Читаем Секретарь посла онлайн бесплатно

Я вышел из переполненного зала и прикрыл за собой дверь. Бал-маскарад в посольстве был шумным и ярким мероприятием, а я приземлился лишь несколько часов назад. Не успев толком оформить документы, мне уже пришлось переодеваться в костюм и надевать предложенную маскарадную маску на лицо. Из еды на балу было только шампанское, так что покружив в танце трёх неизвестных мне девушек я счёл за лучшее уйти и отдохнуть в своей комнате. Алкоголь и усталость давали о себе знать, смешиваясь в туманящий сознание коктейль. 

Лифт поднялся на два этажа и привёз меня в сумрачный коридор. Я только щёлкнул замком двери отведённой мне комнаты, как женские ручки крепко обвили меня, а за спиной раздался жаркий шёпот:

– Я уже думала, что ты так и протанцуешь там до утра. 

Она говорила по-португальски, но я ее понимал. Повернувшись, чтобы сообщить девушке об ошибке – она наверняка с кем-то меня перепутала – я увидел хорошенькую бразильянку. Ее тёмные волосы закручивались в мелкие кудряшки, волнующие изгибы тела были затянуты в ярко-розовое короткое платье, а сквозь прорези в золотистой маскарадной маске требовательно сверкали глаза. 

– Добро пожаловать в Бразилию, – хрипло прошептала она и, встав на носочки, дотянулась до моих губ. 

Я опешил на секунду. Она не дала мне времени на раздумье, а алкоголь в крови приказал ответить ей со всем жаром, что я и сделал. Наши языки переплелись в безумном и горячем танце, а наши руки шарили по телам друг друга. Бразильянка была такой пылкой, постанывая прямо в мой рот, когда я всего лишь задевал ее грудь или чуть прикусывал ее пухлые губы. 

Ее возбуждение передалось мне или мое – ей? Сложно было сказать точно. Я резко развернул ее спиной к стене и прижал своим телом, не желая, чтобы она от меня ускользнула. Но там оказалась не стена, а дверь, и мы оба ввалились в мою комнату. Я удержал девушку за руку, не давая ей упасть, но она хотела именно этого. Через мгновение она стояла передо мной на коленях и расстегивала молнию моих брюк. 

Я положил ладонь на ее кудрявую голову, чтобы остановить, и уже открыл рот, чтобы отказаться от ее ласк и поведать о ее ошибке – потому что мне претило пользоваться девушкой вот так, это было слишком подло, и она наверняка пожалела бы потом о сделанном – как в голове всплыли слова Командоса, моего старшего брата, сказанные мне в аэропорту в качестве напутствия:

– Благородство – достойное качество. Но в наше время гораздо более выигрышно умение брать, а не давать. 

Перед моими глазами промелькнули серые глаза Милы (1), устремлённые не на меня, и моя ладонь сжала мелкие кудряшки бразильянки в кулак. Девушка что-то низко простонала с моим членом во рту, словно разрешая мне вести в этом танце и выбрать нужную скорость, и я воспользовался ее предложением. Ее тёплый ротик и игривый язычок были хороши, и я с удовольствием толкался в неё, положив свободную ладонь на ее щеку и чувствуя себя внутри неё. 

В моей голове мелькали мысли о том, что я всё же должен остановиться, что девушка сама не понимала, что она делала. Что стоило мне произнести своё имя, как она наверняка в ужасе отпрянула бы в сторону. Но… этого я не хотел. Она заводила меня уже одним своим напором и непререкаемым желанием. В конце концов, она сама на меня набросилась, не зная наверняка, кто скрывается под маской, так что… 

Я ещё пару раз толкнулся в ее рот, а затем подхватил ее под руки и бросил прямо на кровать. Бразильянка взвизгнула от неожиданности и, глядя, как я приближаюсь к ней, прошептала:

– Мой тигр! Возьми меня. 

