Читаем Смена власти (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчик: Мария Смирнова

Группа: Best romance books

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Любое копирование и распространение, в том числе размещение на сторонних ресурсах, категорически запрещено.

Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.

Перевод осуществлен исключительно в личных ознакомительных целях, не для коммерческого использования. Автор перевода не несет ответственности за распространение материалов третьими лицами.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам

В «Упоение властью» Трей Эддисон отправился в Женеву (Швейцария), чтобы доставить инсайдерский доклад генеральному директору корпорации, в которую он инвестировал деньги. Его подруга с привилегиями, Лив, ходила за ним по пятам, прося взять с собой ее подругу Мэнди Грей.

Мэнди оказывается Амандой Грей, знакомой из далекого прошлого Трея. На самом деле, двадцать лет назад их семьи были весьма близки. Однако одним судьбоносным вечером отец Трея предал их и в последующие месяцы начал уничтожать их семейный бизнес. Семья Мэнди была вынуждена переехать за тысячу миль и полностью отказаться от той жизни, которую они вели раньше. Это была одна из причин, по которой Мэнди оказалась на этом рейсе.

Вслед за смертью отца, Лив бросает Трея, и он признается, что его тянет к Мэнди. После нескольких дней, проведенных в Нью-Йорке и наполненных стрессом, на Трея обрушиваются папарацци, он подвергается опросу со стороны правоохранительных органов и даже собственный брат-близнец обвиняет его в убийстве отца.

Стремясь избежать обострения ситуации, он и Мэнди решают уехать ненадолго в Монако, чтобы насладиться Гран-при Формулы-1. Вскоре после приземления, отец Мэнди настаивает на разговоре с Треем и сообщает ему, что у него и матери Трея был роман, который продолжался и в то время, когда он родился.

Возможно ли, чтобы Мэнди оказалась его сводной сестрой? Неужели все так совершенно запутано?

В «Замене в игре» Юрген проводит для Трея и Мэнди ДНК-анализ, который подтверждает, что они не являются кровными родственниками. Для них это большое облегчение, и дает всего лишь временный подъем духа в их настроении из-за всех событий, разворачивающихся дома. Они вынуждены вернуться в США после того, как Трея проинформировали о том, что его брат Тайлер попытался совершить самоубийство.

Прилетев в страну, Мэнди возвращается к себе домой в Линчбург, штат Теннесси, чтобы навестить свою больную мать и найти письма, которые позволили бы Трею защититься от обвинения в мошенничестве. Проведя прекрасный вечер с мамой, с которой у нее состоялся разговор по душам, на следующий день она обнаруживает, что ее мать умерла. Трей вылетает в Линчбург, чтобы быть рядом с Мэнди. Из-за последующего хаоса, Трею и Мэнди пришлось вернуться в город через пару дней.

Во время обратного рейса в Нью-Йорк, Трей получил несколько странных звонков от Томми, который, наконец-то, в последствии признался, что бросил Лив в Монако после ночной вечеринки на яхте. Его подозрительные действия продолжаются и завершаются признанием, что это он порекомендовал врача, который отравлял Тайлера. Когда полицейские отправляются, чтобы задать вопросы врачу, то находят его мертвым из-за передозировки.

Несколько часов спустя после жарких споров с Томми, председателя правления «Эддисон Медиа» находят мертвым в ванной, и это очевидное самоубийство. Происходящее подняло волну страха среди остальных деловых партнеров и членов семьи, поскольку кажется, что все вышло из-под контроля. После напряженной встречи с Томми, Трею позвонил Джек Райкер и предложил нанять «Альфа-9» для обеспечения защиты всех, пока не уменьшится угроза.

В ожидании обратного звонка от руководителя «Альфа-9», лимузин с Треем и Мэнди сзади таранит черный седан, когда они пытаются въехать на стоянку больницы. Водитель лимузина вынужден наехать на бордюр и съехать с курса, последовав за машиной скорой помощи, чтобы уберечь их от опасности. Определенно наступило время вызвать подкрепление. Пришло время для «Смены власти»!

