Читаем Становление. Том 2. Путь мага онлайн бесплатно

Холод впился в меня своими цепкими когтями, до судорог стиснул мускулы и, словно смакующий свою добычу вампир, медленно, но верно высасывал жизнь. Охватившая тело дрожь вырвала меня из объятий сна и спасла от неминуемой гибели. В голове царила пустота, я не помнил, где нахожусь и как сюда попал. Уже рассветало. Роса промочила одежду, и от того было ещё холоднее. Собрав волю в кулак, я заставил повиноваться онемевшие мышцы, приподнялся и огляделся. Вокруг простиралась широкая равнина, вдали виднелись стены Старого лагеря, а рядом со мной располагался вход в небольшую пещеру. Как я здесь оказался? Несмотря на все усилия, я не мог вспомнить, что происходило в последние дни, да и вообще какой сейчас день. Память услужливо выдавала ответы на некоторые вопросы, однако многие фрагменты выпадали, так что создавалось ощущение, будто моя жизнь похожа на полуразвалившуюся мозаику. Я знал, что живу в колонии уже несколько лет, но по наполненности событиями казалось, что я очутился тут только вчера.

На мне были доспехи стражника и это внушало радость — по крайней мере, хоть какое-то подтверждение того, что сохранившиеся воспоминания меня не обманывают. В памяти всплыл странный случай, когда один из приспешников рудного барона случайно попал в ловушку в древних руинах, и Гомез, почему-то расщедрившись, произвёл меня в стражники. Я не мог понять, что толкнуло его на этот шаг, но кто же знает логику властьимущих? Другое воспоминание вообще казалось сном: я шёл к руинам монастыря и забрёл в небольшое ущелье, нашёл там какой-то ветхий сундук и достал из него потёртые свитки. Всё в тумане, казалось, что это и не я вовсе. Зато некоторые вещи прекрасно запомнились. Например, слова молитв Инносу я мог повторить наизусть без единой запинки. Странно, ведь я читал молитвенник лишь один раз, и то бегло. Неожиданно в моей голове появилась другая группа образов — лица знакомых и друзей. Я вспомнил, как попал в колонию, как мы вместе с Диего хотели спасти ни в чём не повинных людей от рабской участи, но не вышло — предатель подвёл. В отличие от нас, его интересовали лишь деньги.

Было ещё что-то более значимое — важнее всего, что со мной происходило. Магия… Да, я хотел… нет, я должен был научиться магии! Внезапно я вспомнил сновидение, которое видел перед пробуждением: яркий пронзающий свет охватил меня и поднял в небо, где я увидел Инноса, таким, как его изображают на статуях, но окутанного белым сиянием. Он не открывал рта, слова сплетались сами в моём разуме и давали прямое знание: «Ты — чистое зеркало, ты — пламя во тьме. Отныне служение мне — твоя судьба. Сегодня ты заявишь свои права и пройдёшь ритуал. Маги примут тебя, потому что я так повелел.»

Сон поразил меня до такой степени, что я забыл обо всём остальном и решил немедленно идти к магам и потребовать от них ответа. Меня охватил такой энтузиазм, что, забыв о холоде и сведённых мышцах, я вскочил на ноги, схватил валявшуюся рядом сумку и бегом бросился в замок. Меня больше не волновало, как я оказался на поляне возле пещеры, и что произошло накануне. Лишь одна мысль гнала вперёд: «я — чистое зеркало, я заявляю свои права.»

Как обезумевший, я ворвался в лагерь через южные ворота. Вихрем пронёсшись мимо Диего, Торуса и всех остальных, я очутился рядом с двумя недоумевающими магами огня. Пока я переводил дыхание, то понял, что не знаю о чём говорить.

— Что случилось? — спросил Торрез, — тебе нужна помощь?

— Нет, не совсем…

— Тогда почему же ты так спешил?

— Я… Я не знаю… У меня был сон… Не представляю, как это объяснить.

— Постарайся, раз уж ты здесь, — терпеливо сказал Торрез.

— Я чистое зеркало, заявляю свои права и пройду ритуал, — сорвалось с моих губ.

Маги удивлённо переглянулись.

— Но откуда? Как ты узнал? — ошарашенно произнёс Родригез.

— Я… Сам не понимаю… Сон. Видение. Просто знаю.

— Жди здесь. То, что ты говоришь, очень серьёзно. Нужно немедленно сообщить об этом мастеру Корристо.

Маги вошли внутрь своего строения, а я остался стоять снаружи, пытаясь привести мысли в порядок, что мне никак не удавалось. Память оказалась весьма запутанной штукой — в ней можно было заблудился, как в лабиринте. Стоило сплестись более-менее осмысленной картине происходящего, как выяснялось, что всё равно чего-то не достаёт. Наконец, маги вернулись. Торрез махнул мне рукой, призывая зайти:

— Магистр хочет поговорить с тобой.

