Читаем Сестры Тьмы. Часть 2 (СИ) онлайн бесплатно

Из окна моей комнаты в общежитии открывался поистине завораживающий вид. Первые лучи солнца пробились сквозь утренний туман и позолотили верхушки лесных деревьев. Все вокруг словно застыло, приветствуя новый день. Моей голой спины коснулась мозолистая мужская рука и тут же плавно скользнула на живот, поглаживая его сверху вниз. От этой нехитрой ласки удовольствие приятной патокой разлилось по всему телу.

— Что там такого интересного, что ты бросила меня одного в постели? — хриплый мужской голос эхом отразился от стен моей комнаты.

— Завораживает, не правда ли? — шепотом спросила я, не отрывая глаз от прекрасной картины, разворачивающейся у меня на глазах. Туман легкой дымкой завис над лесом, словно желая поиграть с солнечными зайчиками.

— Угу, — промычал этот несносный тип, прокладывая дорожку из легких поцелуев по моей беззащитной шее. — Но твой вид сзади, который я наблюдал, едва проснувшись, все же завораживает немного больше.

— Пошляк! — улыбнулась, прикрывая глаза. Мужчина за моей спиной был почти на голову выше меня и абсолютно раздет. Я обхватила его мощное запястье рукой и открыла глаза. Улыбка стремительно покинула мои губы. За окном творилось нечто невообразимое! Густая Тьма тяжелым облаком зависла над лесом, ее черные щупальца, извиваясь, стремительно ползли по земле, по направлению к общежитию. Я прильнула к окну, с затаенным дыханием наблюдая за развернувшейся картиной.

— Ты тоже это видишь? — тихо спросила я. Мою руку, лежащую на оконном стекле, накрыла мужская, переплетая наши пальцы.

— Это расплата, Мира. О чем ты думала, разрушая священный артефакт? — я дернулась, пытаясь вырваться из объятий мужчины, но он держал крепко. — Тьма была в заключении столько лет, и теперь, вырвавшись на свободу, поглотит всех вас. Вы, бесполезные создания Первородной, не достойны ее силы…

Я безрезультатно трепыхалась в мужских руках. Он тихо рассмеялся мне на ухо, наслаждаясь моей беспомощностью. Тьма ударила в деревянную раму, и от этого удара оконное стекло покрылось мелкой сеткой трещин. Я перевела взгляд на наши переплетенные руки и только сейчас заметила на среднем пальце мужчины массивное кольцо. На черном камне был выгравирован серебряный ворон. В следующее мгновение мне в лицо полетели осколки разбитого стекла, и я проснулась.

Теперь почти каждую ночь мне снились странные сны. Разрушение первой части подавителя в той или иной мере повлияло на всех темных. По ночам меня терзали различные сценарии конца света, который непременно произойдет по моей вине. А днем настроение постоянно колебалось от отметки «жизнь прекрасна» до «убью их всех, чтобы не мучались».

Кэролайн оказалась права. Уцелевшая часть артефакта теперь работала с перебоями, ему не хватало мощности, чтобы подавить всю существующую темную энергию, которая распространялась по нашему королевству волнами. Хуже всего было темным женщинам, которые до разрушения находились на грани срыва.

Аника вернулась в академию через месяц после разрушения артефакта, и от ее цветущего вида и приторной улыбки, которой она одаривала Эйдена, становилось кисло на душе. Но уже через неделю ей снова стало хуже. На обеде Нил рассказал, как стал свидетелем ее драки с подружкой. И с его слов это очень напоминало произошедшую между нами с ней стычку, когда она чуть не сорвалась. Услышав это, Эйден сразу же подорвался и побежал на помощь своей будущей жене, совершенно не заботясь о том, как это выглядит со стороны.

Я проглотила этот плевок в душу, приправляя все это понимающей улыбкой. Он так и не рассказал мне о том, что помолвлен. А я больше не поднимала эту тему. Зачем? Теперь я хорошо усвоила, где мое место. И оно точно не рядом с Эйденом Эйром. Осталось продержаться еще немного, играя роль его девушки, и я буду свободна. А он пускай себе хоть десять жен заведет, главное, чтобы подальше от меня.

Но ни ужасные сны, ни блуждающая тьма, ни предательство Эйдена не шли ни в какое сравнение с другой проблемой. Эта проблема за последние три года заметно раздалась в плечах и нарастила все нужные мышцы, черты лица еще больше заострились, а блеклые ранее глаза стали ярко-голубыми.

Райнер Эйр повадился посещать мои сны, словно ежедневных преследований ему было мало. Куда бы я не пошла, постоянно с ним сталкивалась, а если не сталкивалась, то обязательно ощущала на себе его внимательный взгляд. Первую неделю я дрожала каждый раз, когда ловец с въедливым выражением лица, обращался ко мне напрямую. Постоянный страх разоблачения окончательно испортил мой сон и все попытки преуспеть в учебе.

