Читаем Снова любить тебя онлайн бесплатно

– Зачем ты приехал? Что ты здесь делаешь? – ее растерянный взгляд метался по углам крохотной палаты с белоснежными стенами.

От этой стерильности меня в раз замутило. Стойкое отвращение к больницам, специфическим запахам медикаментов и уколам вырабатывалось годами. И, наверное, если бы не она, то черта с два я б сюда приехал.

Да и сейчас мне было не до размазывания соплей, хотелось поскорее убраться из этого места, но сначала надо попытаться убедить ее сделать правильный выбор.

– Я помогу тебе, – сказал твердо.

Скорее отчеканил, в голосе слышалась сталь, от которой у самого нутро свернулось.

– Это он тебя прислал, да? Скажи мне, прошу! – ее плечи дрогнули, из горла вырвался хрип и, прикрыв ладонями лицо, она заплакала.

Сцепил зубы, сжав кулаки. Да будь все проклято. И это место, и врачи, что напоминали цепных псов, расхаживающих за стенами палаты.

Сделал глубокий вдох, попытавшись сосредоточиться на том, зачем явился. Главное озвучить ей свои условия, а дальше пусть решает сама. Я готов был протянуть руку помощи, отдавая себе отчет, что, возможно, после этого меня встретят в переулке крепкие парни, и я пожалею о содеянном, но в этот миг видел только ее. Испуганную, потерянную, бледную, как сама смерть.

– Нет, никто не знает, что я здесь, потому времени у нас мало. Мне нужен ответ. Решай.

– Я не могу. Не могу, – закричала Марина, вскочив со своего места.

Ее большие обезумевшие глаза напоминали океаны, а ведь когда-то там плескалось счастье, но в то мгновение я видел лишь боль, адскую, раздирающую на части ее сердце. И мог ли винить, что ей сложно сделать выбор? Наверное, нет.

– Уходи, пошел вон. Убирайся. Я тебя похоронила шесть лет назад. Ты же этого хотел? Так будь добр, оставь мне возможность и дальше оплакивать твою кончину.

Хм, разве другого ожидал? Она даже в такой поганой ситуации умудрилась ткнуть меня носом в мое прошлое. Что же… ее право!

Сделал два шага к ней, заставив попятиться назад. Навис грозовой тучей, желая, чтобы она отбросила бессмысленные эмоции в сторону и попыталась меня услышать. Я не привык повторяться и время личное ценил.

– Ты можешь ненавидеть меня, презирать и желать, чтобы я убрался в преисподнюю, но подумай сейчас не о собственных шрамах, а о своем сыне! Ты же желаешь ему добра?

Марина поднесла ладони к губам, сглотнув слюну, а потом наверняка с огромным удовольствием оставила красный след на моей щеке. Похоже, пощечина была достойным ответом, жаль, что слишком бездумным и глупым.

Развернулся и вышел из палаты, оставляя ее снова одну в четырех стенах. Мне было больше нечего делать в этом городе. Да и билеты на самолет лежали в кармане пиджака. Пора. Только ее взгляд, кажется, станет меня преследовать до самой моей смерти. Безнадежный, безжизненный. А я ведь так желал ей когда-то счастья…

– Вашу мать, – процедил сквозь зубы, сплюнув себе под ноги, – Борисов, ты будешь гадом, если останешься, но еще большим, если улетишь…

Он опять не ночевал дома. Кажется, я сбилась со счета, который раз за эту неделю засыпала и просыпалась одна. И рада бы сказать, что все дело в работе, но стопроцентно знала, что причина в другом. Другая женщина. Нет, скорее всего, даже женщины. А еще друзья, гулянки и прочее, прочее. В том мире мне не было места, правда, я уже начинала сомневаться, что и в этом есть.

– Марина, простите, – заглянула в спальню одна и помощниц по хозяйству, – к Евгению Николаевичу приехал его компаньон, а я не знаю, что сказать, – растерянно произнесла Елизавета.

Я выдавила из себя улыбку, натянув снова очередную маску, будто бы у меня все под контролем.

– Проводи его в кабинет мужа, я скоро спущусь, – ответила неторопливо, взвешивая мысленно, а правильно ли я поступаю.

