Читаем Спэнсер Коэн. Книга 1 (ЛП) онлайн бесплатно

Выйдя из тату — салона на бульваре Эббота Кинни, я улыбнулся лос — анджелесским теплым солнечным лучам. Мой последний заказ был прилично оплачен, поэтому я только что вручил арендодателю деньги за два месяца вперед за небольшую квартирку над салоном, которую вот уже два года с момента переезда из Австралии называл домом.

Я любил это место. Лос долбаный Анджелес. Я влился сюда. Нашел убежище, где мог быть собой, где должен находиться. Здесь всегда было шумно, всегда что — то происходило. Миллионы чужаков, еще не ставшие близко знакомыми, и местные, некоторые из которых даже обращались ко мне по имени.

— Эй, Спэнсер!

Лола, сидевшая за столиком в дальнем углу кафе, помахала мне рукой. Выглядела она как обычно великолепно: рок — н–ролльное платье в стиле пятидесятых и ярко — розовые волосы дополнялись выбитым на руке японским цветком. Она — моя лучшая подруга, подобравшая следующего потенциального клиента.

Я поцеловал ее в щеку.

— Привет, красотка.

Ее губы, покрытые бледно — розовым блеском, приподнялись в улыбке, и я уселся за столик. Мы заказали наши обычные напитки, и, ожидая их, я начал беседу.

— Итак, расскажи мне о парне.

— Ну, — начала она, — в прошлые выходные я познакомилась с его сестрой на работе.

— На свадьбе? — спросил я. — Как прошло? — Лола владела собственным салоном макияжа, а свадьбы — один из профилей.

Принесли наши напитки. Лола отпила кофе, я же решил дать чаю настояться.

— О, все прошло отлично, — сказала она, поставив чашку на столик. — В общем, сестра была подружкой невесты, и мы разговорились. Ее брат только что расстался с женихом, она упомянула, что он пытается вернуть его.

Я улыбнулся.

— А я сообщила ей, что знаю парня, — проговорила Лола, пристально глядя на меня, — который мог бы помочь.

— Он — гей? — спросил я. Она говорила: он пытается вернуть его, но мне хотелось удостовериться.

— Без сомнений.

Слегка расслабившись, я вздохнул. Сложностей в работе с натуралами у меня не наблюдалось, но собственная команда была предпочтительнее. Покрытый щетиной подбородок был мне куда приятнее, чем пахнущий сладким парфюмом и чисто выбритый, особенно во время публичных проявлений привязанности.

— Что еще ты о нем знаешь?

— Только то, что рассказала сестра. Он опустошен и вряд ли захочет что — то менять, но они придут сюда в три. — Я посмотрел на часы: было как раз три. Лола похлопала мою лежащую на столе руку. — О, а вот и они.

Я поднял глаза на прибывших. Первой шла женщина с блондинистыми волосами до плеч, бледной кожей и громадной улыбкой. Она была красива. У парня позади нее были короткие волосы песочного цвета и бледноватая кожа. Он тоже был симпатичным, обычным таким парнем. Еще казалось, что он предпочел бы находиться где угодно, только не здесь.

Мы поднялись, и Лола им помахала.

— Сара, как приятно снова тебя видеть!

— Тебя тоже! — ответила Сара, посмотрев на меня и ухмыльнувшись. — Я Сара, а это мой брат, Эндрю Лэндон. — Она обернулась на брата, что, разумеется, заставило нас с Лолой посмотреть туда, где стоял Эндрю и зыркал на меня.

К такому я привык.

Я точно не вписывался в шаблон из разряда «добропорядочный представитель общества». На мне была белая рубашка на пуговицах с закатанными до локтей рукавами, а значит, он мог видеть мои руки — полностью забитые татуировками. Прибавьте сюда коричневые брюки длиной в три четверти на подтяжках и лоферы. Волосы — выбритые по бокам и длинные на макушке, плюс борода. Лола называла мой лук «хипстер — ламберсексуал^[1]», и, погуглив, я с ней согласился. Пускай моя борода короткая, все же это была борода.

— Думаю, это было ошибкой, — пробормотал Эндрю и развернулся в сторону выхода.

Сара схватила его за руку, не давая возможности уйти.

— Ты говорил, что выслушаешь их.

