Читаем Сводные. Он мной одержим онлайн бесплатно

Я схожу с ума, потому что прямо сейчас держу за руку незнакомого, но очень сексуального парня, и следую за ним в неизвестном направлении. Его горячие пальцы переплетаются с моими, и я чувствую, как внутри меня все замирает от волнения. Я готова к любым поворотам событий, но парень обещал мне безумный секс, который я буду вспоминать всю жизнь.

Его самоуверенность подкупила, и я вложила в его ладонь свою, а дальше он выводит меня из дома Лерки, моей подруги.

Вечеринку Лера закатила в честь моего приезда из-за границы. Я летала на целых полгода, как студентка по обмену. И вернулась на день раньше, чтобы оторваться с друзьями, а потом встретиться со всеми родственниками и познакомиться с новым хахалем мамы, к которому она переехала.

Вообще, я хотела сходить в клуб, но подруга пообещала полное веселье. Так и произошло. Но плюс ко всему, скоро я получу долгожданный оргазм, о котором мечтала шесть месяцев.

Надеюсь, незнакомец сдержит свое слово.

— Мы могли остаться у Леры и закрыться в ванной, — торможу и дергаю рукой.

Парень поворачивается и скользит по мне похотливым взглядом. Мне только от этого уже становится очень жарко.

— Я трахну тебя в машине, там презервативы, — произносит он, и его голос звучит так уверенно, что внутри меня начинает все дрожать. Развернувшись, он утягивает меня за ворота, где припарковано несколько тачек.

Он снимает сигнализацию с подогреваемой машины, открывает заднюю дверь для меня, а сам ныряет на переднее пассажирское и роется в бардачке.

Усаживаюсь, и в голову ударяет капля здравого смысла, что не стоит отдаваться первому встречному. Наверное, я бы этого не делала, если бы, несколько месяцев назад, я не узнала об измене своего ненаглядного, для которого полгода оказался слишком большой срок. И, как назло, козел-Никита тоже находится на тусовке, и весь вечер пытается попросить прощения. Вообще, не понимаю, зачем его позвали.

Снимаю ветровку, незнакомец прыгает ко мне назад и я даже слово не успеваю вставить, — он впивается в мои губы.

Бог ты мой! Я кончу от одного поцелуя этого секси парня. Он не просто целует, он трахает мой рот языком. Внутри все переворачивается, внизу живота завязывается узел желания, который только крепнет под его прикосновениями.

Его руки залезают под платья, сжимают бедра до сладостной боли. Потом он ведет пальцами выше. Лямки скользят по плечам, и наряд вот-вот обнажит упругую грудь.

— Зеленоглазка, какая ты вкусная, — шепчет он и проводит языком по губам.

А после спускается к шее, мажет по ней губами. И я не сдерживаю первый тихий стон. Его руки везде, он исследует каждый сантиметр моего тела. Я теряюсь в этих ощущениях, в его прикосновениях, в запахе его кожи. Мне очень хорошо, и я хочу, чтобы это продолжалось вечно.

— Блять! Какая ты мокрая, — восхищенно говорит он, его голос пробирает до мурашек. Пальцы касаются меня между ног, и волна смущения смешивается с желаниями.

Если вначале я готова была отказаться от этой затеи, то теперь я ни за что не уйду неудовлетворенная. А этого точно не произойдет, потому что я уже вовсю кричу от наслаждения, пока пальцы незнакомца трахают меня. Все сомнения растворяются, как туман под утренним солнцем.

Этот момент, как сбывшаяся фантазия, и я готова отдаться этому неведомому чувству, забыв обо всем на свете.

— Ах! — выкрикиваю, когда волна блаженства накрывает меня с головой. По телу растекается тепло, и я обмякаю в объятиях незнакомца.

Но он не дает мне время отдышаться. Он резво спускает платье с лифчиком и жадно прикасается к соскам, полными напряженного ожидания. Его язык скользит по ним, а губы мягко обвивают, рисуя на коже невидимые узоры. Цепляюсь за его плечи, царапая ногтями кожу, но до этого никому нет дела.

