Читаем Сад блуждающих снов онлайн бесплатно

Своды пещеры гудели от гнева, что изливался из бездонного колодца вместе с раскаленной магмой. На одном из нетронутых выступов примостился человек, облаченный в глухое черное одеяние. Он не двигался так долго, что его мышцы должны были истончиться, сухожилия иссохнуть, а кости потрескаться. Время жалило его сотней скорпионов, тысячей гадюк, только яд вскипал в его проклятой крови, оставлял нетронутым лик.

— Каково быть запертым под гнетом огня?

— Тебя нет, — произнес человек, и голос бесплотного мучителя рассыпался стаей смеющихся бабочек.

— Каково быть забытым?

— Замолчи.

— Каково тлеть в земных недрах, зная, что твои храмы разрушены, алтари осквернены, а сам ты — не более, чем легенда?

— Ты мертва! — закричал он, и лава всколыхнулась, опалив полы его одеяния.

«Мертва-мертва-мертва», — издевательски вторило эхо.

— Я убил тебя, — продолжил человек, не замечая, как плавятся его босые ступни, — я пронзил твое сердце мечом и предал тело огню.

— Почему тогда ты заточен, а я свободна?

Воздух пошел трещинами, в разломах извергая золотые искры.

— Эта клетка не удержит меня навечно, и я заставлю тебя пройти через те же капканы, что ты щедро расставила на моем пути. Клянусь своим именем, тебе не найти покоя ни среди смертных, ни на небесах, ни в одном из прошедших и грядущих веков, даже пусть вся земля утонет в крови.

Ответом ему стали тишина и одиночество, грубо прерванные нежным шепотом на ухо:

— С нетерпением жду встречи, А-Лин.

Стеклянная тропа на вершине горы Тяньмэнь носила гордое название «Извивающийся дракон», и лишь самые смелые туристы отваживались пройти вдоль скалы над бездной к изрезанному пещерами склону. Полторы тысячи метров свободного падения. Так гласила брошюра, втянувшая группу студентов — и в первую очередь профессора — в это невероятное приключение.

Сопровождающий еще раз пересчитал их по головам и заголосил. Тут же все пятеро подопечных развернулись к профессору, как подсолнухи к солнцу, с одинаково огромными глазами.

— Что он сказал? Мост падает?

Одной рукой профессор цеплялась за хромированные перила, другой пыталась удержать телефон и сделать фото, пока рюкзак тянул ее вниз.

— Спрашивает, не хотим ли мы дойти до пещер. Так, хотим? — они помотали головами и поплотнее прижались к скале. — А я хочу.

Несмотря на лошадиную дозу адреналина, ей нетерпелось произвести впечатление. Каскад прошлых ошибок — в аэропорту, в трансфере, в принимающем университете — поставил ее в шаткое положение. В глазах других она потеряла статус и, принимая в рассчет возраст, опустилась до уровня студентки-практикантки — внешне, а теперь и внутренне. Недостаток опыта, нервы, ответственность: проблемы валились, как воды знаменитой Ниагары. С начала путешествия она думала о том, что по возвращении домой умрет от стыда, и никакая кандидатская не поднимет ее из могилы.

Она считала вдохи. От ветра перехватывало дыхание. Обувь скользила, и, казалось, что стекло под ногами превратилось в осколки небес, готовые раствориться по велению местного божества. Неподалеку как раз находился старый храмовый комплекс — следующая остановка пешего маршрута.

Тяньмэнь — «Небесные врата».

Рельеф далеко внизу походил на смятый лист зеленой бархатной бумаги, перевитый светлыми лентами дорог. Вся долина тонула в голубой дымке — тончайший слой туши, нанесенный на картину опытным художником. Ради этого стоило пролететь половину мира.

Туристов становилось все меньше: многие предпочитали держаться у начала моста, а профессор самонадеянно пробиралась дальше, пока не осталась почти одна.

Впереди на перилах сидела китаянка в традиционном костюме династии Хань. Она бесстрашно свесила ноги над пропастью, будто примостилась ненадолго на заборчике собственного двора.

