Читаем Сны Эрры онлайн бесплатно

Художник Наталья Меркульева

Корректор Мария Козлова

Интернет-макет Лени Фич

Поэзия Павел Иванов

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

День был как день, ничего особенного, все как обычно. Ну как еще сказать, что все это скорее напоминало жесткое, никогда не изменяемое расписание времени работы банка: от и до, суббота и воскресенье – выходные. Вот так и было как всегда. Эрра вздохнул. Хоть бы кто-нибудь позвонил или написал по мэйлу, скайпу или стукнул в дверь. А впрочем, чтобы кто-то звякнул или стукнул, надо чтобы этот кто-то знал о твоем существовании и хотел стучаться, чтобы не нарваться на вечное: «Старик, я занят сегодня… Не-а, в паб не пойду, дел много, надо доделать макет к завтрашнему показу. Сори, да, да, может, завтра, вернее, нет, на выходных, ну… да…, да…»

Фу, жеваная, пережеваная жвачка из слов, обыденность реального дня в душной комнате. Что сказать еще? Ужин из коробок, посуда в мойке, компьютер на столе и подушка на диван..

На диване как-то сразу улучшилось настроение, может быть положение тела в горизонтальной плоскости располагает на легкое думание более, чем мысли на бегу или при сидении за столом, причем неважно, с какой пищей натуральной или виртуальной. Все это давно стало неважно, и Эрра растянулся на диване лицом к двери. Он сосредоточил внимание на подвеске над входной дверью. Знаете, последнее время стало модно вешать всякие колокольчики ветра по учению фен-шуй для улучшения жизни.

Эрра не знал ни от чего, ни для чего, но что-то там яркого желто-золотого цвета на ниточках с пушинками болталось у двери. Эрра разглядывал подвеску и думал о бредовости своего существования: работа – дом – работа – паб – дом. В одно и то же время из года в год встречаемся с друзьями в одних и тех же местах, говорим об одном и том же. Привычки друг друга уже изучены до мельчайших ньюансов так, что ты знаешь заранее, что и от кого из них можно ожидать в будни и на праздники. Новизна остается только в исполнении разных проектов на работе, но и там начинаешь понимать постепенно, что все равно идешь по линии наименьшего сопротивления и борьбы, соглашаясь с руководством, а на пятки уже начинают наступать молодые и рьяные сотрудники со своими идеями. Кризис среднего возраста, что ли, подкрался незаметно и раньше срока? А вот как хорошо этой пушинке колыхаться на ветру. Никого не касается твое существование, а рассыпался в прах, так никто и не заметил потери.

Ниточки, пушинки… Пушинки, нити, крючочек… замочек…

Веки отяжелели, и закрылись глаза. Сразу легла спасительная темнота и забытье, только пушинка все еще летала с обрывком нити перед глазами…

Почему нить оборвалась? Ее же надо привязать! Эрра ухватил обрывок и потянул к себе, нить поддалась и стала раскручиваться в его руке, как будто где-то вдалеке была катушка, на которую она была намотана.

«Надо ее привязать!», – мелькала мысль в голове у Эрра, и он еще раз ее дернул. Нить заискрилась, извиваясь у него в руке, но оборванный конец не появился. Зато показался просвет за коридором в темноте. Эрра сделал шаг в сторону света и оказался в лесу. Знаете, в таком лесу, где за кроной не видно неба, а под ногами только сухие листья и они таинственно шуршат. Идешь по такому лиственному ковру, посторонних звуков нет, полутьма и только шорох под ногами, но в этом лесу не было хруста, только в звенящей тишине листья шелестели как-то особенно приятно и по-детски сказочно.

Нить все еще была в руке Эрры и не провисала. Он двинулся вперед по ней, как сразу же перед ним возникла каменная городская стена. Странно, но света все еще не было, вокруг лежала полутьма.

«Сумерки», – подумал Эрра и протянул руку, чтобы дотронуться до стены. В зажатом кулаке сверкнула золотом нить, и уже в следующую секунду он стоял на мостовой старинной улочки.

