Читаем Сказки онлайн бесплатно

На меня забьют во все яндексы,

И растащат меня по статусам -

Только что мне до промо-схем?!

Я, из ниоткуда возникшая -

Всех усопших умею быть тише я -

Не предсказанная никем.

Но пришло время выйти из тени мне,

Где русалки, вампиры, видения

Почитали меня за свою.

Там морочатся темами теми же -

Их печальки, приколы и месседжи

Вам, не верящим в них, отдаю.

А на луне вчера справляли свадьбу -

Ко мне пришло оттуда приглашенье

На гербовой изысканной бумаге.

Давно пора мне, легковерной, знать бы,

Куда ведут подобные решенья,

Но так испить хотелось лунной браги-

И в путь пустилась я без промедленья.

Взяла в подарок старый свой гербарий

Да две снежинки – там они бесценны.

Дорогой же в Селеновы¹ владенья

Вокруг бесшумно извивались пары,

В театре призраков разыгрывая сцены.

Добравшись, я развеялась, конечно,

Луна в ту ночь не место для печали -

Гостей чудесных плыли вереницы.

Жених с невестой – Разум с Грёзой нежной -

Не в первый раз прилюдно обвенчались,

Для них сойтись не труд, как и проститься.

Дробился звук, свет оседал, как пудра,

Кружилось всё волшебной каруселью,

И зелья было выпито немало…

Без сил в постели я очнулась утром -

Рождало чудищ адское похмелье,

И, оглядевшись, мир я не узнала.

Каким здесь ветром? – как всегда, восточным -

В апреле он подобен миражу.

Но в этот раз я рассчитала точно,

Как подойду к тебе и что скажу.

Ты помнишь вихрь, когда мы повстречались? -

Пути ни разобрать, ни угадать.

А нынче – всем гармониям на зависть -

Покой на сердце, в небе тишь да гладь.

И пусть я буду миражом, виденьем,

Минутным сном, навеянным весной.

А рифма донесётся дуновеньем -

Стеной, виной, одной, навек одной.

Последних нежных слов нам и не хватит,

Хотя они продуманы вполне,

А лёгкий ветерок, наверно, кстати -

Попутным будет он сегодня мне.

Но ты запомнишь навсегда и позже

Мои глаза в изменчивой тени.

А ветер западный уж облака тревожит -

Всё, мне пора – и бог тебя храни!

Не летает душа по приказу -

Смотрит круглым, бессмысленным глазом

Да, нахохлившись, жмётся в углу.

Опустив обречённые крылья,

Припорошена пеплом и пылью,

Словно воду, глотает золу.

По заказу душе не поётся -

Всё вздыхает и стонет до солнца

В опостылевшей клетке грудной.

Лишь порой мрак и морок всегдашний

Крик пронзит, безнадёжный и страшный -

И пахнёт ледяною виной.

Не живётся душе несвободной -

Можешь пичкать её, чем угодно,

Утешенья шептать – всё не впрок.

Вдруг исчезнет… но, если вглядеться,

За расшатанной дверкою сердца

Мёртвой птицы чернеет комок.

Я неслышно вошла и не скрипнула дверь -

В забытьи, не дыша наблюдаю теперь

Ласку преданных клавиш и сдержанных рук -

Как во тьме на огонь, забрела я на звук.

Огранил ты сонаты чистейший бриллиант,

Ювелир тишины, странный мой музыкант.

Обертоны² предчувствий на слух ты лови,

Осторожно раскрой партитуру любви,

О былом не мечтай, о грядущем забудь,

Подбери для души мне хоть что-нибудь.

Этот вечер хрустальный с тобой заодно -

Он разбавил небес золотое вино.

Притушил непочтительно яркий закат -

Отлетевшего дня слишком явный распад.

Он не будет включать цепи звёздных гирлянд -

Знает всё наперёд чуткий мой музыкант.

Растворяясь в ночи и себя не щадя,

Он для нас разобрал партитуру дождя,

Его нежности зыбкой вдыхаю я ртуть -

Ну, сыграй для души мне хоть что-нибудь.

И касается время разбуженных струн -

Сам своим колдовством очарован колдун,

Своему вдохновенью попавшийся в плен,

Шлёт нам тень свою – память – себе он взамен.

Нашей встречи творец и разлуки гарант,

В тёмном зале пустом мой слепой музыкант.

Перед вихрем минут мы как свечи слабы,

И колышется лист партитуры судьбы,

Но я всё же успею ещё раз шепнуть:

– Что-нибудь для души мне, хоть что-нибудь.

(из поэмы «Средневековье»)

Мой Алхимик, почти не верю,

Что вошла однажды к тебе я,

Что проникла в обитель мага,

В твой надёжно укрытый дом.

