Читаем Стигматы онлайн бесплатно

— Ты слышал, что случилось в Каркассоне? Крозатс объявили Симона де Монфора новым сеньором вместо Тренкавеля. Нашему виконту предложили безопасный проход для переговоров о перемирии, а вместо этого взяли его в плен. После этого славного дельца жителей города заставили сдаться и покинуть город лишь в рубахах и штанах. Говорю тебе, француз, эта война не о ереси, а о грабеже. Что ж, это так называемое святое Воинство скоро уберется, и когда они это сделают, мы вышвырнем этого выскочку де Монфора пинком под зад.

— Когда мне будет безопасно возвращаться домой?

— Еще лет через сто. А до тех пор тебе понадобится эскорт. Дороги полны наемников, бандитов и разбойников. Одинокий человек, даже рыцарь, далеко не уедет без охраны.

— Ты можешь предоставить такой эскорт?

— Я сейчас и одного человека не могу выделить, чтобы проводить тебя до ручья. Но я подумаю. А пока нам нужно напоить этих лошадей, пока буря их не напугала. Да хранит тебя Бог, друг мой.

Внутри пещеры Филиппа ударил в нос запах навоза и животных. Глаза щипало от дыма костров. Куда бы он ни посмотрел, он видел пустые взгляды и молчаливых, не улыбающихся детей. Здесь никто не ел досыта, и никто из них не знал, что принесет им завтрашний день.

— Такой знатный сеньор, как вы, — послышался голос, — должно быть, скучает по своей мягкой постели и пуховому одеялу.

Филипп огляделся в поисках того, кто осмелился говорить с ним с таким неуважением. На земле, завернутый в грязную льняную простыню, лежал человек. У него была тонзура священника. Он елейно улыбался, и Филипп сразу же его невзлюбил.

— Ты священник, — сказал Филипп.

— Да. Желаешь исповедаться, сын мой? — Он рассмеялся.

— Эти люди все еретики. Что ты здесь делаешь?

— Крозатс прирезали бы меня с тем же энтузиазмом, с каким режут катаров, просто за то, что подвернулся под руку. Меня зовут отец Марти. Тебя — Филипп, и ты знатный господин и рыцарь из Бургундии. Видишь, я все о тебе знаю. Мы практически друзья. Прошу, подойди, посиди со мной немного. Я бы хотел поговорить. Это все, что я могу в эти дни, — говорить.

— Что с тобой, священник? Ты болен?

— Я умираю, Филипп де Верси.

— А что насчет девушки? Она не смогла тебя исцелить?

— Посмотри сам, — сказал он.

Филипп присел на корточки и приподнял простыню. На бедре священника был огромный рак, и он начал гноиться. К горлу Филиппа подступила тошнота.

— Красивая штука, не правда ли? В конце концов она меня убьет. Я чувствую, как она пожирает меня изнутри. Она возлагала на меня руки, но это не помогло. Но я сказал людям, что помогло, и на какое-то время это прибавило ей славы.

— Зачем ты говорил такое, если это неправда?

Марти пожал плечами.

— Я хотел, чтобы люди думали, что она колдунья. Может, поэтому она и не смогла меня исцелить. Вина моя, понимаешь, я недостаточно чист, чтобы быть искупленным. На мне ряса Божья, а в сердце — дьявол. — Он снова рассмеялся.

— Ты находишь забаву в таких вещах?

— У меня были свои причины.

— Откуда ты ее знаешь?

— Я из той же деревни, что и эта девчонка. Ну, она и ее семья прожили там всего несколько лет; я же — всю свою жизнь. Мой брат был байлем в замке, но я сбежал до прихода крозатс. Он остался, и они его повесили. Еще одна из маленьких шуточек жизни. У жизни их полно для человека с хорошим чувством юмора.

— Некоторые смеются, чтобы не заплакать.

— А, вот тут ты меня и подловил. Вижу, ты знаток человеческой натуры. Очень хорошо. Думаю, ты прав; это совсем не смешно. Видишь того человека? Его зовут Бернарт. Он говорит, она вернула его к жизни. Может, и так. Я вижу, как другие вокруг меня поправляются — как ты; когда тебя сюда принесли, у тебя при каждом вздохе кровь брызгала изо рта и носа. Ты тоже был покойником. А она возложила на тебя руки, и теперь посмотри! Но не на меня. Ну не шутка ли, а?

Виталь и еще один из Совершенных прошли мимо них. Люди кланялись или падали ниц. Даже отец Марти приветственно поднял им руку.

— Вон они пошли, причина всех этих бед. Похожи на изголодавшихся ворон, не правда ли? Лично я не верю ни единому их слову, но они святее, чем я когда-либо буду.

— Ты их не ненавидишь?

— Я никогда не имел ничего против них, если они не имели ничего против меня. Но девчонку они не любят. Думаю, она их пугает. Она не вписывается в их совершенную картину мира. У нее раны Христа, а они говорят, что Христос не был распят. Они не могут ее объяснить. Полагаю, они хотели бы, чтобы она просто исчезла.

— Откуда у нее эти раны на руках?

— Кто знает? Добрые люди говорят, она сама их себе нанесла.

— Ты в это веришь?