Улица была как из средневекового города в Европе: каменная мостовая, латунные ручки на дощатых дверях, мрачно и серо, почему-то нет цветов и всё в одинаковом сером цвете. Как в черно-белом кино, только нить в руках блестит ярким солнечным светом. Да вот же и площадь с фонтаном у ратуши с часами на башне! Что не так? Людей нет.

В следующую секунду вся площадь уже была заполнена людьми, но они не смотрели и не разговаривали ни между собой, ни с Эррой. Каждый был сам по себе и сам за себя. Эрра, затаив дыхание, разглядывал все вокруг. Странно, вот явно компания сидит за столом, вот и еда, и напитки, и они о чем-то друг другу что-то говорят, но все как в немом кино: говорят, но без слов, смотрят, но не видят. «Странные какие-то», – подумал Эрра и присмотрелся внимательнее. Да они спят – сидя, стоя, они спят. Надо идти дальше, и в этом мгновение нить, что он держал в руке, натянулась и удлинилась опять. Эрра ощутил это движение и посмотрел на свой кулак. Поднял глаза и увидел, что стоит на лестнице.

«Наверное, это башня ратуши, вниз идти глупо, я там был. Значит, наверх», – Эрра только подумал, как уже стоял в коридоре, который весь был забит старой мебелью. С трудом протискиваясь вдоль столов, шкафов, стульев, кресел всех времен и народов, он наконец-то оказался в более свободной части коридора, как ощутил под ногами хлюпающую липкую грязь. Ноги начали увязать, грязь чавкать. Эрра с трудом удерживал равновесие, и легкий страх пробежал по его спине холодком. Взмахивая руками, он пытался выбраться из топи, и перед ним возникла дверь с красивой витиеватой латунной ручкой, такой надежной и спасительной. Эрра схватился за дверную ручку.

В следующую секунду Эрра оказался в другом месте. Он огляделся, из полумрака комнаты стали прорисовываться фигуры стоящих и сидящих людей в красивых одеждах. Комната оказалась тронным залом с огромной люстрой и вся была залита светом. Стены были увешаны портретами и знаменами. Все присутствующие в ней спали, даже король на троне. Они спали, причем их явно застали врасплох, кто где и что делал, там и заснул.

«Ну, прямо как в „Спящей красавице“, – подумал Эрра. – Где-то должна быть она, принцесса».

И в это мгновение он ее увидел. Да, она была красавица. Явная глупость думать, что могло быть по-другому. Она сидела у окна и вязала на спицах. Она единственная шевелилась и не спала. Эрра замер, затаив дыхание, смотрел, как красиво двигались ее руки, какой у нее был прекрасный профиль, какого цвета были ее щеки. А глаза? Интересно, какого цвета ее глаза? Как только эта мысль появилась в его голове, красавица начала медленно поворачивать голову в сторону Эрры. Он перестал дышать, только все сильнее сжимал нить в кулаке.

Ее глаза были бездонные и зеленые, ее красивое лицо обрамляли рыже-золотистые волосы. Когда их взгляды встретились, у нее на лице отразилось такое изумление, что на мгновение она перестала вязать…

И всё вокруг зашевелилось, и люди зашевелились, и комната зашевелилась и всё пространство, даже колонны и стены вокруг Эрры. Замер только он: стоял и боялся вспугнуть эту нечаянную красоту, этот восторг, что переполнял его душу.

Эрра не отрывал глаз от лица девушки – а жаль, иначе бы он заметил, что в комнате шевелиться всё и вся, кроме него и красавицы.

Она испустила короткий выдох, опустила глаза и продолжила вязать. В комнате все затихло. Эрра почувствовал, как нить натянулась и завибрировала, он все еще держал ее в руке, и только тут он заметил у ног красавицы клубок из нити такого же цвета, как и та, что была у него в руке. Струящиеся локоны красавицы спускались ниже спины по платью до пола и переплетались с золотой пряжей.