— Дерьмо, это твой отец, — говорю я, глядя на свой телефон.

После гонки, которую мы только что совершили, я все же надеялся, что это звонок от награжденного морпеха.

— Думаю, я позволю ответить тебе.

Моя рука все еще дрожит, когда я вручаю ей телефон.

— Он звонит тебе, а не мне, — отвечает она, подталкивая телефон обратно ко мне.

Мы оба так потрясены случившимся, что ни один из нас прямо сейчас не хочет получить головомойку. Я гляжу не нее, отвечая на звонок.

— Привет, Рэй, держу пари, вы звоните по поводу статьи.

— Да, собственно говоря. О чем, черт возьми, ты думал? — огрызается он, переходя сразу к делу.

— Это была не моя идея, — отвечаю я, не в силах сформулировать лучший ответ в данный момент. — Перед тем как мы начнем, позвольте мне сказать вам, что в нас преднамеренно въехал черный седан, и нам пришлось перелетать через бордюр, чтобы уйти от него. Я жду звонка от специалиста по безопасности в любую минуту, так что у меня нет времени на разговоры.

— Боже! Что происходит? — его тон мгновенно меняется. — С Мэнди все в порядке? — спрашивает он с отческой заботой, внезапно преодолевая свой гнев.

— Да, с ней все хорошо, — заверяю я его, держа телефон так, чтобы она могла поздороваться.

— Привет, пап, — говорит она с легкой дрожью в голосе. — Я позвоню тебе, как только мы поднимемся наверх.

Я прикладываю телефон обратно к уху.

— Мы последовали за машиной скорой помощи в подземный гараж, и наш водитель сейчас пытается выяснить обстановку. Мы вам перезвоним.

— Хорошо, позвоните, как только сможете, — отвечает он, в его голосе слышится нервозность, как и у любого из нас.

После окончания разговора, я хватаю Мэнди за руку, вывожу ее из машины в ярко освещенный подземный гараж скорой помощи.

— Прошу прощения, ребята, — сразу же говорю я, подходя к Тони и двум медикам.

— Какие-то парни в черном седане ехали за нами, и когда мы замедлились, чтобы завернуть, они врезались в нас. Мы, по большей части, запаниковали, и я сказал Тони следовать за машиной скорой помощью вниз на стоянку для нашей безопасности. Я заплачу за дверь, если она повреждена.

— Я не беспокоюсь из-за двери, — отвечает один из медиков, — но вы могли кого-нибудь убить.

— Знаю. Как я уже сказал, кто-то преследовал нас, и мы запаниковали.

Я смотрю на него и пожимаю плечами.

— Мой брат находится в отделении интенсивной терапии на втором этаже, поэтому я хотел бы подняться и увидеть его. Имеется ли какое-нибудь место, где Томми может припарковать машину, пока мы не убедимся, что можем безопасно уехать.

— Полагаю, вы можете отъехать туда, — говорит медик Тони, указывая на сервисный отсек, пустующий в настоящее время. — Вы обязательно должны съехать с подъездной дорожки. Через несколько минут в эту дверь въедет очередная машина скорой помощи.

— Прямо сейчас, — отвечает Тони, залезая обратно в лимузин и переставляя его в сторону.

— Есть ли грузовой лифт или что-то в это роде, которым мы можем воспользоваться, и который не останавливаться в вестибюле? — спрашиваю я у медика, после того, как Тони отъезжает, что припарковать машину. — Не хочу рисковать, — объясняю я ему, все еще беспокоясь из-за тех, кто висел у нас на хвосте.

— У вас, ребята, какие-то неприятности? — спрашивает он с озабоченным видом.

