Читаем Шеф онлайн бесплатно
– Господин черт! Я жрал по утрам овсянку не один месяц и досконально знаю, на основании каких факторов ставят маниакально-депрессивный психоз.
Шеф задумчиво пригубил вино. Потом погасил окурок. Официант сменил пепельницу.
– И что?
– Если ты сумеешь убрать ее – ничего. Если нет – она уберет тебя.
– А ты мне ее поможешь убрать?
– А зачем мне это?
– А зачем хочешь.
Олег внимательно поглядел на Шефа. Тот сделал еще глоток из бокала и продолжал:
– Она меня не обманывала. Она действительно была беззащитной, скромной, забитой. Когда глядишь на такую девушку, возникает чувство, что если ее избавить от этих качеств – гадкий утенок станет прекрасным лебедем. Я об эту иллюзию обжигался тысячу раз. Скромность уступает место развязности, беззащитность – припадочной агрессивности, а забитость – потребности унижать. И ничему больше. У Кэсси вдобавок ко всему этому обострился ее природный максимализм. Так ты полагаешь, это шизофрения?
– Маниакально-депрессивный психоз.
– Ого! Ну это уж вообще ни в одни ворота не лезет. Да ее нужно незамедлительно пристрелить, как бешеное животное, чтоб она перестала мучить себя, меня и других! Иначе другие поступят с ней куда жестче. Тот, кому она навязала необходимость фронтальной стычки со мною, взбешен ее дурацким демаршем еще сильнее, чем я.
– Как? Еще сильнее?
– Конечно! В миллион раз! Когда она явилась к нему с вагонами информации и призывом немедленно распылить меня на протоны и электроны, он попытался ее унять. Она от него сбежала. Он пустил за ней свору гончих. Она их передушила – я много лет учил ее живодерству. Он предложил мне объединиться против нее. Я не согласился. Точнее, не предложил, но если бы предложил, я бы отказался. У меня принцип: свои ошибки исправлять своими руками. Ты можешь как-нибудь притащить ее в Гнилой Яр?
– Зачем?
– Да затем, что я только там смогу ее ухандокать. Ведь я любил ее в миллиард раз больше, чем самого себя, во всех своих ипостасях. И научил тому, чего не умею. Так что она сильнее меня. А там…
– А там у тебя триллион любовниц, каждая из которых имеет столь же великолепное образование? – перебил Олег.
– Нет, только одна.
– Она только там может находиться?
– Нет, она только там может убивать.
– А почему так?
– А потому, что там ее совесть спит крепким сном.
Осушив бокал, шеф остановил бежавшую мимо официантку.
– Можно заказать кофе?
– Конечно. Какой желаете?
– Черный.
– А мне, пожалуйста, водки, – сказал Олег, – триста грамм. И тоник.
Официантка кивнула и убежала. Проводив ее взглядом, шеф наполнил бокал. Олег поинтересовался:
– А ты запасся третьей любовницей на тот случай, если вторая выйдет из-под контроля?
– Конечно, нет! Только идиоты бабами запасаются. Это скоропортящийся продукт.
– В холодке хранится сколько угодно.
Шеф огляделся по сторонам, как будто ища кого-то. Увидев его глаза под чуть-чуть другим углом света, Олег заметил, что блеск у них нездоровый. Как после дозы транквилизаторов. Но смотрели они тяжело и зорко, по-волчьи. Олегу вдруг захотелось встать и уйти, оставив и Шефа, и одиноко пьющую Ингу, и все, что стало для него важным и интересным во второй половине его так нехорошо сложившейся жизни. Уйти, подняться на какой-нибудь мост – но не над рекою, над рельсами, и смотреть на рельсы. Смотреть, смотреть.
– Ну что, мы договорились? – напомнил о себе шеф, пригубив вино.
– Я уже сказал тебе – она знает, на что идет, – ответил Олег, закуривая.
– И что?
– Нельзя останавливать человека, который знает, на что идет, если он идет на верную смерть.
– Ах, вот оно что!
– Можно отравлять человеку жизнь, если очень надо, но отравлять человеку смерть – это, извините, полное скотство, – блеснул Олег своим афоризмом.
– Значит, ты – скот?
Олег удивился.
– Я? Почему?
– Потому что ты отравил мне смерть, недоумок! – заорал Шеф, с такой силой грохнув кулаком по столу, что полсотни людей повернули головы. – Ты и сто миллиардов таких, как ты! Я был первым, кто предпочел ужасную смерть прекрасному рабству! Я никого не звал за собой! Я стремился к смерти, как к обожаемой, долгожданной женщине. Я мечтал умереть один. Но вы на меня взглянули и потащились за мной, как стадо овец! Отогнать вас не было никакой возможности. Я стал делать из вас людей, чтоб мне было не так противно умирать с вами. А вы за это начали меня проклинать! Чем больше я давал вам свободы, жажды познания и возможности удовлетворять ее, тем страшнее были проклятия. Твою мать! Свобода вам не понравилась! Я уже тебе говорил, что свободу надо любить, как женщину, а не лапать, как проститутку возле пивного ларька, иначе она ощутит себя таковой и попросит платы, что и произошло. Ублюдки! Ублюдки!
И Шеф опять обрушил кулак на стол. Десятки людей опять на него взглянули и отвернулись. Олегу хотелось встать и зааплодировать. Он бы, может быть, так и сделал, но появилась официантка с водкой и кофе. Дико уставившись на нее, Шеф крикнул:
– Кто ты такая? Что тебе надо?