— Вам нужна помощь?

Девушка вскинула брови-нитки. Ее волосы в сложной прическе переливались пламенем. Золотые шпильки в форме цветов изобиловали драгоценными камнями и связками мелкого речного жемчуга, которые постукивали на ветру, будто игральные кости в стакане.

— Я напугала тебя? — она говорила на чистейшем мандарине. — Я местная, не бойся!

Остальным туристам не было до нее никакого дела. Они даже не фотографировали ее, пусть и издалека.

Девушка ловко перекинула ноги через перила и спрыгнула на стеклянный пол.

— Меня зовут Мэй. А тебя?

От ее бесстрашия становилось дурно.

— У меня нет китайского имени, — ответила профессор.

Китаянка прищурилась, от чего ее лисьи глаза стали еще коварнее. С ней было что-то не так: взгляд соскальзывал, не позволяя сфокусироваться. Впоследствии профессор ни за что не вспомнила бы детали вышивки на ее ханьфу — только золотой цвет на темно-бордовой ткани — или вещицу в ее руках: круглый веер, длинную курительную трубку, еще одну шпильку? Звук ее голоса в сознании остался музыкой ветра, танцующего среди пиков Тяньмэнь.

— Но тебя как-то зовут твои ученики?

Та нахмурилась, не сразу поняв смысл. Мэй употребила старомодное слово «последователь», а не привычное «студент».

— Мэри, — ответила профессор на французский манер.

— Мэйли¹, — рассмеялась она. — Тебе идет!²

¹(в китайском звук «р» может заменяться на «л», в основном, в иностранных именах)

²(美丽 «meili» — «красивый»)

Мэри сухо поблагодарила ее.

— А какой иероглиф в вашем имени? Мэй как «красивая»? Или, может, «роза»?³

³(в китайском языке слова могут читаться одинаково, но писаться иначе, например 美 «красивый» и 玫 «роза»)

Ее изящные губы растянулись в змеиной улыбке, обрушевшей за собой волну холода.

— Льстишь?⁴ Лесть хороший инструмент, согласна. Однако им надо уметь пользоваться.

⁴(вопрос 《献媚吗?》 звучит как «Xianmei ma?», где слово «льстить» содержит иероглиф «мэй», так что получается игра слов)

— Я не хотела вас оскорбить. Простите, меня ждут.

Ее долгое отсутствие заметили студенты: они гуськом пробирались вперед вдоль отвесной скалы, подальше от заграждения.

— Как это мило, — восхитилась Мэй. Ее крепкие пальцы впились в предплечье Мэри стальными клещами. — Вот бы мне таких же преданных учеников! Спасибо за чудесную беседу. Ты меня знатно развлекла.

Та выдавила нечто похожее на благодарность, в процессе точно перепутав несколько тонов⁵, на что Мэй сморщила острый носик.

⁵(в китайском от тона слога зависит значение иероглифа)

— Иероглиф в моем имени такой же, как в "демонах и монстрах"⁶, — доверительно шепнула она. Ее дыхание оказалось неестественно затхлым. — Скажи им это при встрече.

⁶(《魑魅魍魉》«chi mei wang liang» — устойчивое выражение «демоны и монстры, все виды злых духов», «нечистая сила»; здесь «mei» — «демон»)

Мэри дернула рукой.

— Отпустите!

Ее студенты почему-то были на грани настоящей паники.

— Учись усердно, — произнесла Мэй, — не подведи, — и толкнула ее через перила прямо в пропасть.

Над ней сомкнулась ледяная вода. Это все, что она поняла, кроме факта собственной смерти. Пока Мэри лежала на дне в мутной темноте, ее внутренности еще парили между небом и землей вольными птицами.

Незнакомые люди вытащили ее на берег, неразборчиво перекрикиваясь на китайском. Мэри не могла разглядеть их лиц или чего бы то ни было еще, кроме смазанных движущихся огней. Это были фонари.

Один старик — с него ручьями стекала вода — коснулся ее плеча и задал вопрос.

Она слышала знакомые звуки, но не могла воспринять их, как поврежденный лингвистический аппарат, путающий кодировки.