Эндрю остановился и глубоко вдохнул, и, хотя было ясно, что находиться ему здесь совершенно не хотелось, он остался.

Я улыбнулся ему.

— Присаживайтесь. Позвольте заказать вам напитки. Кофе?

Сара села, скромно улыбаясь в знак извинения, и ждала, когда ее брат сделает то же самое. Эндрю уселся, едва сдерживая вздох, и изобразил несколько снисходительное выражение на лице.

— Короче, я — неудачник, нуждающийся в помощи, чтоб вернуть жениха.

Я долго разглядывал его.

— Нет, неудачник — твой бывший, которому нужно напомнить, что он теряет.

Должно быть, это застало его врасплох. Он склонил голову, открыл рот что — то произнести, но быстро закрыл. Вместо него заговорила Сара.

— Мы дадим вам минутку, мальчики. — Она пригвоздила брата взглядом типа «будь милым» и кивнула Лоле в сторону стойки обслуживания.

Оставшись вдвоем с Эндрю, я откинулся на спинку стула, улыбнулся и не произнес ни слова. Хотелось посмотреть, сколько времени пройдет, прежде чем он заговорит. Он скрестил руки, потом выпрямил их, а затем покачал головой. Не прошло и пятнадцати секунд.

— Слушай, я не понимаю, как все это работает.

— Легко, — ответил я ему. — Ты рассказываешь мне все, что знаешь о своем бывшем: где он работает, где тусуется, где шопится. И совершенно случайно мы будет оказываться в тех же местах, все такие свои в доску и прочее, а он увидит нас.

— И?

— И ты выяснишь, хочет ли он вернуться.

Эндрю нахмурился, глядя в выходящее на улицу окно, и сложил руки. По прошествии девяти секунд он добавил:

— Он никогда не поверит, что я с парнем вроде тебя.

— Вроде меня? — задал я вопрос.

— Да, ты… крутой и…модник. А я… нет.

— Я могу стать тем, кем ты хочешь, — сказал я.

— Ты реально зарабатываешь на жизнь, притворяясь чьим — то бойфрендом?

— Да.

— Твой акцент… Ты австралиец?

— Да.

— Как ты начал этим заниматься? — спросил он. — То есть не могу представить, чтоб на такую работу публиковали вакансии.

Я кивнул на Лолу.

— Я прожил в ЛА неделю, когда познакомился с Лолой. Она только что рассталась с парнем, а я повел ее пить кофе. Он увидел нас, решил, что я — ее новый парень, растекся сентиментальной лужицей по тротуару, и моя работа была выполнена. Она еще пошутила, что сработало настолько превосходно, что мне стоило бы заниматься подобным для заработка, — поведал я ему.

Эндрю нахмурил брови.

— С ней? Ты работал с женщинами?

Я улыбнулся ему.

— Я работаю со всеми, кто платит. Но да — начинал я как бойфренд— натурал. А потом родилась такая штука как однополые браки, и для меня, как для мужчины — гея, переход был естественным.

— Ты реально гей? Или это часть шоу?

Справедливый вопрос, на который мне не составляло никакого труда ответить. Я подался вперед, чтоб в кафе никто не мог меня расслышать.

— Я — гей. Я люблю мужчин. Люблю ощущать щетину. Люблю здоровую мускулатуру, а не нежную женскую кожу. Люблю члены. Мне нравится сосать. Нравится, когда меня трахают, но больше всего — я люблю задницы. Так что да, я — гей. Самый что ни на есть настоящий.

Он разинул рот и несколько раз моргнул, шокированный моей прямотой. Если у нас все срастется, ему придется привыкать.

— Я … э — э… я…

— Как зовут твоего бывшего?

— Гм… Эли.

— Сколько вы пробыли вместе?

— Восемь месяцев.

— Как давно он ушел?

Его голос был настолько тихим, что я с трудом его слышал.

— Месяц назад.

Я дал ему минутную передышку. Очевидно, что ему все еще было больно.

— Ты раскрылся? В смысле на работе, перед друзьями, семьей? Они в курсе, что ты гей?

Его брови сошлись на переносице, в глазах вспыхнул намек на обиду.

— Да.

