Читаем Т.Е.Р.Е.М онлайн бесплатно

Кто-кто в современном живёт?

— Вот наши деды на заводе всю жизнь работали и горя не знали! Эх, ну что было за время!

Мужчина с лицом, похожим на кору старого ясеня, сидел за столом и грустно прихлёбывал из чашки с красными слониками — подарком дочери. И думы его были далеки от приятных: дочь вернулась со школы с очередной двойкой.

Девочка стояла перед отцом, скорбно опустив кудрявую голову. Тамара не чувствовала себя виноватой. В конце концов — двойка по математике — это далеко не конец света!

Зато она нарисовала очень красивого голубя на рисовании, за что её похвалили. Сделала на уроке химии лабораторную работу. Сама, без всяких вредных Кириллов и хвастливых Сонек.

Но папу интересовала только двойка по так нелюбимой ею математике. Вечно эти взрослые видят только плохое.

— Папа, но я честно-честно потом всё исправлю. Только маме не говори, хорошо?

На что мужчина тяжело вздохнул и вновь приложился к чаю. Тамара с напряжением смотрела, как папа делает глоток за глотком. Ещё немного, и большая керамическая кружка с громким «цок» опустилась на стол. Девочка вздрогнула, но не двинулась в места:

— Значит так, ты сейчас несёшь мне свою книгу позора, а сама, — папа неопределённо махнул рукой, — марш за уроки!

Знал бы кто, какое облегчение испытала девочка. Так быстро, как только могла, она побежала за дневником, а сама уселась за противную математику. Отца подводить нельзя. Ведь он и правда очень сильно выручил. Маме на глаза попадаться не хотелось.

***

Как отличить добрую идею от хорошей? Наверное, это кажется таким простым и понятным. Но только на первый взгляд.

Например, тот факт, что Тамара не послушалась родителей и в тайне от них поступила в архитектурный. Это плохо. Но отстояла своё мнение и начала учиться по велению сердца, а не по желанию матери — это хорошо.

Но сейчас, глядя на красную корочку диплом в руках, Тамара чувствовала какое-то смутное беспокойство. Наверное, это не прошедшее после вручения диплома волнение. Но волнение — это не хорошо и не плохо.

Просто девушка не знала, что ждёт её за очередным поворотом: поступить в аспирантуру или пойти на работу в фирму дизайнером? Продолжить учёбу в своём городе или же попробовать начать жизнь с чистого листа?

День был слишком хорош, чтобы забивать голову такими мыслями. Но думать-то себе не запретишь!

Сегодня должна была состояться встреча с подругой ещё со школы. Она тоже выпустилась, но только на год раньше и уже вовсю покоряла вершины рабочих мест. В отличие от Тамары, Карина училась на языкозведении. Правда, насколько она знала, работала её подруга не по специальности.

Тамара стояла напротив зеркала и поправляла невидимые складки на лёгком летнем платье, которое сшила сама. Единственное, что нарушало образ — это потрёпанная жизнью сумка из плотного бежевого кашемира — подарок матери на восемнадцатилетие. Давно пора было её заменить, но то времени, то сил и желания на это не находилось. А жаль, очень уж образ портился.

В очередной раз поправив чёрные кудряшки, Тамара глубоко вздохнула и вышла из квартиры.

Каблучки звонко стучали по неровностям асфальта, но девушка не сдавалась — когда-нибудь тут всё обязательно поправят. Она в этом не сомневалась.

С подругой они договорились встретиться в кафе, и Тамара не торопилась, зная, что подруга вечно опаздывает. Но каково же было её удивление, когда, придя к назначенному времени, Карина уже сидела за столиком и приветливо махала ей рукой. Очень интригующе.

— Тома, как я давно тебя не видела! Капец ты вымахала, скоро выше Пальмы станешь! — Пальмой у них в классе звали девочку, которая посещала модельное агентство и отличалась невообразимо высоким по меркам других девочек ростом.