Ее длинные ноготки подцепили застежки туфель, и обувь пролетела над моими плечами, чуть не царапнув мое лицо каблуками. За ними пролетели мокрые трусики – их я поймал, как трофей, и, рыкнув, упал на уже раздвинувшую смуглые ножки бразильянку. На ней оставались чулки, золотистая маска и платье, и я скоро избавился от последнего предмета гардероба, оставив всё остальное. 

Ее тело восхитительно контрастировало с белым постельным бельём – и со мной. Мне ещё не доводилось заниматься сексом с темнокожей девушкой, и то, что я видел сейчас, окончательно сорвало все мои тормоза. 

Я избавился от своей одежды с ловкостью лучшего стриптизера планеты и, оставшись в маске и презервативе, рывком вошёл в неё. Бразильянка зашипела, царапнув мои плечи ноготками, и я с ходу набрал сумасшедшую скорость. Девушка была так возбуждена, так яростно отзывалась на мои движения, словно изголодалась по сексу или словно я был лучшим из тех, под кем ей доводилось лежать. Это ощущение кружило мою и без того затуманенную голову, заставляя забывать о себе и концентрироваться только на удовольствии бразильянки. Я хотел слышать ее крики, хотел слышать ее стоны, хотел ощутить ее оргазм – и она меня не подвела. Сжав ногами мое тело, вцепившись в мои плечи и волосы, она вскрикнула «oh meu Deus» (2) и застонала тем самым удовлетворённым голосом, который так нравится всем мужчинам. Я любовался ею, глядя сверху на ее прикрытые глаза, на пересохшие губы, на капельки пота, заставляющие кожу блестеть даже в ночной темноте. 

Мне хотелось дать ей отдохнуть – но гораздо больше мне хотелось попробовать с ней ещё кое-что. То, что больше всего любил я, но так редко себе позволял. 

Я вышел из неё и, улёгшись рядом, принялся неспешно ласкать ее между ног. 

– Сколько в тебе страсти, тигр, – хрипло шепнула она, чуть изгибаясь и показывая мне, что она не против продолжения. 

Я поцеловал ее ушко, языком соскользнув внутрь, а пальцами тем временем лаская ее всё сильнее и задевая девушку чуть ниже. Бразильянка вновь застонала, выгибаясь, и, чуть повернувшись, прижалась ко мне попкой. Кажется, мы с ней отлично поняли друг друга.

Подготовка девушки заняла некоторое время, сплошь усыпанное поглаживаниями и сладкими поцелуями. Я действовал аккуратно и неспеша, замирая от каждого ее шипения или слишком резкого вдоха, и наконец был там, где хотел. Дав ей время привыкнуть, я начал медленно двигаться. Я не знал, был ли у неё подобный опыт, но во всяком случае она была готова попробовать это сейчас, со мной, и это распаляло меня ещё больше. Мне хотелось вновь толкаться в неё со всем своим желанием, и я с огромным трудом сдерживал себя и чутко прислушивался к бразильянке. 

Стоило ей чуть расслабиться и двинуть попкой мне на встречу, как из моего горла вырвался победный рык. Я входил в неё всё быстрее, а она стонала всё громче. Одной рукой я продолжал ласкать ее между ног, толкаясь в неё сразу несколькими пальцами, а другой рукой обхватил ее подбородок и нашёл отличное занятие для ее ротика. 

Это был чертов фул хаус, и мне совсем сносило крышу от реакции девушки – словно она всю жизнь о таком сексе и мечтала. Я таранил ее с трёх сторон, целовал плечи, кусал шею – и наслаждался ее вскриками, ее отзывчивой усердностью и ее полной открытостью для меня. 