— Помогите, — взмолилась Мэри сначала на своем языке и лишь затем повторила на китайском: — пожалуйста, помогите!

У реки покачивались плоскодонные сампаны — крошечные лодчонки с бамбуковыми крышами. Издалека доносился шум водопада, и по речке стремительно неслись мелкие листочки и веточки.

По обе стороны на деревянных настилах теснились старинные домики с изогнутыми крышами и слабо подсвеченными окнами.

Кто-то указал в небо. Все вокруг засуетились — придерживали плетеные корзины, одергивали воодушевившихся детей, снимали бамбуковые шляпы, запрыгивали обратно в лодки. Мэри смотрела на город и его жителей, словно сошедших с постамента в историческом музее, и тихо плакала, прижимая к себе рюкзак.

Послышался стук дубленых подошв и звон металла. Пятеро мужчин в длинных зеленых одеяниях обступили ее полукругом. Один из них держал простой фонарь из молочной рисовой бумаги.

Они тоже заговорили — быстро, но вместе с тем размеренно. Их длинные черные волосы были забраны лентами и тускло блестящими в полумраке заколками из белого металла. Тот же металл украшал их пояса и рукояти узких мечей.

Решив нечто в споре, мужчины обратились к одному из них, и тот без промедления достал из-за пазухи расписанный иероглифами прямоугольный кусочек тонкой бумаги, затем вытянул руку в сторону притихшей Мэри. Направленный на нее торец тут же почернел и свернулся.

— Демон, — неожиданно четко произнес мужчина и повторил отдельную графему: — Мэй.

«Мэй» — слово эхом прокатилось по ее сознанию и вознеслось до самых Небесных врат, на вершину горы Тяньмэнь.

— Мэй, — произнесла она, притянув на себя пристальное внимание мужчин. — Ее звали Мэй, как в «демонах и монстрах».

Они снова обменялись взглядами, и тот, что держал бумагу, заговорил с ней, однако, она никак не могла воспринять его диалект. Наверное, слишком сильно ударилась головой или сошла с ума от бесконечной работы.

Существовал и третий — самый вероятный — вариант.

— Я умерла?

Мужчина убрал обожженную бумагу и покачал головой.

— Идем, — медленно произнес он, выверяя каждый звук. — Мы поможем.

Некоторое время Мэри жила в бамбуковом домике, соединенном с остальным павильоном каменными дорожками и деревянными мостками, переброшенными через многочисленные горные речки и ручейки. Орден Бай Ю¹ подчинял себе сразу три горы, которые называли Тремя нефритами.

¹(白玉 bai yu «белый нефрит»)

Все они имели в своем названии иероглиф, созвучный со словом «Ю», «нефрит». На пологой, наполовину лысой горе, Ю И² или «Пике Глубинного смысла», располагался учебный комплекс с тренировочными площадками. Вторую по высоте занимала резиденция Главы, Шэн Цзиншэня, там же была библиотека и чудесные сады-лабиринты с прудами и резными беседками. Она величаво именовалась «Льен Инь Ю"³, "Пик Затяжного дождя», который ученики между собой называли просто Льен Ю⁴ за то количество часов, что они проводили за переписыванием древних рукописей и бесчисленных правил ордена.

²(寓意 yuyi)

³(连阴雨 lian yin yu)

⁴(炼狱 lian yu «чистилище»)

Третью гору венчал богатый храм, посвященный местному божеству, Тянь Гуану. Порой вечерами Мэри замечала там блуждающие огни, принадлежавшие стражам и верующим. Цзин Ю⁵, «Пик Прекрасных самоцветов», стал местом для нее запретным, потому что ее не пропускали барьеры, возведенные вокруг святого места основателем ордена еще тысячу лет назад. Все потому, что в самом его названии содержался глубинный смысл "Прекрасной добродетели"⁶, куда Мэри было пятнать его ступени своей порочной демонической душой!