— Да ты не прибедняйся, — хмыкнула Тамара, обнимая подругу за хрупкие плечи, — сама не лучше.

Хорошее всё же дело — встретить лучшего друга после долгой разлуки. Они болтали обо всём на свете, вываливая ворох новостей на публичное обсуждение.

Оказывается, Карина так и не смогла устроиться работать по специальности. В их маленьком городке мало кому были интересны переводчики без опыта работы.

«Только время на них тратить!» — так заявил Карине один из работодателей.

— И знаешь, что? Сначала они говорят, что вы не можете работать у нас, потому что слишком маленькие. А потом, когда ты приходишь к ним и машешь перед носом корочкой — красной, хочу заметить — они ворчат что-то вроде «понапокупают своих дипломов, лишь бы не работать. Не подходите вы нам. Нам нужен опыт работы!». И вот что подумала — мне тут предложили попробовать устроиться в одно место — ты только не смейся — на завод.

От неожиданности Тамара чуть не поперхнулась коктейлем:

— Чего? Ты сейчас серьёзно? Да кому мы там нужны? Ты ж переводчик! На что они заводу?

— Ну, — разом засмущалась Карина, — в другие места меня не берут, а там и зп стабильная, и соцпакет, и даже — только никому — преференции молодым специалистам.

— Ну я не знаю, Карин. Ой, не знаю.

***

Уже через полгода Тамара была вынуждена признать, что поиск работы затянулся. Но ситуация была не такой, как у подруги. Хотя, это как посмотреть.

На первом собеседовании в маленькой типографии, куда она отправилась по советам маминой подруги, всё прошло на первый взгляд гладко. Нужные знания у неё имелись, да и портфолио за время учёбы пополнилось интересными экземплярами.

«Хорошо, — кивнула неприятная полная женщина в одежде такой старой, что становилось страшно на неё даже дышать. — Вы приняты».

Задания сыпались как из рога изобилия: простые, сложные, с каверзами и без. На одни необходимо было высочайшее разрешение начальства — мужа женщины, принявшей Тамару на работу. Другие же задачи сопровождались комментариями в духе «А сама ты это сделать не догадалась?»

Потом у Тамары появилась помощница — странного вида девица в стёганом пальто, которое она носила, не снимая, и в самую жару, и в прохладу, и, вероятно, днём и ночью.

Если до этого у Тамары почти не было нареканий от начальства, то теперь угрозы и насмешки сыпались на бедную её голову с удвоенной силой. При этом начальница, явно покровительствуя новенькой, все недочёты заставляла переделывать именно ей, Тамаре.

Высокая загруженность, отсутствие хоть какого-то просвета между бесконечными перегрузками висящих компьютеров, слежкой за новенькой и окриками начальства — всё это было терпимо. Но когда Тамара увидела свою зарплату, то чуть не расплакалась от досады: большую часть надбавок за сверхурочные с неё списали в пользу новенькой.

«Ну уж нет, так не пойдёт. Я себя не на помойке нашла, чтобы это терпеть, — твёрдо решила Тома, — Найду себе другую работу».

Сказано — сделано. Уже на следующий день она подала заявление об увольнении. Две адские недели отработки не хотелось бы вспоминать и в жутких кошмарах, но это тоже была память, пусть и не самая хорошая.

Потом была работа секретарём в маленькой фирме, где условия были неплохие, и Тамара думала осесть на этой должности, но на её место незаконно вернули только что вышедшую из декрета жену зама директора. Официально не хватили компьютеров. Неофициально — это была война младенца с бульдогом.

Холода в этом году наступили рано, и Тамара то и дело куталась в пуховой платок, дрожа от резких порывов ветра. Сегодня хотелось выглядеть хотя бы на отметку «хорошо». А пока девушка едва дотягивала до «приемлемо». Работа требовалась как воздух, но варианты попадались не ахти какие. Ещё не было настолько плохо, чтобы хвататься за любую работу, — какие-никакие накопления всё же имелись, да и подработок хватало. Однако висеть на шее у скопленного тоже не хотелось.