— Мой брат был отравлен, находясь под опекой доктора Потатурри, а теперь и сам доктор убит, — сообщаю я. — Да, очевидно, мы в опасности.

— Пойдемте со мной, — отвечает он, направляясь к лифту для сотрудников. — Я возьму вас с собой. На каком он этаже?

— Он еще в реанимации, — отвечаю я, потянувшись, чтобы взять за руку Мэнди, когда мы заходим за ним в лифт. — Это был долгий день.

Мы стоим в тишине, пока двери лифта медленно закрываются и он начинает подъем на этаж Тайлера. Я закрываю глаза на пару секунд в надежде немного очистить мысли. Еще один день роста масштаба творящегося хаоса оставил меня полностью выжатым. Со всеми этими стрессами и недостатком сна, я не уверен, сколько еще смогу выдержать.

Судя по молчанию Трея, я предполагаю, что в его голове проносится миллион мыслей, как и у меня. Кажется очевидным, что Томми — тот, кто все организует, так что теперь нужно просто доказать это.

— На западном побережье сейчас всего лишь четыре тридцать, так что я быстро позвоню Харрису, — говорю я Трею, когда мы выходим из лифта. — Я приду в палату Трея, как только закончу.

— Приятно видеть, как ты переносишь свою агрессию на кого-то другого, — говорит он с легкой ухмылкой и усталым взглядом. — Томми стоит лучше присматривать за своей спиной.

— Все совершают ошибки, — отвечаю я, все еще раздраженная высокомерием Томми.

Я иду по коридору в комнату ожидания, и с облегчением замечаю, что она сейчас пуста. Набираю номер Харриса, и на этот раз я, на самом деле, очень надеюсь, что он возьмет трубку.

— Да, неужели, это мой переметнувшийся агент, — отвечает он без официоза, что не совсем обычно для него. — Ты скоро приедешь, или мне нужно послать кого-нибудь, чтобы забрать тебя?

— Добрый вечер, сэр, — отвечаю я, давая ему понять, что это рабочий профессиональный звонок. — На самом деле, я звоню по поводу Томми Фаулера. Недавно он продал свою компанию «Firefly Media» и у нас есть основания полагать, что документы были сфальсифицированы, — говорю я ему, высказывая свои подозрения.

— Это же публичная компания? — задает он вопрос, который я ожидала.

— Да, акции торгуются на бирже, — отвечаю я, надеясь, что заинтересовала его. — Что еще более важно, недавно его наняли в качестве нового генерального директора в «Эддисон Медиа», основываясь на его успешном опыте. Вчера у него состоялся сильный спор с председателем правления и позже в тот же день того обнаружили мертвым.

— Билл Глисон тоже мертв? Все это похоже на какой-то роман, — отвечает он со своим обычным пренебрежением. — Ты думаешь, я должен изменить курс и начать защищать империю Эддисонов? — спрашивает он саркастическим тоном.

— Ну, не совсем. Я просто подумала, что вы могли бы использовать ваши связи, чтобы выяснить, были ли какие-нибудь подозрительные операции с акциями у готовящихся к продаже компаний, — уточняю я, надеясь собрать компромат на Томми.

— Эмм, мне жаль, Аманда, но я вынужден отказать, — стонет он. — Ты же знаешь, что мы недоукомплектованы, а у меня три стопки на моем столе, с которыми ты мне должна помочь, — он делает паузу, позволяя впитаться в меня шести последним словам, которые должны заставить страдать от осознания вины.

— Понимаю, — бормочу я, разочарованная отсутствием желания сотрудничества с его стороны. — Мне придется пойти иным путем.

— Убедись, что вернешься ко мне к концу недели, — добавляет он, видимо, чувствуя конец нашего разговора. — Может быть, мы сможем просмотреть базу данных, как только ты окажешься здесь.

— Хорошо, я планирую добраться туда в ближайшее время, — отвечаю я с угасающим энтузиазмом. — Я напишу вам.

