Читаем Свадьба отменяется? онлайн бесплатно

Какую тайну хранит придворная знахарка? В каком причудливом узоре перемешались судьбы королевы, влюбленной в чужого мужа, короля, влюбленного в чужую любовницу, и фрейлины, вовлеченной в смертельно опасную интригу подлым соблазнителем? Кому мешают маги? Что за секреты и сокровища прячут руины Эр-Маджара?

Набирающее силу заклятье мглы быстро поглотило остатки света, и, собравшись в единую, непроницаемую полусферу, двинулось к центру зала, все ближе сжимаясь вокруг двух магистров. Супруги, в обнимку застывшие в точке, куда стремилось выпущенное на волю кровожадное зло, точно знали, что с ними будет дальше. Невозможно укрыться или спрятаться от этой пакости, она не перестанет сокращаться до тех пор, пока не превратит выбранных своим хозяином жертв в досуха выжатые мумии.

И лишь вдосталь напитавшись энергией обреченных, мгла бесследно канет в хаос, откуда ее заманил на кровавую наживку и запер в амулете черный шаман.

Гизелиус знал несчетное количество заклинаний, бытовых, целительных, боевых, и ни одно их них не могло сравниться по силе и жестокости с черной мглой. Непонятно, как мог степной самоучка овладеть одним из самых страшных и неуправляемых заклинаний, изобретенных неугомонными исследователями, но выяснять этот важный вопрос придется кому-нибудь другому.

- Зелик, что за пустота под полом? - в ответ на этот вопрос магистр только крепче прижал к себе жену и печально улыбнулся.

В этом вся Тренна, как брошенный в омут котенок будет грести лапками до тех пор, пока есть хоть капля силы.

- Я люблю тебя, - сообщил маг любимой так нежно, что у самого защипало в носу, - прости… что редко это говорил, и еще… я любил тебя задолго до того, как ты вышла замуж… только сказать боялся…

- Зелик, об этом ты мне обязательно расскажешь, - деловито перебила Тренна, - и даже по шее получишь… но позже. Сейчас мы будем падать… постарайся замедлить хоть немного, я не могу одновременно…

Договорить Тренна не успела, кусок пола под их ногами от действия заклинания рассыпался трухой, и маги полетели в подвал. На заклинание левитации магистр истратил последние силы, но оно того стоило. Супруги свалились в склад садовника, а тяпки, косы и бороны вовсе не любят, когда на них падают.

- Бежим, - Тренна дернула мужа за руку, шутя срывая с двери замысловатый замок, особую гордость старшего садовника, - нужно найти бойню или хлев…

О, это сладкое слово - надежда!

Странное, неправильное чувство, данное людям свыше толи в утешение, толи в наказание. Как часто, поверив призрачной мечте о чуде, люди только затягивают собственные страдания, проводя в ожидании невозможного спасения мучительно долгие годы, дни и минуты.

Но иногда судьба, привыкшая поступать совершенно произвольно и абсолютно не логично, бросает человеку счастливый шанс и если он успеет его понять и вцепиться мертвой хваткой - случается несбыточное. Среди гиблого болота возникает клочок твердой земли, на пустынной дороге, словно ниоткуда, появляется отряд припозднившихся воинов, а в темной, морозной ночи вдруг совсем рядом вспыхивает теплым светом окошко лесной сторожки.

Вот и сейчас изобретательный разум Гизелиуса мгновенно сообразил, как можно попытаться принести вместо себя в жертву более примитивных существ. Дворцовые повара откармливали в отгороженном от конюшни закутке пару поросят, и в тот день, когда год с самой темной ночи поворачивает к свету, жарили их на огромных вертелах прямо посреди двора.

Ничего… лишь бы все удалось, он купит им в три раза больше свиней, и бочку лучшего вина… Молитесь, повара и охранники за удачу для двух магистров.

Маленькая дверца, через которую поварята вносили помои, распахнулась издали, от мановения руки леди Тренны, и магистры заскочили в неё, не сбавляя скорости.

