно. Это всего лишь благовоспитанность.

– Именно! – сказал Вирран. – Воспитанность – это самое важное для благовоспитанного человека. Вот почему мы должны пойти на мой конец моста.

Теперь настала очередь Джавры прищуриться. В прищуривании глаз она была почти так же опасна, как и в драке, а это о чем-то да говорило.

– Это будет мой конец.

– Мой конец, – прорычал Вирран. – Я настаиваю.

Шев потерла виски. Удивительно, что за последние несколько лет она не протерла их насквозь.

– Идиоты, вы что, действительно собираетесь драться из-за того, где вам драться? Мы шли в эту сторону! Он предлагает нам пойти в эту сторону! Давай просто пойдем в эту сторону!

Джавра еще сильнее прищурила глаза. Теперь от них остались лишь голубые щелочки.

– Ладно. Но не думай, что отговоришь нас от сражения, Шеведайя.

Шев изнуренно вздохнула.

– У меня нет ни малейшего желания останавливать кровопролитие.

Вирран вставил свой огромный меч в трещину в скале, и тот остался стоять, тихо покачиваясь.

– Давай отложим клинки. Отца Мечей нельзя обнажать, не окровавив.

Джавра фыркнула.

– Боишься?

– Нет. Ведьма Шоглиг поведала мне о месте и времени моей смерти, и это не здесь и не сейчас.

– Хм. – Джавра положила свой меч и начала оглушительно хрустеть костяшками пальцев. – А она назвала тебе время, когда я отдубашу тебя так, что ты обосрешься?

На лице Виррана появилось задумчивое выражение.

– Она действительно предсказала, что я обосрусь, но из-за тухлой похлебки, и, в любом случае, это уже произошло. В прошлом году, неподалеку от Уфриса. Вот почему у меня эти новые штаны. – Он поклонился и гордо улыбнулся, а потом нахмурился, глядя на Шев. – Надеюсь, твоя служанка участвовать не будет?

– Служанка? – резко бросила Шев.

– Шеведайя мне не служанка, – сказала Джавра.

– Спасибо.

– Она по меньшей мере оруженосец. Может быть даже закадычная подруга.

Шев уперла руки в бока.

– Мы партнеры! Дуэт!

Джавра расхохоталась.

– Нет. Дуэт? Нет-нет-нет.

– Кто бы она ни была, – сказал Вирран, – она, похоже, коварная. Не хочу, чтобы она ударила меня в спину.

– Об этом нихрена не волнуйся! – бросила Шев. – Поверь мне, когда я говорю, что не хочу принимать участие в этом идиотизме. Что касается коварства, так я пыталась завязать с этим, и даже открыла Курильню, но моя партнерша сожгла ее дотла!

– В лучшем случае закадычная подруга, – сказала Джавра. – И, насколько я помню, это ты перевернула чашу с углями. Если честно, Шеведайя, ты всегда ищешь, кого бы обвинить. Если хочешь когда-нибудь стать половиной дуэта, тебе придется научиться принимать ответственность.

– Курильня? – спросил Вирран. – Любишь кур?

– Нет-нет, – сказала Шев. – Ну, люблю, но в Курильне не… Забудь. – Она опустилась на камень и подперла голову руками.

– Раз уж мы устанавливаем правила… – Джавра поморщилась, поправляя бюст. – Давай договоримся по сиськам не бить? Мужики никогда не понимают, насколько это больно.

– Отлично. – Вирран приподнял ногу, чтобы поправить пах. – Если постараешься не бить по шарам. Эти чертовы штуки могут стать сильной помехой.

– Плохой замысел, – сказала Шев. – Разве я не говорила? Плохой замысел.

Джавра скинула плащ и бросила его на голову Шев.

– Спасибо, – бросила она, стаскивая его с мокрых волос и натягивая на мокрые плечи.

Джавра подняла кулаки, и Вирран одобрительно кивнул, взглянув на мышцы, бугрившиеся на ее руках.

– Ты несомненно впечатляющая женщина. – Он поднял свои кулаки, и его мышцы, крепкие как дерево, изогнулись. – Но не жди из-за этого пощады.

– Хорошо. За исключением области груди?

– Как договорились. – Вирран ухмыльнулся. – Возможно, это будет битва, достойная песен.

– Тебе будет непросто петь их без зубов.

Они обменялись ударами, быстрыми, как молнии. Кулак Виррана попал Джавре по ребрам, но она, казалось, почти не заметила, трижды быстро ударила и последним попала ему в челюсть. Он не колыхнулся, только быстро шагнул назад, собранно и бдительно.

– А ты сильная, – сказал он. – Для женщины.

– Я покажу тебе, насколько.