Читаем sometimes онлайн бесплатно

- Мистер Нелл, у них еще был четвертый на подхвате. Имени не помню, а кличка Крашеный.

“That would be Charlie Sponder,” Mr Nell said without hesitation. “He bleached his hair with Clorox one time. I remember that. It went streaky-white, and he tried todye it back. The streaks went orange.”

“Do you know what he's doing now?”

- Черный «форд-седан» 1954 года, на боку надпись «Змеиный глаз». Между прочим, не лишено смысла. Представляю, как они там извивались.

- Мистер Нелл, у них еще был четвертый на подхвате. Имени не помню, а кличка Крашеный.

- Так это Чарли Спондер, - тотчас отреагировал Нелл. - Он, помнится, однажды выкрасил волосы клороксом и стал весь бело-полосатый, а когда попытался вернуть прежний цвет, полосы сделались рыжими.

- А чем он занимается сейчас, не знаете?

“Career army man. Joined up in fifty-eight or nine, after he got a local girl pregnant.”

“Could I get in touch with him?”

“His mother lives in Stratford. She'd know.”

- Делает карьеру в армии. Записался добровольцем в пятьдесят восьмом или пятьдесят девятом, после того как обрюхатил кого-то из местных барышень.

- И как его найти?

- Его мать живет в Стратфорде, она, я думаю, в курсе.

“Can you giye me her address?”

“I won't, Jimmy. Not until you tell me what's eating you. “ “I can't, Mr Nell. You'd think I was crazy. “.

- Вы дадите мне ее адрес?

- Нет, Джимми, не дам. Не дам, пока ты мне не скажешь, что у тебя на уме.

- Не могу, мистер Нелл. Вы решите, что я псих.

“Try me.”

“I can't.”

“All right, son.”

“Will you -” But the line was dead.

- А если нет?

- Все равно не могу.

- Как знаешь, сынок.

- Тогда, может быть, вы мне...

Отбой.

“You bastard,” Jim said, and put the phone in the cradle. It rang under his hand and he jerked away from it as if it had suddenly burned him. He looked at it, breathing heavily. It rang three times, four. He picked it up. Listened. Closed his eyes.

- Ах ты, сукин сын. - Джим положил трубку на рычаг, тут же раздался звонок, и он отдернул руку, точно обжегся. Он таращился на телефонный аппарат, тяжело дыша. Три звонка, четыре. Он снял трубку Послушал. Закрыл глаза.

A cop pulled him over on his way to the hospital, then went ahead of him, siren screaming. There was a young doctor with a toothbrush moustache in the emergency room. He looked at Jim with dark, emotionless eyes.

“Excuse me, I'm James Norman and—”

“I'm sorry, Mr Norman. She died at 9. 04p. m.”

По дороге в больницу его нагнала полицейская машина и умчалась вперед с воем сирены. В реанимационной сидел врач с щетинкой на верхней губе, похожей на зубную щетку. Врач посмотрел на Джима темными, ничего не выражающими глазами.

- Извините, я Джеймс Норман, я хотел бы... - Мне очень жаль, мистер Норман, но ваша жена умерла в четыре минуты десятого.

He was going to faint. The world went far away and swimmy, and there was a high buzzing in his ears. His eyes wandered without purpose, seeing green tiled walls, a wheeled stretcher glittering under the overhead fluorescents, a nurse with her cap on crooked. Time to freshen up, honey. An orderly was leaning against the wall outside Emergency Room No. 1. Wearing dirty whites with a few drops of drying blood splattered across the front. Cleaning his fingernails with a knife. The orderly looked up and grinned into Jim's eyes. The orderly was David Garcia.

Jim fainted.

Он был близок к обмороку. В ушах звенело, окружающие предметы казались далекими и расплывчатыми. Взгляд блуждал по сторонам, натыкаясь на выложенные зеленым кафелем стены, каталку освещенную флуоресцентными лампами, медсестру в смятом чепце. Пора его крахмалить, барышня. У выхода из реанимационной, привалясь к стене, стоял санитар в грязном халате, забрызганном спереди кровью. Санитар чистил ногти перочинным ножом. На секунду он прервал это занятие и поднял на Джима насмешливые глаза. Это был Дэвид Гарсиа. Джим потерял сознание.

Funeral. Like a dance in three acts. The house. The funeral parlour. The graveyard. Faces coming out of nowhere, whirling close, whirling off into the darkness again. Sally's mother, her eyes streaming tears behind a black veil. Her father, looking shocked and old. Simmons. Others. They introduced themselves and shook his hand.

He nodded, not remembering their names. Some of the women brought food, and one lady brought an apple pie and someone ate a piece and when he went out in the kitchen he saw it sitting on the counter, cut wide open and drooling juice into the pie plate like amber blood and he thought: Should have a big scoop of vanilla ice cream right on top.

He felt his hands and legs trembling, wanting to go across to the counter and throw the pie against the wall.

Он кивал и тут же забывал их имена. Женщины принесли кое-какую снедь, а одна дама даже испекла огромный яблочный пирог, от которого кто-то сразу отрезал кусок, и когда Джим вошел в кухню, он увидел, как взрезанный пирог истекает янтарным соком, и подумал: «Она б его еще украсила ванильным мороженым».

Руки-ноги дрожали, так и подмывало размазать пирог по стенке.