Женя всегда был против того, чтобы в его отсутствие дома были посторонние. Это распространялось на всех, даже на родственников с его стороны. Потому я и не знала, как правильно себя вести. Ну не выгонять же человека на улицу, вешая лапшу на уши.

В пятый раз набрала номер телефона супруга, а в ответ лишь безжизненный голос автоответчика прозвучал.

– Абонент недоступен, – повертев мобильный в ладонях, промолвила вслух и поспешила спуститься.

Взглянула по пути в зеркало настенное, поправила прическу, отметив, что выгляжу не хуже, чем обычно, а значит, никто и не сообразит, что глаза блестят, увы, не от радости.

Я и забыла, когда последний раз искренне улыбалась чему-то, хотя, нет. Единственным счастьем был сын. Мой маленький синеглазый мальчик. Он был для меня всем. Ради него, пожалуй, я и просыпалась каждое утро, стараясь выглядеть довольной, ведь ребенок очень тонко чувствовал мое настроение. Не имела права хандрить при Саше.

– Потрясающе, впрочем, как всегда, – улыбнулся мне Виктор, целуя руку.

Вздрогнула. Не любила, когда меня касался кто-то чужой, да и непривычно было встречаться с ним наедине в собственном доме. Я всегда сторонилась приятелей мужа, побаивалась, наверное.

Почему-то уверена была, что они не воспринимают меня всерьез, считая, что я лишь игрушка для Жени, кукла, которую он купил. Смешно, если учесть, как ухаживал за мной супруг до свадьбы. Как одаривал и пылинки сдувал… Только после рождения сына Волкова как подменили.

– Спасибо, – кивнула, присев на диван. – Жени нет дома, надо было сначала, наверное, позвонить…

– Я знаю, где он сейчас, – улыбнувшись, ответил компаньон мужа.

– И где? – поинтересовалась я, правда, лучше бы мне этого не знать.

Холодок пробежал по спине, заставляя пронзать ногтями кожу ладоней. Насмехающийся взгляд Виктора заставлял чувствовать себя неуютно, будто бы я голой оказалась на площади. Слишком пронзительно, чересчур вызывающе.

– С кем, – поправил он меня, еле сдержав смешок.

Сглотнула ком, делая хорошую мину при плохой игре. А у самой язык прилип к нёбу. В висках застучало, и я ощутила жуткую растерянность.

– Марина, – придвинулся Виктор ближе, между прочим, положив руку на мое плечо. – Зачем он тебе, – ладонь Чернова медленно начала скользить по моей спине, а он сам беззастенчиво склонился, обдав горячим дыханием мою щеку. – Думаю, стоит приглядеться к другим.

– Ты на себя намекаешь? – не сдержалась я, вскочив со своего места.

Виктор лишь рассмеялся, расстегнув пиджак и закинув ногу на ногу.

– Допустим, – изогнул Чернов брови, откровенно раздевая взглядом, – у меня есть много чего тебе предложить. Статус, деньги…

– Не в этом счастье, – огрызнулась я в ответ.

– Зря отказываешься. Ты же прекрасно понимаешь, кто ты и кто Волков. Да, узнав об измене, он вышвырнет тебя на улицу, как собачонку.

– Какой измене? – нахмурилась я, не до конца понимая Виктора.

А он только языком цокнул, сделав вид, что ничего не расслышал. Проверял на прочность мои нервы, видимо. И мне очень хотелось вытолкать его за дверь и не видеть больше этой противной физиономии в этих стенах. Никогда. Чтобы ноги его не было на пороге этого дома.

– Не будь дурой, – продолжая ухмыляться, медленно поднялся он с дивана, сделав шаг в мою сторону, – Женька не зря не подпускает к тебе мужиков. Знает, что ты баба красивая и на тебя способен клюнуть каждый. А если вспомнить обстоятельства, при которых ты появилась в этом доме, то, – хлопнул он в ладоши, зло рассмеявшись.

– Замолчи, – сквозь зубы прорычала я, теряя последние капли терпения.