— Поворачивайся попкой, — прикусывает сосок, отчего я шиплю, но делаю, как просит.

Наблюдаю через плечо, как незнакомец быстро раздевается, раскатывает презерватив по члену. А после устраивается между моих ног и медленно раздвигает складки, словно нарочно замедляя движение, плавно погружая меня в сладкую истому.

— Зеленоглазка, ты охуеть, какая узкая! Кайф, — произносит пошлые комплименты и наращивает темп.

Привыкнув к внушительному размеру, сама подмахиваю бедрами, насаживаясь на член. Либо у меня очень долго не было полноценного секса, либо парень очень хорош собой, ведь я на грани того, чтобы кончить второй раз.

Запах секса, шлепки мокрых тел, наши стоны смешиваются в сумасшедший коктейль, который хочется пить утром, днем и вечером.

Грубые толчки, шлепки по ягодицам, добавляют остроты моменту. Я больше не в силах стонать, теперь я кричу изо всех сил, срывая голосовые связки.

Вцепившись в мои ягодицы, он поддерживает меня в движении направляя. Мы страстно желаем насытиться друг другом, потому что завтра у нас не будет.

Каждое дыхание сопровождается толчком, и я ощущаю, как приближается оргазм. По тихим стонам незнакомца понимаю, что он тоже на грани.

Всего несколько мгновений и меня накрывает волна наслаждения такой мощи, что по телу пробегает неконтролируемая дрожь. Я прерывисто выдыхаю, а из глубины груди вырывается нечто похожее на стон, но с оттенком крика.

Незнакомец догоняет меня в следующую секунду, входит на полную длину и замирает, прижавшись ко мне, рвано дышит.

— Зеленоглазка, ты прекрасна, — прерывисто произносит он, целуя плечи.

Это было потрясающе, признаюсь. Но вслух ничего не озвучиваю. Хочу поскорее уйти несмотря на бешеное желание остаться. Но, у меня нет желания разговаривать после секса, это обязательно произойдет, потому что то, как крепко меня прижимает незнакомец, дает понять, — он хочет продлить наше времяпровождение.

Отдышавшись, выпутываюсь из объятий и сажусь на сиденье, быстро поправляя платья. До дома Леры добегу так, а там приведу себя в порядок.

Пока парень одевается, дергаю ручку двери. Она поддается, и я, ни слова не сказав, выпрыгиваю из тачки.

— Сучка, — слышу напоследок от секси парня, но произнесенное с усмешкой, как-то по-доброму.

Нужно поскорее добраться до дома и спрятаться, а наутро мы забудем, как каждый из нас выглядит.

Голова гудит, но я еду в чертовом такси к родственникам. А если быть точнее, к маме и новому папочке. Отношения с матерью у нас напряженные, но имеем то, что имеем.

М-да. Выгляжу я не как после перелета, а как после вечеринки, на которой до утра алкоголь лился рекой. Еще жарко безумно, несмотря на то, что на улице всего лишь апрель. И водитель жмотит включить кондиционер.

Мать сразу обо всем поймет, но уже поздно, что-то исправлять. Я и так, насколько смогла, привела себя в божеский вид, плюс натянутые очки спасают положение.

Машина тормозит возле шикарного забора из белого камня, из-за которого виднеется второй этаж особняка. Я даже сверяю адрес, туда ли приехала. Хотя чему я удивляюсь, посмотрев по сторонам, в этом коттеджном поселке один дом краше другого. Понимаю, что привезли меня туда, когда ворота открываются и я вижу маму со статным мужчиной. Вот так отхватила она мужика.

Расплачиваюсь с таксистом, он помогает достать чемодан и уезжает.

Мама раскрывает руки и сразу меня обнимает, стоит мне подойти. Отвечаю взаимностью, несмотря на наши отношения, я соскучилась.

— Привет, солнышко, — произносит мама, целуя в щеку.