- Сюда, - магистр подтолкнул жену к навозному оконцу и, едва она ухватилась за грязные доски, выпихнул наружу.

Тренна отплатила тем же, стоило мужу высунуться по пояс, махнула руками и магистр вылетел из закутка, как пробка из бутыли игристого вина.

- Ой… грах…тарах - сорвалось с его губ крепкое словцо, когда маг впечатался в встречное дерево, но Тренна уже была рядом.

Торопливо провела руками над согнутой от боли спиной мужа и потащила его прочь. И только у самой стены, убедившись, что их никто не видит, повернула камень в портальном амулете.

Гизелиус даже слова не успел сказать, как они свалились на что-то мягкое.

- Почему ты не ушла… раз у тебя был портал? - по запаху сушеной травы магистр догадался, лежат они на куче сена.

А по полумраку и прохладе точно определил, что сено это сложено в сарае… следовательно - можно не торопиться. Хоть несколько минут.

- Амулет очень слабенький… знахаркам сильных не положено… боялась, что двоих не вытащит, - Тренна крепче прильнула к мужу и спрятала лицо у него на груди.

- Куда ты собираешься идти дальше? - бессовестно наслаждаясь ее нежностью и яркими эмоциями, шепнул магистр, и не думая выпускать жену из объятий.

- Мы собираемся, - не повелась на уловку магиня, - нужно бежать отсюда, амулеты Вестура уже засекли мощный выброс магии, значит, повод начать расследование у него вполне законный. А все наши свидетели где-то в южных степях… Хотя… некоторые и вообще на побережье.

О том, что спасенных могло выбросить не на берег, а в открытое море, оба предпочитали пока не думать.

- Тренна… я очень люблю тебя, но сейчас ты побежишь одна… тсс, молчи, не спорь, дай мне тот браслет, я должен вернуться. Если мои ученики снова попадут к Вестуру… Вообщем, так, знаешь деревеньку в пяти лигах отсюда на юг? Там есть мельник, Акинт, ему достаточно назвать мое имя. Жди меня там, я обязательно приду.

- Отличный план, - серьезно кивнув, магиня нежно поцеловала мужа, - однако все будет наоборот. За учениками иду я, а ты едешь в деревню. И не криви губы, это не обсуждается, у меня еще почти половина резерва осталась… идем, я познакомлю тебя с моим гостем… ему тоже незачем тут теперь оставаться.

От воспоминания об уютном ужине, нечаянным свидетелем которого они стали, в душе магистра мгновенно вспыхнул отголосок той боли и ревности… и растаял в теплой волне любви и нежности исходящей от жены.

- Он не считает меня сумасшедшим? - стыдясь за ту вспышку чуть виновато буркнул маг, сползая вслед за Тренной с сенника.

- Нет… он сказал, что искренне мне завидует… но все потом, - магиня торопливо отпирала неприметную дверцу черного входа.

Дом встретил их уютным теплом и запахом жаркого, а на легкий стук двери из кухни выглянул тот самый мужчина.

- Леди… вы вернулись? Что-то случилось?

- Да, но всё объяснит мой муж… он под личиной, - торопливо бросила Тренна, устремляясь к двери своей спальни.

По несвойственному жене, обожающей свободный вид из окон верхних этажей, выбору комнаты, маг с удручающей отчетливостью понял, насколько опасна была её таинственная деятельность. Ничем иным, кроме желания иметь возможность быстро покинуть временное жилье, объяснить такую непритязательность он не мог.

- Гизелиус, - суховато представился магистр именем, присвоенным почти тридцать лет назад, и успевшим за это время стать не просто привычным, а почти родным.

- Людвиг… - произнес мужчина, внимательно разглядывая гостя, и, помедлив, добавил, - ди Эстаргот.

Что?! Король Имганта?!