Она шла на собеседование с ещё одной конторой, где требовался дизайнер интерьера. И почему-то мало верила в успех предприятия.

Как позже оказалось, не зря. Стоило увидеть работодателя, как Тамара чуть ли не пулей вылетела из помещения — это был мужчина с повадками маньяка. К счастью, собеседование проводил совсем другой человек, но, вероятно, Тамара им не подходила — и слава Богу.

Стандартное «мы вам перезвоним. Спасибо, что уделили нам время!» устремилось прямиком в спину улепётывающей Тамаре. А дома в дискорде её ждал друг.

Таких, как он, легко можно было считать душой компании или даже генератором всех безумных идей. Он был сетевым автором, и этим объяснялись многие его странности.

Егор Зайко. И в последнее время с ним творилось что-то странное.

— Привет, нормально слышно? Если что, у меня все три полоски, всё зелёненькое.

Динамики опять шалили, отчего Тамара приняла решение поискать наушники. Но небольшая заминка нисколько не умалила энтузиазма собеседника:

— Просмотры падают, да ещё и в реки залетаю через раз, хотя постить стараюсь регулярно. Наверное, мне стоит заняться чем-нибудь другим, — драматичным голосом закончил Егор.

— И чем же? — прокричала Тамара, с головой залезая в шкаф, уже себе под нос бормоча, — да куда же они делись?

— Мне поступило одно предложение. В общем, не поверишь — я устраиваюсь на завод!

— Что? — всё ещё кричала Тамара.

Потому что наушники ещё не на ней.

Долгое переподключение. Связь с компьютером. Наконец, громогласный голос Егора:

— Думаю, ну его, это творчество. Денег не приносит, счастья тоже. Вот я и решил, что цех гальваники — ну чем не решение!

— Действительно, — пробормотала Тамара и поспешила перевести тему, — так мы сегодня играем?

Чтобы услышать бодрое «Ну держись!».

Легла Тамара прямо перед рассветом, но совершенно, возмутительно счастливой.

Но утро стучалось в окно снежными комьями, огрызалось порывами ветра и всячески демонстрировало, что нет, определённо не стоит выходить из дома. И потому Тамара полезла на любимый сайт в поисках работы. Параллельно она взяла парочку заказов на эскизы и даже начала разрабатывать один из них.

Хорошее и лёгкое по сердцу дело не летит, горит в руках. Если бы можно было превратить это хобби в прибыльное предприятие. Но пока такое возможно только в мечтах и мотивирующих речах всяких блогеров и селебрити. А пока суть да дело, наступила глубокая ночь. Тамара собиралась уже идти в душ, но в последний миг заметила, что в правом нижнем углу ей пришло сообщение от неизвестного отправителя.

Стоило нажать на иконку, как на весь экран высветилось оно. С уже знакомыми мотивами.

— Да они издеваются! — не хуже змеи прошипела Тамара. — Я в вашу секту не вступлю уж точно!

И торжественно выключила компьютер.

Чтобы утром остервенело копаться в спаме. Заспанная, в растянутом трико и страшной детской майке с кроликами, лохматая до неприличия, Тамара с упорством Горлума искала «свою прелесть». Потому что работа требовалась, причём очень и очень срочно.

Ведь к ней через пару часов приедет мама, и в интересах Тамары вылизать квартиру дочиста и успеть уйти на собеседование. Параллельно она набирала номер подруги, чтобы точно быть уверенной в своих действиях.

— Тома, ты чего это? — шептала в трубку Карина, — давай шустрее, что у тебя там. Я в цеху, мне сейчас давление сбрасывать.

— Карри, проведи меня через проходную. Мне срочно, прямо капитально надо попасть на этот твой завод. Пришло приглашение, но что-то найти не могу, один хлам да спам.

— Мышкина, ты что, с дуба рухнула? А кто мне говорил, что не создан для завода? — а подруга сильно изменилась, даже говор теперь другой.