Но постоянно жить в страхе невозможно. В очередной раз гоняя нашу первую встречу в голове по кругу, я пришла к одному единственному выводу: даже если он что-то подозревает и каким-то образом помнит приютскую оборванку, которую видел от силы пять минут три года назад, то все равно не сможет ничего доказать. А свои домыслы пусть держит при себе.

Эта сделка с собственной совестью сразу же дала свои плоды. Я позволила себе расслабиться в его присутствии, и небо не упало на землю, а Тьма не поглотила все живое. Райнер сразу заметил эти изменение в моем поведении, на пару дней он даже пропал из поля моего зрения. А затем и Эйден получил какие-то вести из дома и тоже отбыл по делам.

Я вздохнула с облегчением, ведь сразу две насущные проблемы самоустранились, хоть и на время, из моей жизни. Настроение и самоконтроль сразу же улучшились. Правда, ненадолго. На смену ночным кошмарам пришли сны с участием ловца. Эротического, мягко говоря, содержания. Сны, полные нерастраченной страсти и нежности, сны, где никого, кроме нас, не существовало, ни темных с их артефактами, ни сопротивления. В этих снах я не помнила своего прошлого, самым важным для меня было настоящее, в котором присутствовал этот мужчина.

В связи с отсутствием Эйдена, который обычно занимал собой все мое свободное от учебы время, у меня появилось больше возможностей продолжить свои исследования в архиве. Ролан, который очень сильно изменился после бала, с большим энтузиазмом присоединялся ко мне всякий раз, когда я разгребала все старые сведения о военном времени. Мне даже начало казаться, что Ролан ищет тоже самое, что и я. Неужели его посвятили в тайну темных? Если да, то на чьей он теперь стороне? Смирился ли со своей судьбой и смертью матери? Или найдет в себе силы, чтобы понять мотивы сопротивления?

— Смотри, ты не находишь ничего странного? — я подсунула ему два наградных свитка, согласно которым Магнус Рид сумел поучаствовать одновременно в двух битвах, происходящих на разных концах королевства.

— Это более чем странно, — протянул Ролан, но сильного удивления в его голосе не было. — Возможно, это ошибка, и награда предназначена кому-то со схожим именем?

— И фамилией? — скептически спросила я, продолжая наблюдать за его реакцией. Ролан отложил свитки и вернулся к чтению. По правде говоря, я ожидала совершенно другой реакции. Его спокойствие мне не понравилось.

— Ты получила весточку от Эйдена? — ненавязчиво перевел тему братец.

— Получила. К сожалению, его маме снова стало хуже, — с искренним участием ответила я, мне было жаль эту женщину, хотя я совершенно ее не знала. — Ты не знаешь, что там с Аникой?

— Она под постоянным присмотром, пока что удалось стабилизировать ее состояние. Думаю, скоро ее выдадут замуж, — внезапно сказал Ролан, поднимая на меня внимательный взгляд. Я постаралась придать лицу независимое выражение. — Ученые говорят, что беременность способствует стабилизации состояния в подобных случаях.

— Надеюсь, ей помогут, — ровно произнесла я. — Только одного понять не могу. Эйден довольно груб с Аникой в обычной жизни, но в первых рядах бежит к ней на помощь. Кажется, их связывает какая-то очень непростая история.

— Он тебе не рассказывал? — я отрицательно качнула головой, обращаясь в слух. — Мы были знакомы с самого детства и часто проводили время втроем. Нил и Кастер появились в нашей компании гораздо позже. Дружба Эйдена со временем переросла в первую влюбленность. Нам едва исполнилось пятнадцать, когда я застукал их целующимися. Мой мир тогда перевернулся, я совершенно не знал, как относиться к этому открытию. Аника ходила, словно королева, позволяя другу за ней волочиться. Она привыкла к всеобщему вниманию и обожанию, все-таки она была единственной девушкой из семей основателей нашего возраста. В какой-то момент Аника заигралась и решила, что два темных, влюбленных в нее, гораздо лучше одного. Выбор, как ты могла догадаться, пал на меня. Она вешалась на меня в присутствии друга, обставляя все так, словно это я за ней увиваюсь. Естественно, мы все разругались, Эйден не общался со мной полгода. Позже мы с ним помирились, но с Аникой у них с тех пор очень сложные отношения.

— О чем-то таком я и подозревала, — меня совершенно не удивила эта история, их отношения с самого начала показались мне непростыми. — Что бы ты сделал, если бы твой отец приказал на ней жениться?

— Я и Аника…почему-то раньше мне это не приходило в голову, — задумчиво протянул Ролан, оставляя мой вопрос без ответа.

Настроение было паршивым с самого утра, поскольку недосып всегда ужасно сказывался на моем внутреннем самоконтроле. Всю ночь мне снилось, как темная сила поглощает Вениру и сводит ее с ума. То, во что она после этого превратилась, даже отдаленно не напоминало мою подругу, это было чудовище, сотканное из моих детских страхов перед Тьмой.

Ни одна из успокоительных техник не помогла мне прийти к полному равновесию, но все же, немного успокоившись, я оправилась на первое занятие.