— Спрашиваю только потому, что если у нас все получится, мне придется хорошенько тебя узнать, а иногда нам нужно будет вместе выходить на люди. Например, я возьму тебя за руку, наклонюсь ближе и прошепчу что — нибудь на ухо, что — то типа такого, чтоб Эли мог разглядеть в нас друзей. Чтоб все сработало, тебе необходимо чувствовать себя комфортно. А еще для достоверности тебе неплохо бы отвечать взаимностью. Ты сможешь?

Эндрю тяжело сглотнул и пожал плечами.

— Гм…

— Эндрю, ты хочешь, чтоб получилось? — напрямую спросил я. Он смотрел в потолок и на выдохе надул щеки, но не ответил. Поэтому пришлось перефразировать вопрос. — Ты хочешь вернуть Эли?

Взгляд Эндрю схлестнулся с моим, казалось, он был смущен ответом.

— Да.

Я протянул для пожатия руку, на которую он секунду смотрел, прежде чем принять. Его сильная хватка удивила меня.

— Тогда давай этим и займемся, — сказал я, ухмыльнувшись, выпустил его руку и сел на стул. — Окей, начнем с главного: расскажи все, что мне нужно о тебе знать.

Эндрю глянул на сестру.

— Нам обязательно общаться здесь? — Он явно не хотел вдаваться в детали перед сестрой, как и перед всем переполненным кафе в оживленный пятничный полдень. Я не осуждал его. Но стоило по глупости решить, что достигнуть соглашения, как зуб вырвать, он предложил встретиться завтра у него дома.

— Отлично, — согласился я. — Принесу обед. Что ты любишь?

— В смысле люблю?

Я почти засмеялся.

— Любимое блюдо на обед.

— О, — он удивленно моргнул, помолчав, а затем покачал головой. — Я не привередлив.

— Ты хотел что — то сказать, но остановился, — произнес я. — Расскажи мне.

Он колебался.

— Ну, недалеко от моего дома есть закусочная. Там делают… — Он руками изобразил размер баскетбольного мяча, — салаты антипасто^[2].

— Ладно, — с улыбкой ответил я. — Пусть будет салат антипасто. Захвачу по пути.

— Если хочешь, я могу заказать заранее, — сказал он, после прочищая горло. — Если это нормально. И пришлю тебе адрес.

— Отлично. Закажи на половину первого.

Эндрю кивнул и почти улыбнулся, а его дело официально двинулось вперед. Полагая, что лучше момента не выбрать, мы заговорили насчет договора, и я рассказал ему об условиях оплаты — половина вперед, половина по завершении. Пусть результат был гарантирован, никогда нельзя было гарантировать, что результат будет желаемым. Мы обменялись адресами, е — мэйлами и телефонными номерами, снова пожали руки, и я пообещал увидеться с ним завтра.

Лола наблюдала, как они уходят, заняла свой стул рядом со мной и пихнула локтем.

— Он симпатичный.

— У него горе, — поправил я.

Она резко вздохнула.

— Сестра у него реально милая.

— Она что — нибудь говорила? — спросил я. — Насчет бывшего Эндрю.

Лола покачала головой.

— Нет. В основном говорила о свадьбе. Хотя совершенно очевидно, что она любит своего брата. Остальное узнаешь самостоятельно. — Она поиграла бровями.

Я захохотал.

— Начиная с завтрашнего дня, именно этим я и займусь.

Держа в руках тарелку салата размером с баскетбольный мяч, я постучал в дверь жилища Эндрю, располагавшегося на первом этаже в районе Эхо — Парка и походившего на коттедж благодаря белым оконным ставням и декоративным перилам. Независимо от того, снимал он или владел, было очевидно, что деньжата у Эндрю водились. Но опять — таки: у парней, что могли позволить себе платить мне, с деньгами обычно не было проблем.

Эндрю распахнул дверь, одетый в темно — синие джинсы и белую рубашку на пуговицах. Светлые взъерошенные волосы сегодня были зачесаны на бок, он был гладко выбрит, и все в нем просто вопило об опрятности. Он немного натянуто улыбнулся, отступая в сторону, и сказал:

— Входи.