Я просто смотрю на свой телефон в течение нескольких секунд после окончания беседы. Трей прав. Мне нужно сказать ему, что я закончила, но хочу подождать, пока не соберу все, что смогу накопать на Томми. Я не уйду с пустыми руками.

Палата Тайлера, честно говоря, переполнена, когда я переступаю порог. Доктор Новачек, агент ФБР, детектив Келли, Ванесса и мама — все стоят вокруг его кровати, общаясь с ним. Широкая улыбка на его лице намекает, что он взволнован от того, что оказался в центре внимания. Это напоминает мне о том, что случилось после того, как его колено было раздроблено. К сожалению, в то время, когда его выпустили из больницы, он сидел дома и с каждым днем становился все более ожесточенным. Надеюсь, в этот раз он не будет следовать той же схеме.

— Эй, мой брат-близнец, — говорит он бодро, пока я обнимаю доктора Новачека, чтобы поприветствовать его.

— Эй, Тайлер, ты хорошо выглядишь, — отвечаю я, прежде чем встать на свободное место с другой стороны его кровати.

— Как он? — спрашиваю я, обращаясь к врачу.

— Как вы можете видеть, похоже, что его кратковременная память функционирует нормально, — отвечает он, глядя в его карту. — Дайте ему время, и он должен, как минимум, восстановить функциональную память.

— Начнет ли он вспоминать, что с ним случилось? — спрашивает детектив Келли, с любопытством поглядывая на агента ФБР.

— Это гораздо менее определенно, — отвечает доктор Новачек, качая головой. — Не могу себе представить, что он когда-либо вспомнит ту ночь, когда в его организме было пятьсот миллилитров пропофола. У него могут быть частичные проблески памяти, но не целиком уж точно.

— Что же случилось той ночью? — спрашиваю я, размышляя вслух.

— Все, что я помню, это как очнулся здесь и узнал, что помолвлен и у меня есть брат-близнец, — отвечает он, все еще удивляясь тому, что я очень на него похож. — Я голоден, — говорит он, полностью меняя тему.

— Тогда ты должен поесть, — говорит доктор Новачек, закрывая карту и похлопывая его по ноге. — Это твой первый день после возвращения, когда ты можешь поесть твердую пищу, поэтому не спеши, — добавляет он, глядя поверх очков, а затем улыбается, прежде чем повернуться к двери.

— Нам тоже стоит выйти на минутку, — говорит детектив Келли, прежде чем оглянуться на агента ФБР. — Это агент Митчелл.

— Я — Трей, — отвечаю я, протягивая руку для рукопожатия.

Я точно не знаю, что говорить при встрече с агентом ФБР. Приятно познакомиться с вами? Нет, не так.

— Дальше по коридору есть комната ожидания, где мы можем уединиться, — говорю я им, прежде чем повести их по коридору.

— Думаю, здесь лучше, чем в коридоре, — говорит детектив Келли, когда нажимает кнопку на кофейном аппарате и смотрит на Мэнди, которая все еще разговаривает по телефону.

— По правде сказать, она сейчас общается со своим боссом из Комитета по ценным бумагам и биржам, чтобы выяснить, сможет ли он пролить свет на это дело, — заявляю я, пока агент Митчелл и я садимся за маленький белый столик в углу. — Она — юрист, — сообщаю я агенту.

— Итак, что происходит? — спрашивает детектив Келли, присоединяясь к нам. — Вы сказали, что у вас есть детали, которые могут пролить свет на это дело.

Он делает глоток кофе и пристально смотрит на меня. Все, что ему нужно — это пончики, чтобы завершить стереотипный образ.

— Я даже не знаю, с чего начать, — говорю я, проводя рукой по своим волосам и вздыхая. — Все это какое-то сумасшествие. Но Мэнди и я считаем, что Томми Фаулер, новый генеральный директор «Эддисон Медиа» находится в центре всего этого.