Меня завели во внутренние покои магов, на второй этаж. На полу алой краской была вычерчена большая пентаграмма, рядом стояли стойки для книг и несколько кресел. Тут же на стене красовалась мишень, уже обгоревшая и почерневшая от упражнений — здесь отрабатывали атакующие заклятья. Все маги уже были в сборе, на одном из кресел восседал Корристо, которого легко можно было узнать по вычурной, отличающейся от других мантии. Я вспомнил, что уже видел его однажды, когда он и другие волшебники противостояли какому-то другому колдуну, пришедшему в лагерь с огненным демоном. Поразительно, как горделиво держался тот пришелец, как он разбросал противников, словно пушинки, и удалился. Как же звали того мага? Я не помнил… В любом случае, тот маг был недостоин обладать такой силой. Когда я достигну такого же могущества, то употреблю его лишь во имя Инноса! Пока я предавался воспоминаниям и внимательно изучал интерьер, Корристо окинул меня испытующим взглядом и произнёс:

— Это ты уже второй год стремишься вступить в наш орден?

— Да, с тех самых пор, как узнал, что имею способности к магии, — воспоминания об этом давались мне с трудом, как будто бы приходилось прорываться сквозь паутину.

— И теперь ты считаешь себя достойным пройти ритуал чистого зеркала? Признавайся, кто тебе рассказал о нём?

— Иннос… — я замялся, не зная, что ещё добавить, — просто сегодня я проснулся с твёрдой мыслью об этом, хотя даже не знаю, что это за ритуал.

— И тем не менее, ты настаиваешь на своём желании его пройти?

— Да, я обязан это сделать.

— Знаешь ли ты, что в случае неудачи, путь в орден для тебя будет закрыт навсегда?

— Теперь знаю, но это не имеет значения, ведь я пройду его, — я сам не знал, откуда во мне взялась такая непоколебимая уверенность и твёрдость.

— Что ж, да будет так, — спокойно произнёс Корристо, — Если ты врёшь, то всё равно скоро мы это узнаем, — он повернулся к магу-алхимику, — мастер Дамарок, достаточно ли у нас ингредиентов для эликсира?

— Думаю да, магистр, — ответил пожилой маг.

— Тогда приготовь его как можно скорее. А ты, — обратился Корристо уже вновь ко мне, — приходи завтра утром, и мы начнём допрос.

— Допрос? — переспросил я.

— Именно. Раз ты утверждаешь, что не знаешь суть ритуала, то Торрез расскажет тебе о нём. Впрочем, ты в любом случае уже дал согласие и назад дороги нет. В случае если ты откажешься сейчас, это будет равносильно тому, что ты провалил испытание. А теперь иди.

Я повиновался и, отвесив короткий поклон, какой, как мне показалось, был уместен, покинул альков магов. На улице Торрез объяснил мне суть предстоящего ритуала:

— Всё очень просто, ты выпьешь эликсир правды и расскажешь о своей жизни, отвечая на любые вопросы, которые сочтёт нужным совет магов.

— Мне нечего скрывать, — ответил я, — в своей жизни я не припомню ничего дурного.

— Как же ты тогда угодил в колонию? — подивился Торрез, — неужели случайно?

— Нет. Я хотел предотвратить возведение барьера и это сочли преступлением.

— Что-что? — чуть не поперхнулся от удивления Торрез, — как ты вообще пронюхал о барьере? Это ведь держалось в строжайшей тайне.

— Слухи ползут быстро. И у стен в ратуше есть уши. Мы с другом попытались выкрасть руду, необходимую для заклинания, однако нас предал собственный информатор.

— Так это ты один из тех наглецов?

— Выходит, что так, — пожал я плечами.

— Невероятно. Я думал, они просто позарились на богатство. Мне даже становится интересным послушать завтра твой рассказ. Похоже, ты полон неожиданностей.

— Я надеюсь, что ритуал убедит вас в моих искренних намерениях.

— Увидим.

Остаток дня я провёл за чтением молитвенника — не хотелось ни с кем разговаривать. Те люди, которых я считал друзьями, сейчас казались далёкими, невозможно было понять, что меня с ними связывает. Я списал всё на посетившее меня видение — быть может, Иннос очистил мою душу своим огнём и изменил мою сущность. Я не боялся завтрашнего ритуала, потому что был уверен — владыка света руководит моими действиями.

На следующее утро я предстал перед магами. Ради такого события из Нового лагеря пригласили даже Сатураса. Не понятно, как он попал в замок, потому что через ворота он точно не проходил — это бы сразу переполошило всю стражу, ведь Гомез не любил служителей Аданоса и их наёмников, считая ворами и предателями, покушающимися на его власть. Тем не менее, Сатурас каким-то невероятным образом оказался среди магов огня. Меня посадили на кресло напротив огромного зеркала и дали полный бокал пенящейся жидкости.

— Пей до дна, — приказал Дамарок.

Я подчинился, хотя зелье было омерзительным на вкус.

— Теперь открой рот, — скомандовал маг.

Лишь убедившись, что я без уловок выпил настойку, он дал разрешение проводить ритуал.

— Всё в порядке, — заверил алхимик, — через пять минут можно начинать.