Вот теперь маг почувствовал себя настоящим болваном. Это надо же было так поторопиться с выводами, чтоб не заметить на друге Тренны признаков личины, если даже теперь, с почти досуха истраченным резервом он видит след заклинания?! А талантом эмпата ощущает раскаяние и вину за бездействие, проявленное королем в первую встречу.

- Очень приятно… - далеко не так любезно, как следовало бы, буркнул магистр, - собирайте свои вещи, самое необходимое, нужно бежать. Я пока сложу продукты и оседлаю лошадей.

- Зелик, прихвати и мои мешки, - высунулась на миг из спальни голова Тренны и сразу исчезла.

Значит, тревожилась,… подслушивала краем уха, отметив, что не слышал скрипа открываемой двери, сообразил маг, направляясь в сторону кухни, и горько усмехнулся. Ну да, он вполне заслужил такое недоверие, позволив эмоциям заглушить голос разума, что само по себе предосудительно, а для взрослого магистра вообще недопустимо. Но ведь понял же сам, и раскаялся… неужели теперь придется каждый раз доказывать, что вовсе не сумасшедший ревнивец?

Магистр поспешно побросал в мешок найденные продукты, не забыв прихватить соль и туесок с медом, Тренна любит сладкое, хотя никогда в этом не признается, и заторопился в конюшню. У Вестура достаточно людей, а в их возможностях маг успел убедиться на своей шкуре.

- Кстати, не зови лорда Людвига этим именем… - Тренна выскочила ему навстречу уже в мужском костюме, и довольно неплохой личине, - лучше - Виго, а вот в этом мешке теплая одежда для тебя. Все, я побежала.

И она действительно побежала, в ту же дверь для прислуги, которой тут, похоже, было принято пользоваться чаще, чем парадной. Так вот почему жена в тот раз так поздно его заметила, сообразил маг, просто не ожидала, что чужие пройдут через запертую и хорошо защищенную гостевую дверь. Ну а свои, видимо, все знают, что входить положено через черный вход.

Гиз, прихватил неожиданно легкие мешки и заторопился следом, однако, войдя в конюшню, услышал только топот копыт да заметил мелькнувший в воротах круп запасной лошади.

Все-таки его жена очень хозяйственная и предусмотрительная женщина, наверняка заранее продумала различные варианты развития событий, раз держала в конюшне полдюжины скакунов, в который раз убедился магистр, оглядывая животных. И вдруг понял, брать нужно всех. Неизвестно, удастся ли купить лошадей у крестьян, но что неприхотливые рабочие одры в десятки раз хуже этих красавцев, ясно с первого взгляда. Жаль, что у него слишком мало энергии, неплохо бы прикрыть их личиной. Ну, значит придется на выезде бросать морок… и, наверное, лучше будет, если они направятся в сторону Эристы, а потом свернут к югу, помнится, там было несколько полузаросших троп, какими пользуются мелкие торговцы и перегонщики скота.

Король появился, когда маг уже навьючил мешки на двух запасных лошадей и седлал второго жеребца. Людвиг тоже успел переодеться в простой дорожный костюм, в каких путешествуют небогатые помещики и горожане, и только наметанный глаз Гизелиуса, любившего, пользоваться именно такой маскировкой, отметил особое качество внешне грубой одежды. Да и мешки, сшитые из грубого полотна, имели немало секретов. Пропитанная специальными смолистыми составами ткань не пропускала воду и отлично держала тепло, а на стоянках, развязав шнурки и развернув полотна во всю ширину, можно было легко собрать из них походный шатер.

- Куда мы едем? - умело пристраивая поклажу на спины лошадей, небрежно поинтересовался Людвиг, и никому другому маг никогда и не подумал бы говорить правду.

Но солгать отцу, еще не знающему, что он потерял дочь, не смог. Как не решился пока сказать и всей правды… неизвестно, как отреагирует король, а им еще предстоит проехать чуть не через полгорода. И потому предпочел уклониться от ответа.

- Пока в сторону Эристы, потом расскажу подробнее, - магистр слишком поспешно вскочил в седло и тронул поводья.