«Что же это? Зачем я тут?», – подумал Эрра.

Красавица опять подняла на него глаза, как будто услышала его вопрос. Глаза встретились, на какую-то секунду она перестала вязать, и сразу пространство наполнилось звуками, а в комнате опять всё зашевелилось. Красавица вздрогнула и стала продевать петли одну в другую.

– Кто ты? – спросила она, не поднимая глаз от своего вязания.

– Эрра.

– Зачем ты тут?

– Не знаю.

– Тогда уходи.

Эрра замер, она была так прекрасна, что взять вот так и просто уйти. Глупо, как взять и отдать любимую игрушку чужому дяде только потому, что кто-то другой тебе сказал так сделать. Все нутро его сопротивлялось.

«Что сделать? Как возобновить разговор? – Эрра заметался.– Нить…»

– Не могу, нас связывает эта нить.

Она ахнула и опять подняла глаза на него, правда, вязать не перестала, только замедлила темп. Затем снова опустила глаза на свое рукоделие.

– Откуда она у тебя?

– Она со мной всегда. Да, она моя, и была со мной всегда, – смело соврал Эрра, нажимая на слово «всегда».

– Тогда почему ты не с ними?

– С кем?

– Со всеми, кто не здесь.

– Я не знаю.

Красавица снова оторвала глаза от вязанья и посмотрела на Эрра. Вокруг Эрры произошло легкое шевеление.

«Странно, когда она вяжет все вокруг замирает и спит, а когда перестает, всё шевелится», – подумал Эрра.

– Вот и мне странно, что ты здесь и не спишь, – сказала, как будто отвечая на фразу Эрры, красавица, но он не говорил ничего вслух.

«Она что, умеет читать мысли?» – мелькнуло в голове у Эрры.

– Для того чтобы разговаривать, необязательно говорить вслух, – ответила красавица.

– Ты можешь читать мои мысли?

– И ты можешь, раз нить у тебя в руках. Почему же ты этого не делаешь?

– Если мы будем молчать, то я не услышу твой красивый голос, – сделал комплимент с надеждой в голосе Эрра.

Красавица подняла голову и улыбнулась. В тот же миг теплая и ласковая волна накатила на Эрру, как в детстве на море.

«Боже, да что же со мной такое? Какие приятные чувства», – подумал Эрра.

Он стоял и, как дурачок, улыбался в ответ на ее улыбку. Вернее сказать, как блаженный. Ему сразу же захотелось положить весь мир к ногам красавицы и сказать: «Будь моей». Вот так сразу и весь мир. Никогда ранее Эрра и представить не мог, что способен на такие чувства и на такие выходки. Он обычно был очень разборчивый в людях и осторожный по жизни, он не привел бы к себе в гости человека, с которым только что познакомился. Его дом – это точно его крепость, поэтому право на посещение еще надо было бы заслужить. Хотя, конечно, такое возможно в принципе, но чтобы сразу и навсегда захотеть предложить другому человеку войти в его мир и остаться, вот это было удивительное новое состояние.

– Это твой дом? – спросил Эрра и сам понял, что сморозил глупость.

– Этот замок принадлежит всем, но сидящий на троне, считает, что по факту его рождения, только ему.

– А он кто?

– Король земель Грёз. А ты кто?

– Эрра Ликс, – он поклонился, как видел в кино, чтобы представиться даме, и галантно щелкнул воображаемыми шпорами на каблуках.

Красавица улыбнулась, явно понимая, что он ждет от нее ответного представления, ответила.

– Имя несет только опознавательный знак, чтобы ты не перепутал одно с другим. Ты сможешь перепутать меня с кем-то?

– Нет, я знаю, что ты такая одна, Принцесса. Я могу называть тебя так, даже, если ты и не королевской крови, – поклонился и развел руки в стороны Эрра, как это делал бы паж королевы, склонившийся в реверансе, и развернул веером пальцы.