Я шагнул внутрь — не пренебрегая исходящим от него приятным ароматом — не совсем понимая, куда идти, но двинул в сторону гостиной, должным образом меблированной, словно он сгреб в кучу все свое барахло. В углу стоял сияющий своей безукоризненной чистотой кабинетный рояль. Похожие друг на друга диваны, разноцветные подушки, а на стенах выполненные вручную рисунки, включавшие в себя все имеющиеся в комнате цвета. Помещение заливал дневной свет. Все было на своих местах.

Я ненадолго задумался, прикладывал ли здесь руку дизайнер, но оглянувшись на Эндрю и увидев, насколько он был сосредоточен, сомнений не осталось — он делал все сам. Я улыбнулся ему, а он вытер ладони о бедра, явно нервничая из — за моего присутствия.

Я протянул коричневый бумажный пакет.

— Обед.

— Точно, — отозвался он, проходя мимо меня. — Гм… Сюда.

Я проследовал за ним через дверь в конце комнаты, ведшую в небольшую хорошо оборудованную кухню. Он взял две тарелки и столовые приборы.

— Могу я предложить тебе что — нибудь попить?

Я поймал себя на том, что улыбаюсь.

— Да, можешь. Вода подойдет.

Он притормозил, видимо сомневаясь, издевался я или нет, но потом вынул две бутылки воды из холодильника. Мы уселись за маленький столик рядом с кухней перед огромным выходящим во двор окном.

— Симпатичное место, — сказал я, приступив к еде.

Он посмотрел в окно так, словно забыл, что там было.

— Спасибо.

— Давно живешь здесь?

— Чуть больше года.

Никакой другой информации он не предоставил. Я прожевал очередную порцию салата.

— Ммм, вкусно. — На самом деле. Смесь из маринованных артишоков, баклажана, стручкового перца, свеклы, спиралевидных макарон и рукколы.

Он кивнул и проглотил свою порцию.

— Да. У них еще есть домашняя выпечка и супы, которые я просто обожаю зимой, но салат — бар — самое любимое.

— Ну, — начал я, раз уж он разговорился. — Расскажи мне историю Эндрю Лэндона.

Вилка остановилась на полпути ко рту.

— Особо не о чем рассказывать.

Я долго смотрел на него. Наблюдались явные проблемы с самооценкой.

— Вон там стоит прекрасный рояль, не позволяющий согласиться.

Он почти улыбнулся.

— Родители отдали меня учиться с четырехлетнего возраста.

— Классика?

Он кивнул и отправил в рот еще немного салата, а я ждал, пока он пережует, чтоб продолжить.

— Сестра занималась балетом. Я играл на рояле, — пояснил он. — Родители у меня театралы.

— И они в курсе, что ты гей? — Это даже не было вопросом, поскольку вчера он уже дал мне ответ.

Он моргнул и изящно положил вилку на пустую тарелку, идеально по центру, как стрелку, показывающую на двенадцать и шесть, тогда как моя была брошена примерно на десять и четыре.

— Да, они в курсе.

— Для них это проблема?

Он покачал головой.

— Нет, не проблема.

В глубине души я с облегчением выдохнул. Всегда было немного страшно задавать вопрос о родителях.

— Прошу прощения за личные вопросы, — сказал я ему. — Но я здесь именно для того, чтоб лучше узнать тебя.

Он кивнул.

— Все нормально. Просто не привычно, вот и все.

— Если тебе покажется, что что — то выходит за рамки, просто скажи «вето», и я отстану, — произнес я. — У нас есть цель — заставить Эли осознать, что он совершил ошибку. Но это не означает, что ты обязан раскрыть мне всю свою подноготную. Я уважаю твои границы.

Он снова кивнул и заметно расслабился. И даже улыбнулся мне, убирая тарелки.

— Спасибо за обед.

— На здоровье. Понимаю, почему ты так любишь это блюдо. Было очень вкусно.

Укладывая тарелки в раковину, он сверкнул улыбкой.

— Может, нам следует переместиться в гостиную? Там комфортнее.

— Может, и следует.

Он снова притормозил, явно не довольный тем, что я повторяю за ним, но не проронил ни слова.

— Я не измываюсь, — сказал я, вставая из — за стола. — На самом деле мне нравится твоя манера говорения. Здорово слышать, что кто — то использует английский именно так, как он был задуман. Приятное разнообразие.