Когда она отпускает меня и дает свободно вздохнуть, в поле моего зрения попадает мужчина лет сорока пяти. Он одет как с иголочки: светлая рубашка идеально сидит на его мускулистом теле, а брюки подчеркивают накаченные ноги. Короткая стрижка придает ему строгости, а тонкие губы сдержанно сжаты. Его глаза, проницательные и внимательные.

— Привет, Альбина, меня зовут Юрий, мама, наверное, говорила уже, — он с нежностью кидает взгляд на маму, а после возвращает внимание на меня и тоже раскрывает руки для объятий.

— Добрый день, да, рассказывала, — сдержанно улыбаюсь и все же медля, но обнимаю отчима.

— Солнышко, познакомься еще с сыном Юры. Про него я тебе не говорила, Матвей, — она отходит в сторону, и за воротами я вижу парня.

Снимаю свои очки, чтобы разглядеть, братца. Он тоже в очках, делает несколько шагов к нам, снимает их, и я узнаю того самого парня, который ночью два раза довел меня до оргазма.

— Ну привет, зеленоглазка, — улыбаясь, издевательски произносит.

Твою мать…

Меня провожают в мою комнату и оставляют одну, чтобы я освоилась и чуть отдохнула с дороги. А потом нас ждет завтрак, цитирую: «уже со всей нашей дружной семьей», как сказала мама. Матвей на этих словах чуть ли в голос не засмеялся, а мне было до ужаса стыдно и неудобно находиться рядом с ним, когда они все дружно показывали мне огромный дом.

Как мне теперь жить с ним в одном доме? Как теперь забыть о том, что между нами случилось?

Еще ночью, вернувшись к Лере, я думала, что если незнакомец найдет меня и решит познакомиться, то, возможно, я соглашусь. А теперь я буду жить с ним в одном доме в статусе сводной сестры.

Наша близость, которая была случайностью, теперь становится вечным грузом.

Какой позор!

От мыслей меня отвлекает звук открывающиеся двери, ожидая там маму, я лениво разворачиваюсь от окна. Но вижу совсем не маму, а наглую морду братца.

Он бесцеремонно заходит, и его походка, полная самодовольства, раздражает меня до глубины души. Как он может быть таким расслабленным, когда я чувствую, будто мир вокруг меня рушится?

Он меня бесит!

— Как тебе дом, сестричка? — саркастично интересуется, скользя по мне липким взглядом.

Внутри меня что-то сжимается, словно сжатая пружина, готовая вот-вот выстрелить в ответ на его провокацию. Я стараюсь сохранить спокойствие, хотя сердце стучит так, будто хочет вырваться из груди.

Смотрю на Матвея, и вчера по пьяни я не преувеличивала, когда говорила, что он секси парень. Его волосы чуть растрепаны, на губах играет лёгкая ухмылка, глаза — глубокие и загадочные, как ночное небо, полное звезд. В них читается столько эмоций, которые я не могу понять, но хочу. Он одет в простую белую футболку и шорты, но в этом нет ничего банального — наоборот, все выглядит так, словно он только что сошел с обложки модного журнала. Его фигура спортивная, мускулы слегка очерчены под тканью, и это так притягательно, что я едва могу отвести взгляд.

— Покинь, пожалуйста, мою комнату, — игнорирую иронию Матвея, кивая ему на дверь.

Больная голова плохо соображает, мне нужна таблетка обезболивающего и время разложить все по полочкам.

— Да брось ты, Аля, — он резко поднимается с кровати и шагает ко мне.

Когда он оказывается непозволительно близко, я улавливаю аромат его парфюма — теплый, древесный, с нотками сладковатого мускуса, который вызывает у меня мурашки по коже. А перед глазами мелькают картинки нашей безумной ночи. Губы до сих пор горят от его поцелуев, тело помнит прикосновения, а внизу живота ноет от желания повторить все.

— Вчера ты была раскрепощеннее, — он поднимает руку и еле касаясь, пальцами очерчивает контур лица.

Ловлю себя на мысли, что он стоит слишком близко, и от этого в животе закручивается что-то теплое и сладкое.

Тело предательски отзывается на его голос. Но я быстрее попаду в ад, чем поддамся искушению.