Средь цветов на стене там череп,

И драконы в полёте реют,

И сосуд с мерцающей влагой

В очаге с покорным огнём.

Там повсюду колбы, реторты,

Саламандры³ знак прихотливый,

Запах сладкий и терпкий вместе,

Свет, проникший сверху в окно.

Но детали в памяти стёрты -

Я улыбку твою ловила,

Мягкий взгляд, рук красивых жесты -

Ты мне подал в чаше вино.

Чернокнижник, своей ты силы

Сам не знал до конца, наверно,

А быть может, исполнил честно

Волю тайного ремесла.

Я, испив лишь глоток, застыла,

Онемела от муки смертной,

И расплавленным золотом в венах

Кровь отравленная текла.

А потом обернулась я камнем -

В миг, когда ты склонился к свиткам -

Да не философским, обычным -

Не ценней, чем гранит, слюда.

Не находишь опыт забавным?

Можешь камень носить на нитке -

Ну, а хочешь – выброси нынче ж

И забудь о нём навсегда.

Мне во тьме, средь бумаг и хлама,

Ждать случайного прикосновенья,

Мне, холодной, кажется лаской

И небрежно брошенный взгляд.

Жизнь проснётся во мне упрямо,

Запульсирует светотенью -

И предстанет подарком царским

Обращающий в камень яд.

Нежнее, чем Польская панна,

И, значит, нежнее всего.

К. Бальмонт.

А вот и парк нежнейшей нашей встречи -

Мы день за днём зачем-то шли сюда.

Ты тихо спросишь – тихо я отвечу:

"Запомнишь всё?" – "Запомню навсегда".

Твой силуэт в просвеченной беседке,

В тени ресниц и клёнов тишина.

И старый парк запомнит каждой веткой,

Как нежен ты, как я сейчас нежна.

Нежнее всех – нежнее водной глади,

Нежней луча, лелеемого в ней,

И листьев, льнущих к кованной ограде,

И паутинки призрачной нежней.

Настолько чутки трепетные руки,

Что им прикосновенья не нужны.

Сквозной аллеей мы идём в разлуку

И потому как никогда нежны.

(песня)

Смертной тяжести уж не снять мне с рук,

И на сердце груз у Алёнушки…

Приходи скорей, мой любезный друг –

Приноси ко мне своё горюшко.

Припев:

Приворот-река слишком глубока,

И темным темна, ой, разрыв-река.

Нынче виден дым костра злобного,

Слышен спорый стук – плаху делают.

Это по твою буйну голову,

Это по твою душу светлую.

Припев:

Приворот-река слишком глубока,

И темным темна, ой, разрыв-река.

Мне б забыть на миг, что я проклята –

Рядом встать с тобой, уйти просто бы…

Ведь не то беда, что я в омуте,

Мне лишь то беда, что мы врозь с тобой.

Припев:

Приворот-река слишком глубока,

И темным темна, ой, разрыв-река.

Да песок-зарок на холодном дне

И валун-горюн – не подняться мне.

Смертной тяжести уж не снять мне с рук,

И на сердце груз у Алёнушки…

Я в пыли отыскала корону

Там, где бурно растут лопухи,

Где набросано густо по склону

Банок, склянок, обёрток, трухи.

Раньше был там, внизу – видишь свалку? -

Небольшой заболоченный пруд.

Нет, ну что ты, какая рыбалка?! –

Лишь лягушек укромный приют.

Верно, в ласковой бархатной тине

И Царевна-лягушка жила.

Окруженьем её, чин по чину,

Вечерами ей пелась хвала.

Но пришлось ей покинуть поместье –

Близ людей высыхают пруды.

Коль разор с отступлением вместе –

Далеко ли до новой беды?

Потеряла корону в дороге –

Обронила, растяпа, в прыжке,

И товарки судачили строго:

– Венценосная – на смех мошке!

Кто поверит теперь ей, квакушке,

В ней увидев объект для любви?

Что к дворцу! – не подпустят к избушке,

Сколько, бедная, стрел ни лови.

В мир взирает она безучастно –

Из себя невозможен побег,

Лупоглазой не зваться прекрасной,

Приросла кожа, видно, навек.

Я корону держу на ладони –

Самоцветы померкли давно.

Разве место в шкатулке короне?

Разве трон и пустырь – всё одно?

Но корона напёрстком мне служит,

А Царевна в тени лопуха,

В одинокой заплёванной луже

Не дождётся уже жениха.

Тому лет сто, как пусто здесь кругом –

И где был пруд, теперь лишь топь и смрад,

И вечный мрак, где был когда-то сад,

Ещё – колючки, чаща, бурелом.