— Ситуация поменялась. Мама, — на том конце трубки смачно, совсем не по-девчачьи, ругнулись.

— Я провожу тебя. Жду через час. Давай, — короткие гудки чётко дали понять — Карина бросила трубку.

Тамара ещё с минуту смотрела на телефон, будто пытаясь узнать у него все тайны Вселенной. Но тот молчал. И девушка, будто проснувшись ото сна, мигом побежала наводить относительный порядок и готовиться к неизбежному.

Грязные вещи полетели в стиралку, пока Тамара готовила любимые мамой яблочные блинчики и макароны под сливочным соусом себе. Одуряющие запахи перекрывались средством для мытья полов. Экстренным средством от мамы, как говорила бабушка.

Были спрятаны все книги, убраны все стилусы, ручки, тетрадки, кусочки материалов и прочих «атрибутов творчества». Зато выставлены на стол украшения из серебра и якобы белого золота — подарки мамы на различные праздники.

Свежую одежду она повесила на видное место и пропшикала духами — отпугнуть не отпугнёт, но усыпит бдительность так точно. Мама вряд ли полезет дальше, где лежат коробки с попсами.

— Вроде всё! — торжественно проговорила Тамара, глядя на себя в зеркало. Плотный комбинезон, который девушка откопала неизвестно где, ей не особо шёл, зато неплохо защищал от порывистого ветра и холода. Ещё сверху куртку и тёплый шарф. Да, та ещё неокоченевшая капуста, зато тепло.

А на телефон тем временем позвонила мама…

***

— Да, я на месте. В смысле, не с той стороны? Ты же самом сказала, что у больших ворот. Что? В смысле, дотуда идти полтора километра? Я тебе что, спортсмен? Ладно, давай, до скорого, — Тамара выдохнула и обречённо поплелась в противоположную от расчищенной дорожки сторону. Глубокие сугробы, которые месяцами никто не чистил, холодный порывистый ветер и неопределённая, но пугающая вывеска у входа намекала на то, что ничем хорошим это не закончится.

«Секта какая-то, — думала она, глядя на потускневшую от времени то ли башню, то ли нагромождение камней вместо приличного лого. — Тут явно требуется моя помощь».

Кнопка, на которую следовало нажать при входе, сначала озадачено моргнула, а после пронзительно запищала. Механизм тут же пришёл в движение, открывая перед изумлённой Тамарой свои железные двери.

Карина — а её узнать было сложнее всего — стояла в робе с каким-то железным ведром наперевес и активно махала свободной рукой.

— Пошли, бегом, а то у меня металл стынет, — Тамара подавила в себе желание трусливо сбежать, но покорно последовала за подругой.

— Это проходная, ты сейчас устраиваешься, поэтому тебе туда не нужно, — махнула Карина, — нам туда.

В ведре отчаянно громыхал какой-то железный мусор и явно медная стружка. Не хотелось бы знать, что это такое.

— Смотри, вон ту дверь видишь? — Тамара посмотрела на большую желтую вывеску «Приём документов» и кивнула, — Тебе туда. Потом три поворота налево, там лестница вниз и маленькое окошко, там покажешь подписанные документы. Всё из перечня взяла? — девушка осторожно кивнула, но подруга, будто и не заметив, продолжила, — Сложишь потом всё в папку по порядку, а потом придёшь сюда же, поняла? Тебе всё объяснят. Да? Вроде всё. Я побежала. Увидимся!

— Увидимся! — сказала Тамара в пустоту, и помещение, будто по мановению волшебной палочки, заполнилось людьми.

Все куда-то спешили, суетились, ругались. Как звенья одного странного, но важного механизма немецкого производства — чётко, но не всегда понятно.

Найти нужное окошко оказалось делом непростым. То коридор выводил в тупик, то толпа людей выносила девушку не в то место — здание игралось над Тамарой, насмехалось над ней, путало.