Стоп. Даже думать об этом запрещено!

— Слушай, Мотя, — произношу, на что братец вскидывает брови от удивления,

— Мотя? — усмехнувшись, он ведет пальцами ниже по руке, а мурашки бегут следом.

— Да. Мы теперь семья и нужно забыть о том, что было. Закроем эту тему раз и навсегда! — говорю решительно и дергаюсь назад.

Внутри меня буря: хочется кричать, убежать, вырваться из этого удушающего плена. Мне нужно больше пространства, больше свободы, больше воздуха. А рядом с Матвеем дышать становится трудно, как и соображать.

И меня это пугает.

— Тебе же понравилось, когда мой член был в тебе, — не стесняясь в выражениях, произносит он, а я задыхаюсь от возмущения.

— Придурок! Выйди, я сказала! — тычу пальцем в дверь, находясь после его слов в очень воинственном настрое.

Что он только о себе возомнил⁈

Матвей не оставляет попыток зажать меня и делает большой внушительный шаг ко мне. Я прижимаюсь к стене, отчаянно ища спасения, но он ставит руки по обе стороны от меня, словно запирает в клетке.

Братец скользит по мне взглядом, останавливается на губах, а я, задержав дыхание, замираю, не в силах пошевелиться. А про себя молю, чтобы он не вздумал целовать меня, иначе останется без яиц.

— У нас еще все впереди, зеленоглазка, — выдыхает горячим воздухом в мои губы и, отстранившись, идет к выходу, освобождая меня от своего присутствия.

Я оказалась на грани чего-то опасного, но в то же время манящего. Чувствую, моя жизнь в этом доме заиграет новыми красками…

Около часа я просто лежу на кровати и пялюсь в потолок, после того как мама решает сразу после Матвея посетить меня своим визитом. Не могу поверить, что попала в такую ситуацию. Не могу поверить, что лучший оргазм в моей жизни, доставил мне парень, который становится моим сводным братом.

Это крах!

Мысли о прошлой ночи так и лезут в голову, а я хочу от них избавиться. Губы, руки, поцелуи, стоны, грубые толчки… Я с ума сойду от постоянных воспоминаний.

— Аля, — открывается дверь и негромко проговаривает мама. Она заглядывает в комнату, обнаруживая меня лежащей, и заходит внутрь. — Обустроилась? — аккуратно спрашивает и садится на край кровати.

— Почти, — хмыкаю.

— Как тебе Юра? — интересуется мама с загадочной улыбкой.

Я рада, что мама нашла вторую половинку и у них взаимная любовь. Но, черт возьми, почему все именно так?

— Приятный мужчина, — это правда. Юрий вежливый, галантный, внимательный. Матвей — точно его сынок?

— Я рада, что он тебе понравился, — воодушевленно говорит мама, словно мой ответ мог как-то повлиять на ее жизнь.

— Слушай, хотела поговорить с тобой. Через пару недель начнется учеба, и, может, снимем мне квартиру? Отсюда до универа далеко и неудобно добираться, — произношу с мольбой в голосе. Может, все-таки мать решит сжалиться надо мной и потрясет кошелек нового муженька.

— Нет, — строго отвечает она, взгляд ее из добродушного меняется на суровый. М-да. Другого ответа я не ожидала. — Все собираются за столом, спускайся на кухню. — Проговаривает она и, одарив меня недовольным взглядом, покидает комнату.

Жизнь идет, но ничего не меняется. Мы как ссорились из-за денег, так и продолжаем ссориться. Мать перестала давать деньги мне на личные расходы с шестнадцати лет, и с того момента я подрабатывала. Единственная — бабушка, папина мама, помогала мне с деньгами и с тратами в США. Первое время помогала только она.

Рычу и утыкаюсь лицом в подушку. Хочу сбежать к Лерке и обо всем с ней поговорить. Бесит! Все бесит! Мамино поведение, этот дом, и Матвей. У него такое самодовольное лицо, что аж раздражает, несмотря на то, что он красавчик.