И замок тот – мышей летучих кров,

В нём пыль, осколки, сырость, тишина,

Песок… Видать, в былые времена

Песочных было много здесь часов.

Однажды клич коснётся мрачных плит,

Вздохнёт меж стен далёкая труба.

Собак, псарей, придворных, слуг гурьба –

Охота королевская летит.

И королевский сын, взглянув окрест,

Увидит дебри, сумрак, вороньё,

Отстанет, вспомнит детство он своё

И сказки о проклятье этих мест.

Шипы и ветви в замок путь хранят,

Во сне там ждёт героя сотни лет

Принцесса – и прекрасней её нет! –

И он коня поворотит назад.

И будет принц вгрызаться в темноту,

Рубить, ломать, крушить деревьев рать,

И собственную трусость презирать,

И приближать заветную мечту.

Он пот и кровь не раз сотрёт с лица,

Себе не позволяя отдохнуть,

Но он силён и смел, и в этом суть,

И принц пройдёт по лесу до конца.

Прорвавшись к замку, он замрёт на миг,

Стараясь успокоить сердца стук,

Нежданную унять дрожь крепких рук

И осознать, что цели он достиг.

Уже представив вкус желанных уст,

Шагнёт он на обрушенный порог.

А что увидит? – плесень да песок –

Тому лет сто, как замок этот пуст.

Ну что ты делаешь со мной,

Совсем того не замечая?..

Все мои думы до одной

Ко мне сбрелись сегодня к чаю.

Им так уютно за столом –

К десерту будут, верно, слёзы.

Они читают пухлый том

Несозданных стихов и прозы.

Да, я хотела написать –

Сонет? Рассказ? – скорее, сказку.

Листов, быть может, чистых пять

Блокнот мне б выделил по-царски.

Строкой не стало – было ль сном?

Там небо, и трава, и заводь,

Я в лёгком платье, босиком,

И ты меня зовёшь поплавать.

А я смеюсь в ответ, и смех

Дробится в тишине звенящей.

И голос твой: «Одна из всех

Из прошлого – ты в настоящем».

А вот уже в траве лежишь

В объятьях неба и растений.

И оголтелый вьётся стриж,

Сшивая облака и тени.

А мои пальцы учат впрок

Загар, морщинки, прядей жёсткость.

И судьбы вдруг на малый срок

Утратили былую зоркость,

Нас упустив… И где взять сил

Разрушить сказку в миг единый?

А напоследок ты б спросил

О том, как назовём мы сына.

Декабрь… так поздно… тихо здесь –

Лишь гости шутят над развязкой.

Довольно с вас! Пора знать честь –

Иссякли на сегодня сказки.

А дождь сегодня обернулся в снег -

Совсем нежданный, тихо безутешный,

Растерянный, совсем как человек -

Покинутый, беспомощный, нездешний.

Уже апрель – так что ему сбрело

Опять смотреть на наше бесприютье?!

Не будет от него сейчас светло,

Но он идёт наивнейшею сутью.

Не долетит он даже до земли -

Да где ему укрыть всю эту слякоть?!

Его порыв понять мы не смогли,

Заплакал бы – но он не дождь, чтоб плакать.

Застенчиво бежит от наших глаз,

Собою сам ужасно недоволен,

Ему и жизни, может быть, на час -

Он снежностью и снегилизмом болен.

Преодолел он мрак и высоту,

Но разминулся всё-таки с любимой.

И исчезает он, храня мечту,

Что просто снова обретает зиму.

И соломинка мне опора,

Но с расспросом сейчас не лезьте!

Обходила прилежно горы,

А споткнулась на ровном месте.

Знать бы – век просидела дома -

Здравый смысл, он под стать аресту.

Я огонь занесла в солому,

А никто не шепнул: «Ни с места!»

Видно, счастье не там искала –

По соломке, да против шерсти,

Как иголку на сеновале,

Как дорожку на свято место.

Рай соломенный в чистом поле:

Каждый шорох – дурные вести.

Вихрь поднялся и обездолил -

Всё на месте, а я не к месту.

Лишь соломенный цвет пожара,

Соль в глазах, а во рту вкус жести.

Жаль, что чаще после удара

Узнаёшь про больное место.

Что ж, сменила мыло на шило –

Да в мешок!.. Но сказать по чести:

Я соломки не подстелила

На проклятое это место.

Нет понятья «безысходность смерти»,

Бьёт лишь жизнь наотмашь – плачь, не плачь.

В благосклонность вы её не верьте –

Наготове плётка неудач,

Где-то под рукою кнут сомненья,

Жаждет пистолет прильнуть к виску,

И крадётся вслед за нами тенью

Обречённость, прихватив тоску.