– Неужели стыдишься собственного прошлого? – издевательски покачал он головой. – Мне необходимо, чтобы Женька подписал один документ, – выпрямившись резко, засунул Виктор руки в карманы брюк, – а для этого потребуется твоя помощь. Ты лучше знаешь подход к собственному мужу, потому рассчитываю на тебя.

– Ни за что, – выплюнула я ему в лицо, не собираясь пресмыкаться перед кем попало.

– Зря, очень зря, Марина. Не думаешь ты о последствиях.

– Пошел вон. Прочь из этого дома, – оттолкнув Чернова, направилась я в детскую, рассчитывая, что он тоже не станет здесь задерживаться.

– Ты еще вспомнишь мои слова… – рыкнув зло, направился Виктор к двери, насвистывая простой мотив. – Ох, вспомнишь, Марина, да только будет слишком поздно. Женька ненавидит гулящих баб…

Сердце было не на месте. Руки тряслись, и хотелось плакать, но я не могла позволить подобного в собственном доме. Наверное, причина в том, что никогда и не чувствовала себя здесь хозяйкой. Это был дом Жени. Он меня сюда привез сразу же после свадьбы, чем очень сильно удивил. И надо сказать, что до брака даже не предполагала насколько богат супруг. Конечно, видела дорогие часы, костюмы, аксессуары, автомобили, но даже представить не могла, что этот скромный мужчина являлся владельцем огромного состояния. Возможно, знай я это раньше, то и замуж бы не торопилась. Ведь, где крутятся большие деньги, там присутствуют и проблемы. В случае моего супруга еще и соблазны.

Три года я не могла забеременеть. Плакала ночами в подушку, бегала по врачам, а потом случилось чудо – на свет появился сын. Мой маленький комочек счастья, мой смысл жизнь. Все вокруг заиграло красками, но, к сожалению, отношения с Женей начали с каждым днем становится хуже. Я не понимала, что делаю не так, ведь старалась быть для него поддержкой, другом, женой. Но он постоянно ко всему придирался, мог повысить голос в присутствии прислуги, на любую просьбу срывался, будто бы я предатель и враг.

В какой-то момент решила для себя, что лучше уйти, разъехаться, но муж воспринял предложение в штыки и после этого все стало просто невыносимо. Казалось, что нет выхода.

– Больше Чернова не пускать на территорию, – строго произнесла я, встретив в коридоре Лизу.

– Но Евгений Николаевич не давал такого распоряжения, – ответила она, гордо расправив плечи.

– Его отдаю я, – проявила твердость, хотя знала, что всем плевать здесь на мое мнение.

Я для них лишь фон, по сути, никто, абсолютно бесправна. Это угнетало и вгоняло в депрессию, но я старалась не подавать вида и, похоже, научилась с этим жить.

Рано или поздно человек привыкает к любым условиям, видимо, и я смогла. Временами казалось, что меня приняли здесь, воспринимают хозяйкой, но нет… Только иллюзия. Я так и осталась для всех чужой. Они, будто бы ждали, когда я все же решусь отхватить кусок побольше от огромного пирога.

Слова Виктора стучали в голове отбойным молотком. Измена… Предательство… За себя я могла поклясться, что никогда не смотрела в сторону. Жизнь научила ценить то, что есть. Но отчего-то стало страшно. Не по себе. Словно я загнана в угол. Что это? Предчувствие?!

Или просто очередная попытка выбить у меня почву из-под ног. Каждодневно практически я испытывала давление извне. Друзья, родня Волкова, все относились ко мне с пренебрежением, будто в следующий момент я превращусь в чудовище и испепелю их замки. Смешно и глупо. Однако мне это приносило боль. Нестерпимую, острую, меня резали без ножа словно, но просить помощи не могла, просто было не у кого.

Саша играл в детской. Сидя на полу, строил из кубиков башню, а увидев меня, улыбнулся. Вот тот человек, который принимал меня всякой, любил безусловно, а я жила для него.

В глубине души верила, что спасти брак возможно, это просто кризис. Жизнь поменялась, появилась дополнительная ответственность и не все мужчины готовы, оказывается, к подобному. Женя, похоже, был не готов, представляя отцовство немного иначе.