Вскорости я почувствовал слабость и головокружение. Казалось, что пол уходит из-под ног, а стены пляшут. Сначала я сопротивлялся нахлынувшему недомоганию, но потом провалился в забытьё, похожее на дремоту. Всё это время зеркало стояло передо мной. Создавалось впечатление, что отражение живёт своей собственной жизнью, движется, говорит. То и дело в нём я видел себя в прошлом, как будто наблюдаю со стороны за своей жизнью. Я не понимал, где нахожусь — в зазеркалье, или же сижу на стуле в окружении волшебников. Как в тумане, смутно вспоминается, что мне задавали вопросы, я отвечал, и маги вновь спрашивали. Не знаю, сколько это продолжалось, и что именно они вызнавали, но очнулся я лишь вечером на кровати в алхимической лаборатории. Дамарок сидел рядом и, как обычно, читал книгу. Когда я заворочался, он на удивление быстро заметил это и произнёс:

— Не волнуйся, скоро помутнение пройдёт, и ты будешь в полном порядке. Вот, выпей эту настойку, она ускорит восстановление, — с этими словами он протянул мне склянку с какой-то мутной жидкостью. Я выпил и хотел задать мучавший меня вопрос, но вновь потерял сознание.

Окончательно я пришёл в себя только на следующий день. Целые сутки престарелый алхимик не отходил от меня и отпаивал какими-то настойками и эликсирами. Когда я в очередной раз размежил веки, перед моим взором предстал не ставший уже привычным силуэт престарелого алхимика, а величественно восседающий на кресле Корристо. Когда я зашевелился и приподнялся на кровати, магистр магов огня повернулся ко мне и улыбнулся. Я вопросительно на него посмотрел и он, выдержав небольшую паузу, произнёс:

— Доброе утро, ученик.

Эта ёмкая фраза выразила разом всё, что я страждал услышать. Меня приняли в орден, и я стал учеником самого Корристо — одного из самых опытных и могущественных магов в мире. Согласно заповедям и правилам поведения, которым должны следовать маги и послушники ордена Инноса, нельзя было проявлять излишних чувств. Я овладел собой и как мог спокойно ответил:

— Доброе утро, учитель.

Корристо поднялся и показал мне на одежду, лежащую у изголовья кровати:

— Переоденься и умойся, магу огня не пристало ходить в рванье. Когда закончишь, я буду ждать тебя наверху.

Корристо вышел из комнаты, оставив меня одного. Я рассмотрел облачение, которое теперь стало моим: это была просторная красная роба, на рукавах и воротнике были вышиты золотые узоры, а полы доходили до самой земли. Одежда была как раз по размеру. Неужели её уже подогнали под меня? Не исключено, ведь я спал целые сутки, если не больше. Я примерил свой новый наряд и остался доволен. На вид совершенно обычная ткань на самом деле была на удивление прочной. Пожалуй, такая могла защитить от когтей хищника или тупого меча не хуже моих охотничьих доспехов, хотя с кольчугой стражи ей, конечно, было не сравниться. Впрочем, для тех, кто владеет магией, броня не особо важна — враг не в состоянии подойти к ним на расстояние удара. Однако на первое время прочность уж точно не была лишней. Переодевшись, я поднялся наверх.

Увидев меня, Корристо спросил:

— Ну как тебе новая мантия, Мильтен?

В первое мгновение я удивился, откуда ему известно моё имя, но потом вспомнил, что он теперь знает меня, наверное, лучше, чем я сам. Вряд ли осталось хоть что-то существенное, что я не выдал во время ритуала. Странно, но понимание этого меня нисколько не смущало — мне, действительно, нечего было таить.

— Мантия очень удобная, благодарю Вас, мастер.

— Ты честно заслужил её. Но не забывай, что твоё обучение на этом только начинается. Не одежда делает человека магом.

Я почтительно промолчал и кивнул.

— Сегодня будет твой первый урок — посвящение в первый круг магии. Не помню, чтобы в последние сорок лет кого-то посвящали в таком юном возрасте. Я сам начал изучение рун, когда мне было двадцать восемь. Десять лет перед этим я служил в монастыре. Так что тебе повезло — сам Иннос указал тебе путь. Теперь твоя основная задача не останавливаться на достигнутом. При достаточной целеустремлённости тебя ждёт выдающееся будущее. Я не могу обещать тебе многого, всё же мы пленники барьера. Но, возможно, спустя какое-то время мы всё же сокрушим его и не исключено, что при твоём активном участии. Ну а теперь приступим, — Корристо протянул мне руну, — это руна так называемой огненной стрелы — простейшего заклинания, с которого начинают осваивать магию огня. Чтобы её использовать не требуется больших усилий, а само заклятие очень коротко, даже проще заклинания «свет». Сначала я научу тебя применять руну, а в дальнейшем покажу, как создать её самостоятельно. Мы разберём детально каждый элемент. Эта руна является базовой, на её основе создаются многие другие мыслеформы, призывающие к силе огня. В первую очередь, ты должен знать, как правильно держать руну в руке. Вот, возьми её.

Я взял небольшой камень с выгравированным символом. Руна легко ложилась в ладонь и была сантиметров пять в диаметре. Я положил её знаком вверх.

— Первая ошибка, — сказал Корристо, — знак должен смотреть внутрь ладони.