⁵(瑾瑜 jin yu)

⁶(瑜 yu обозначает также «добродедель»)

Поначалу ее поселили на второй горе неподалеку от павильона Главы, Нефритового дворца, где стояла самая сильная защита от нечисти. При первой встрече Главу привели в ужас крашеные рыжие волосы, синие блестящие ногти и странная одежда, какой побрезговали бы даже крестьяне. Мэри же пребывала в ужасе постоянно.

По прошествии нескольких недель ей дозволили — насильно заставили — переехать к ученикам, на пик Ю И. Ее не учили красиво держать кисть или веер, играть на флейте или гуцине. Ей дали в руки метлу и тряпку и велели отмыть кухню начисто, а после приниматься за чистку лестниц. Тогда она придумала для этого места собственное название, созвучное с нефритом: Цзянь Ю⁷. Тюрьма.

⁷(监狱 jian yu)

Более двадцати лет учебы, стопки дипломов и сертификатов, гигабайты научных работ — все в миг утратило смысл. Мэри уже лучше понимала местных, ей же совершенно не хватало слов, чтобы ясно выражать мысли. Для них она стала упавшим с неба демоном — пришельцем, если угодно, — никому не нужным. Ей пришлось отрабатывать хлеб и жесткую лежанку на задворках, где царили сырость и холод. Избалованное медициной и обогревателями здоровье все чаще давало о себе знать, так что она за рекордный срок ополовинила запас лекарств. У нее остался кожаный рюкзак, немного косметики в непромокаемой косметичке, расческа, загран паспорт, который пристально изучили Учителя и Глава, а также несколько тетрадей, зарядка и телефон, почти не пострадавший в воде из-за чехла. Нехитрый замочек на собачке помог спрятать в недрах сумки дорогие украшения и нефритовый браслет. Единственное, что она носила постоянно — это наручные часы на маятнике, они никого не возмущали, хотя, вызывали любопытство.

Официально ее перестали считать угрозой, хотя надзор не убрали и дали новое имя: Ю Янмэй. Она знатно с него похихикала — это нервное — и попросила выдать поэта. Ее почему-то не послушали.

"Скрытое дождем пламя"⁸. Достойное супергеройское имя.

⁸(雨 yu «дождь», 焰 yan «пламя», 昧 mei «скрывать»)

А проклятый дождь лил, не переставая.

Оставалось выяснить, кто «заказал» Мэри. Они знали, где найти ее: место, время в чужой стране за сотни километров от дома. Они знали, что она не умрет после падения, знали, куда она попадет и к кому. Знали, что ее оставят в живых.

Они должны были знать, как вернуться обратно.

Очевидно, она стала камнем Вэйцзы в чьей-то игре задолго до поездки в Китай. Вопрос: как давно? и в какой роли?

— Простите, достопочтенный, — в голосе Мэй не было ни капли раскаяния, даже показного. — Уйдите с дороги, пока я намеренно не столкнула вас вниз.

Шэн Юэлин — мужчина, что тогда в городе проверял ее амулетом, — вскинул тонкие брови, которые, казалось вот-вот упорхнут с его лица.

— Вы хотели сказать «ненамеренно», госпожа Ю?

Ей почти стало стыдно, однако, ровно до того момента, как она, разогнувшись, прочувствовала все позвонки разом. Ее очередным заданием стала чистка лестницы на горе Льен Инь Ю. Девятьсот девяносто девять ступеней. Спаси, Господь! Мэй предстояло смести листья и протереть от мха и птичьего помета каменные фигурки зодиакальных животных, украшавших перила через каждые восемьдесят две ступени. К счастью, другие ученики не чинили ей препятствий. Многие смотрели с сочувствием, на себе испытав подобное мучение в качестве наказания за нарушение правил. Некоторое посмеивались, но задирать открыто не решались.

Все шло гладко, за исключением испорченного маникюра, пока не явился Шэн Юэлин, старший племянник Главы. Его отец и мать давно отбыли ко двору Императора, оставив сына и дочь под строгим присмотром дяди.

Возможно, Шэн Юэлин не имел дурных намерений и случайно задел ведро, которое покатилось вниз по двумстам шести пройденным ступеням.