Мы оба подходили к пику, и я уже ни капли не сдерживал себя, когда бразильянка, выпустив на секунду мой палец изо рта, простонала:

– Ah, Pablo, por favor!.. Por favor!.. (3)

Какая-то дикая ярость охватила меня. Конечно, я и так понимал, что она меня с кем-то перепутала, но услышать имя другого в такой момент было сродни прямому выстрелу в сердце. Я резко перевернул ее на живот, навалился сверху, не давая даже дернуться в сторону, и принялся буквально вколачиваться в девушку со всем ожесточением, на какое был способен. Даже если бы сейчас она попросила остановиться, то я бы уже не смог. Мои руки по-прежнему были в ней, и я бешено кусал ее плечи, иногда даже до крови, а бразильянка лишь громче стонала и всё выше приподнимала свою попку для меня.

Мы кончили, одновременно выдохнув протяжные стоны. Я – сквозь зубы, а девушка – во всё горло. Мои пальцы выскользнули из неё, и я оперся на руки, пытаясь отдышаться, а бразильянка и вовсе лежала, не двигаясь. 

– Ты – лучший, – прошептала она, не открывая глаза и, кажется, сразу засыпая. 

Я вышел из неё и с трудом встал на ноги. Бразильянка была прекрасна – распростертая на белых простынях, бесстыдно раскинувшая ноги, с влажно блестящей кожей и… со съехавшей на волосы золотой маской. Я вгляделся в ее лицо, такое умиротворенное и удовлетворенное сейчас, подмечая пухлые губы, вздернутый носик и густые ресницы цвета ночи. Она была красива.

И она думала, что я – Пабло. 

(1) Мила – главная героиня книги “Фотограф”, в которой повествуется о среднем брате Никиты.

(2) Oh meu Deus – о Господи (здесь и далее перевод с португальского языка)

(3) Ah, Pablo, por favor!.. Por favor!.. – Ах, Пабло, пожалуйста!.. Пожалуйста!..

Ранним утром следующего дня мы с Мигелем стояли в аэропорту Галеан и ждали приземления самолета из Греции. Встреча важных лиц входила в мои функции секретаря посла, поэтому мне пришлось встать ни свет, ни заря и, оставив свой завтрак для спящей бразильянки, уехать. Мигель, водитель, был крайне болтлив и сразу вывалил на меня тонну информации о человеке, которого мы встречали:

– Важная шишка у себя на родине, в Греции! Хотя сам он бразилец, но корни оттуда. Занимается то ли налаживанием торговых связей, то ли продажей спиртного. Бразильское пиво пробовал? Браму? Ммм, – Мигель восторженно прикрыл глаза. – Всем нравится! Вот он и занимается ее поставками зарубеж. А может и нет, эти воротилы всегда говорят слишком обтекаемо. Но самое-то главное, этот грек-бразилец – жених дочки нашего шефа, вот он и отправил тебя встречать своего будущего зятька. Я так-то и сам мог бы, не велика задача – постоять в аэропорту с табличкой “Пабло Адалопопус” или как-то так, но шеф хотел показать ему своё расположение, вот и…

– Как-как его зовут? – не слишком вежливо перебил я, ощущая противное чувство под ложечкой.

– Пабло Адало-чего-то-там, фамилия у него греческая, там сам черт язык сломит, – усмехнулся Мигель. – Ну, сейчас припаркуемся, я табличку из багажника достану и узнаем.

Фамилия неизвестного мне Пабло оказалась Андалопус, и я слишком сильно сжимал табличку с этим именем, стоя рядом с Мигелем в зале прилетов. Водитель продолжал болтать, но я слушал его в полуха, перетаптываясь на одном месте. Это был тот самый Пабло? Или нет? Какая, впрочем, мне разница – одергивал я себя. Бразильянка проснётся и исчезнет из моей жизни, как сладострастный мираж.

Отчего-то эта мысль раздражала сознание, и я вновь и вновь поправлял свой слишком туго затянутый галстук.

– О, вон он, – кивнул куда-то в приближающуюся толпу Мигель.