Нить выскользнула из его руки. Вдруг повисла молчаливая и беззвучная пауза. Все звуки исчезли, все краски и очертания предметов начали размываться. Эрра начал погружаться во что-то, как в вату. Очертания зала стали искривляться и поплыли. Всё это происходило в такой пронзительной тишине, что захватило дух, и у Эрры защемило в солнечном сплетении. Так бывает от чувства безвозвратной потери, сидя у постели смертельно больного близкого тебе человека, понимаешь, что конец скоро. Завтра его не будет рядом и надо будет жить без него. И ты бессилен что-либо изменить. Возникло ощущение перемещения в пространстве. Эрра куда-то летел вниз, стремительно удаляясь от девушки.

«Что же это? Я хочу обратно к ней», – думал Эрра.

– Принцесса-а-а-а Грёз, – кричал он, но не слышал своего голоса.

Он вообще ничего не слышал. От бессилия, что-то изменить он весь напрягся и сжал кулаки. Слабый золотистый отблеск мелькнул перед глазами. Нить. Спасительная мысль вдруг возникла в его голове.

«Нить, – подумал Эрра. – Она должна привести меня к ней».

– Кабатсонэ…

Это скорее было похоже на слабый выдох, он не услышал, а скорее понял. И в эту секунду он уже стоял в эркере перед креслом, на котором сидела она и продолжала вязать.

– Тебя зовут Кабатсонэ? – скорее пропел, чем сказал Эрра, смакуя каждый слог, радостный от того, что снова смотрит на нее и стоит рядом с ней.

– Кабатсонэ, – подтвердила она, не отрываясь от своего занятия и не поднимая головы.

Эрра заметил, что комната стала другой, широкая, светлая, в ней не было мебели, кроме одного стола с одним стулом рядом с эркером и кресла, на котором сидела красавица. Людей и другой обстановки в комнате не было. Они были одни. За окнами эркера был виден прекрасный сад, переходящий в лес. Было светло, но серые краски и тона преобладали во всем, даже в листве, она не была зеленой. Из цветных вещей был только желто-золотистый клубок у ног красавицы и нить в руке Эрры. Он крепко сжимал ее, теперь уж точно боясь упустить свое счастье еще раз. Девушка была так же хороша, но уже по-другому одета и причесана, как будто они переместились в другую временную эпоху.

«Что же это такое происходит? – мелькнуло у Эрры в голове.

– Что это за земля Грёз?

– На земле Грёз всё спит, даже время.

– Почему же я не сплю?

– Вот и мне непонятно. Почему? – улыбнулась Кабатсонэ. – Не сплю здесь только я одна.

– Ну конечно, как же ты можешь спать, ты же занята делом. А что ты вяжешь? – спросил Эрра, радуясь любой возможности разговаривать с ней.

– Паутину снов.

– Ты самый прекрасный в мире паук, которого я видел, – рассмеялся Эрра. – Понятно, что каждый был бы счастлив попасть в твою паутину.

– В мои нити невозможно попасть просто так, – сказала она и опять посмотрела на него с интересом.

Секундная задержка в движении её рук привела к тому, что вокруг все опять слегка заколебалось и зашевелилось. Легкое чувство тревоги коснулось Эрры. Ну да, ему было непонятно, непривычно, незнакомо, и все тут было необычно. Красивая девушка завораживала и притягивала его так, что он уже не думал, что же произойдет в следующий момент, и не просчитывал возможные варианты развития ситуации. Непредсказуемость в привычной жизни сильно взволновала бы Эрру, и он бы сделал все возможное, чтобы вернуться к хорошо прописанным правилам, которые позволяют происходящее объяснить и вернуть в привычное русло. Сейчас у него не было такого инструмента, зато была сплошная необъяснимость и непредсказуемость момента. Эрра слегка забеспокоился.

– Почему?

– Пока я вяжу всё на земле Грез погружено в паутину сна.

– А когда они просыпаются?