Вдруг пути прервутся тупиками,

И ступеньки устремятся вниз,

Некрологи ухмыльнутся в раме:

– Все там будут! – правильный девиз.

Все там будем! – в чём тогда проблема?

Раньше, позже – нет причин гадать.

Может, это лишь побег из плена

Иль призыв во внеземную рать?

Ведь недаром с миром всяк отпущен,

И единый раз земля как пух…

Если в самом деле ждут нас кущи,

То наделал шуму б этот слух –

Только бы хоть кто-то возвратился,

Посмотрев хотя б одним глазком.

От вновь прибывших тот свет ломился б,

Шли б туда шеренгой и гуськом.

Но спасает, как всегда, незнанье –

Никому ведь неохота гнить.

Зависаем перед вечной гранью,

Втискивая тщетно «быть» в «не быть».

То мы часто просим,

Что сберечь не в силах…

Мне намедни осень

Сказку подарила.

Вроде шутка, малость,

А на сердце легче.

Мне всё вспоминалась

Ночь нежданной встречи.

Сладкий привкус риска,

Откровений гиблость,

А зимы уж близко

Песня доносилась.

Стал дурацкий случай

Ценностью бесспорной,

Был смутьян колючий

Нежным и покорным.

Возвращал он лето

Щедро, без опаски

И ушёл с рассветом

Прямиком да в сказку.

Я ж не совладаю

С мыслью неуместной,

Что ушла тогда я

Прямиком да в песню.

Я б могла рассказать, как вдали мне жилось,

И какие обеты на душу легли,

Коли ей, бесприютной, и с телом бы врозь -

Лишь бы прочь от жестокой постылой земли.

И поведать о каре за слово "люблю",

О немыслимой истине мёртвых зеркал,

Тени маятника, напоминавшей петлю,

Как отходную мне сатана прочитал.

Мне признаться бы в том, как безжалостен спрос

Там, где солнце черно и где сажа бела,

Где пила я взахлёб из источника слёз

И проклятье своё, словно крест, пронесла.

А манящая тяжестью спелая гроздь

Кровью брызгала вдруг… мне б покаяться в том,

Как в ненастную полночь непрошеный гость

Разбивал мне окно измождённым крылом.

Мне шептать бы о том, как сходила с ума

У крыльца мрак узрев гефсиманских⁴ ветвей,

Осознав, что земля вся – Акелдама⁵,

И Голгофа⁶ – единственный выступ над ней.

Мне кричать бы о том, как пугающ простор,

Мне открытый. И ваш очистителен гнев -

Я и близких людей обрекла на позор,

Предала всех, кто слепо доверился мне.

Мне хрипеть бы о муках удушья в себе,

Когда вслед мне бросали не камни, но грязь,

Когда гнали – из милости, не по злобе! -

От поветрий смертельных рукой заслонясь.

Вы простите мне всё и в положенный срок

Не за тыном – в ряду общем – сладите дом.

Вы зачтёте мне то, что сдержала зарок,

Что не стала рассказывать вам ни о чём.

(песня)

Ты хотел бы вернуться на реку Тишину?

Л. Мартынов.

Ты представь на миг, как я здесь живу

Под защитой озера Тишина.

Я стелю туман, я плету траву –

Кто сказал тебе, что я здесь одна?

Припев:

Этот ветер трепетный за стеной –

Снова он со мной, до утра со мной.

Вы представьте лишь, сколько долгих лет

Я сшивала явь из обрывков сна.

Может, здесь и тьма, но я вижу свет –

Кто поведал вам, что я здесь одна?

Припев:

Этот свет невидимый, неземной –

Снова он со мной, до утра со мной.

Я вдали от всех, и закон суров:

Как у озера, у вины нет дна.

Но слышны в тиши перезвоны слов –

Кто поверит вам, что я здесь одна?

Припев:

Кто там – ангел, бес – за моей спиной?

Снова он со мной, до утра со мной.

Ангел или бес за моей спиной –

Снова он со мной, он всегда со мной.

Старый замок смертельно устал

От того, что в нём тихо и чисто,

От обмана своих же зеркал,

От толпы пропылённых туристов.

Он осунулся и обветшал -

Холм под ним уж не кажется троном,

И забыл он, кого укрывал -

Йорков⁷, Габсбургов⁸ или Бурбонов⁹.

А туристы спешат чередой,

Рассуждают про тонкости стиля…

У ворон спросит замок седой -

– Вроде те же вчера проходили?

Наизусть помнит день он любой -

Надоевшее вечное действо.

В разговорах с оглохшей судьбой

Просит лишь привидений семейство.

– Вот устроили б переполох,

Без причины захлопали б двери,