Я впился взглядом в людей, идущих с чемоданами, и придирчиво осматривал одного мужчину за другим, пока не заметил того, кто целенаправленно шёл к нам. Мой рост, похожее телосложение, тот же цвет волос, даже прическа – и та была как моя. Нас вполне можно было перепутать под маскарадными масками. Я скрипнул зубами. Так всё-таки он или не он?

– Bom dia (1), – доброжелательно поприветствовал нас он, и я с трудом заставил себя протянуть ему руку для пожатия.

– Ник, секретарь посла, – представился я скрипучим голосом.

– Как долетел, Пабло? – спросил Мигель.

– Потрясло над Атлантикой немного, а в целом хорошо.

Всю дорогу до посольства Пабло восторгался красотами Рио, повергая Мигеля чуть ли не в экстаз от гордости за город, а я не мог отделаться от недовольства новоприбывшим. Он был улыбчивым, добрым и свежим, несмотря на долгий перелёт, и всем этим откровенно бесил меня.

Наконец мы приехали и, зайдя в здание посольства, прошли сразу в кабинет посла. Мой шеф – Александр – сидел за столом и просматривал какие-то бумаги, а неподалеку от него в кресле сидела… моя ночная бразильянка. Она оторвалась от телефона, как только мы вошли, и, бросив на меня мимолетный взгляд, широко улыбнулась Пабло.

– Доброе утро, – нежно промурлыкала она, заставив меня изо всех сил сжать зубы.

– Пабло, – расцвёл мой шеф и поднялся из-за стола для крепкого рукопожатия. – Рад видеть! Ты прямо из аэропорта и сразу ко мне? Как долетел?

– Спасибо за встречу, Алехандро, – он назвал шефа на бразильский манер. – Над Атлантикой немного…

– Что? – отрывисто перебила его девушка, тоже встав на ноги и одернув короткую юбку на аппетитной попке. – Разве ты прилетел недавно?

– Да, мой рейс задержали на 12 часов, – улыбнулся Пабло. – Я только что с самолета.

– Но… – растеряно пробормотала бразильянка и опустилась обратно в кресло, хмуря чёрные брови.

– Пабло, ты уж не обессудь, твою комнату отдали Нику, он прилетел вчера, – извинился шеф. – А ты можешь занять комнату этажом ниже…

Они продолжали разговаривать, а я перехватил взгляд бразильянки, который метался между мной и Пабло, и подмигнул ей. Растерянность в ее глазах сменилась осознанием, а затем злостью. Ее ладони сжали телефон так сильно, что он вот-вот должен был треснуть. Грудь под клетчатой рубашкой гневно вздымалась, а я по-прежнему улыбался ей. Да, крошка, этой ночью ты была со мной.

– Пап, а это кто? – кивнула она на меня, перебив Александра дрожащим от гнева голосом. – Ты нас не представил.

– Ах да, это Ник, Никита, мой новый секретарь. Ник, это моя дочь, Каталина.

– Секретарь, – с отвращением выдавила она и окатила меня презрительным взглядом, словно быть секретарем было самой непрестижной профессией из всех возможных.

– Некоторым нравится, – усмехнулся я, заставив девушку поджать свои пухлые губки.

Ее презрение задело меня, хотя я и понимал, что это относилось скорее к тому, что прошлой ночью она отдалась мне, сама не зная этого.

– Ему всего 23 года, милая, – вступился за меня шеф. – Для его возраста это большое достижение.

Каталина вновь презрительно фыркнула и пробормотала:

– Ну, главное, чтобы он занимался своей работой, а не… всякой ерундой.

– Если меня не отвлекать… ерундой, то я буду весь в работе, – парировал я, и девушка чуть не задохнулась от моих слов.

Она дернула плечами, словно пыталась смахнуть с них осадок моих слов, и, вскочив на ноги, подбежала к Пабло.

– Пойдём я покажу тебе твою комнату.

– Буду очень благодарен, – улыбнулся он и приобнял ее за плечи.

Каталина вскрикнула и отшатнулась от него, потирая левое плечо.

– Что случилось? – взволнованно спросил Пабло.