Читаем Спойлер онлайн бесплатно
— Отек постепенно сходит, и скоро я переведу тебя в вертикальное положение. Я бы давно это сделал, но ты блокируешь восстановление организма. А мне нужно, чтобы ты внимательно следил за каждым движением и прокручивал в голове, как ты шевелил ногами раньше. Это важно, Дэвид. Твои мышцы сдулись из-за неподвижности и отсутствия физических нагрузок. И если ты продолжишь вести себя как кретин и отказываться выполнять мои наставления, то я попрошу твою прислугу перенести сюда беговую дорожку и начну на ней бегать прямо перед тобой. До тех пор, пока твое желание придушить меня не станет таким сильным, что ты будешь готов на что угодно, лишь бы дойти до меня и придушить собственными руками.
С губ Дэвида срывается смешок.
— Соберись, — снова прошу я без тени улыбки, и он, на удивление, послушно выполняет все, что я от него требую.
Я делаю вид, что держу все под контролем, но мне тоже тяжело. Почти так же, как и ему. А то, что я никак не могу ускорить его восстановление, лишь все усугубляет.
В университете нас учили базовой теории по восстановлению спортсменов. Но на практике все совершенно иначе. Это не как пошаговый рецепт, где действуешь строго по пунктам. Реабилитация — это процесс, в котором не может быть определенной последовательности действий, поскольку каждая травма индивидуальна. И ты невольно прокручиваешь в голове ту базу, которую знаешь, и сравниваешь сроки. И если они не соответствуют, начинаешь переживать, что ошибся и делаешь что-то не так.
А нам нельзя ошибаться. Только не тогда, когда речь идет о человеческой жизни.
Реабилитация действительно важна для каждого спортсмена, жизнь которого уже больше никогда не будет прежней. И как человек, который связал свою жизнь со спортом, я очень понимаю Дэвида. А потому просто хочу вернуть ему желание жить. Практически полноценно. Даже если он больше никогда не сможет бегать.
Через сорок минут я покидаю виллу Дэвида, напоследок включив ему фильм «Форрест Гамп» и спрятав пульт повыше. Уверен, первое, что этот мужик сделает после того, как снова начнет ходить, — даст мне по морде. И клянусь, если он дотянется и сможет сделать это без костылей, я буду гордиться им.
Сажусь на мотоцикл, выжимаю сцепление и включаю первую передачу. Толкнув правую ручку, выруливаю за ворота и сворачиваю на серпантин. Пока еду домой, наблюдаю, как лучи закатного солнца освещают верхушки гор, небо над которыми окрашивается пурпурным. Съезжаю с узкой дороги на шоссе и набираю скорость, умело маневрируя в потоке машин.
Я никогда не был из тех психопатов, которые гоняют. Но это вовсе не значит, что мне не нравится скорость. Я люблю это ощущение уединения с собой. До мурашек в спине. Обычно меня пугает одиночество, но не в те моменты, когда я разгоняюсь. Все вокруг становится лишь простым фоном и растворяется. Голову покидают мысли. Сердце в эти мгновения колотится так быстро. А от адреналина на лице появляется улыбка.
Припарковав мотоцикл в гараже, снимаю шлем и достаю сигареты. Собираюсь закурить, но ловлю себя на мысли, что должен бросить. Не то чтобы я систематически курил, но в последнее время я делал это так часто, что это уже, кажется, начало входить в привычку. В дерьмовую привычку.
Убрав пачку в карман, поднимаюсь в квартиру. Пока иду по лестнице, решаю проверить телефон, и на моем лице в одно мгновение расплывается широкая улыбка.
Эли Синклер:
Ладно, давай займемся сексом. Но это в последний раз.
Фыркнув, печатаю ей ответ:
Деймон Сантос:
Буду у тебя через десять минут. Тебе срочно нужно увидеть мое самодовольное лицо. И посидеть на нем.
Эли Синклер:
Но у меня есть условие.
Деймон Сантос:
Дай угадаю. Никто не должен об этом узнать. Ну, и ты кончаешь первой. Не волнуйся, я джентльмен.
Эли Синклер:
Часть меня все еще сомневается, что это хорошая идея. Но если ты сводишь меня на свидание, то это может развеять сомнения хотя бы на одну ночь.
Резко замираю, чтобы перечитать еще около десяти раз это сообщение. А затем звоню Эли.
— Этого никогда не будет, — смеюсь я в трубку, когда ягодка отвечает на звонок.
— Что ж, тогда уже вижу заголовки всех газет:«Печальные новости обрушились на Солт-Лейк-Сити. В возрасте двадцати трех лет скончался форвард «Ягуаров» университета Юты Деймон Сантос. Парень был известен тем, что отправлял крупные пожертвования в фонды по борьбе с импотенцией, надеясь, что тем самым у него получится снять проклятье девушки, которое постигло его после лишения той девственности. Деймон был найден в собственной квартире с синими…»
— Ладно, ладно, — перебиваю ее я. — Но мы можем не называть наш ужин «свиданием»?
Слово «свидание» я говорю шепотом, и Эли фыркает:
— Ну уж нет. Скажи это. Громко.
— Только не говори, что мы будем смотреть «Сумерки».
— Это уже тебе решать. Устрой мне такое свидание, чтобы после него я захотела отблагодарить тебя, Деймон.
— Черт, ягодка. У меня не было возможности предупредить тебя, но… у меня непереносимость от сочетания звуков в слове «свидание». Понимаешь? Аллергия страшная. Вплоть до отека Квинке.
— Как у твоего члена непереносимость секса?
— Какая же ты стерва.