— Внимание! Важное объявление! — прокаркал преподаватель истории, Асмус Ринийский. На первый взгляд, ему было под сотню лет, и при первом знакомстве мне показалось, что он отдаст душу Пресветлому прямо во время урока. Но на поверку он оказался довольно подвижным и очень увлеченным своим делом мужчиной. Я прониклась к нему уважением и никогда не пропускала его занятия. — Сегодня нас посетит наставник темных. Лорд Калвер обещал заглянуть к нам в середине лекции!

Все оживленно зашептались. Темных в моей группе не было, поскольку они в большинстве своем предпочитали военные и политические направления. Не смотря на то, что на моем факультете учились одни аристократы, для них большой честью считалось попасть на лекцию темного лорда, который к тому же являлся наставником для будущих членов ордена Тьмы.

От воспоминаний о прошлой встрече с дядей Эйдена меня передернуло. Шрам, оставленный лордом Калвером, был практически незаметным, по сравнению с тем, который оставил мне в подарок его старший брат. Похоже, я уже успела познакомиться со всеми родственниками Эйдена, кроме его матери.

Лекция о времени правлении Карима Рида была в самом разгаре, когда к нам присоединился лорд Калвер. Лицо его брата навсегда отпечаталось в моем сознании, что не удивительно, ведь он был первым темным, которого я встретила. Поэтому я с отстраненным интересом отметила, что Эйден гораздо больше похож на своего дядю, чем на отца.

— Передаю слово лорду Калверу! Ему есть о чем вам рассказать. Слушаем внимательно, вопросы по великому роду Ридов обязательно будут на экзамене!

— Как вам уже известно, Карим Рид является довольно значимой фигурой в истории нашего королевства. Во времена его наместничества был основан орден Тьмы, а также издан ряд указов, которые навсегда изменили жизни жителей Западных Земель. Одним из них был указ, об обязательной проверке всех темных женщин на активную магию тьмы. А также указ, о запечатывании всех выявленных. Обязанности по исполнению этих законов легли на плечи членов ордена…

Его речь заняла не так много времени, он излагал факты сухо и безэмоционально. Я внимательно следила за его реакцией на особенно жестокие моменты рассказа, но ни толики сочувствия или сомнения не мелькнуло в его голосе, словно он не об жестоких казнях женщин рассказывает, а о сборе урожая. Лекция подходила к концу, и учитель попросил наставника темных задержаться еще немного, чтобы студенты могли задать интересующие их вопросы.

— Лорд Калвер, Вам, как члену ордена Тьмы, приходилось сталкиваться с одаренными темными женщинами? — спросил кто-то с задних рядов.

— Лишь несколько раз. Регулярные рейды по выявлению темных дают свои плоды, поэтому тех, кто ускользнул от правосудия не так много. — так вот как они облегчают свою совесть. Правосудие. Так они называют облаву, которую устраивают на темных девушек. Я скрипнула зубами, параллельно пытаясь успокоить дыхание, чтобы ненароком не устроить показательное шоу с участием проявленной тьмы.

— Расскажите, пожалуйста, какие они? — умолял все тот же парень.

— Проявленные — самые смертоносные твари, которых видел свет. Они уничтожают без разбора все на своем пути. Больше мне нечего о них рассказать. Если встретите подозрительную женщину, немедленно сообщите о ней кому-то из старших или члену ордена. Возможно, вы спасете кому-то жизнь. Еще вопросы?

Потрясающе! Теперь-то я окончательно поняла, в чем смысл его сегодняшнего появления. Нагнали страху на впечатлительных студентов и обеспечили себе несколько сотен доносчиков. Драховы дети! Не зря едят свой хлеб.

— А как же отступницы, напавшие на дворец? Они были похожи на чудовищ? — спросил парень, сидящий недалеко от меня. Калвер перевел на него взгляд и тут же заметил меня. Он завис, рассматривая мою неотразимую персону. Я взмолилась Первородной, чтобы не вывалить на него обуревающую меня ярость.

— После срыва темные женщины полностью теряют разум, но еще не все из них переступили черту безумия. Они вполне могут скрываться среди обычных людей, не выдавая себя до поры до времени. И это самое страшное! В руках небольшой группы женщин находится ужасающая сила их соратниц, которых поглотило безумие.

Я восхитилась тем, как они умудрились все вывернуть под свою теорию, и даже мысленно поаплодировала.

— Могу я задать вопрос? — спросила у него разрешение.

— Конечно, леди Хольм, — похвастался своей памятью темный.

— Карим Рид является родоначальником не только ордена, но и ловцов. Как вы считаете, что стало причиной рождения у него такого сына?

— Хороший вопрос, леди. Лучшие ученые до сих пор не смогли на него ответить, — ушел от ответа лорд.

— Возможно, стоит привлечь к этому делу маскинских ученых? Все-таки они по праву считаются одними из лучших в вопросах магии. — темный ничего не ответил, продолжая изучать меня взглядом.

Прозвучал сигнал об окончании лекции. Учитель поблагодарил Калвера и отпустил нас на следующую лекцию.