Застоявшийся конь легко рванул с места, вынося мага на дорожку. Сзади дружно цокали подковами остальные лошади, и о чем-то тоскливом думал Людвиг, король не при королевстве, а при королеве.

Время для выезда они совершенно случайно выбрали очень удачное, на улочках было много всадников, начиналась пора вечернего приема воды. Нагруженные поклажей кони тоже встречались довольно часто, гости, только сегодня прибывшие в город, мотались по улицам в поисках жилья.

Как ни хотелось Гизелиусу подъехать поближе к дворцу, в надежде повстречать Тренну с учениками, позволить себе такую неосмотрительность он не мог. Слишком хорошо знал, чем больше будет отряд, тем лучше запомнят его местные жители, и значит, проще будет найти. Поэтому спутники пробрались к дороге на Эристу самым коротким путем, выбирая оживленные перекрестки и улицы, в такой толчее трудно проследить за еще двумя неприкаянными гостями.

Через мост перебрались в компании с еще тремя всадниками, и старший из них, поприветствовав незнакомцев, не замедлил поинтересоваться, не в Эристу ли они направляются.

- Именно туда, - подтвердил Гиз, - но мы намерены заехать в деревню за друзьями, они там ночевали.

Незнакомец понимающе кивнул, одинокие селянки были самой легкой добычей для скучающих ловеласов и подстегнул коней, ясно, что ждать попутчиков бесполезно. Оба молодые и крепкие мужчины, вполне возможно, что решат составить друзьям компанию, и не на одну ночь.

Не желая выдавать первым встречным истинных намерений, магистр намеренно свернул на тропу, ведшую к раскинувшейся севернее деревушке, а едва назойливые попутчики скрылись из глаз, решительно развернул лошадей в другую сторону.

- Ваша жена тоже всегда так поступает, - понимающе пробормотал король, - говорит одно, делает другое, а что думает на самом деле…

Вспышка боли и горечи полыхнувшая в груди короля, пронзила не успевшего прикрыться Гиза, не желавшего остаться в толпе даже без минимальной защиты. Но ответил маг Людвигу не сразу, а лишь после того, как они пересекли дорогу и проехали с пол-лиги на юг, по найденной им тропе.

Да и не так просто было ответить человеку, в рисунке судьбы которого боги намешали больше черной краски, чем белой. Людвиг от рождения был ненаследным принцем, являясь по отцу одним из трех племянников короля Гренессии Вольдера. Будучи очень спокойным и мечтательным юношей, он совершенно не мечтал о троне, занимаясь живописью и разведением лошадей, пока в один, далеко не прекрасный день, встретил принцессу Аннигелл. Любовь зла, златовласая кокетка мгновенно затмила в сердце юного принца всех остальных прелестниц.

Людвиг перебрался в Имгант, купил себе дом в столице и принялся ходить на все балы и приемы, превратившись из скромного художника в первого светского щеголя. Однако все оказалось напрасно, Аннигелл была влюблена в жениха, юного короля Аграната и видела себя только на троне объединенного королевства, не меньше.

Их судьбы сделали резкий поворот в тот день, когда камушек судьбы подвернулся под копыто королевской лошади, мчавшейся за не менее судьбоносной косулей. Верный оруженосец довез Аграната до ближайшего небольшого поместья, и пока он ездил за придворным лекарем, девушка, перевязавшая королю разбитую голову, и сидевшая рядом с ним до прибытия толпы перепуганных придворных, в одночасье стала для Аграната самым главным человеком в жизни.

Король сначала и сам этому не поверил, уезжая, даже не простился с сиделкой, но уже на другой день тоска так скрутила королевское сердце, что он осознал, жизнь без любимой не стоит и яблочного огрызка.

Получив прощальное письмо бывшего жениха, Аннигелл перебила в гостиной все вазы, а поостыв, начала действовать. Однако ни подкупы, ни угрозы, ни подосланные убийцы не могли противостоять могущественной судьбе. Когда фортуна желает сделать по-своему, людские потуги бессильны.