Потеряв счет времени, я так увлеклась игрой с ребенком, что не заметила, как в детскую вошел муж.

– Все с ребенком сидишь, – укоризненно произнес он, заставляя меня замереть на мгновение от неожиданности.

– Здравствуй, Женя, – поднявшись на ноги, произнесла я.

Попыталась улыбнуться, но все тщетно.

Да и сложно это было сделать, глядя на супруга.

Он еле стоял на ногах, и, если бы не дверной косяк, рухнул бы на пол. От Жени за версту разило запахом алкоголя, на белом воротничке рубашки красовался след от помады и, взглянув на эту картину, меня едва не вывернуло наизнанку. Сжав ладони в кулаки, приказала себе не впадать в истерику, не закатывать скандал при сыне, правда, муж был настроен на обратное, по-видимому.

Он усмехнулся, окинув меня взором. Его глаза блестели, этот хмельной блеск не сулил ничего хорошего. Я знала, чем все может закончиться и боялась. Откровенно опасалась, что он потребует то, чего дать не готова. Ни сейчас, ни в таком состоянии.

Выдохнула медленно, чуть прикрыв веки. Мне срочно требовалось найти точки опоры, чтобы не показаться слабой и беспомощной, какой я была в душе.

– Доброе, – хмыкнул муж, нахмурил брови и взглянул на сына, – Сашка с возрастом все меньше становится похож на меня, – зачем-то начал он, продолжая рассматривать ребенка.

– Он меняется, – пожала я плечами, – растет. Правда, цвет глаз у него остался прежним, таким же васильковым, как и при рождении.

– Цвет глаз… – усмехнулся Женя, цокнув языком. – Весомый аргумент.

– К чему ты ведешь? – тут же в моем голосе появилась сталь.

Когда дело касалось ребенка – я превращалась в дикую кошку, готовая в любой момент броситься на защиту своего дитя.

– Мысли вслух просто. Он и тянется к тебе больше. Не к отцу, заметь, хотя пацан.

– Может, потому что основное время с ним провожу я?

– Отговорки, – продолжил скалиться Женя, – но выводы я делаю постепенно, подмечая детали. И если, – резко произнес он, схватив меня двумя пальцами за подбородок, – почувствую, узнаю или найду подтверждение своим догадкам…

– Каким догадкам? – сбросила я его руку, выходя в коридор.

Не желала, чтобы ребенок видел наши ссоры, да и Саша побаивался отца. А ведь ему было всего два. Женька прав – ребенок испытывал страх, он начинал плакать каждый раз, стоило Волкову взять его на руки. Сын даже десяти минут не мог спокойно провести в одном помещении наедине с отцом. Да и Женя бесился, когда Саша жался ко мне, будто бы в поисках защиты.

– Таким, Марина, ты же прекрасно знала, что я не терплю игр.

– Ты пьян, – процедила я, мечтая, чтобы супруг направился в душ и смыл с себя других женщин и всю эту грязь.

– Да неужели, – всплеснул он руками, – ты бы лучше позаботилась об алиби. Понимаешь ведь, что тебе мало не покажется, когда я доберусь до истины.

– Какой истины? Что ты несешь?

– Что делал Чернов в моем доме утром? – огрызнулся супруг, прожигая меня яростным взглядом.

– Наверное, ждал тебя.

– Да? Он же прекрасно знал, что меня не будет дома в такую рань, может, он заявлялся и не ко мне? – сделал Волков абсурдное заявление, ухватив меня за плечо.

Его рука бесстыдно задрала подол моего платья, а я только зажмурила глаза, испытывая брезгливость.

– Прекрати, – не сдержалась.

Выкрикнула, отталкивая собственного мужа.

– И не подумаю. Или Чернов и здесь оставил след? – откровенно насмехаясь, поинтересовался Женя.

День обещал быть напряженным. Офис, судебное заседание, еще и брат младший подкинул проблем. Хотя он так редко обращался ко мне за помощью, что я, выслушав его, даже улыбнулся. По крайней мере, неплохой повод отвлечься и не сойти с ума, раздумывая над своей жизнью, которая с каждым днем все меньше радовала.